Астарот

Она была несчастна. Нельзя сказать, чтобы всегда, в ее жизни было много ярких моментов, да и жизнь до настоящих дней имела оттенок той легкости, когда у тебя есть все: друзья, любовь и забота родителей, свобода. Теперь же все изменилось. Наташе было всего семнадцать. Черная полоса ее жизни началась со смерти любимой бабушки. Остановилось сердце. Бывает. Человек пожилой, здоровье уже не то. Все забылось бы, если не последовавшая за этим смерть одноклассника, который Наташе был небезразличен. Оторвался тромб, когда с утра шел к холодильнику. Секунды. Бывает. Люди ведь внезапно смертны. Затем девушку уволили с подработки, грубо сказав, что от нее больше проблем, чем пользы, отец попал в аварию и впал в кому, мать, не выдержав, тоже заболела. Наташа закрылась в себе, стала молчаливой и рассеянной. Она думала, как бы исправить положение. В конце концов, у нее оставались родители, о которых нужно было заботиться. Как заработать на жизнь несовершеннолетнему подростку? Но и эти мысли отошли вместе со смертью отца. Мать окончательно слегла, а Наташа пала духом. Ей начали платить пособие по потере кормильца, она продолжала ходить в школу, но ни пособие, ни школа не были нужны ей. Она делала это механически, потому что так надо. Может быть, таким образом сбегала от реальности, потому что не хотела или не имела сил видеть безразличное лицо матери, жизненные силы которой уходили с каждым днем. Та, в свою очередь, не могла выносить потерявшей вкус жизни дочери. Единственное, что у нее осталось. Поэтому Наташа за несколько месяцев до лета была формально была переведена на домашнее обучение и отправлена в деревню к тете. Девушка не возражала. Ей было все равно. За тем, как ее вещи грузили в автобус, с ближайшей крыши наблюдали два пронзительно-голубых глаза. Наташа, словно почувствовав на себе тяжелый взгляд, обернулась, но на крыше никого не было. Они в последний раз обнялись с матерью. Та на сколько хватило сил сжала дочь в объятиях и отпустила ее. Поездка прошла нормально. Впрочем, жизнь шла своим чередом вот уже три месяца. На дворе стоял конец апреля, но жара стояла июньская. Все цвело, в воздухе витали запахи травы, цветов, пыли. Наташа любила весну. Это время года всегда ассоциировалось у нее с возрождением, но теперь, когда душа мучительно умирала, девушка не обращала никакого внимания на окружающую ее жизнь. На деревенской остановке ее встретила тетя. Наташа отстраненно поздоровалась, и они, распределив сумки, пошли к дому. Молчали. В маленьком ветхом домике девушке выделили спальное место, объяснили здешние порядки и оставили в покое, посчитав, что девочка с дороги, да и видно было, как сильно она изменилась за последние полгода. Наташа всегда была жизнерадостной и жизнелюбивой, а сейчас пребывала в отвратительной даже для нее самой апатии. У тети промелькнула мысль, что ей нужно не развеяться, а к психиатру, но раз мать решила, что ей нужно в деревню, то так и будет. Наташа целыми днями сидела дома, ничем не занимаясь, иногда открывая свои учебники, чтобы отвлечься от мыслей. По ночам ей снились жуткие кошмары, и она по несколько раз за ночь просыпалась не то от страха, не то чувствуя на себе чей-то взгляд. Такой, как тогда, когда она обернулась на крышу. Но, разумеется, в комнате никого не было. А она молчала и никому не говорила о том, что происходит. Только залегшие под глазами темные тени говорили о том, что девушка практически не спит. Так и было. Она не ложилась спать до последнего, надеясь, что устанет до такой степени, чтобы вообще не видеть снов. В один погожий июльский день ее тетя не выдержала. — Я все понимаю, но надо приходить в себя! Жизнь продолжается. Иди вон, погуляй, погода какая хорошая! — очень четко проговаривая все «о», сказала она. Наташа устало посмотрела на нее и молча пошла исполнять сказанное. Свежий воздух заполнил легкие. Нет, дом, конечно, проветривался, но это совсем не то. То ли дело, когда ты оказываешься на чистой деревенской улице, и тебя обдувает теплый летний ветер. Девушка даже прикрыла прикрыла глаза на минуту, поддаваясь успокаивающему действию ласкового дуновения, однако тут же опустила голову — сердце болезненно сжалось, и она еле сдержала слезы. Наташа пошла, куда глаза глядят. Навстречу ей по проселочной дороге бежали дети. Она не обратила внимание на смех и визги. Девушка уверенно шла к реке, которую заприметила вдали. Она уже знала, что, сидя на берегу, возле какого-нибудь дерева, будет плакать и думать о своей жизни, о том, что случилось с ней за такой короткий срок. Однако Наташа расплакалась раньше. Душа болела, и девушка, не выдержав, села