Право на счастье...

В скором времени Краш уже выписали, жизнь в Ривердейле стала размеренной. Конечно Тони была не особа рада случившемуся, но Свит Пи и Эвили были действительно счастливы. Теперь они на уроках сидят вместе. Андрэ, очень доволен выбором сестры, всё-таки с самого начала Высокий являлся главным фаворитом, а когда они спивались в баре, во время пропажи девушки, то Уолш, понял что лучшей партии для его глупой и невыносимой сестрёнки не найти. Фенгс и Шерил вообще ушли на второй план, королева драмы уже не устраивает скандалы, наоборот, собирается вступить к змеям. А всё из-за того, что муженёк то оказался с приветом, и трахнул какую-то блондинку на помолвке, за что Фогарти набил ему морду. В общем лямур тужур, и скандал от мамочки Блоссом. Однако, Шерил быстро поставила её на место, всё-таки состояние принадлежит Блоссом младшей. В общем, много-много проблем, они разрешились на том, что рыжая ушла из дома и теперь живёт у Фенгса. Конечно, юноше пришлось сделать капитальный ремонт, но сейчас все хорошо. Теперь они живут в новом трейлере, и с улыбкой вспоминают то время, когда Шерил, ещё была сукой, и не посмотрела бы в сторону Фогарти. Теперь же парню приходится соответствовать статусу, он избранник королевы, и это многое значит. Свити пришлось смириться, с заскоком Уолша, и переезд в дом Краш, отложился до свадьбы. И вроде бы всё вернулось на круги своя, да и сам Ривердейл стал каким-то, более счастливым, ярким, и никто не собирался разбираться с чем это связано забыв обо всём, и лишь один человек, чьё шестое чувство отбивало ритм в груди, не мог успокоиться. Этим кем-то был Форсайт Пендлтон Джонс III. С момента как отца освободили, он мало того, что отказался от алкоголя, но и устроился Шерифом. В принципе парень пытался принять это как должное, но не мог. Он слишком долго был один, привык к бардаку и огромному слою пыли на шкафу, холодным стенам и пустому холодильнику. Сейчас же в их трейлере была чистота и порядок, а с утра его встречал вкусный завтрак, но несмотря на все перемены, самым страшным стало то, что его отец отказался от банды. В тот вечер шёл сильный дождь, это было ровно через два дня после освобождения Джонса старшего, они стояли у входа в «Белый змей» и курили. В последнее время ЭфПи Джонс, был слишком серьёзен, это заметили все, вот только решили не лезть в душу своего короля. Тогда он сказал: " — Знаешь Джаг, я наконец могу спокойно уйти. Прости, я никогда не был для тебя хорошим отцом, но теперь я постараюсь исправить это. Змеи Саутсайда, с этого момента твоя головная боль.» Тогда, Донни Дарко, даже не придал этому значения, в тот вечер он стал новым королём, это был величайший жест доверие, когда все присутствующие, в жест предрасположенности, резали свои ладони. Теперь на нём их кровь, он лидер, он должен справиться, он обязан их защитить, это его ноша. Он принял её, и дороги обратно не будет. С того момента довольно много чего случилось, Упыри объявили войну, Везерби вернул змеям возможность носить их «кожу». А всё благодаря нему, всё благодаря мальчику в шапке, мальчику которому пришлось повзрослеть. Что-то из событий поменяла брюнета, и теперь его взгляд стал ещё жёстче, голос сочился холодом, а главным спутником стал страх. Он замкнулся, закрылся от всех, закинул ноутбук куда-то за кровать, и доставал раз в месяц и то на пару минут. В те моменты, когда Эвили и Стивен, сидели в Pop's наслаждаясь молочными коктейлями, или же на полянке у реки СвитУотер, где она рисовала, а Пи, рассказывал смешные истории. Когда все близкие собирались на пикник или же на вечеринку, он пахал, пахал как проклятый, чтобы найти для змеев работу, зачищая следы и поддерживая порядок. Его отец, даже будучи копом, оставался членом Змей, и постоянно оберегал их, а Джагхед стал кем-то вроде серого кардинала. Эвили пыталась вытащить его, но это не удалось бы никому, особенно девушке, которая отчасти