Надежда на счастье

— Хэппи, ты понимаешь, что если это ваша с Паркером тупая шутка, то её лучше закончить прямо сейчас. В смысле ты не в курсе где он? В смысле ты задержался и приехал к школе на двадцать минут позже? — Старк негодовал. Его раздражала, напрягала и пугала способность Паркера встревать во всякие неприятности и заставлять его волноваться даже по пустякам. И вот в очередной раз происходит это! Хэппи не смог вовремя забрать подростка и тот исчез, не отвечая на звонки и вообще находясь вне зоны доступа. Тони рассерженно сбросил вызов с Хоганом, и набрал номер мальчишки. Абонент временно не доступен, оставьте сообщение… Тони сбросил и набрал снова. Абонент временно недоступен… И снова. Абонент… — Ваш абонент не абонент! Пятница, где чёртов Питер? На миллиард кусочков рассыпься, но найди мне местоположение этого ребёнка. Я клянусь, если он опять торчит у своего дружка, я посажу его под домашний арест, как самый настоящий суровый родитель! Конечно, никуда он его не посадит, потому что Паркер обязательно применит запрещённый приём щенячьих глазок и в который раз растопит Тони в розовую лужицу, заставив при этом чувствовать себя сумасшедшим старым параноиком. — Приступаю к поиску информации. — Да уж поторопись, — Старк не представлял, куда себя деть, пока ИИ собирает данные. Всё, что он мог — нервно метаться по большой гостиной в пентхаусе.

***

Пробуждение было не из приятных. Голова болела, вероятно от удара о землю, а тело ощущалось одновременно ватным, почти воздушным и при этом свинцовым. Даже пошевелиться вышло не с первой попытки. С невероятным усилием воли Питер заставил себя сесть и оглядеться. В полутьме едва ли можно оценить интерьер, но несколько очевидных вещей и затуманенная голова подростка смогла осознать. Во-первых, он не дома. Это понятно по достаточно веским причинам. Скорее всего его похитили. Во-вторых, единственное, что могло помешать побегу — это вялое состояние нестояния. В-третьих, его не бросили в сырую тюрьму, как обычно делают с пойманными главными героями в фильмах и комиксах. Питеру весьма гостеприимно была предоставлена широкая кровать с мягким гладким бельём светлого оттенка. В общем это всё, что удалось выяснить до того, как в комнате резко зажёгся свет, ослепляя и без того дезориентированного Паркера, и в комнату ворвались посторонние люди. Среди них, сильно щурясь и часто моргая, Питер смог узнать троих мужчин, подловивших его у школы, хотя возможно это были не те же самые люди, но одежда была одинаковая. Четвёртым был не самой приятной наружности старик. Высокий, худощавый, с сильно прогнутой спиной и выпяченной вперёд грудью, одетым в стереотипный костюм дворецкого. Лицо разглядеть получилось не сразу. Лишь привыкнув к свету, Паркер смог наконец лицезреть вытянутое морщинистое лицо с сильно впалыми скулами и глубоко посаженными бесцветными глазами. Образ пугающего дворецкого дополняла сверкающая лысина и редкие серые волосы, опускающиеся едва ниже плеч. В голове Питер невольно провел сравнительную характеристику Пятницы и этого мерзкого типа. ИИ в представлении подростка была смешливой низенькой красавицей брюнеткой, в юбке-карандаш выше колена, белой рубашке и пиджаке с рукавом до локтя. Такой наряд Паркер, возможно, видел на Пеппер в одну из их встреч, но если женщину он делал солиднее и благороднее, то на воображаемой Пятнице выглядел забавно, хоть и не портил ничего и смотрелся здорово. Пятница, в силу того, что была фактически создана Старком, переняла от него многие черты характера, если можно так выразиться, и представлять каким был хозяин этого сухого старика было в некоторой степени даже страшно. — Вы наконец проснулись. Отлично, господин уже ждёт. Вставайте и следуйте за мной, — неприятным скрипучим, но очень громким голосом произнес дворецкий. Питер попытался в ответ съязвить, отшутиться, возразить, но вышло только несвязное: — Нифмхфсш… Дворецкий с раздражением пристукнул каблуками лакированной обуви друг о друга и подал сигнал мужчинами, двое из которых сразу же оказалась у кровати, стащили с неё Питера и буквально потащили подростка