Волшебник

«Он долго искал берег, схожий с его фантазиями: с белым шелковистым песком, идеальной водной гладью и золотым солнцем, которое не видит преграды в облаках. Искал нужное место, потому что хотел написать картину, наполненную душой. Потратить на неё много времени, чтобы она как можно больше походила на реальность, но в то же время была от неё далека настолько, насколько это возможно. Свой Рай он нашёл, но потратил не мало усилий, чтобы попасть туда. Отправившись, парень всё думал: насколько же там поэтично… Ожидания с реальностью не совпали: безусловно – берег красивый, такой же, как он и представлял. Но выглядело это место не настоящим. Будто кто-то приходил сюда каждый день, ровнял песок и заменял его, как только пляж того требовал; не разрешал ветру подступать к воде, чтобы она хоть на мгновение взбудоражилась; а гнал его к облакам, заставляя их расступаться. Но сил и времени на поиск нужного места ушло слишком много, чтобы юноша отступил так быстро, поэтому он взял холст, кисти – и сел на прибрежный шезлонг, чтобы воплотить свои задумки. На работу ушла всего неделя. И у него получилось. Пейзаж вышел таким же. Совершенно таким же. Такой идеальный, будто кто-то изобразил это всё по точному чертежу. Картина не смогла перенять душу этого места. Не могла ни о чём рассказать. Парню пришлось бросить затею на какое-то время. Он отправился в более простое место, которое сильно отличалось от идеальных белых пляжей. Вернулся в свой родной дом, который стоял в горах недалеко от моря. Он давно уехал и забыл это место. И никто из его родных не решал приезжать сюда: дом совсем засох, начал потихоньку осыпаться, да и к тому же людей поблизости почти не было, потому что все они жили чуть выше в горах. Но парень подумал, что старый горный домик будет отличным местом для того, чтобы поразмыслить над тем, как ему продолжить работу. Вечерами он приходил на берег, садился на большую корягу, которую принёс шторм, и начинал картину снова и снова надеясь, что она получится у него так, как он и задумал. Но каждый раз выходило ужасно. Парень рисовал в спешке, небрежно и совсем не понимая, почему именно так. Очередной вечер. Юноша снова пришёл на этот знакомый берег, где он провёл уже несколько месяцев и всё никак не мог понять, почему же эта картина совсем не хочет быть нарисованной. Он менял ракурс, приходил днём, приходил тогда, когда море не штормило, но это не помогало, а иногда даже наоборот. -Ты волшебник? – кто-то дёрнул его за рукав измазанной акрилом клетчатой рубашки. Парень посмотрел в сторону и увидел маленькую темноволосую девочку в платьице нежного розового цвета. -Нет, извини, я думаю, ты меня с кем-то путаешь, - произнёс он с усталой улыбкой. -А мама говорит – волшебник, - девчушка присела на корягу рядом с юношей, заставив его подвинуться. Девочка посмотрела на незаконченную картину, а затем, наклонив голову набок, перевела взгляд на прибрежный пейзаж. -Почему у тебя такое тихое море? – поинтересовалась та, рассматривая рисунок на холсте. -Я хотел нарисовать его без волн. Чтобы оно выглядело как можно более спокойным. -Но если ты рисуешь как тут, - она указала взглядом на берег, -почему оно не волнуется? -Да я как-то… -Ты же волшебник! – девчонка подскочила с коряги на шершавый песок. Парень в ответ усмехнулся, задумчиво опустив взгляд. -Тогда что я по-твоему делаю? -Ты оживляешь картины, - восторженно ответила та. В это же мгновение её позвала женщина, стоящая неподалёку. Девочка посмотрела на парня, улыбнулась – и побежала в её сторону. -Оживляю картины, да? Парень посмотрел на полурасписанный холст. Эти слова заставили его всерьёз задуматься. На следующий день, вечером, он вернулся, снова садясь на излюбленное место на берегу. Море штормило во всю. Но это больше не мешало парню. Теперь он наоборот хотел нарисовать всё так, как есть на самом деле. Не хотел придумывать. Он поставил только одну цель: оживить картину. С тех пор прошёл не один месяц. Художник, послушав слова той девочки, смог закончить этот пейзаж. Он правда получился живым и самым настоящим. Эта картина смогла рассказать о том, как парень приходил к этому берегу каждый день. Как ждал целую зиму, чтобы сошёл снег. Именно тогда он понял, что ему по душе не райские белые пляжи, а берег с грубым сероватым песком, белыми барашками, гуляющими по волнам и закатным солнцем, пробивающимся сквозь облака и горы…» Мой преподаватель в художественном колледже часто рассказывал нам свою историю. Все её знали, все её любили. Но часто она нам надоедала. Всё-таки мы слышали её по два раза на неделе, пока рисовали. Да, он был нашим учителем живописи. Молодым учителем, хочу заметить. Поэтому многие старшекурсницы вечно старались обратить на себя его внимание. Но ему это было не интересно. Его интересовало только искусство. На самом деле он был очень дружелюбным. Всегда рядом, всегда готов помочь. Любил повторять «Просто посмотри на эту вазу и сделай её такой же, но лучше». Именно с таким лозунгом я учился рисованию на каждом курсе. Но с тех пор, как я учился в колледже, прошло примерно семь лет. Я сам стал учителем живописи. Кстати, здесь же. Мы тоже рассказывали своим ученикам эту историю, но не говорили о том, что она была на самом деле. Между собой прозвали её «Волшебник». Что касается конкретно меня… Только поступив, я уже знал, куда хочу пойти работать. И в моих планах был не этот колледж. Но я остался здесь. И совсем не потому, что передумал. Я просто хотел почтить память моего учителя, который погиб, защищая девушку от каких-то отморозков на улице. Он, наверное, так и не узнал в ней ту девочку, которая помогла ему нарисовать первую живую картину.