виновата в случившемся с ним. Сегодня был один из редких дней, когда ребята собирались в «Белом Змее». Тони как обычно пришла раньше всех, несмотря на стремительное развитие их с златовлаской романа, от работы Топаз, отказываться не собиралась. Стоя за барной стойкой она разливала алкогольные напитки, за всем этим наблюдал, сидевший за барной стойкой Андрэ, выступающий в роли телохранителя, удивительно, как ему вообще хватало сил сдерживаться, когда уже третий из этих чёртовых байкеров, пытался склеить его будущую жену. В этот момент в здание зашёл Свит Пи, за ним шёл Фэнгс, и если Высокий, усмехался, и как обычно дырявил своим взглядом толпу, то Фогарти, переживал. Сегодня его Шерил должна была стать частью их банды, и это одновременно радовало и раздражало. Он не хотел чтобы кто-нибудь видел рыжую в красном нижнем, в принципе Стивен понимал состояние своего друга и поэтому молчал, он даже не представлял, как бы он вел себя, если бы на месте рыжей была Краш. Так как девушка была королевой тёмного Нью-Йорка, то и речи не шло о вступлении в Змеи, и всех это устраивало. Она не змея, она лев, и это видно по осанке, характеру и зверскими аппетитами в плане бизнеса. На днях, девушка получила очень выгодный заказ, и если раньше поставка шла через Гриндейл, то теперь, девушка решила сменить маршрут. И южным работа, да и товар точно дойдет в целости и сохранности. Сегодня они собирались обсудить это, вот для чего они здесь. Подойдя к барной стойке, парни поздоровались, пожимая руки, розоволосая, лишь кивнула в качестве приветствия: — А где Эва? — Поинтересовался непутёвый брат у Пи, но Фогарти оказался быстрее и дал ответ сразу же: — Они с Шерил будут позже, девушки всё-таки. — На что Уолш кивнул и усмехнулся, Молчун лишь пожал плечами и кивнул в сторону бильярдного стола: — Сыграем партию? — А почему бы и нет, девушки появятся только через час, да и смена Тони закончится тоже где-то так. Поэтому в знак согласия Уолш встал с барного стула и направился к столу, следом за ним направились и оба Змея.

В этот момент у девушек.

— Чёрт, чёрт, чёрт! — По комнате носилась рыжая в поисках своих любимых красных чулков. Но они какого-то хрена, никак не находились. За метаниями подруги наблюдала разноглазая: — Шер, успокойся. — Может я забыла их в Торнхилле! — Неожиданно пришла в голову к кареглазой эта необычная мысль, хотя признаться, она была очень логичной. Впадая в отчаянии, Блоссом кривится и падает на кровать, утыкаясь носом в подушку. Краш наблюдая за всей этой сценой, понимает волнение подруги как никто другой. Всё-таки Шерил боится, не то чтобы боится как боится, скорее ей страшно от того, что её планы с самого утра рушатся буквально на глазах. Присев рядом с девушкой разноглазая нежно улыбнулась: — Успокойся милая, смотри, у тебя же есть черно красный комплект, а под него пойдёт и твоя любимая красная помада и обойдёмся чёрными чулками и красными туфлями. — Голос девушки звучал довольно успокаивающе, любой другой бы посмеялся на её месте, а она лишь пытается помочь, и Шерил знает это как никто другой. Поэтому слегка успокаивается и обнимает Краш за талию, утыкаясь ей в грудь: — Спасибо. — Такое обычное слово, а сколько на самом деле оно значит для пепельной брюнетки. Шерил идёт собираться, а Эвилина возвращается на подоконник и берет в руки телефон. Через полчаса девчонки готовы, и Шерил роется в сумочке в поисках ключей от машины, но её руку остановила подруга: — Поедем на моём, обратно же вы с Фогом поедете на его «коне». — Усмешка тронула губы разноглазой, на что рыжая улыбнулась и кивнула. Девушки вышли и поспешили к черному мотоциклу. Это была новая модель Сузуки, которая безумно нравилась обеим. Всё-таки Уолш знал, что дарить сестре на выписку, этот подарок привлек очень большое количество внимание, как в колледже, так и на улицах. Особенно когда на нам мчаться две красивые девушки, и не важно, что у обоих есть парни.