вслед за дворецким. Ногами Паркер переставлять не пытался, даже при желании он бы просто не достал до земли. Вот так, удерживая на весу за плечи его втащили в мрачный кабинет и, как мешок скинули на стул, стоящий перед большим дубовым столом. У большого окна, спиной к двери стоял мужчина среднего телосложения. Когда посторонние покинули помещение и в комнате остались только Питер, дворецкий и мужчина, то последний, разворачиваясь лицом к присутствующим заговорил, глядя подростку прямо в глаза: — Ну здравствуй, сын Ричарда Паркера. Как жизнь? — вопрос вероятно был риторическим, потому что подросток всё ещё не был в состоянии говорить. — Надеюсь, ты хорошо поспал. Было уютно? Не душно ли в комнате? — засыпал он Питера вопросами с явной издёвкой. Паркер попытался скорчить сердитую мину на лице, что в общем-то успехом не увенчалось и должного впечатления не произвело. — Вы со своим отцом очень похожи. Особенно тем, что вам ужасно нравится присваивать себе что-то моё. Так, твой отец украл целые годы трудов у меня из-под носа, и ты поступил со мной точно так же. Что такое? Не понимаешь о чём я говорю? — мужчина обошёл стол, остановился рядом с Питером, а затем резко развернул его стул на девяносто градусов к включённому экрану телевизора. — Смотри, Питер Паркер. Не припоминаешь? На экране воспроизвелась запись с камер наблюдения в лабораториях Оскорпа. И записи не были мыльными, с помехами, а наоборот настолько хорошего качества, что узнать в фигуре Питера труда не составило. Вот он отстаёт от группы, вот он подглядывает из-за угла за работниками, вот он заходит в комнату с пауками, а потом спешно покидает её. — Я всё ждал, когда ты склеишь ласты, как и все остальные подопытные, но время шло, а этого всё не происходило. А потом во всех новостях запестрели заголовки: «Новый супергерой помогает Нью-Йорку», «Герой в красно-синем костюме — кто он?», «Человек-паук? Какие цели он преследует», «Новый мститель. Чего от него ждать?» И знаешь, стоило мне слегка покопаться, как я обнаруживаю тебя под маской Человека-паука. Это меня так разозлило, Питер. Очередной Паркер всё разрушил. Сложить в голове два плюс два оказалось несложно. Очевидно, что мужчина перед ним — это Норман Озборн. — Сначала я подумывал прикончить тебя, так же как и прикончил твоих дорогих маму и папу, — Питер вздрогнул и испуганно посмотрел на Озборна. — Но потом подумал — зачем же мне уничтожать удачный образец эксперимента? А если поразмыслить ещё, то твой папаша наверняка оставил тебе наследство. Например компанию, ведь так? Точно, Ричард так мечтал, чтобы его малолетний сынишка Питер продолжил его дело. Ну что, Паркер, думал спрятаться под опекой чёртового Старка? Как бы не так. Теперь ты мой, Паркер, и никто слова не скажет, даже если захочу отсечь тебе конечность, чтобы посмотреть отрастёт она снова или нет, — Норман говорил и говорил, повышая голос, но потом внезапно захрипел и закашлялся. — Уведите его. Питер боялся и злился одновременно. Боялся Озборна, боялся за свою жизнь, боялся, что Тони не успеет его спасти. Злился на непослушное тело, злился, опять же, на Озборна. Его снова, как тряпичную куклу подняли со стула вернувшиеся мужчины и утащили прочь из кабинета. Паркеру очень хотелось раскидать их в разные стороны, выбить всю дурь, закричать в конце то концов, но получилось лишь махать руками, как в замедленной съёмке, и неразборчиво хрипеть. Его приволокли в ту же комнату, в которой он очнулся, бросили на кровать и оставили одного, закрывая дверь на ключ. Питер напрягся, попытался подняться с постели и сделать хоть что-нибудь, но силы будто совсем покинули тело. Со стороны все его потуги были больше похожи на барахтанье слепого котенка, чем на реальные усилия подростка с нечеловеческой силой. Руки и ноги не слушались, делали совсем не то, что им приказывали, разъезжались в разные стороны. В конце концов подросток обессилено рухнул обратно и тихонечко заскулил от своей беспомощности перед проблемами. Как он после этого сможет помогать другим, если сам так легко попался в лапы врага и теперь совершенно бессилен против него.

