Зачем он мне? Он инвалид.

25 Мая

      У 11А сегодня выпускной. Дипломы получены, экзамены сданы. Осталось только отпраздновать. Все мои одноклассники веселятся на школьной дискотеке. Кто-то уводит девушек из других классов в «темный уголок». Да-да, и так каждый выпускной. Вот такая у меня бесстыдная школа. Меня она бесит, но из-за финансов родителей, я не могу себе позволить более образованной школы. А жаль. Кто-то из шестиклассников умудрился пронести ящик водки. Как не стыдно? А учителя только поддержали. В общем тут все уже в стельку. Ну, и я конечно тоже. Ох, завтра голова сильно будет болеть. Впрочем. Вы и сами это знаете.       Я — Шу Куренай. И хочу вам рассказать историю моей любви. В общем в чем суть. Свою любовь я встретил именно на этом выпускном. И это оказалось не девушка, а парень из 10-го класса. Да-да, учеба и культура в этой школе, где девушки ходят как шлюхи и проститутки, лицо накрашено, у некоторых на теле татуировки, у всех нарощенные покрашенные ногти и пластическая операция по увеличению груди — ужастна. Пацаны тоже бабники, у кого что, есть даже такие у которых по две-три девушки. Я конечно не меняюсь во внешности, как некоторые персоны, вроде моего одноклассника Райна, но в поведении поменялся я сильно. Из культурного мальчика-девственика, я стал уже курящим бабником, который почти всю женскую аудиторию школы отымел.       И мне это надоело, все они одинаковы. Но я все равно это делаю, потому что мне будет хорошо, особенно после минета. Вот такой я эгоист. Интересно, а что будет с парнем? Хотя, я же не гей, но так интересно. Да и вон на танцполе такой позитивный и милый парень танцует. Вальт вроде… Вальт Аой!       Все, что я о нем знаю, это то, что у него отпадное тело, такая мягкая кожа, аккуратные и ухоженные руки, без всякой мазни, миленькое личико. И сногсшибательная задница. А если распустит волосы, как сейчас, то его от девушки не отлечишь.       Я с ним почти не общался, поэтому я мало знаю про его характер и его интересах. Мне это не особо интересно. Ну раз я решил к нему подкатить, я подкачу.       Иду на танцпол, танцуя под слова из песни Darkside. Незаметно подкрадываюсь к танцующему парню, и кладу руки на его бедра. Аой рефлекторно оборачивается и смотрит на меня такого всего «веселого» с фальшивой усмешкой.       — Какие Милашки бывают на танцполе. Я и не знал. — Аккуратно с комплиментов начал я свой флирт.       — Привет, Шу. Мы ведь знакомы, так почему не знал? — Аой положил свои руки на мои, как бы намекая убрать руки с его тела. Я хмыкаю и сжимаю мягкие упругие ягодицы, таких в нашей школе почти нет. На что Аой сразу же закусывает губу, а я делаю шаг навстречу, прижимаясь к его спине своей грудью.       — Вальт, мне нужно с тобой поговорить. Серьезно поговорить. — Синеволосый кивает, хватаю его за руку и веду на крышу. Какой он все же глупый и такой наивный. Буквально влетаю с Вальтом на крышу, не отпуская его руки, начинаю старые, хорошо заученные слова. — Вальт… Мы с тобой знакомы пять лет. Я помню тот первый день. Когда ты налетел на меня с книгами. Тогда я уже отметил, что ты довольно привлекателен. Затем у меня началась слежка за тобой. Я ужасно ревновал, когда к тебе кто-то прикасался. Когда я встречался с какой-то девкой… Представлял, что на ее месте ты. Вальт, я люблю тебя! — шок Аоя был недолгим. Парень быстро пришел в себя и слегка покраснев ответил:       — Я так долго ждал этих слов… — Синеволосый парнишка как с цепи сорвался и бросился мне на шею, прильнув своими мягкими и девственными губами к моим. Его слегка розоватые губы дарили незабываемое тепло и спокойствие, такое ощущение, что пока этот девственник со мной, я в безопасности. Не могу не ответить, прижав к себе это хрупкое тельце. Прикусываю его нижнюю губу и, пока кареглазый ослабил «защиту» рта, врываюсь, теперь уже в мои владения, жадно царствуя в своем «королевстве». Ласкаю десна и неба, изучаю буквально каждый зуб, каждую клетку. Под конец сплетаем языки и, не щадя, делимся слюной. Хорошо… Но воздух не вечен, отрываюсь от столь прекрасных губ и, смотря прямо в глаза, слышу: — Я т-тебя тож-же. Л-любл-лю.       