Забытый мир

Я вышел из кабинета не в силах переварить случившееся. Я участвую в сверхсекретной операции! Против Рейха! Я спасаю все метро! Но это были не крики радости, а скорее крики помощи. Все произошло слишком быстро. Я не уверен, что смогу принять столь тяжкий груз. Он свалился на мои плечи словно камни. Но у меня нет какой-либо подготовки, навыков, да стреляю я не как снайпер. А если схватят? Там на Рейхе? Что они будут со мной делать? Пытать? Конечно, пытать. Они захотят выведать все, что связано с картой, этой операцией, с дедом. А если машина заглохнет? Прямо там, в лесу? Мы будем ждать помощи, ну просто кучу времени! Не факт что мы переживем нападения животных, Висельников и прочих тварей. Зачем я согласился? Так моего мнения никто и не спрашивал. А отказаться я не смог. Почему? Не знаю. Может из чувства долга? Защитить всех? Нет. Наверное, все происходило слишком быстро. Да, наверное. Мы шли по коридору, не разговаривая. Мне казалось, что стены стали уже и начали давить на меня. Мне было не по себе. Кружилась голова. Хотелось есть. Хотелось просто взять и убежать. Дедушка выглядел спокойно. Но на лице все равно читалась тревога. Наверное, он сокрушает себя, что из-за его библиотеки может погибнуть все метро. - О чем вы думаете? - спросил я - О том, что моя библиотека принесла зло. - Но если бы вы не нашли эти бумажки, то рано или поздно их нашел бы кто-то другой. - Давайте поговорим об этом как-нибудь потом. Я не стал спорить. Я понимал его. Столько лет собирать самые важные сведенья представляя о том, как потомки будут с благодарностью и теплотой вспоминать твое имя, и вдруг появляется человек говорящий, что эта библиотека может послужить во зло. И еще, какой человек! Нацист! Вот тебе и благодарные потомки! Вряд ли дед представлял их именно так. Мы начали спускаться в метро. Лестница была прохладной. Я чувствовал это даже через свои толстые сапоги. Спустившись вниз, я увидел огромный тоннель, казалось ведущий в бесконечность. Но это было раньше. Теперь нельзя было увидеть той загадочности, которую излучал тоннель. А все из-за этой огромной толстой двери. Железо производилось у нас, дверь сделали инженеры красных, установили вместе. По ту сторону тоннеля стоит точно такая же дверь. Тут было сразу два железнодорожных пути. Один туда, другой обратно. Когда мы подошли, нас у платформы уже ждала тачанка. Тачанка - ласковое прозвище машин, переделанных и поставленных на рельсы. Сняли почти все, в том числе и крышу. О том, что это когда-то была машина, напоминали лишь кресла. Мягкие, немного холодные, они вселяли немного спокойствия. Они установлены, так что они смотрели друг на друга. Только кресла водителя и сопровождающего стояли спиной к нам. Мы подошли к краю платформы. Солдаты встали и поздоровались. Командир представился как Владислав. В конвое было всего шесть человек, считая нас. Все были естественно вооружены. У всех были Калашниковы кроме водителя и сопровождающего, у них были дробовики. Гранаты в тоннеле были запрещены. Из-за них мог случиться обвал. Все они были одеты в броню, намного превышающую по подвижности и стойкости нашу. - Итак, озвучу инструкцию, - сказал Владислав – Из тачанки не вылезать, лишнего не брать, в нас не стрелять и не курить. Мы улыбнулись. Однако не было понятно, что означает лишнего не брать. - Ну, прошу на борт. Отправляемся в дальнее плавание! Командир видно попался веселый, значит, скучно дороге не будет. И вообще это хорошо, что он веселый. Если бы из тоннеля всякие твари лезли, он был бы хмурым и строгим. А если он шутит, значит, ничего серьезного не происходило. Я много байков слышал, что происходит в этом тоннеле. Много слухов ходит, много, кто чего рассказывает. Дети, старики, женщины, охотники, сталкеры. Охранники тоннеля, конечно же, ничего не подтверждают. А иногда и посмеиваются. Однако слухи эти уж больно правдивые, или мне только так кажется? Сев в тачанку я с удовольствием сел на кресло. Оно