***

— Вероятно, сигнал очень сильно глушат. Всё, что у нас есть — это запись с территории школы, как Питера схватили у ворот и затащили в автомобиль без номерного знака. Докладывала Пятница, а у Тони уже тряслись руки и дёргался глаз. — Пятница, ты понимаешь, что так не бывает! Не может в крупном городе не быть больше информации о похищении. Другие камеры, свидетели, что угодно! — Мистер Старк, я проверила всё, что можно было и даже то, что проверять вообще-то нельзя. Есть вероятность, что похитители сменили машину вне видимости камер. Информации нет никакой. — Чёрт! — выругался Старк, разбивая только начатую бутылку крепкого спиртного о стену. В отдельной комнате засуетились роботы уборщики и выбрались, чтобы собрать осколки. — Перерой всё по новой, если потребуется, взломай частные сервера, переверни вверх дном, но сделай всё возможное и даже невозможное. Если бы Пятница была человеком, она бы точно тяжело вздохнула и покачала головой. Но телесной оболочки у неё не было, поэтому она просто молча приступила к выполнению. Старк сел на диван в гостиной и положил тяжёлую голову на руки, упираясь локтями в колени. В его кругах так мало людей знали про Питера, что обратиться по сути было не к кому. Пеппер и Хэппи были бессильны, а Наташа, которая хоть как-то могла бы помочь сдвинуть дело с мёртвой точки, сейчас работала на другой стороне земли и отвлекать её от задания было глупо. Друзья Паркера тоже бесполезны, особенно учитывая, что их всего-то двое: здоровяк Нэд и Мишель, которая большую часть времени вообще проводит одна. Как бы глупо это не звучало, но даже сам Старк был бессилен. Он мог лишь указывать Пятнице, что делать, в то время как сам просто бездействовал. И это убивало его. Не находя себе места, Тони метался по пентхаусу, боясь сойти с ума от неизвестности. На улице уже стемнело, а время перевалило за девять часов, когда мужчина подскочил на месте и бросился к главному компьютеру в мастерской, на ходу отдавая приказания ИИ: — Пятница, проверь все сервера Оскорпа, личный сервер Нормана Озборна и так же скрытые сервера. — Норман Озборн в течение месяца собирал информацию о Ричарде Паркере, о Мэй Паркер и о Питере Паркере. Так же в базе данных собрана информация о биоинженерии Старк Индастриз и информация о передаче компании Ричарда Паркера Говарду Старку, — сообщила ИИ, когда Тони уже спустился в мастерскую. — Сволочь. Можешь как-нибудь связать это с похищением Питера? — К сожалению, прямых доказательств нет. Только повышенный интерес к Паркерам. — Плевать. Мне хватит и этого, чтобы наведаться к Озборну. Где он сейчас? — В своей вилле на Манхэттене. — Отлично. Просто отлично, — произнёс Тони, облачаясь в костюм.