В порыве страсти прижимаю Аоя к забору и резко целую, уже не щадя девственника. Да он и не против по виду. Прижимаю руки жертвы к стене, чтобы не рыпался. Держу одной рукой, а второй спускаюсь к талии и быстро залезаю под красную толстовку холодными пальчиками. Резко кладу руку на теплую талию и жду реакции. Аой дергается и прижимается ко мне всем телом. Такой маленький и нежный, но я люблю быть слегка грубым. Отстраняюсь от лица мальчика, смотря на его прикрытые глазки, на его приоткрытые губки, из которых тянется тонкая слюна до моей губы. Провожу рукой и срываю её.       Прижимаю всем телом синеволосого к решетке, рукой начинаю поглаживать его тело. Сначала грудь. Касаюсь уже затвердевшего соска. Слегка сжимаю и выкручиваю. Из уст Вальта вылетают довольно пошлые стоны и мычания. Это так заводит. У него нет огромной груди, которую девушки запрещают трогать, мол, потом будут проблемы. А он не перечит, просто сжимает сетку и стонет. Поднимаю толстовку и, отпуская сосок, начинаю его зализывать, чтобы потом не болел. Прикусываю и посасываю, будто маленький ребенок. Отстраняюсь и опять зализываю.       В штанах стало уже тесно, одежда ужасно давит на стояк. Черт, что этот парень со мной творит? Девушек я так не хотел. Спускаюсь руками к животу, начинаю поглаживать еле заметные кубики.       — Т-ты хочешь этого? — шепча, спрашивает Аой. Бросаю быстрый взгляд на стояк. Моему примеру следует и Вальт. — Д-давай я пока сделаю тебе минет, а уже дома… — Не успеваю ничего ответить, как Вальт встает на колени.       — Уверен? — Твердый кивок со стороны пассива. Расстегиваю пуговицу, ширинку. Припускаю штаны, и высвобождаю член. По лицу Аоя видно, что он слегка офигел. Ну да, у меня довольно большой. Синеволосый немного покраснел и поцеловал головку. Закусываю губу и продолжаю наблюдать, как шестнадцати-летний парень старательно то облизывает головку, то берет в рот, лаская её там. Сил терпеть больше нет, прижимаю парня к стене, заграждая выход ногой.       — Открой рот! — приказываю я, и жертва послушно все выполняет. Резко толкаюсь членом в рот мальчику. Пошлое мычание, и Вальт расслабляет горло, давая мне шанс пройти больше. Уже сейчас язычок этого парня сводит с ума. Как же приятно ощущать горячий язык, облизывающий твой член. Издаю тихий стон. Аой понимает, как я требую минет и, взяв основание внутрь, начал массировать, так как дальше просто не хватало места. Осторожные движения головой, чтобы не задеть нежную кожу зубами. Чувствую, как оргазм уже близок.       Достаю орган и, слегка подрочив, кончаю мальчишке на лицо. Ох, как же он сексуально выглядит. Это личико, запачканное в моем семе. Капельки белой жидкости медленно стекают с его лица. Его тело так прекрасно, хочу его выиметь. Я люблю его… его тело. Я дал парню салфетки, и тот вытер лицо.       Возбуждение уже велико, хватаю парня за руку, притягивая его к себе, целую. Ммм, губы у него мягкие и вкусные. Хочу войти в его ротик, но Аой никак не пропускает. Вот гаденыш. Начинаю больно, до крови кусать его мягкие губы. Затем аккуратно слизываю кровь и снова кусаю. Прижимаю ещё сильнее к сетке, не боясь, что она может упасть. Наконец Вальт сдался и, болезненно простонав, впустил меня. Сладкая слюна вперемешку с кровью была обалденной.       