было мягким и удобным. Командир отдал приказ открыть ворота. Огромная дверь заскрипела, закашляла, и начала медленно отварятся. Я ожидал, что в тот момент, когда дверь окончательно откроется, оттуда из темной глубины на нас выскочат полчища чудовищ. Голодные и злые они разорвут нас на мелкие кусочки. Когда дверь уже почти открылась, я весь напрягся и начал всматриваться в темноту. Конечно же, ничего не произошло. Просто бурная фантазия и страх. Командир отдал приказ, водитель кивнул и дернул за рычаг. Наша тачанка одобрительно фыркнула, заворчала и завелась. Мы поплыли в самые глубины этого мрака. Командир отдал приказ одеть противогазы. Я тоже одел. Снова смотрю на мир через пыльное стекло противогаза. Словно чужими глазами. Из-за этого обстановка казалась еще более мрачной и жуткой. Мы ехали по туннелю довольно быстро. Над нашими головами медленно проплывал каменный потолок. Было слышно, как скрипит, закрываясь, дверь. Громкий хлопок, и свет что был за нами, погас. Мы включили фонарь на тачанке. Фонарь, который казался на свету жалким мотыльком, сейчас же поедал мрак своим желтым светом, прокладывая нам путь дальше. Кольца тем временем все не кончались. Они так же медленно плыли над головой. Рельсы же казались просто бесконечными. Казалось, они уходили куда-то вдаль, далеко. Они исчезали где-то там во мраке, в бесконечности, которую я был не в силах принять. Все вокруг казалось мне фантастичным. Словно из какой-то фантастики. Мы сидели и занимались кто чем. Кто играл в карты, кто смотрел вдаль, кто просто погрузился в свои мысли. Я же сидел и погружался в мысли. Если Рейх найдет все карты, то еще не факт, что он доберется до этого бункера. Ведь только красные обладают достаточно мощной техникой. Но даже в таком случае нужно идти не одним конвоем. Неизвестно что несут в себе дальние леса. Может там обитает нечто пострашней упырей, дьявола и медведей. Даже если Рейх и заполучит столь желаемое оружие, то, что тогда? Как они будут с ним обращаться? Если это танк или какая-либо машина она наверняка ест много топлива. Сомневаюсь, что у них есть его достаточно нужное количество. Даже если у них и будет топливо для реализации., скорее всего они, просто не смогут им управлять. Это, не какая-то жалкая машинешка, а секретное оружие. Наверняка совладать с ним будет не просто. Можно допустить, что к нему есть инструкция. Но скорее всего она спрятана очень надежно. Но даже если они найдут ее, то первоочередное препятствие -это топливо. Мне кажется, в принципе невозможным иметь столько топлива. По крайней мере, в наши то дни. - Как думаете, мужики, то че рассказывают о тоннелях, правда? - спросил кто-то из группы - Брехня это все, Ген! – откликнулся другой -А я вот считаю, что не брехня. Я решил вставить и свое слово. - Я вот слышал, что у самых ворот к красным что-то происходит, что-то мистическое и необъяснимое. Они сами жаловались. - Если бы у них что водилось бы, они бы нам сообщили бы! Тоннель то общий, – ответил Артем - Не, им важны наши товары. Если-б караваны узнали об опасности, они бы туда не сунулись. - Но, если они проблему не устранят тогда к ним вообще никто не поедет. - У красных достаточно оружия и знаний что бы самим справится с этой проблемой - вмешался один из солдат - Вот именно! Зачем им у кого-то помощи просить? Они всегда считали, что все могут сделать все сами, - ответил второй В разговор решил вмешаться командир - Давайте не будем пугать друг друга этими байками и слухами. На станцию сообщение не поступало о каких-либо аномальных явлениях, значит, все в порядке. Мы утихли. Конечно же, командир был прав, но знаменитый человеческий вопрос «а вдруг» не давал нам покоя. Человек, он такое существо, что он будет бояться даже когда все вроде надежно. Но он все равно находит, над чем побоятся. И тут то же самое. Вроде и опасностей никаких быть не должно, и сообщений об этом не было. Но все равно какое-то вот чувство тревоги все равно есть. Наверное, из-за