Вернёмся к парням

После третьей неудачной партии, Свит был довольно пьян, это же надо, его, короля бильярда в Ривердейле обыграли, и обыграл блондин, который первый раз в жизни держал кий в руках. Заметив как парень сестры очередной раз закипает, Андрэ поднимает одну руку в жесте сдаюсь, а второй неуверенно чешет затылок: — Эм, сори что-ли. — Как! КАК!!! Ну как это возможно?! — Брюнет не в себе, за пятнадцать минут он проиграл трижды. Тем временем в бар спустился, единственный и неповторимый, сам его величество Форсайт Пендлтон Джонс III. Он был не один, за ним следом, шла очень красивая девушка с чёрными волосами, если присмотреться, то можно было узнать в ней Лодж, Веронику мать его Лодж! Удивлённые взгляды были обращены на эту парочку, но стоило им приблизиться к столу, за которым играли ребята, как все сразу стали здороваться между собой: — Вероника, это Андрэ Уолш, второй предваритель «Стальных Львов», они переехали в город уже после твоего переезда. Андрэ, это Вероника, наша хорошая знакомая и…- Ребята осматривали друг друга взахлеб, они были из одного города и пересекались несколько раз. Джонс слишком долго тянул кота за «хвост» с этим чёртовым «и», поэтому брат Краш перебил его: — Дочь Хирама Лоджа, а также моделька по кличке «Крошка Ронни». — на последнем бровь выгнулась у всех включая Джага, и лишь брюнетка спокойно улыбнулась: — Всё верно. Откуда такая осведомленность обо мне? — Эта лисья усмешка, и в этот момент Уолш понял, что его чистым видом клеят: — Я знаю всё о Нью-Йорке, это моя обязанность. А вот что столичная штучка вроде тебя, забыла здесь? Ты же вроде должна быть на реабилитации, скоро рожать. — Усмешка тронула губы голубоглазого, он обломал её в два слова, младшая Лодж побледнела, от того, насколько он осведомлён. Губы исказились в гримасе отчаяния, а глаза выражали вселенскую боль, за старую подругу поспешил вступиться чёртов Дони Дарко, надо было поскорее разбодяжить обстановку, что накопилась до предела: — Начнём пожалуй с того, что Ви здесь, чтобы вступить в Змеи и бороться против своего отца. — Начал Джонс, как снова был так резко перебит: — Он убил моего малыша. — Всего-то четыре слова, и никто из присутствующих, не хочет больше поднимать эту тему. Блондин чувствует свою вину и поэтому протягивая руку, улыбается, теперь уже без упрёка, издёвки и сочувствие, улыбается по настоящему: — Добро пожаловать в семью. — И Вероника с удовольствием пожимает руку, сегодня посвещение будут проходить двое. В этот момент у Тони закончилась смена, и она недовольная ситуацией идёт на выход получив смс, от своей уже бывшей девушки «Мы на месте. " Стоя возле бара, три девушки переговаривались между собой, спокойно покуривая. Рыжая протягивала тонкие со вкусом вишни, розоволосая втягивала пар с ментолом, из нагретого устройства под названием вейп, а пепельная брюнетка, курила красный Мальборо, как обычно, ничего не меняется, такие разные, но в тоже время слишком одинаковые, слишком гордые, узнав о возвращении Лодж, Шерил загрузилась намного сильнее, Краш восприняла это как пустой звук, а Тони хотела сжечь брюнетку заживо, кто же знал что к концу вечера всё будет совсем иначе. Скоро выступление и рыжая начала дрожать, розоволосая и разноглазая проводили подругу к чёрному входу, а сами вошли в бар, не привлекая к себе никакого внимания. Как же раздражает, номер Шерил подвинули из-за Вероники, что выперлась на сцену и решила раздеться очередной раз. Краш недовольно фыркнула открывая бутылку пива, и делая пару глотков. Топаз как обычно не сводит глаз, но на этот раз со своего будущего мужа, она боится увидеть в его глазах желание, вот только там было лишь безразличие. Что успокоило девушку и она тоже сделала пару глотков алкоголя, но её взгляд краем глаза зацепился за Стивена, что следил за брюнеткой как привороженный. Его глаза блуждали по её телу, наслаждаясь обзором, длинные ноги, шикарные кудри округлая грудь. Пьяный мозг брюнета