***

Сколько времени Питер пролежал на кровати он не знал. Первое время он лишь тихонечко скулил и звал на помощь не понятно кого, но после взял себя в руки и попытался хотя бы как-нибудь избавится от действия препарата, который его обездвижил, понемногу расшевеливая руки и ноги. Эффект от этого был едва заметен, но так Паркеру хотя бы удавалось себя убедить, что он не бездействует, что он борется. К нему никто не заходил, еды не предлагали, хотя не очень то и хотелось. По ощущениям прошла целая вечность, когда к нему снова ворвались мужчины в костюмах, сопровождаемые дворецким, и по старому, успевшему надоесть, сценарию поволокли Питера куда-то. «Куда-то» оказалось лабораторией на подземном этаже дома. Здесь его уже ожидали несколько учёных в белых халатах и сам Норман Озборн лично. — Что такое, Питер, всё ещё не можешь двигаться самостоятельно? Интересно… Мы применяем этот препарат, — мужчина покрутил в пальцах маленькую колбочку с оранжевой жидкостью, — Для усыпления пауков, но на них он действует не дольше пяти часов, а ты идёшь на рекорд. Вероятно, мы просчитались и взяли для тебя слишком большую дозу. Но ничего страшного, в первый раз прощается. Готов к первым экспериментам? Питера усадили на серое кресло и на всякий случай закрепили руки ремешками на подлокотниках. Один из учёных подошёл к Паркеру с иглой в руках, намереваясь взять анализ крови. Когда первый отошёл, рядом оказался второй учёный и беспардонно залез подростку в рот, собирая слюну так же для анализа. Третьим была женщина, которая с горящими глазами принялась ощупывать Питера, тягать за волосы и светить фонариком в глаза. — Какой ты занимательный, паучок. Хочется тебя всего исследовать! А лапки у тебя отрастают? Есть что-нибудь интересное, что ты хотел бы мне рассказать? — лепетала женщина во время осмотра. — Слышала, ты можешь лазать по стенам. А как у тебя это получается, расскажи? — учёный схватила Питера за щеки, раскрывая ему рот, а пальцами другой руки, облачённой в латексную медицинскую перчатку, вытянула его язык наружу, рассматривая со всех сторон. — Почему не говоришь, а? Надо отвечать, когда тебя спрашивают, а то можно обидеть человека! — Как интересно. Помимо красных тел его кровь содержит синие. Невооружённым глазом это незаметно, но при детальном изучении их легко различить. — В слюне содержатся те же антитела, что и у наших пауков. Один за другим учёные стали докладывать Озборну о результатах первичного исследования. Питер буквально ощущал себя лабораторной крысой, и это ощущение неслабо пошатнуло его уверенность в себе в очередной раз. Дальше слушать разговоры учёных Питер не стал, и без них было тошно. Так что лучшим выходом Паркер посчитал отстранение от реальности. К нему подключали какие-то проводки, что-то восторженно обсуждали, но подросток был не здесь. Сначала он отправился в детство к семье. К отцу, который со всей своей серьёзностью никогда не отказывал сыну в маленьких шалостях и озорных играх, к матери, с ее ласковыми нежными руками и тёплыми коленями, с которых никогда не хотелось слезать, к дяде Бену, который любую бытовую ситуацию мог превратить в мудрый жизненный урок, к тёте Мэй, которая изо всех сил старалась одна заменить Питеру всю семью, которая делала всё ради своего мальчика. И… К мистеру Старку тоже. Воспоминания свежи и думать о нём было больнее всего. Будто бы из-под толщи воды послышалось фантомное «Питер», которое становилось всё громче и громче. — Питер! Давай, малыш, просыпайся! Паркер резко распахнул глаза и испуганно огляделся, садясь на кровати. Он был в комнате в доме Озборна. Действие транквилизатора спало, хоть подростка ещё слегка пошатывало. Питер рассеянно начал оглядываться. — Мистер… Старк? — подросток уставился на массивный