на корточки на обочине, сжалась в комок и до боли схватила себя за волосы. Какая разница, что кто-то может увидеть? Ей плохо. Ей больно. Только вот, едва заслышав голоса людей позади, она тут же попыталась взять себя в руки. Встала и, утирая слезы, быстрее зашагала к реке, надеясь скрыться от посторонних глаз. По дороге она вновь потеряла контроль над своими эмоциями. Хотелось кричать. Крик рвался из легких, давя на них и причиняя боль, а наружу доносилось только жалкое шипение. Наташа заставила себя подавить истерику. Стало совсем капельку, но легче. Ничего не хотелось. Но просто посидеть и посмотреть в никуда ей было не суждено — в месте, которое она заприметила, уже кто-то был. Заметила девушка сидящее на траве существо слишком поздно. Он был красив. Белоснежные крылья казались ослепительными на солнце, бледная кожа без единого намека на румянец и черные, небрежно собранные в хвост волосы. Также небрежно сидящая черная рубашка и, как ни странно, светлые штаны. Несмотря на весь небрежный образ, выглядел незнакомец ангельски-прекрасно. Он притягивал каждой деталью своей внешности, и Наташа замерла в оцепенении. Ангел, как подумала девушка, чуть повернул в ее сторону голову. Она почувствовала на себе его тяжелый взгляд. Тот самый взгляд небесно-голубых глаз. — Кто ты?.. — прошептала она в восхищении. — К чему тебе знать мое имя? — чуть помедлив, скучающе протянул парень. Наташа молчала. Ей вдруг показалось, что этот ангел все это время присматривал за ней, и только благодаря нему она до сих пор не свела счеты с жизнью. Это он будил ее по ночам, чтобы она не видела этих кошмаров, провожал в деревню… Да, не может быть сомнений, так оно и есть. — Ты ангел? — спросила девушка. Уголки губ незнакомца поехали вверх. Он прищурил глаза, мимолетно скосил их на свои крылья, а затем ответил: — Да, можно и так сказать. — Мой? — почти счастливо прошептала Наташа. — Твой-твой, — со странной интонацией протянул ангел. Девушка смотрела на него. Парень без особого интереса разглядывал ее. В какой-то момент он отвернулся. Его в данный момент занимала спокойная гладь медленно текущей реки. Наташа тихо села рядом с ним и тоже обратила свое внимание на реку. Вода блестела тысячей огней отраженного света. — Нравится? — внезапно нарушил тишину ангел. — Да. — Что тебе нравится? — Мне нравится свет, — ответила девушка. Ангел усмехнулся и откинулся на траву, заложив руки за голову. Наташа тайком проследила за его действием. Как можно было оторвать взгляд от этой неземной красоты? Как может существо быть таким прекрасным?.. — Ты… наблюдал за мной? — спросила девушка. Она была как зачарованная. Все чувства притупились, осталось только какое-то болезненное восхищение. Ангел невероятно притягивал, но какая-то часть души отвергала его. Потому что ангелов не существует? Или причина в другом? — Наблюдал, — не стал скрывать парень. Наташа подтянула к себе колени, обхватив их руками. Подул прохладный из-за близости воды ветер. Девушка зябко поежилась. — Согреть? — хитро улыбнувшись, поинтересовался ангел. Наташа не ответила. В голове была пустота, сознание пробивалось будто сквозь толстый слой ваты. Она слабо понимала, что происходит, и когда парень приобнял ее за плечи, вздрогнула и отшатнулась. Тот цокнул языком, холодно смотря на Наташу. — Кто ты? — спросила девушка во второй раз. — Любопытный ребенок. — Кто ты? — решила Наташа стоять на своем. — Меня зовут Астарот, — ответил парень и облизал губы. Он улыбнулся, обнажая зубы с чуть заостренными клыками. — Раз уж я представился, представься и ты. — Раз ты мой ангел, значит, должен знать мое имя, разве нет? — недоверчиво нахмурилась Наташа. — Знаю, но так будет честно, правда? Девушка замялась. Она смотрела на улыбающегося юношу, отчего-то колебалась, но с каждым мгновением магнитическое воздействие этого создания все больше заставляло проникаться симпатией. — Я Наташа, — наконец, ответила она. Ветер сдул челку на глаза, и девушка откинула ее на сторону. Астарот встал и, приблизившись, заправил ей волосы за ухо. — Твои глаза так печальны, — прошептал он, состроив сочувствующее выражение лица. Только взгляд выражал умиротворение. — Мне домой пора… — Наташа отошла от него, повернувшись спиной. Сердце бешено колотилось, и она не могла понять, от чего именно. Испугалась ли она поведения ангела или же… Девушка мотнула головой и быстро пошла прочь от реки. — Приходи завтра, — со смешком бросил ей вдогонку Астарот. Весь остаток дня Наташа была молчалива, но на ее лице не было той тени мрачности, которая поселилась там со дня смерти бабушки. В эту ночь ей не снились кошмары.