того, что слухов много наслушались мы, и поэтому даже те, кто был в этом тоннеле сотни, раз начинает в них тайно верить. Сам ты может и понимаешь, что это все бред, но, где-то в глубине ты веришь в это и держишься на стороже. - Кстати тебя как зовут то? - спросил меня командир - Меня то? Меня Сашей звать. Александр то беж. - Ну, значит, счастливо вам из Рейха возвратится! Это я на случай если не смогу попрощается с вами, когда прибудем. - Вам тоже попутного ветра! - Можно вас спросить? - Можно. - Сколько нам еще ехать? - Часа два еще! - То есть, если с нами что-то случится они, со станции, не узнают об этом? - Если что случится, то по расписанию мы должны были приехать через два часа. Если мы не приедем, на красные должны будут доложить о нашем не явлении. За нами пошлют конвой…на все про все еще часа два-три. Я задумался. Два часа и еще два часа, итого четыре. За это время может произойти все что угодно. - Вы как-то контролируете эти тоннели, проверяете? - Да, но по очереди. Сначала мы потом они. - А как часто? - По два раза в неделю. Но, недалеко. По большей части мы узнаем о состоянии тоннеля от разного рода путников, торговцев там, охотников. - Значит все - таки боитесь далеко заходить. - Слушай Сань - командир говорил шёпотом – обычному человеку я бы такое не за что не сказал, боже упаси. Но тебе как особо важному человеку в поведаю я тебе об одном явлении, о котором нам многие купцы рассказывали. Я весь напрягся. Значит что-то здесь не так. Прям, как чувствовал. - Нам купцы - командир говорил так тихо что мне пришлось наклонится –из тех что туда-сюда по тоннелю гоняют рассказывали, что где-то на половине пути не раз встречали они каких-то подозрительных людей. - Висельников? - Да нет. Висельники во всяких лохмотьях. А эти были в хорошо сшитом тряпье. Отличительных знаков никаких. Зато, завидев свет бегут как ошпаренные. Из-за угла на тачанку как на врага смотрят. Оружия на них не наблюдалось, хотя может просто в темноте не заметили. Остановится да расспросить никто не захотел, слишком уж страшно. Так что нам дали строгий приказ, если увидим такого, либо схватить, либо стрелять. Нужно узнать кто они такие. Может, черти. Мне стало не по себе. - А может это был один из красных? Может в темноте перепутали? - Да нет в том то и дело. Начальство то, сразу этим делом заинтересовались. Мол, кто у нас там без спросу живет? Вызвали красных, расспросили, мол, так и так, ваши? Те нет, не наши. Вот и было принято решение разузнать! Мы ехали очень долго. Не знаю, прошла ли та половина пути, о которой говорил командир, но мысль об этих людях не давала мне покоя. Да и с чего я взял, что это люди? И люди ли они вообще? Они могли внешне остаться людьми, но озвереть душой. Или могли стать зверями внешне, но остаться людьми в душе. Открывать огонь при виде них было бы бесчеловечно с одной стороны, и небезопасно с другой. Но если они не нападают, может не стоит открывать огонь вообще? Если мы начнем стрелять, они могут напасть, и в этом случае неправы будем мы. Но опять же если стоять и ничего не делать, то же опасно. Попробовать заговорить с ним? А вдруг он уже не понимает по-русски? Может просто проехать дальше и сказать, что ничего не было? Этот вариант мне был по душе больше всего. Но именно с него меня так воротило. Какое-то чувство подлости. Как будто я кого-то предал. - Вон он! Тачанка внезапно остановилась, так что мы чуть все не упали. Я пригляделся и увидел, что в небольшом узком проходе прятался силуэт, напоминающий очертания человека. Мы сидели не в силах пошевелиться. Ждали первых действий от него, а он ждал первых действий от нас. Так мы и сидели. Стояла страшная нагнетающая тишина. Я слышал, как стучит мое сердце и стук отдает аж в голове. Страх пронизывал все живое. На меня эта обстановка так надавила что я встал и пошел к нему. - Саша, Саша не надо! - то ли простонал, то ли прошептал командир А я все шел к нему и шел. Чувство страха нагоняло