раскрытый костюм Железного человека и на Тони, стоявшего рядом с кроватью. — Карапуз, иди сюда, — Тони притянул мальчишку к себе, обнимая за плечи и гладя по голове. — Я нашёл тебя. — Нашли… Вы нашли меня, — Питер прижался к чужому горячему телу и ощутил себя в безопасности. — Не двигаться! — дверь комнаты распахнулась, и в комнату ввалились с десяток вооруженных мужчин. Марк захлопнулся и направил на противников руки с репульсаторами на ладонях, готовясь в любой момент отразить нападение. — Тони Старк, вот это встреча! — следом за охраной в помещение зашёл Норман Озборн, хлопая в ладоши. — Какая трогательная сцена! Только вот могу ли я поинтересоваться, что это вы пристаёте к моему иждивенцу? Питер испуганно сжался. Аура у Озборна была пугающая и смертоносная. Рядом с ним постоянно ощущалась опасность, о которой неустанно сигналило притупленное препаратами чутье. Старк же, полностью доверяя свою жизнь костюму, без тени страха выпустил подростка из объятий, помог подняться на ноги и следом сам выпрямился. — Прошу прощения? Иждивенцу? Я не ослышался? — О, нет, что вы, мистер Старк. По старой дружбе мне было поручено заботиться о ребёнке Ричарда Паркера. Учитывая то, как долго мы работали вместе, не удивительно, что такая ответственность была возложена на мои плечи. — То есть вы хотите сказать мне, что Ричард Паркер, после того, как вы решили использовать его достижения в науке в личных целях, доверил бы вам заботу о сыне? Поступил бы так человек, который знал, что вы планируете его убийство? — пока Тони говорил, лицо Озборна всё сильнее и сильнее искажалось агрессивной гримасой. — По моим данным забота о Питере была доверена Старкам, то есть сейчас он находится под моей опекой. И в отличие от вас, мистер Озборн, у меня есть официальная бумага. — Чего вы добиваетесь Старк, ведь никакой бумаги у вас нет. — С собой, конечно же, не имею, но при нас иного рода доказательства, — со своей голливудской улыбкой на лице Старк беспардонно залез Питеру под рубашку, выуживая оттуда кольцо на тонкой цепочке и следом доставая у себя из-под одежды точно такую же. Это была чистая символика и никакого значения кольца не имели, но Старку стало приятно от того, что Питер его носит. — Хотите сказать, что вы в браке? Не смешите, это незаконно, — рассмеялся Норман, считая, что преимущество на его стороне. — В нашем случае, всё законно, учитывая договор моего отца и отца Питера, — Тони приобнял подростка за плечи, притягивая к себе поближе, чтобы ободрить сжавшегося мальчишку. — Да ладно, вам, Старк. Зачем вам этот брак с подростком? Если вы переживаете, что я попытаюсь отсудить у вас часть компании, то вы ошибаетесь. С тем успехом Оскорпа, мне просто нет надобности в вашей биоинженерии. Отдайте мне мальчишку, я найду ему применение. Представляете, какое будущее его ждёт? — стало заметно, что Озборн начинает паниковать и нести всякий бред. — Вам лучше по-хорошему позволить нам уйти, и я может быть даже не разнесу ваш дом со всеми мерзкими людишками внутри, — подтверждая его слова, Марк угрожающе загудел репульсаторами. У Озборна не было выбора. Кроме вооруженной охраны в доме больше не было никого, кто мог бы оказать сопротивление. Да и кто люди с пистолетами, по сравнению с механическим монстром. — Вы пожалеете, Старк, — сквозь зубы произнес Озборн, отдавая жестом приказ опустить оружие. Старк всё так же лучезарно улыбаясь и придерживая Питера за плечи направился к двери. Следом за ними двинулся Марк, грозно оглядывая окружающих вечно хмурым лицом. — Мистер Старк… — прошептал Паркер, поднимая глаза на Тони, когда они прошли через дверной проем. А дальше всё как в замедленной съёмке. Паучье чутьё взбунтовалось. Выстрел. И единственная мысль в голове подростка. Защитить.