101 случай из жизни капрала.

Пыль. Мерзкое само по себе слово. Вот мы бороться с ней не особо хотим, вытирая все поверхности в доме влажной тряпкой раз в полторы недели, если не в полтора года (как это делает автор). Но смысл даже не в этом, а в кое чем другом, например, в вездесущей натуре капрала, который делал уборку, причем генеральную, раз в два – три дня. От этого страдали солдаты, которые не знали, куда бежать, когда Леви вновь хватался за тряпку и моющее средство. Это выглядело более чем забавно, даже порой бедняги становилось жалко. Вот кому хочется ползать по полу в поисках несуществующих пятен? Думаю, таких не было, да и в человеческом отношении быть не должно. Но сегодня был просто исключительный день... Все проснулись от громкого женского крика, что доносился от столовой. Пожалуй, это странно, что с утра пораньше кто-то орет от туда, да ещё так громко, будто его убивают. Наши солдаты, конечно, поспешили на помощь жертве какого-то происшествия. Знаете, так ещё торжественно и по-геройски ввалились воинственной толпой с небольшое помещение, вправду спасать собрались. Но им и в голову прийти не могло, что это были крики не от внезапного испуга или от боли, а от искреннего восторга. Угадайте, кто кричал? На полу, среди разбросанных стульев, на четвереньках ползала Ханджи, ещё как-то странно что-то приговаривая и хихикая. Солдат она увидела не сразу, хотя они навели много шума. Она продолжала звать кого-то на таинственном языке. И от каждого её внезапного слова: "Где?!", такой растерянный Моблит вздрагивал и показывал дрожащей рукой в сторону ещё стоящих столов. — Вот какого черта в шесть утра я вскакиваю и спешу сюда к вам? — в дверном проеме появился Ривай и только своим голосом распугал сразу всех, кроме Ханджи, Моблита, ну и вероломной Аккерман. Остальных ветром сдуло не то в окно, не то в щели, которые были в стенах ещё со времён первого появления титанов. — А-а-а-ха-ха-ха! — с новой силой прогремело в столовой и Зое поспешила вскочить на ноги. — Я его поймала! — Кого? — устало спросил капрал и потёр переносицу. Микаса настороженно вытянула шею и вопросительно глянула на Моблита, тот лишь рукой махнул, мол, потом объясню. Как раз в этот момент ученая оказалась подле Леви и протянула к его носу сжатую ладонь, а потом показала то, что показывать была не должна. Леви поспешил отойти. — Брось эту мерзость, я к тебе притрагиваться не стану после этого. Как ты вообще можешь держать это в руках? — Это всего лишь таракан! — Ханджи опять поднесла его к капралу, но тот уже потянулся за клинками, которых, к слову, сейчас у него не было. Осталось только лишь вздохнуть. — Да к тому же это ты виноват! Что-то где-то пропустил, что-то где-то не убрал, например на верхних полках, а там крошки. Вот живность и заводится, хотя, я могу тебя поблагодарить, ведь у меня будет хоть кто-то, кто будет меня слушать. — она указательным пальцем погладила насекомое, что так хотело удрать. — Я! — Леви ошарашенно взмахнул руками. — Может, ты и права... Но я ведь в прошлый раз заставлял этих бездарей везде все драить, а они, видимо, решили, что я совсем дурак. А ты, очкастая, все равно не должна была трогать это! — пусть он и говорил громко, его лицо оставалось неизменным. — Будут делать все снова. Другого выхода я не вижу. Микаса, разозленная таким поворотом дел, просто не знала как поступить на данный момент. Они не виновны в том, что Ривай не может достать до верхних полок, а делать все по новому именно им. Где вообще справедливость, которую приписывали этому наглому коротышке? — Как же так, капрал? — возмущенно выкрикнул она так, что помощник Ханджи нервно дернулся. — Мы только вчера убирали всю западную часть замка. — А сегодня уберёте и восточную, и западную ещё раз. Ты видишь, что сложившиеся обстоятельства требуют тщательной уборки. — Ривай лишь развёл руками, будто он и не при чем. Микасой завладело просто ну жгучая злость. Сколько они ещё будут гнуть спины за уборкой, а потом в никаком состоянии ползти на тренировки? Это уже слишком. Азиатка быстро