все сильнее и сильнее. Но чувствовал я его лишь поверхностно, продолжая идти к нему. Чем ближе я подходил, тем лучше различались детали силуэта. Начали, провялятся контуры одежды, лица. Когда мне оставалось совсем немного что бы разглядеть его лицо, он вздрогнул, словно был под гипнозом, и побежал. Я помчался за ним. Я слышал крики явно неодобряюще мой порыв, но я хотел узнать кто же он такой. Я бежал, не разбирая пути. Шпалы, земля, тоннель снова земля. То, что он бежал, означало, что оружия у него явно нет. Бежали мы долго, примерно минуту, но то, как он резво бежал и с такой точностью, говорило о его силе и о том, что он здесь явно бывал ранее. Внезапно он остановился, и я увидел впереди него тупик. Разум, а соответственно и страх начали возвращаться, и я схватил свой автомат, направляя дуло в сторону незнакомца. Неожиданно стена, что была за ним, куда-то пропала, полился красный свет, и недовольный голос оттуда произнес - Где же ты ходишь Плут? Фигура говорившего приближалась. Позади него лился слабоватый свет, и этот свет подчёркивал его силуэт, создавал образ какого то, святого что ли. - Это еще кто с тобой? А? Не став размышлять о последствиях, я выстрелил в незнакомца. Он упал на почти беззвучно, а вот выстрел моей Сайги отдавалось эхом в глубины этой пещеры. Недолго подумав, я вбежал в станцию и влез в бочку. Где, по-видимому, хранилось какое-то масло. Я поступил правильно, поскольку услышал полчища шагов, приближающихся в моем направлении. Немного потоптавшись на месте, они побежали туда, откуда, я пришел. Когда шаги притихли, я высунулся, никого. Я вылез и увидел труп того, кого я убил. Оттащив его в сторону, я начал его обследовать. Лицо было обычным, человеческим. На его одежде не было никаких отличительных знаков. Состояла она из всякого тряпья, но всяко лучше, чем у Плута. Кстати где он? Я вспомнил, что во время стрельбы он куда-то убежал. Но мне сейчас не до него. Я одел поверх несколько тряпок его одежды, так что бы, не было видно моей одежды. Спрятав его тело в одной из бочек, я вышел из своего укрытия. Я не был уверен в своем плане, но возвращаться было нельзя. Подумав, что меня будут искать как раз в бочках, я решил откатить ее подальше. Я заметил, что на убитом нет противогаза. Значит тут можно дышать! Сняв противогаз с головы, я вздохнул полной, тяжелой грудью. Все-таки одно дело дышать через душный противогаз, а совсем другое свободный аромат свежего воздуха. Кстати, а как так получается, что здесь можно дышать? Может здесь воздушный карман? Но у меня не было времени думать об этом. Поэтому, когда дела были закончены, я решил пройтись, поэтому месту. Сделав невозмутимое лицо, я ушел вглубь. Она была, по всей видимости, долгое время заброшенной пока ее не нашли. Об этом свидетельствовало трещины в каркасе кое-как заделанные деревом. Вскоре я вышел на большую площадку и увидел нечто похожее на фасад. В центре стояло здание, напоминающее большую часовню. Оно было украшено золотом и разными висюльками. Вокруг часовни стояло много людей, и они явно чего-то ждали. Я не рисковал спрашивать. Поэтому просто подошел и начал наблюдать за действиями. Я только подошел, как вдруг один из них показав пальцем в мою сторону прокричал - Вон он! Ко мне побежали почти все, кто стоял. Я хотел побежать, но в голосе кричавшего была не угроза, а скорее, восхищение. Меня брали за руки и вели к часовне по очереди. При этом на меня смотрели с неким благовонием. У самых ворот часовни стояли два человека немного пышно одетых во все белое с коротким красным плащом. - Где же ты был ирод? – спросил меня один из них - Веру нашу от лазутчика защищал. – ответил я, поняв, что передо мной представители какой-то религии. - Благое дело – ответил другой Второй же почему-то молчал и даже не смотрел на меня. Повернув меня лицом к толпе тот который со мной разговаривал, сообщил - Я благословляю слугу нашего пришедшего, как и все мы из темных тоннелей Ла Веем