уже представил себе в каких позах он хочет эту чёртову бестию, и Тони видела это желание в его глазах, и была очень рада, что разноглазая была увлечена телефоном, переписываясь с Шерил. Зато Фенгс, которого считали самым большим бабником в их компании, даже не смотрел в сторону сцены. В этот момент Топаз смотрела на аплодирующих, и то как Лодж, гордой походкой уходит со сцены. Краш взглянула на сцену, в баре заиграла мелодия, и на гладкую поверхность к месту вышла рыжая. С того момента, всё внимание разноглазой было уделено лишь Шерил. Тони это было лишь на руку, заметив, что с момента, как Вероника покинула сцену с курткой змеев, Свит Пи так же пропал из поля зрения розоволосой: — Я отойду на пару минут. — Глянув на подругу, разноглазая списала это на то, что они всё-таки были вместе и кивнула. Тони же поспешила удалиться, проходя мимо раздевалки, розоволосая услышала какие-то странные звуки в туалете. Едва приоткрыв дверь, она заметила Пи, зажимающего Лодж у стенки, у кареглазой перехватило дыхание от возмущения, как он мог! Вспомнив о своём любимом гаджете, Топаз, осторожно включила камеру, и вырубила вспышку. Сделав несколько фотографий, розоволосая закусила нижнюю губу и решилась прервать их, но в этот момент со сцены сошла Блоссом: — Тони, ты чего тут? — для девушке, минуту назад находившейся на шесте, рыжая держалась очень достойно, пусть и потрёпанно. — Да вот в туалет…- искала отмазку розоволосая, и оглядев девушку, улыбнулась, — Давай переодевайся скорее, мы будем ждать тебя с Эвой у бара. — Кивнув розоволосой рыжая поспешила в раздевалку, а вот темнокожая распахнула дверь туалета и оказавшись в помещении, закрыла её за собой на замок. Парочка оторвавшись друг от друга, взглянула на названную гостью, точнее взглянула только Лодж. Пи же был слишком увлечён оставлением засосов на фарфоровой коже. Подлетев к парню подруги, девушка оттянула Стивена за волосы и уткнула носом в воду, заставляя парня вздрогнуть, он начал захлёбывается водой и приходить в себя: — Экх, кхэ. Что ты творишь аххха, сумасшедшая! — Обвинил брюнет свою подругу, наконец придя в себя и стирая капли воды со своего лица: — Я сумасшедшая, я?! Ты что творишь дебил, а если бы всё это видела Краш?! Как бы ты блять запел, и радуйся, что блять ты эту тварь не трахнул, иначе я бы твою жопу не перекрывала! — И тут до брюнета наконец дошло происходящее, в глазах стоял ужас, он лишь склонил голову в сторону суки Лодж, которая смеялась с этой ситуации. Причём её смех был похож на сумасшедший, от чего Топаз, прижала её к стене и тихо прошептала: — А тебе куколка лучше заткнуть свой ротик, иначе я разукрашу твою милую мордашку! А теперь вали и не смей даже ротик открывать, Змеи, многого не прощают. — Брюнетка поспешила удалиться, Тони же продолжала кипеть, она даже поверить не могла, что это случилось, с НИМ. Свит Пи, не просто парень, а ужасно верный козёл, который если влюбится, то о других бабах даже речи не пойдёт. Тем временем, парень решил внести ясность, или же оправдаться, не велика разница: — Тони, я…- слова давались ему словно, ножом под кожу, — я не знаю что на меня нашло, когда она в меня врезалась сегодня перед началом, меня словно отрубило, я не понимаю. — На что розоволосая лишь вздохнула, она не знала, что сказать, пожала плечами и выдохнув продолжила: — Пошли, мы и так задержались. — Выйдя из туалета, ребята направились к бару, где собралась почти вся компания, Пи тут же подошёл к Эвелине и поцеловал в макушку, на что девушка улыбнулась: — Что-то долго вы, Шерил конечно сказала, что в туалет очередь, но чтобы настолько. — Топаз в страхе подняла глаза на рыжую, но та лишь кивнула, говоря, что не сдаст их, но за это придётся ответить на все вопросы. Только ребята заказали коктейли, не прошло и минуты как из туалета выполз мужчина подходя к Джонсу младшему, что был слишком молчалив и не принимал участие в разборках. Верзила тихо прошептал тому что-то на ухо, и тот