подтащила высокий стол к буфету, демонстративно разулась и стала на носочки, протягивая руки к стене и проводя ладонями по поверхности отпалированного шкафчика, который был в двух метрах над полом. Долго она возилась там, а все находящиеся там просто смотрели, в том числе и Леви, что никак не мог вникнуть в её замысловатые действия. Мало ли что этой особе взбрело в воспаленный мозг. Она так же ловко спрыгнула вниз со стола на деревянный пол и даже не стала обуваться. Прошла вокруг той самой толпы и остановилась рядом с капралом, победно протягивая руки. Все её ладони были в таком слое пыли, что капрала передёрнуло. — Как я знаю, капрал, это вы всегда убираетесь здесь. Значит ли это, что наш капитан не везде "уничтожает пыль". — это сказано было таким тоном, что все растянулись в довольной улыбке. — Это значит, что ты сегодня попытаешься убрать здесь все лучше меня. — так же победно сказал капрал. А Микаса была готова повеситься на собственном шарфе. — И не забудь помыть руки. — со всех сторон опять пошли смешки и перешёптывания, только уже в сторону Аккерман. Такого позора она стерпеть не смогла. — Помыть? А зачем? Ведь можно просто... Девушка протянула к капралу руки и вцепилась в плечи мертвой хваткой. Тот опешил, хотел возразить, но будучи под действием любопытства, продолжал наблюдать за ней, как и остальные. Потом она провела ладонями вниз, оставляя на идеально выстиранной рубашке серые полосы пыли. Ткань грубая и загрязнения, конечно, были не катастрофические, но как была задета капральская гордость. Он сохранял последний крупицы самообладания, но это было делать очень трудно. Внутри его просто колотило, а он продолжал смотреть в серые глаза, которые просто насмехались над ним. Все стояли просто в шоке, только Зое, подёргивая широкими плечами, шептала таракану: "Ой, Сэмми, что сейчас будет". Последней каплей стало то, что совсем в край просто обнаглевшая Аккерман протянула руки к идеально вымытым волосам и взъерошила их. Тут Леви как крышу сорвало. Его лицо, которое до этого момента было невозмутимым, вдруг исказили отвращение и злость. Он дёрнул Микасу на себя, подхватил на руки и вскинул на плечо как мешок. Она отчаянно пыталась отбиться от Ривая, но это получилось очень слабо. Спасать её никто не спешил и она стала взывать к единственному спасению, то есть к Эрену и Жану, а потом, когда Леви уже вынес её из столовой начала звать и Армина. У бедняги сердце остановилось от страха. Они было кинулись на подмогу, но капрал метнул такой испепеляющий взгляд и отдал приказ убирать таким голосом, что даже Микаса, что болталась у него на плече замерла на секунду. Леви тут же направился в сторону ванной комнаты, кстати единственной, так как душевые располагались этажом ниже, а это как бы принадлежала ему одному, ведь он все мозги вынес Эрвину и тот согласился оставить ванную капралу. Лучше бы он этого не делал. Микаса все ещё пыталась выбраться, но её попытки были тщетными. Она пыталась ухватиться руками хоть за что-то, хоть как-то остановить что-то страшное, ведь она и не знала зачем её нёс туда этот сумасшедший. Ей стало страшно. Капрал поставил её на ноги как только они оказались в той самой ванной. Странно, но если бы он отдал приказ, она бы пошла за ним. Зачем было так унижать её? Ответ прост. А что сделал она? Вот тут все понятно. Микаса кинулась к двери, но она уже была загорожана капралом. Аккерман громко фыркнула. Выбраться ей хотелось больше всего. Вот зачем он не притащил сюда? Пока она думала Леви стал растёгивать ремни, а потом и снимать рубашку. Микаса попятилась назад. Что он задумал? Она не хочет. Страх вперемешку с отвращением подполз к горлу. Неужели он захотел... Захотел её? Ну, нет, не с ним и точно не сегодня. Она ведь ещё девственница, да к тому же даже целоваться не умеет. Глаза как бешеные заметались по помещению в поисках выхода, но его не было. Что же делать? — Чего ты так смотришь на меня? — недовольно процедил капрал. — Я ведь не насиловать тебя сюда привел. — Микаса облегченно выдохнула. — Стирай, пожалуйста, мисс