младшим! Толпа заликовала. - Обещаешь ли ты Ла Вей младший быть учителем всех неправедных и во тьме идущих? - Да обещаю – ответил я хотя сам не ведал о том, что говорю. - Посмотрите – он тянул руки к толпе – у него нет ни жены, ни детей! Нет друзей! Он три года готовился занять это место! Он наш праведник! Толпа загудела. Послышались одобрительные слова. - А теперь для укрепления перед нами и вездесущим веры в силы его, мы принесем в жертву тех, от кого ты нас защитил! Ну вот, началось! Через толпу молящихся несли, да-да именно несли, трех человек. Командира, Гену и Старика. Когда их подвели, они узнали меня. Удивление на глазах старика не спадало еще долго. Пока Монах читал какие-то молитвы, я, стояв позади него, сказал им - У вас есть, что из оружия? - Только нож в рукаве. – прошептал командир - А что у вас? - Ничего, – ответили старик с Артемом Монах продолжал вещать толпе. Он говорил что-то о значении их религии, о высшей цели. - А все, кто будут неправедными и неверными, не служа делу общему, будут наказаны. И провалится под их ногами земля, и упадут они в самые глубины Чертог. И блуждать они будут там, вечность. - Что мы будем делать с иноземцами? – спросил я - А ты не знаешь? - спросил он, удивленно уставившись на меня Я понял, что сильно облажался - За незнание ритуала положено наказание! – закричал Монах - Наказать, наказать, наказать! – заревела толпа Я увидел, как Монах занес свой шест для удара, но я ударил его в грудь. Он начал хрипеть и задыхаться. Я обнял деда, помогая ему встать, крича остальным - Бежим! Бежим! Поднимая деда, я забежал в открытые большие двери часовни, это даже были не двери, а ворота, часовни, за мной мои друзья. Мы закрыли дверь. Мы повернули механизм и услышали громкий щелчок. Значит, дверь закрылась. Я огляделся. Внутри часовня напоминала оружейную. По бокам стояли разного рода автоматы и ружья, а наверху три люстры украшенные топорами. Изнутри она выглядела лучше, чем снаружи. Стены были отделаны красным деревом, черт знает, где они его взяли, и украшены различными узорами. Немного потускневшие золотые лепнины. На окнах внутри стояли решетки. Потолок был в лучшем состоянии, чем стены. Он имел некий красный оттенок вперемешку с золотым. Были те самые люстры, но сделанные из обычного дерева. Пока я все это рассматривал, в дверь начали яростно ломиться. Я посмотрел в окно и увидел следующую картину. Семь человек тащили большое бревно к воротам. Самое странное в этом шествии я нашел то, что догадаться, как использовать бревно они смогли, а как грамотно использовать, нет. Дело в том, что трое человек стояли по бокам бревна, а еще один, седьмой, стоял сзади, у самого конца бревна и толкал его вперед. Я поделился этим наблюдением с командиром. - Видимо – сказал он рассудительно – они где-то узнали, как с помощью бревна выбить дверь, но как именно это делается, они не знают. Может, не дочитали? Я посмотрел на людей, которые в свою очередь с паникой и интересом смотрели на часовню и понял, что сомневаюсь в том, что эти люди умеют читать. - В этом оружие нет патронов! Они пустые! – сказал Гена - Было понятно, что они используют их для украшения, – ответил ему командир – мне вот что интересно, откуда они его взяли в таком количестве? - Пока мы будем осматривать, они уже проникнут сюда! - Лично я считаю – впервые подал голос дед – мы не сможем их победить, значит надо обхитрить. - Как? Этот вопрос так и повис в воздухе прямо над нашими головами. Мы, никто из нас не представлял, как обхитрить эту средневековую толпу. Я начал ходить, осматривая пол в надежде, что здесь есть подвал или что-то похожее. Но ничего не было. Может взять много оружия и блефовать, что оно заряжено? Они в этом храме были больше чем мы и знают что оружие не заряжено. Нет, это не пойдет. Перебирая в голове тысячи планов, я уже начинал отчаиваться. С каждым новым разочарованием в новоиспеченном плане мой оптимизм постепенно тух, уступая место фактам. Пока я