КОТОстрофичный день

Это провал. Адриан совсем выбился из сил, бороться за собственную жизнь уже казалось невозможным. Он проиграл. Все что ему остается - принять поражение. Жрец продолжал ухмыляться, герой закрыл глаза. Конец близок. Перед глазами пронеслась вся жизнь, казалось… Адриан подумал, что у него она была счастливой. У него были дорогие сердцу люди, в их числе: отец, вечно сдержанная Натали, молчаливый водитель, его школьные друзья, Леди Баг, Маринетт… А скоро он встретится с мамой… - НЕ-Е-ЕТ! – пронзительный крик его Леди звучал достаточно близко. Боже, он ведь не хотел, чтобы она снова увидела это. Топот ног. Она бежит сюда? Зачем? Его уже не спасти, осталось чуть меньше секунды… Сейчас будет немножко больно, а потом все – темнота поглотит его. На лицо брызнуло что-то теплое, примерно с десяток горячих капель. Его кровь? Но почему он не чувствует боли? Нехорошее предчувствие закралось в сознание, и герой резко открыл глаза. - Твою… Леди Баг уже падала в его объятья. Как всегда грациозна, словно свободная птица, но уже без капли жизни в голубых глазах. Его напарница, первая любовь и лучшая подруга в одном лице, его Леди уже мертва. И все это его вина! - Как это трогательно, – протянул Жрец. Шпага, с помощью которой он забрал жизнь пятнистой героини, стала растворяться прямо в его руке. Коту было все равно на его едкие высказывания, он потерял близкого человека, на его руках сейчас бездыханное тело той, кто вдохновлял и направлял его. Слезы одинокими каплями скатывались по его лицу и падали на ее тело. - Прости меня, Миледи, – шепчет герой в то время, когда вспышка обратной трансформации окутала напарницу с ног до головы… А потом шок. Боль. Маринетт… Его Маринетт, его Принцесса, его любимая…

***

- Адриан! – тычок под ребра заставил юношу резко проснуться. – Скоро урок начнется! Не понимая, что произошло, до конца не осознавая, где он и что делает, Агрест вскакивает со своего места, и глазами ищет по аудитории свою девушку. Но не находит. - Бро, с тобой все… Но Адриан не дает ему закончить: «Где Маринетт?» – кричит так, что слышно даже в коридоре. Нино выпучил глаза на лучшего друга. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга, а все присутствующие в аудитории, казалось, даже затаили дыхание, в ожидании продолжения сцены. - Они же с Альей в библиотеку пошли, – не своим голосом отвечает приятель. – Бро, с тобой все в порядке? Агрест не отвечает, он пулей вылетает из кабинета. Перед глазами снова и снова возникает лицо возлюбленной, ее бездыханное тело в его руках и злорадная усмешка Жреца. Он до сих пор чувствует этот металлический запах крови, чувствует, как сердце ноет от потери. Головой Адриан понимает, что с Маринетт должно быть все хорошо, лучший друг ни в коем случае не стал бы врать ему, но сердцу, сердцу не прикажешь, оно разрывается на тысячи кусочков от переживаний. - Адриан, – зовет еле слышно его маленький напарник, но юноша не обращает внимания на квами. Черный котенок предпринимает еще несколько попыток достучаться до подопечного, но все безуспешно – Агрест не слышит его.

***

Дверь в библиотеку была слегка приоткрыта. Адриан замер, ему страшно войти и не увидеть там Маринетт. К горлу подступает тугой ком, грудную клетку сковывает, становится душно и трудно дышать, ладони потеют. Ему всего-то нужно войти, отыскать одноклассниц и убедиться, что с Принцессой все хорошо. Страшно. Очень страшно от одной только мысли, что ее там нет. Но Адриан, собравшись с духом, открывает дверь, и делает шаг вперед… И облегченно вздыхает, завидев любимую возле стола библиотекаря весте с подругой. Он тут же бросается со всех ног к ней, невзирая на всякие правила, и заключает девушку в крепкие объятья. Настолько крепкие, чтобы убедиться, что она жива, она дышит, и ее сердце стучит… Но девушка сильно вздрагивает. - О, Господи! – воскликнул парень, радуясь, что все позади. Маринетт здесь, рядом с ним, цела и невредима. – Принцесса, черт возьми, я так рад! – изумрудного цвета глаза наполнились слезами. – Маринетт, я так испугался! Несколько горячих слезинок все же покинули свое укрытие, побежали вниз по чуть загорелым щекам, прямо на пиджак зажатой в тесных объятьях девушки. Тут же Маринетт слегка отстраняется, упершись ладонями в грудь одноклассника, и поднимает полный непонимания взгляд на Агреста. - Ад-дриан, – запнувшись, произносит она. – А что случилось?