восстание. — он небрежно кинул ей в руки белую рубашку, оставаясь только в брюках и тех самых ремнях. Микаса не стала перечить, громко хмыкнула. Поняла, наконец, что и так много чего уже натворила и в следующий раз он просто её убьёт. Сбегать тоже смысла не было, она ведь заслужила такое наказание, даже не особо сложное. Испытанием для неё стало нечто другое... Пока она поместила рубашку в таз, капрал решил вымыть голову. Не может он терпеть такую ношу. Сделал всё, как следует: набрал ванну тёплой воды, намочил голову и стал тщательно отмываться, пока Аккерман там что-то тоже старалась понять, наверное, гадала какой тазик взять, а потом взять совершенно другой, чтобы насолить ему ещё больше. Но ни тут-то было. Сначала всё было нормально, оба вели себя тихо. Леви все проклинал Микасу за её крайнюю степень защиты от него, а она всё проклинала капрала, который очень любит чистоту. И всё бы шло дальше и хорошо, но девушка зачем-то обернулась и так застыла. Вот никогда она не глазела на мужчин вот так. Всё-таки она знала, что этот день настанет и кто-то начнет ей нравиться в сексуальном плане, но и представить не могла, что там каждый день прячет под рубашкой такой заносчивый человек. У неё у самой было не плохое тело в свои семнадцать, но Микаса была уверена, что у капрала были девушки и получше и покрасивее. Нечего смотреть туда, куда не следует и даже не светит. Что-то больно её кольнуло. Где-то в душе и она тут же образумилась. Капрал всегда здесь и она не видела ни одной девушки с ним. Можно ли это посчитать надеждой? — Нет! — крикнула Микаса и руками ударила по холодной воде, которая тут же расплескалась. Леви поднял голову, зачесывая волосы назад, пытаясь разглядеть девушку. — Ты это чего, Аккерман? Постирать нормально не можешь? — Могу! — крикнула та гордо. — Могу! И тут же принялась дальше остервенело тереть рубашку. Право, капрал теперь будет ей сниться. Но разве в этом была проблема? Нет, не в этом, а в том, что лицо невыносимо горело, а так как она бледная, то румянец будет виден очень даже хорошо. Что делать? Умыться холодной водой – единственный выход. Она так и сделала. Только вот помогло не очень. — Да, что с тобой? — вот чёрт, капрал заметил. Но хуже стало потом, ведь он ещё и понял причину, когда глянул в небольшое зеркало и хитро улыбнулся. Ну что ж, доигралась, Аккерман! Исход уже был предначертан. — Неужели, на меня засмотрелась? — Никак нет. — прошипела она. Леви это только больше раззадорило. Эх, вот почему такие девушки такие... Такие... В общем у Ривая слов не было. А то, что она на него обратила внимание. Оказалось, что не такая она уж и "каменная". — Ну, как знаешь. — задумчиво протянул он. — А как там обстоит стирка? Не могу же я так ходить. Девушки умрут от сердечного приступа. — Не льстите себе, капрал. Во-первых у вас наверняка есть другая рубашка, а во-вторых ни одна девушка не обратит внимание на... Вас... — Ох, как хотелось бы ей сказать, кем она его считает, но нельзя, нельзя, потому что он старше по званию и к тому же её командир. — Я тебя понял. — тихо сказал он. — Но всё же, что там со стиркой? — Леви не мог успокоиться и решил поиздеваться над Аккерман ещё. Он спокойно подошел к ней сзади и поставив руки по краям от неё так, что она не могла уйти. Специально прислонился мокрым торсом к её спине, чуть ли сам не застонав от такого удовольствия. Приблизился к её уху и так же томно прошептал: "Ну что там?" Девушка вздрогнула, побледнела и тут же сделала невозмутимый вид, хотя жар и странная пульсация внизу живота и между ног нарастала. Держись. — Я закончила. — чуть дрожащим голосом отчеканила она и поспешила повернуться. Леви тут же убрал руки, чуть подняв их вверх. Микаса отдала ему рубашку и не сказав больше ни слова поспешила уйти оттуда. Кажется, Аккерман получила своё, но Ривай сам... Кхм... Был не в лучшем состоянии. Радовало одно: Микаса не то что глупая, а просто упрямая и поэтому, вскоре она что-то выкинет ещё, а он будет придумывать новое наказание. Странная эта Аккерман. Даже очень. Но красивая...