рассуждал, в дверь начали яростно ломиться. Я понял, что это конец. Я начал паниковать, пытаясь оторвать от тоски и безысходности решетку окна. И тут я понял, как нам спастись. Они сломали двери. С грохотом и нежеланием распахнулись. Толпа ворвалась в храм и разбежавшись во все стороны начали искать язычников. Толпа кричала, плакала, рвалась найти и разорвать на куски. Кричал и Монах - Найти! Во имя отца родителя! Во имя огонька света в темных глубинах тоннелей! Но его никто не слышал. Толпа переворачивала, ломала, неистовала. Все огнестрельное оружие, что аккуратно стояло в центре, и по бокам часовни было разбросано. Все статуэтки лежали на полу. Кто-то начал ломать и стены. Скоро первобытная ярость прошла и уступила место человеку. Все начали собираться у Монаха прося прощения что не нашли лазутчиков и одного предателя. Подходили по очереди и монах всех прощал. После, он объявил что здесь нет никаких секретных ходов, а значит они слуги темных сил раз они смогли пройти сквозь стены и приказал им искать нас везде, по всему дому, хотя на это место было мало похожим. Скорее, какая то помесь недоделанной шахты с пещерой. Мы стояли и смотрели на все это зрелище. И каждый из нас улыбался, сдерживая смех. Все-таки человеческий интеллект сильнее слепой ненависти! Наверху, у самого потолка стояли мы, дед-Странник, Гена, командир и я, держась за выступы и щели в стене. Прижимаясь к стене и прячась в тени. Каждый из нас удивлялся, как же они не догадались посмотреть наверх. Ни один из них не додумался просто поднять голову вверх и присмотреться. Видимо они были так слепы в покорности своей религии что они хотели поскорее найти неверных чем задаться простым вопросом, куда же они делись? - Что теперь будем делать? – прошептал мне Геннадий, поскольку был ко мне ближе всех. - Подождем, пока все не уйдут, а там уже разберемся. Поняв, что ничего интересного здесь больше не будет, толпа начала расходится. Под общее бормотание о сегодняшнем событии люди уходили. Самым последним ушел Монах. Услышав, как захлопнулась дверь, мы начали спускаться. Оказавшись внизу, мы решили придумать, как нам сбежать с этой станции. Мы решили, что мы из лохмотья, что одеты на мне мы оденем на каждого и будем походить на них. Одевшись, мы начали думать, что мы будем делать когда выйдем из часовни. Понятно, что мы пойдем на выход, но там может быть охрана. Ещё мы решили, что будем держаться поодаль друг от друга. Когда мы вышли я обернулся и посмотрел на двери, видимо они закрываются только с одной стороны и люди настолько верны религии что не посмеют что либо, выкрасть из храма. Я решил осмотреть часовню получше. Я заметил, что она украшена гораздо скромнее снаружи, чем внутри. На ее верху было четыре купола, три были маленькими, а один самый большой был на самом верху. Приглядевшись, я увидел, что все три купола украшены неким подобием свастики. У странного знака было два окончания, и они были переплетены между собой. Еще я заметил, что самый большой, четвертый купол, упирался прямо в потолок, частично скрываясь в нем. Все купола были золотого цвета как в православии. Они были так искусно покрашены, что было почти незаметно, что они сделаны из обычного дерева. Насмотревшись на это подобие часовни, я побежал догонять своих товарищей. Когда я подошёл, я старался не смотреть на них. Это странное чувство заставляющее делать тебя, что то что делать сейчас нежелательно. Всегда вот хочется сделать, что то наперекор запрету. Наверное, в этом и состоит человеческая природа. Упрямится. Делать то, что казалось делать нельзя. Наверное, именно благодаря этому качеству человек и вышел из пещер. Казалось, природа заставляла человека навсегда остаться неразумной обезьяной. Спрятаться на своей пальме, мокнуть от дождя, а не сидеть в сухой пещере греясь у костра. Но человеческое упрямство не позволило ему подчиниться, воле природы. Постоянно борясь с ней. Пока я так рассуждал, мы уже подошли к выходу. Странно