Обвожу языком зубы парня, не забываю про дальние. Перехожу на десна и, слегка щекоча их, перехожу на неба. Закончив с исследованием рта, я принялся сплетать наши языки, жадно обвивая его язычок еще туже. Наконец и пассив начал вникать. Кареглазый сложил свои руки на моих плечах, сжимая их иногда. Мы оба приоткрываем глаза. Целуясь, смотрим друг на друга. Это так заводит. Воздуха уже не хватает обоим и нехотя мы отстраняемся, тяжело дыша.       — Я больше не могу. — хватаю парня за руку и иду на выход, уводя его с крыши. А он просто послушно идет за мной. Запихиваю его в машину, а сам сажусь на водительское кресло. Завожу машину, снимаю с ручника и, двинувшись с места, везу парня ко мне домой. Член уже опять стоит и яростно просит этого тела. Как же хорошо, что батя научил меня водить. А то идти полмили от школы до моего дома слишком долго, уж проще на улице его выиметь, прям на тротуаре! Хотя, меня и могут арестовать за вождение без прав, но будто сейчас это волнует нас. Ну или хотя бы меня.       Минут пять езды, без пробок, и я паркуюсь у своего подъезда под окном. Вылезаю и достаю из машины уже возбудившегося Аоя. Прижимаю его к себе за талию и жадно целую, на что он полностью отвечает и поддается. Медленными шагами иду на него, прижимая к стене подъезда. Достаю из кармана ключи. Открываю дверь, отрываюсь и резко завожу его в подъезд, прижимаю к стене лифта. Аой нажимает на кнопку лифта, и мы снова целуемся.       И так вплоть до двери. Больше всего меня удивило, когда мы начали просто раздеваться в лифте. Будто бы нас могли не застукать. Хотя, легкий адреналин в крови возбуждал еще сильнее. Зайдя домой, мы сбросили верхнюю одежду прям на пол, быстро помогая друг другу ногами, сняли кроссовки. Я схватил парня за запястье и резко потащил на кровать.       Толчок на двухспальную кровать родителей (автор: ох, утром кто-то опиздюлиться по полной), и я наваливаюсь сверху, резко укусив жертву за шею. Это только моё тело, и только я буду получать от него кайф. Аой вскрикнул и вцепился в мои плечи, стараясь оттолкнуть меня, но я только сильнее стиснул кожу. Синеволосый перестал сопротивляться и просто смирился. Отпустив его мягкую кожу, я ухмыльнулся, смотря на его карие заплаканные глаза, из которых текли слезы.       Мой укус на его шее сильно покраснел. Наверное, недели две будет сходить. Я начал его зализывать, чтобы утром он не болел. Ну и чтобы сбить жажду к еще одному укусу, только до крови. Я скинул с Вальта верх и принялся целовать его грудь, покусывать соски. Громкие стоны, вскрики, его мольбы прекратить кусать розовые бусины — прямо музыка для моих ушей. Сжалившись над парнем, я начинаю зализывать покусанные места.       Я потянул одну руку к его паху. Стоит только коснуться штанов, и я понимаю, что у Вальта уже стоит. Обожаю девственников и девственниц, они такие невинные и наивные. Ведь еще не знают, насколько это больно, впервые входить. А мне такой кайф чувствовать, как они сжимают меня в себе. Хотя он и первый парень, которого я выимею, но я немного слышал о сексе геев.       Кареглазый начинает входить во вкус, и вот уже моя рубашка улетает в неизвестном направлении. Я резко снимаю со школьника штаны с бельем. И, ни капли не медлив, начинаю расстёгивать свой собственный ремень. Спускаю черные джинсы, что так неприятно жмут.       — Я начинаю. — короткий кивок со стороны пассива, и я достаю презерватив со смазкой, которая у меня была припасена на случай, если я захочу парня. Пригодилась-таки. Смазываю пальцы и подставляю один ко входу. Пару секунд и я вхожу. Легкое шипение со стороны мальчика, я начинаю двигать пальцем, постепенно наращивая темп. Чуть погодя, вставляю второй.       