Целуй мой пистолет

— Ва… вау! Влад, это твоя? — широко раскрыв глаза, изумился Глеб. Прямо перед ним в переливающейся на солнце ряби воды Клязьминского водохранилища красовалась черная глянцевая, с хромированными поручнями и отделкой, отполированная до зеркального блеска Яхта! — Моя! — довольно сказал Вадим. — восьмидесятипятифутовая красавица! Два двигателя MAN V12 развивают скорость до 33 узлов, представляешь?! — оживленно начал рассказывать яхтовладелец, — это, по-сути, Мерседес, мчащийся по воде! — Вадим улыбнулся во все тридцать два зуба. «WILD BABE»*, — прочитал Глеб название яхты, красовавшееся серебристыми буквами на черном корпусе судна. Он с удивлением, восхищением и чуть уловимой грустью смотрел на неповторимое творение рук человека, идеально вписывающееся в акваторию Клязьмы. — Ну пошли, пошли! — обняв Глеба за плечи и увлекая его за собой, промурчал Вадим. Они поднялись по трапу и очутились на красивой тиковой палубе. — А давай-ка, я устрою тебе экскурсию по моей «Малышке», а? — улыбнулся Вадим и, взяв обалдевшего от увиденного Глеба за руку, повел его осматривать яхту. — Вот это мастер-каюта, — показал Вадим просторное помещение с закругленными кожаными диванами, стеклянным столиком и домашним кинотеатром. Каюта располагалась в центре яхты и простиралась во всю ширину корпуса, — А это VIP-каюта, — «Здесь мы с тобой будем трахаться!» — про себя подумал он, но вслух продолжил, — Тут, как видишь, двуспальная кровать, полноценная гардеробная и ванная с джакузи, — они стояли в носовой части яхты. Он немного подтолкнул брата вперед к круглой, с шелковым черно-стальным постельным бельем, кровати с кожаным изголовьем и, развернув младшего к себе, жадно впился ему в губы. Глеб, ошалевший от всего увиденного, замер, даже не ответив на поцелуй, — Ну ладно, пошли дальше! — заметив смущение брата, сказал Вадим, улыбаясь. — Здесь две двухместные каюты, — махнул рукой Вадим в сторону закрытых дверей. — Тут обеденная зона, с прекрасно оснащенным баром, а в кормовой части — лежаки для солнечных ванн, — завершил он экскурсию, выходя на палубу и пропуская Глеба вперед. — Ну скажи что-нибудь. Как тебе моя девочка? — с придыханием спросил Вадим. — Это… это шикарное место, Влад! Мне даже как-то неудобно здесь находиться, — засмущался Глеб. — Глупости! Чего неудобного-то? Наоборот, очень даже все удобно! Ну пойдем, надо уже выходить в «открытое море!» — радостно затараторил Вадим и потащил брата на капитанский мостик. Встав за штурвал, Вадим вставил ключи в замок зажигания, и тут же послышалось приятное, почти неслышное урчание. Яхта пришла в движение, и они плавно стали выходить из гавани. — Похож я на Хью Хефнера? ** — смеясь сказал Вадим, взяв лежавшую у штурвала белую капитанскую фуражку и надев ее себе на голову. — На кого? — не понял Глеб, ошарашенно глядя то на брата, то на кожанно-хромированное убранство капитанского мостика. — Не важно, — Вадим бросил фуражку на капитанское кресло и расплылся в соблазнительной улыбке, — Иди сюда! Глеб, как завороженный, подошел к нему, и тот, притянув к себе, поставил его за штурвал. — Давай, я научу тебя управлять этой красоткой, — сказал Вадим, положив руки брата на штурвал, — Только нежно, — он опустил свои ладони на руки брата и слегка повернул штурвал вправо. У Глеба перехватило дух от осознания того, что он за штурвалом этой громадины. И от горячего дыхания брата у себя за ухом. Он чувствовал, как губы Вадима опускаются на шею, влажными поцелуями подбираются к щеке и приближаются к его губам. — Я точно управляю этой штукой? — чувствуя, как от дыхания и поцелуев брата его член наливается кровью, спросил Глеб. — Конечно, ты капитан! — бархатным голосом сказал Вадим, обхватывая губами губы младшего и, взяв капитанскую фуражку, надел ее на голову Глеба. — Ты поворачиваешь яхту с помощью пера руля, — Вадим обнял его сзади и запустил руку в штаны, — Который через головку руля и балер связан со штурвалом или румпелем, — он обхватил пальцами набухший ствол Глеба, слегка отодвигая крайнюю плоть и массируя бархатистую поверхность, — Балер — это вертикальный вал, то есть металлическая палка, которая в воде заканчивается пером руля, — спускаясь ниже, он одним движением оголил распаленные бедра младшего и приспустил свои штаны, целуя его в шею, наклоняя чуть вперед, — А в кокпите румпелем или штурвалом, — подытожил Вадим и, смочив свой член слюной, вошел в брата. Глеб застонал и тяжело задышал, — не отпускай штурвал, Мой Капитан! — предупредил старший, плавно двигаясь. — Давай садись! — не выходя из Глеба, Вадим сел обнаженными ягодицами на кожаное капитанское кресло и притянул его за собой. Чувствуя сильное возбуждение и горячий член брата у себя внутри, Глеб стал сам насаживаться на плоть Вадима, двигаясь все быстрее. Их стоны слились в один, Вадим накрыл его руки своими и, целуя его в шею и плечи, просил не спешить. Но Глеб не слышал, его охватила страсть и Вадим, почувствовав приближение разрядки, обхватил член брата рукой и, сжав сильнее, ощутил спазм оргазма брата и, тут же сам кончил в горячее тело Глеба.