глянул на всю компанию серьёзным взглядом. Мужчины тут же встали и поспешили наверх, Тони, лишь кивнула девчонкам и пошла за ними следом. Оставшись в одиночестве, девушки переглянулись, адские искорки пылали в их глазах, когда пепельная брюнетка взяла в руки меню. Оказавшись в кабинете когда-то, Джонса старшего, а теперь ещё и младшего, ребята внимательно глянули на «короля». Джонс сделал глубокий вдох: — Мы в дерьме. — Этой фразы всегда хватало чтобы понять насколько паршивая их ситуация. Переглянувшись между собой, первым не выдержал Высокий: — Блять, Джонс, не тяни резину! — Этого хватило, чтобы хвойные глаза более менее успокоились, и выдохнув спокойно, Донни Дарко продолжил озвучивать ситуацию: — В туалете, обнаружили Крег в перемешку с Джингл-Джанглом, кто-то опять связался с этой дурью и раз здесь эта хрень…- Джонс не успел закончить, его мысль продолжил Фогарти: — Значит Упыри снова в городе, — но и он не закончил, в диалог вступила представительница прекрасного пола: — Следовательно Змеи в опасности. — На все их реплики Джонс качал головой, понимая, в каком дерьме они опять зависли, всё пытались вникнуть, но тут их оборвал высокий брюнет, который выдохнул фразу, ломающую всех присутствующих: — У нас завелась крыса. — Эти слова, были как гром средь ясного неба, и никто не был готов услышать это. Как бы не хотелось сказать, что это лишь слухи, кошмарный сон, вот только Джагхед понимал, что это правда, и если он сейчас это не признает, значит поставит свою семью под ещё больший удар, выбора нет: — Высокий прав. Надо решать проблему, но пока не кому не слова. — Кивнув, все покинули кабинет лидера, в чувствах полного отчаянии, и только Уолш, был не при делах, слишком трезво он оценивал ситуацию, и слишком хорошо знал, что поддаться отчаянию значит, сломаться и предать веру других людей в твою персону. Тем временем внизу две красотки отжигали в баре, мало того, что за тридцать минут выжрали в две хари полторы бутылки виски и бутылку мартини, так ещё и жрачки заказали. Заметив свою сестру в таком состоянии, блондин лишь кивнул в сторону розоволосой, стоя рядом с Пи: — Завези Тони домой. Нам с этой пьянью нужно поговорить. — Тот лишь кивнул, а Уолш направился в сторону любимой, обняв Топаз за талию, и чмокнув в малиновые губки тихо прошептал: — Не жди меня, ложись спать раньше, Свит тебя подкинет, а мне нужно вынести мозги сестре. — Фогарти вместе с Шерил уже покинули бар, причём последнюю выносили на руках. Андрэ подошёл к сестре нежно улыбаясь: — Эви, малыш, пошли домой. — Не хочу! — Недовольно протянула разноглазая. — Но уже поздно. Плюс нам нужно ещё очень серьезно поговорить. — Этот тон парня вызвал недоверие, несмотря на то что Краш была пьяна в хлам, ухмылка коснулась её губ всё-таки брата она знала лучше всего на свете, в его руках блеснул нож, а девушка махнула рукой: — Нападай, я всё равно тебя сделаю! — через минут двадцать борьбы, Белый Змей был вынесен. Уолш закинул сестру на плечо и поспешил покинуть бар, пока Джонс не чухнул что всё-таки случилось с его владениями. Оказавшись дома, родственников ожидал очень серьезный разговор. И первым делом, усадив сестру на диван, юноша пошел на кухню за водой, вернувшись, он обнаружил надутую как шарик сестру, которая куталась в плед: — Андрэ, да что с тобой, я ничего не сделала! — В голосе пепельной брюнетки было столько вызова, негатива и непонимания, что старший Уолш проверил бы, что она не причем, если бы не актерские способности двоюродной. Сев напротив златовласка, нахмурился и потёр образовавшуюся складку между переносицей: — Эва, мы же ещё в Нью-Йорке договорились… Что ты бросаешь! — Последние несколько слов дались парню слишком тяжело, но он смог пересилить свой страх. Зная насколько сестра ценит доверие, которое они строили годами, и сейчас он слишком разочарован, чтобы не подумать на неё. Видя непонимающий взгляд и скрытую агрессию, блондин всё-таки сомневается в своей теории, а