Традиция Гермионы

      У меня была собственная скромная традиция: накануне Нового года я целовала кого-нибудь на удачу. Все началось с детства, когда родители целовали меня в макушку под бой часов. Они говорили, что поцелуй принесет мне удачу. Мое детство было счастливым — может, немного одиноким, но точно счастливым. Поэтому на втором курсе Хогвартса я начала волноваться, когда не попала домой на рождественские каникулы. Тогда я так никого и не поцеловала, и что в итоге? Я окаменела под взглядом василиска. Очень похоже, что в неудаче был виноват неполученный поцелуй.       На третьем курсе я уехала домой на Рождество, и благодаря новогоднему поцелую все окончилось хорошо: Сириус Блэк благополучно спасся и вновь обрел свободу. На четвертом курсе я вроде как встречалась с Виктором Крамом — его я и поцеловала на Новый год. И таким образом спасла Гарри от Волдеморта. На пятом курсе я осталась с Гарри и Роном, но так как не могла признаться Рону в своих чувствах, то никого не поцеловала — и в итоге погиб Сириус.       На шестом курсе традиция снова нарушилась, и с наступлением Нового года я стала страшиться новых несчастий. Не знаю, почему родители не поцеловали меня в макушку, как делали это в детстве, но в итоге погиб мой самый мудрый наставник — Альбус Дамблдор. Разумеется, все эти события могли быть просто совпадениями, однако я серьезно относилась к своей традиции. И после смерти Дамблдора я твердо решила получить новогодний поцелуй — и получила.       На каникулах я осталась одна: Гарри и Рон уехали в Нору, Невилл — к своей бабушке, да и почти все остальные разъехались по домам. Я бесцельно плелась по коридору, ведущему к ванной старост. Время, конечно, было позднее, но я не беспокоилась, мечтая о горячей ванне. По пути пришлось улизнуть от Филча (слава богу, Гарри оставил мне Карту Мародеров!) и Флитвика, так что к ванной я шла долгим путем. Взглянув на часы на запястье, я обомлела: было 23:57!       Оставалось три минуты, чтобы найти кого-то для поцелуя. Хочу заметить, что я пребывала в отчаянии. Я не знала, как закончится война, если моя традиция нарушится вновь. Взглянув на карту, я обнаружила ближайшего парня всего лишь через три поворота влево — часы тем временем показывали 23:58. Душа ушла в пятки, и я поспешила как могла: времени почти не осталось, когда я нашла этого парня. С сожалением вынуждена признать, что им оказался Грегори Гойл.       — Привет, — непринужденно сказала я. Его взгляд явно отвечал: «ты что, с ума сошла?», но мне уже было все равно. По крайней мере, он был один. Даже не представляю, как разворачивались бы события, окажись где-нибудь рядом Малфой.       — Э... привет, — ответил он.       При общении он не выглядел глупым. Я отметила глубокий голос. В спешке я взглянула на часы — 23:59 — осталось 52 секунды. Я заговорила быстро-быстро:       — У меня есть традиция, которую очень нужно соблюсти. Помоги мне, пожалуйста.       46 секунд...       Он выглядел неуверенно и явно не понимал, чего я хочу.       — Пожалуйста, — взмолилась я.       Осталось 35 секунд...       — Ну... ладно. Что я должен сделать? — спросил он.       — Просто стой на месте, — приказала я.       20 секунд...       Я приблизилась — с кучей банных принадлежностей в руках. Наверное, сменный лифчик висел на виду, но в тот момент меня это не волновало. Какое-то мгновение я рассматривала Гойла — он не был так уж некрасив: высокий, широкоплечий, с черными волосами. Глаза были голубыми — удивительный оттенок. Я поднялась на цыпочки, чтобы поцеловать его, но он оказался слишком высок.       10 секунд...       Думаю, он догадался, что я намеревалась сделать, потому что сам склонился и поцеловал меня. Я ожидала простого касания губ, но это был настоящий поцелуй. Можно было отстраниться, но, к своему ужасу, я обнаружила, что получаю удовольствие. Да, я и в самом деле целовала Грегори Гойла и наслаждалась этим. Наконец мы отодвинулись друг от друга, и непередаваемо странно было открыть глаза и обнаружить Гойла так близко.       0 секунд...       — Спасибо, — запыхавшись, произнесла я. — Не мог бы ты никому об этом не рассказывать?       — Даже не собирался, — ухмыльнулся он. — С Новым годом. — Он склонился за новым поцелуем — и я не отказала ему.