В конце концов, от его пошлых стонов я не выдержал, член уже тёрся о ткань и болел. Снимаю с себя боксеры, доставая уже пульсирующий и требующий разрядки член. Натягиваю презерватив и смазываю его смазкой. Беру юношу за ноги и, притянув его к себе еще ближе, закидываю себе на плечи. Начинаю медленно входить в растянутое колечко мышц. Делаю легкий толчок и вхожу на половину. Из приоткрытых глаз смотрю на то, как Аой закрывает себе рот рукой, чтобы не закричать, и старается сдержать слезы, что льются ручьем. А внутри него, еще лучше. Он меня настолько сильно сжимает, что я готов уже сейчас кончить, но рано. Конечно есть небольшая боль, но она мне нравится.       Даю привыкнуть к этой длине. При этом успокаивающе глажу по бедру, целую в губы и слизываю соленые слезы с щек. Покрываю шею поцелуями. Когда тело парня привыкает к моим размерам и длине, я резко вхожу до конца. Но уже не жду, когда он привыкнет, а сразу начинаю двигаться в немаленьком темпе, слушая его сладкие болезненные вскрики и стоны.       А как он приятно меня сжимает в себе. Он первый, кто заставил меня хоть и тихо, но стонать от удовольствия. Это просто бесподобно. Это моё тело! Разгоняюсь в темпе еще сильнее. Но, чуть погодя, замедляюсь и начинаю выходить почти до конца, затем резко врываюсь, во всю длину своего органа. Выхожу из парня, Аой вопросительно на меня смотрит, стараясь отдышаться.       — Ч-что такое? — спрашивает дрожащим голосом меня Аой. На что я только хмыкаю, и, подняв его, ставлю раком перед собой. Он так сексуально выглядит: слегка выгнутая спинка, раздвинутые ножки и упругая, мягкая попка, на уровне моего члена, как же это мне нравится.       Беру Вальта за бедра и резко вхожу во всю длину, слушая громкий вскрик. Не удержавшись, срываюсь на быстрый темп. Меняю угол и начинаю бить по стенкам кишечника. Спустя пару неудачных попыток найти простату, я все же услышал заветный стон блаженства. И, запомнив место нахождения заветной точки, начал быстро двигаться в жертве, тараня простату.       Иногда мальчик хотел отстранится, чтобы хоть немного передохнуть, но я хватал его за бедра и насаживал еще глубже. В конце концов, после его очередной неудачной попытки, я не выдержал. Взял свой ремень, ударил по попке. Аой смог лишь вскрикнуть что-то на подобии: «Ай!», я не расслышал. Тем временем моя персона наклонился к его уху, прижимаясь грудью к тонкой спине, и прошептал:       — Плохой мальчик. Нельзя так делать. — поучал я жертву, и продолжаю бить кожаным ремнем о нежные ягодицы. Слушать, как Вальт айкает, смотреть на его глазки, которые стараются сдержать слёзы. Наконец, сжалившись, я убрал ремень в сторону. Гладя побитые места рукой, — Больше так не будешь делать? — начинаю облизывать ушко, потихоньку языком забираюсь внутрь раковины и начинаю все там смачивать слюной. Как я и думал, он попытался закрыть ухо — ему было щекотно. Сжимаю в руке ягодицу, и слышу болезненный стон, перехожу на второе ухо. — Не мешай мне лакомиться твоими ушками, — беру мочку в рот и легонько посасываю её. Облизываю края и опять забираюсь языком в раковину. Поглядываю на лицо Вальта. Оно такое милое: губки чуть приоткрыты, шумное дыхание и сладкие стоны не дают им закрыться, яркий румянец на щеках. Приоткрытые глаза, из которых скоро польются слезы. И мое, и его тело покрылись потом. — П-простите, х-хозяин, — произносит уже бывший девственник. Я хмыкаю, поворачиваю его голову к себе и целую.       Почувствовав, что оргазм уже близок, и его не удержать, я сделал последний толчок, входя в Вальта так глубоко, насколько это возможно, кончил в презерватив. Стоило мне только выйти, как Аой упал и за мгновение уснул. Я снял испачканный презерватив и, завязав на узел, выкинул с кровати. Упал на кровать и уснул.

***

Утром я почему-то проснулся на полу…