что если это не она: — Да о чём ты вообще? — Ярость в разных глазах девушки совершенно не вязалось с обычным её провидением: — А дрянь в туалете не твоя?! Может хватит врать! — Голубоглазый не выдерживает и срывается, закусывая нижнюю губу, разноглазая вскакивает с дивана и даёт брату пощечину, после чего задирает рукава кофты: — КАК ВИДИШЬ НЕ МОЯ! — Следом последовали глаза, а потом и язык, были предъявлены старшему брату в качестве доказательств: — Да и чтобы ты знал, меня в туалете бара не было! Спроси у Шерил или Тони, в конце концов блять у любого! — Девушка выглядела обречённой, глаза сочатся ненавистью, губа кровью. Это просто невыносимо, осознавать, что единственный человек, которому веришь неприкословно, даже Свит Пи, не был удостоен той верности и честности, которую проявляла Краш по отношению к брату. Долго ругаться не хотелось, тем более, что так хорошо построенные отношения, смыло за пятнадцать минут. Недовольно закусив нижнюю губу, пепельная брюнетка, выскочила из дома, где Свит Пи уже подвёз Тони, и они стояли и разговаривали. Когда им на глаза попалась разноглазая, она села на байк, не заметив друзей которые взволнованно вскочили, вот только не успели. Краш уже мчалась по улицам города, а из дома выскочил взволнованный блондин, хватаясь за волосы, чуть ли не вырывая золотые локоны: — Чёрт-чёрт-чёрт! — Закусив нижнюю губу, тот долбанул по стене, эту картину прервал голос розоволосой: — Что случилось? — Молчун смотрел на всё происходящее: — Я только что спустил доверие своей сестры, которое еле заслужил. Блять, я думал что это она опять подсела на дурь… — Тони лишь закусила нижнюю губу и потрепала свои волосы глядя на Пи: — Это не она, я весь вечер была рядом с ней, а когда не было меня, была Шерил или Фогарти, да и ты в конце концов. У неё не было лишнего мгновения, чёрт и куда она помчалась?! — Уолш понимал, что Тони не стала бы врать, или прикрывать Краш, глядя на Свит Пи, до Андрэ начало доходить: — Она может заявиться к тебе, так что собирайся и бегом домой. — Тот лишь кивнул головой и устроившись на своём железном коне, помчался домой, а кареглазая осталась успокаивать голубоглазого. Почему так много всего происходит конкретно тогда, когда он накосячил, почему входя в пустой трейлер ему так паршиво, он садиться на кровать перевернув до этого стилаж с книгами, разбив зеркало и разбросав вещи. Сидя на диване, убитый обстоятельствами, Змей потянулся за очередной сигаретой, вспоминая всё происходящее между ними, вспоминая насколько ему дорога эта чертовка с манящими разного цвета глазами, что заставляет его сердце колотиться. Прошло уже часа три, когда в дверь постучали, на крыльце под дождем стояла его маленькая девочка, утирая свои слезы, и содрогаясь от холода. На её тело были надеты лишь пижамные шорты, потёртая футболка, сверху накинутый на плечи шарф, а на ногах кроссовки. Девушка выглядела потерянно, да ещё и до дрожи в коленях возбуждающе. Стоило Стивену обнять её, как девушка более менее успокоилась утыкаясь в его шею, он понял одну вещь, домой она вряд-ли вернётся. И если она пришла к нему, значит он второй человек к которому его малышка испытывает доверие и от этого, его сердце билось чаще. Стоило девушке переступить порог трейлера, как её тонкие пальчики впились в его колючие волосы, Свит заговорил первым: — Родная, малышка моя, прости… Я…Я столько всего натворил…- Она тоже была не без греха, от чего его слова сейчас заставили вздрогнуть: — Стивен я… Тоже… столько натворила… — Голос её дрогнул, от чего парень закусил губу, и прижал свою малышку к себе: — Я поцеловал Лодж, там в баре, после её танца, я не знаю, что на меня нашло и если ты не сможешь простить меня… Я — Эти слова давались парню с огромной болью и ненавистью к себе, он ожидал что его малышка оттолкнёт его, но не как, не то, что она заговорит: — А ты сможешь? Сможешь простить мне поцелуй с Джонсом? — Девушка ели сдерживается, что же это за вечер