было то, что мы не встретили никого из жителей. Все как будто вымерли. Одни мы шли по пустым коридорам, стараясь не глядеть, друг на друга. У входа никого не было, это подозрительно. Может они устроили нам ловушку? Вполне может быть. Убедившись, что никого рядом нет, я подозвал остальных, и мы, спрятавшись, у тех самых бочек начали обсуждать, что делать дальше. Спорили мы около минуты и сошлись на том, что один из нас должен пойти и проверить выход. Гена вызвался сам. Мы спросили, откуда такое самопожертвование. Он ответил, что старика ему жалко, командир важен, а я просто малоопытен. Я решил не спорить и уступить ему право проявить себя. Артем вышел из-за бочек и направился к выходу. На этот раз я решил не прятаться в бочке, поскольку был уверен что тело настоящего Ла Вея младшего уже нашли и если сейчас Артем прогорит в первую очередь нас будут искать в этих самых бочках, а так мы хотя бы сможем убежать. Мы пристально следили за Генай. Ловили каждое его движение. Он спокойным шагом подходил к выходу из этого плена. Когда он уже подошел к началу длинного тоннеля что ведет прямо на пути, мы все затаили дыхание. Что-то сейчас будет! Он перешагнул через балку, что отделяла станцию от тоннеля, мы все напряглись еще сильнее. Всматриваясь в его силуэт, постепенно отдаляющийся от нас, мы ожидали, что его сейчас схватят. Но ничего такого не происходило. Он просто шел вперед и все. У меня в голове промелькнула мысль, что они оказались хитрее, чем мы думали. Наверное, догадавшись, что мы пошлем разведчика, они ждут, пока выйдем мы все. Тем временем силуэт Гены становился все менее и менее различим. Сначала пропали очертания его штанов. Пропали и те тряпки, что были одеты на нем. И вот он уже превратился в силуэт. В тень. И вот пропал он сам. Мы ждали, что будет дальше, вслушивались в эту темноту. Но ничего не могли расслышать. Просто тишина. -« Ловко работают черти » - подумал я Поделившись своей догадкой насчет того что они хитрее чем нам казалось командир согласился. С одной стороны можно было бы на свой страх и риск попробовать позвать Гену, или же пойти все вместе опять же на свой страх и риск. Но я не стал озвучивать эти мысли. Уж больно они глупые. Мы начали обсуждать, что делать дальше. Всегда есть выход, нужно только его найти. Командир заявил, что у него созрел план. Он взял свой нож и начал приматывать к нему сверхмощный фонарик довоенного времени, который он обменял на калаш и несколько ценных книг. И лично я его за это не осуждаю. Оружие конечно нужная вещь, но фонарик сделанный по последнему слову того времени довольно редки, и они в сотни раз превосходят по мощности современные. Примотав фонарик к рукоятке ножа он метнул его в самый конец тоннеля, войдя своим острием в камень. Примотанный фонарь, освещал путь. Если впереди есть враги, мы их заметим. - Пойдем вместе, или я пойду? – задал вопрос я - Ты иди. – ответил мне старик Командир спорить не стал. - Если что будет, я помочь не смогу, – предупредил он меня - Я знаю – ответил я Выйдя из своего укрытия, я пошел к выходу. Чем ближе я подходил к выходу. Тем сильнее нарастал страх. Я подошел к первому выступу. Ничего. Никто на меня не кинулся. Я сделал еще несколько шагов. Снова ничего. Страх, однако, не пропадал. Я шел дальше и дальше, обходя ямы и выступы. И вот я дошел до конца. Со мной ничего не случилось, никто на меня не напал. Я вынул нож-фонарь из камня и начал светить им, показывая, что никого нет. Из-за бочек вышли два силуэта и направились ко мне. Пока они шли, я решил осмотреться. Пещера была серая, кое-где стояли сваи поддерживающие потолок. Неподалеку своими шпалами блестела железная дорога. Фонарик освещал почти все. Большинство свай были железными, лишь некоторые были деревянные и поставлены кое-как. Пахло сыростью и порохом. Ко мне подбежали старик и командир. - Ну что? Видел что-нибудь? – спросил меня командир - Нет, все чисто – ответил я Мы вышли из пещеры, и пошли на Империю.