***

- Знаешь, Маринетт, если ты продолжишь мямлить, Адриан женится на Кагами, или того хуже, на Хлое! Тебе срочно нужно вытравить своего мямлезавра! Дюпен-Чен лишь удрученно вздыхает, и кладет прочитанную книгу на стол библиотекаря. - Ты же знаешь, как сложно мне быть уверенной рядом с ним. Возможно, когда-нибудь я смогу позвать его на свидание, но это «когда-нибудь» точно не сейчас. Алья тяжело вздыхает и качает головой. В то же время дверь открывается и в библиотеку врывается тот, кого здесь и сейчас Маринетт совсем не ожидала увидеть – Адриан Агрест, предмет ее обожания. Юноша стремительно приближается к одноклассницам и неожиданно для всех присутствующих заключает Дюпен-Чен в крепкие объятья. «Что это с ним?» – тут же проносится в ее голове. Адриан плачет, его речь бессвязна и непонятна ей. О чем он? Почему он так испугался, и почему сейчас так рад? Почему, так крепко прижимает ее к себе и называет Принцессой? Что она пропустила, отлучившись на десять минут в школьную библиотеку? Нехотя отрываясь от возлюбленного, девушка находит в себе силы, чтобы спросить, что произошло, но почему-то Агрест тут же впал в ступор и смотрит на нее сейчас, как на приведение. Очень странно и даже немного пугающе… Взглянув на подругу, Маринетт поняла, что поведение Агреста шокирует не только ее. Ах, а как хотелось бы снова прижаться к его груди, и выведать обо всем, что скрывает этот молодой человек. Узнать обо всех этих странностях, о его страхах, его желаниях… Ведь не зря же, ворвавшись сюда, он просто накинулся на нее? Во всем этом наверняка скрыт глубокий смысл, но она, к сожалению, пока что его не понимает. Но очень, очень хочет понять! Звенит звонок, оповещающий о начале урока. Они должны сейчас находиться в классе и готовиться к лекции мадам Бюстье, но они сейчас здесь, стоят в метре друг от друга, смотря друг другу в глаза, и совершенно друг друга не понимая. - Ладненько, я, пожалуй, пойду, – тихо заявляет Сезер, но ребята молчат, продолжая вглядываться в глаза молчаливого собеседника. Оба молчат, не зная, что сказать, как понять, чем объяснить. - Пожалуй, мне тоже пора, – с холодом в голосе неожиданно произносит Агрест, и больше ничего не говоря, резко разворачивается, и так же стремительно удаляется. А Маринетт продолжает стоять на месте, не в состоянии переварить случившееся.

***

Как только Адриан покинул библиотеку, квами снова попытался его позвать. - Ну, что тебе? – резко отвечает юноша на очередной зов. - Поговорить надо, – спокойно поясняет котенок, взглядом указывая на дверь раздевалки. Агрест со вздохом молча соглашается, двигаясь в указанном направлении. Когда убедился, что в раздевалке никого нет, он кивает своему маленькому другу, тот тут же вылетает из своего укрытия – сумки своего подопечного – и зависает прямо напротив юноши. - Адриан, в том, что она ничего не помнит, нет ничего удивительного, – спокойно разъясняет квами. У Адриана в то же время снова округляются глаза. - Так, это был не сон? И крыша у меня не поехала? - Нет, конечно. - Но почему тогда… Все, как раньше? Она совсем не помнит меня «меня»? - Она пожертвовала своей жизнью, чтобы спасти тебе жизнь! Как думаешь? Агрест снова тяжело вздыхает, сцепляя пальцы в замок. - А как же… Как же проклятье? И если она пожертвовала собой, как получилось, что она осталась жива? - Я думаю, это все дары Леди Удачи. Главное этим не злоупотреблять, как делал это раньше ты со своими дарами, – квами позволил себе легкую усмешку. – Забавно, ты столько раз умирал, чтобы спасти жизнь Леди Баг, но все стало на свои места, когда она действительно полюбила тебя… Настоящего. Очередной тяжелый вздох можно посчитать знаком согласия. - Но теперь она ничего не помнит… И вряд ли она примет меня теперь… - Может, попытаешься это проверить? Не забывай, в ее комнате вся стена твоими плакатами увешана, – котенок снова улыбается, и у Адриана на душе тоже становится легче. – Не обязательно сразу ей заявлять, что ты ее непутевый напарник по борьбе со злом, мне кажется, со временем она сама обо всем догадается. Не разглядеть в тебе Нуара при близком общении просто невозможно! Юноша весело хохотнул на это заявление, но все же был согласен с Плаггом. Он уже достаточно долго упускал свое счастье, но теперь знает, что должен делать.

***

Тяжелый был сегодня день. Нет, дело не только в нескольких проверочных работах и тяжелом практическом задании по химии, всему виной златовласый идол, который достаточно давно так прочно засел в ее сердце, и который так странно вел себя сегодня. Маринетт всегда была для него близкой подругой, они часто болтали, и она иногда могла заметить его взгляд на себе… Но сегодня этот взгляд был каким-то особенным, таким , каким зачастую на Леди Баг смотрел ее напарник… Словно она для него – все. Но этого просто не может быть! И поэтому весь день юная Дюпен-Чен гнала от себя всевозможные мысли об их предстоящей свадьбе, о троих детках и хомячке по имени… - Маринетт! – кричит предмет обожания ей в след, и девушка словно застывает на месте. Кое-как собравшись с духом, она оборачивается к нему и ждет, пока он подойдет ближе. – Я хотел спросить тебя, – неуверенно начинает Агрест, подойдя к однокласснице. Правой рукой он ворошит волос на затылке, как всегда делает, когда смущен, взгляд его направлен куда-то вниз – на носы балеток собеседницы. – Можно я провожу тебя до дома? Она спит? Нет, иначе тройку по химии она бы ни за что не получила! А может, у нее галлюцинации? Ну, конечно, надышалась там всякими газами, теперь мерещится всякое! - А на выходных мы могли бы сходить в кино, а потом погулять и поесть мороженого у Андрэ? – продолжает юноша, а Маринетт незаметно для него щипает себя за руку, чтобы проснуться. Но она не просыпается! - Если ты против, или у тебя какие-то дела, я пойму… Но мне очень хотелось бы провести с тобой это время… – он поднимает свой взгляд и смотрит ей в глаза, а кажется – прямо в душу! Его зеленые глаза просто искрят надеждой и чем-то еще, до боли ей знакомым, но в то же время совсем неизвестным… И мило улыбаясь, она отвечает: - Конечно.