Ошибки юности.

Они встретились на следующий день после Рождества у Максвелла дома. Ели чипсы, пили горячий шоколад, жевали печенье с шоколадом и смотрели глупые рождественские фильмы. Маркус сидел, положив голову на плечо парня и гладил его руку пальцами. Родители Роджера уехали куда-то, и они могли зависать у него дома целую неделю. Кажется, Маркус задремал, он проснулся от поцелуя в губы. Посмеялся и обнял парня, открыв глаза. Он не смутился, когда поцелуи перешли с лица к шее, но его тело мгновенно напряглось, когда рука Максвелла оказалась у него под футболкой. Мартелл до ужаса боялся щекотки, напрягался даже от легких касаний. Он лежал на спине на кровати в спальне Роджера, и с улыбкой смотрел ему в глаза. Максвелла тоже улыбался, нежно, с любовью. Он потянул футболку парня наверх и бросил её на пол. Маркус так растерялся, что не смог ничего предпринять. - Роджер? - Он не был глупым и понимал, к чему всё идёт, но... Вдруг он ошибся? - Да? - Роджер снял и свою футболку, скомкав ее и бросив вслед первой. Он стал целовать напряжённое и горячее тело Маркуса. Тот положил руки Максвеллу на плечи и отстранил его: - Я не хочу, Роджер, - Он старался придать голосу мягкость, а самому вдруг стало не по себе. - Маркус, ну серьёзно, чего ломаться? - Роджер улыбнулся и погладил его по щеке: - Тебе понравится. - Но я не хочу, - Уже твёрже произнёс он и взял парня за руку: - Правда не хочу. - Ну пожалуйста, ты же любишь меня? - Он поцеловал его в ухо, поглаживая рукой его пах: - Не так уже тебе и не хочется, Маркус Мартелл, - Он усмехнулся, почувствовав, что парень возбудился. Маркус тяжело вздохнул. Он любит Роджера, любит сильнее всего на свете. Может и правда он просто придуривается? Или просто ошибается и все будет хорошо? Тем более, что его тело не против.

***

В фильмах, которые Маркус смотрел, (он смотрел в основном лёгкое милое кино) секс всегда был приятен, неважно, кто и с кем, парень с девушкой, с парнем, или девушка с девушкой. В порно, которое Маркус смотрел из любопытства, всем тоже обычно было приятно (хоть он и знал, что они только изображают удовольствие, но раз изображают, значит оно подразумевается?). За всю жизнь у него сложилось впечатление, что мастурбация и секс должны приносить у д о в о л ь с т в и е, то есть, быть приятными для обоих партнёров. И только ему, Маркусу Мартеллу, мастурбация никогда не приносила удовольствия. Для него это был способ сбросить напряжение, и он прибегал к нему крайне редко. Его это обычно мало волновало, может, он просто делает что-то не так? Смотрит неправильное порно, или его не возбуждают девушки? Парни? Л Ю Д И? Или просто... выбрал неправильную технику? Но когда почти все одноклассники дружно обсуждали девчонок (не в самом уважительном ключе), он смущённо молчал, так как пытаться убедить их, что "девушки это не кусок мяса", было бесполезно, а говорить на эту тему он не мог, потому что... Просто не понимал. Обычно он не думал об этом. Старался не думать. Он боялся, что он просто, ну... Неправильный, что с ним что-то глубоко неправильно, вдруг это болезнь? Может это вызвано детской травмой, которое память заблокировала? Он нервно улыбался на похотливые замечания одноклассников в адрес "сисек той крошки", внимательно следил за всеми действиями парней в порно, и с о п е р е ж е в а л. Как они там? Наверное им неудобно в такой позе, наверное он устал. Это больно? Он смущённо мялся, когда обнаруживал в кармане джинс или в рюкзаке пачку презервативов, которые заботливо положила туда maman, и с напряжённым лицом сидел в комнате, надеясь закончить с рукоблудием как можно быстрее. Маркус асексуален и это нормально. Но кто мог бы ему объяснить это, чтобы он не корил себя, не считал себя сломанным или больным?

***

Маркус не запомнил, сколько это длилось, но ему казалось, что прошла целая вечность. Он пытался просить Роджера, что пора заканчивать, но в ответ слышал только возбуждённый неразборчивый шёпот прямо в ухо. Он чувствовал его горячее дыхание, его влажные поцелуи на шее и сейчас, как никогда раньше, ему было противно. Ему было мерзко от Роджера и от самого себя. Он чувствовал себя потным, грязным и противным. Маркус кончил только с помощью Роджера, себе на живот. И как только всё ЭТО закончилось, он встал и ушёл в ванную, а там разрыдался. Он тёр себя без остановки минут пятнадцать, а потом просто сидел в ванной и шмыгал носом. Он любил Роджера больше всего на свете, он доверял ему всё, свои секреты, свои страхи, свою жизнь. Рядом с Максвеллом он чувствовал себя в безопасности, а теперь... Он вернулся в спальню и посмотрел на парня с жалостью и...страхом? Роджер спал, чуть прикрывшись одеялом. Спал, как ни в чём ни бывало, даже трусы успел надеть, пока Маркуса не было. Мартелл присел на кровать и немного посмотрел на парня. Потом прилёг на край и забылся сном. Роджер поцеловал его в щеку и коснулся губами уха: - Проснись, Маркус, соня, - Он погладил его по плечу. Он улыбался, но когда увидел, что обычно светлое лицо омрачено волнением, он сам забеспокоился: - Все в порядке? Маркусу ничего не приснилось, сон его был спокоен. Но как только он проснулся, то сразу навалились воспоминания о прошедшей ночи. Он уже не чувствовал отвращения, только... Опустошение? Он посмотрел на парня над собой, еще пока сонный. - Нет, Роджер, - Он с усилием сел: - Я сказал, что не хочу, а ты меня заставил, это всё равно что... - Маркус замолчал, боясь продолжить, но Максвелл и так понял. - Всё равно, что изнасилование? Не говори так, Маркус, - Роджер взял его за руки и посмотрел в глаза: - Изнасилование это страшно, это больно, это... Маркус, неужели ты считаешь, что я способен на такое? Я думал, тебе понравилось, я видел... Я слышал! - Он искренне не понимал, как Маркусу мог не понравиться секс с ним? Настолько, что он называет это изнасилованием! Маркус вдруг почувствовал себя очень плохо. Он чувствовал себя виноватым. Роджер любит его и никогда не переставал любить, а он обвиняет его в изнасиловании. - Прости, Роджер, прости, я не хотел тебя обидеть, я просто правда не хотел... - Но тебе понравилось! Маркус, разве тебе не понравилось? - Он взял его за плечи, - Если нет, то так и скажи, я пойму, но я слышал твои стоны и ты кончил! Маркус замолчал, опустив взгляд. Он не помнил ничего про стоны, потому что был погружен в свои мысли? Его тело просто отзывалось на стимуляцию, или ему действительно было приятно? Может, ему понравилось, а он просто себя накрутил, потому что думал, что неправильный? - Прости, Роджер, всё хорошо, - Он поцеловал его в губы.