откровений, он ненавидит себя, ненавидит эту проклятую Лодж, младшего Джонса, но он не может начать ненавидеть свою маленькую девочку, лишь кладёт руки на её талию и наклоняется к её губам: — Я прощу тебе, но эта сволочь получит в морду… — Он рычит и впивается в нежные губы, она нежно улыбается и тихо шепчет, сквозь поцелуй: — От Лодж тоже мокрого места не останется… — Его губы тронула самая настоящая усмешка, его девочка ревнует, его девочка не врёт ему, его девочка, любит его и не предаст. Он впивается в её губы, и она нежно отвечает тому на поцелуй обхватывая его шею руками, и вот она прижата к стене, а его руки прижимают крохотное тело к себе. Пушистые ресницы содрагивались от неописуемого удовольствия, что он доставлял ей. Горячий губы брюнета, заставляли бледную кожу на шее девушки, пылать от каждого прикосновения. Она обхватила ногами торс Стивена, а тот лишь сжал её пятую точку в своих ладонях. От Краш волшебно пахло хвойным лесом и апельсином, она волшебно выглядела сейчас, её волосы были словно шёлк спадая на его лицо. Нежно улыбаясь она тихо шептала о том, как сильно любит его глаза, как ей нравятся его руки. Это срывало крышу молодого Змея, когда они наконец оказались на кровати, в памяти девушки всплыли моменты произошедшие около часу назад.

Около часу назад трейлерный парк

Девушка сидела на ступеньках одного из трейлера обдумывая план дальнейших действий. Она не могла понять, почему после предательства брата, она не помчалась в объятья своего возлюбленного, а оказалась здесь, на пороге человека, которого не понимала, не признавала, но как выяснилось очень доверяла. Делая очередную тяжку, когда-то темноволосая, усмехнулась ей не хватало смелости постучать в дверь, но на её несчастье, она распахнулась. Из сумрака трейлера вышел полуобнажённый принц Змей, чья шея была усыпана свежими метками, неужели очередная шлюха. Это очень злило и одновременно напрягло, она не понимала, почему этот самодовольный брюнет вызывает столько эмоций: — Принцесса? И что же ты забыла у моего порога в такое время. — Он был пьян, как обычно самоуверенн и до безумия развратен, от чего по её телу прошла дрожь: — Да так, мимо проходила… — Ну не будет же она признавать, что специально шла именно к нему, от чего Джонс младший закипал, вроде бы только трахался, на протяжении нескольких часов. А тут, к чертям собачьим заявляется Краш и он не может держать себя в руках. Её идеальная фигура, красивые глаза, выпирающие через футболку от холода соски или не от холода?! Эта мысль заставила его ещё сильнее усмехнуться, подойдя к девушке, тот вытащил из её пальцев сигарету и сделал несколько затяжек. Недовольная такой наглостью, брюнетка, фыркнула и закурив другую кивнула в сторону короля: — Пойду, не хочу будить твою «принцессу». — И только она собиралась покинуть его, оставляя на попечительство ветра, как Джонс притянул её к себе за запястье и впился в её губы своими, не давая той опомниться. В тот вечер он явно перепил, а она жалела что припёрлась к нему посреди ночи. На глаза навернулись слезы, и брюнет схватил пощёчину: — Ты тварь Джонс, не приближайся ко мне больше. — Отходя от злосчастного трейлера, разноглазая плакала, плакала от непонимания и обиды, от того что не могла разобраться в себе, ей слишком понравился этот поцелуй, но ведь она любит другого. В эту ночь трое не могли уснуть, одна пыталась доказать свои чувства не только любимому, но и себе. Второй упивался любовью, самой близкой и родной девушки на всем белом свете, он наслаждался её стонами, её объятьями, теплом её тела, и самое главное её нежностью, её взглядами наполненными любовью и желанием по отношению к нему. А третий, пытался напиться до белой горячки, чтобы забыть, забыть её тело в своих объятиях, забыть её губы на своих губах, забыть её глаза наполненные желанием и болью. Забыть её слёзы, вызванные его несдержанностью, и забыть свои чувства, свою привязанность, всеми возможными способами.