Комнатка для Поцулев

Низ всем известного черного плаща колышется от ветра, создавая ощущения дикого сквозняка, а, в прочем, чего можно было ожидать от открытой крыши? Двадцать лет назад именно здесь прогремело невероятное дело о смерти Шерлока Холмса и Джеймса Мориарти. Кровавые снимки с дырявой головой невероятного гения в белоснежном костюме. Идеально продуманный полёт вниз, заставивший весь мир содрогнуться. Холмс периодически возвращался на крышу этого здания, не понимая, чего добивается своим приходом. Добить себя или попробовать забыть. Спустя столько время получился лишь первый вариант. Сидя вечером перед камином, Шерлок Холмс с некой улыбкой и болью вспоминал старые деньки. Продумать и спланировать своё самоубийство было отчасти легко, но детектив и не предполагал, что Мориарти сделает подобное. Та картина стоит перед глазами по сей день: пистолет, черные безумные глаза и выстрел. За все двадцать лет Холмс так и не смог простить себе смерть заклятого врага, пусть и не настоящую. Первые месяца прошли тяжело, в добавок нужно было скрываться от Джона. Но со временем легче не становилось, даже возвращение в Англию не помогло. Величайший гений дедукции не мог принять смерть человека, который пусть и был врагом, но имел своё место в чертогах разума и где-то в сердце. Поиски Мориарти, точнее доказательство его спокойной жизни в другой стране, пришлось искать долгих десять лет, за которые было раскрыто немало других дел, но Шерлок оставался будто в своем мире. И вот однажды, не исключено, что Джеймс просто решил сжалится над детективом, люди Майкрофта смогли отследить злодея-консультанта. Ловить его никто не планировал, но вот понять, почему тот бросил свои дела, очень хотелось. Ещё долгих пять лет понадобилось Шерлоку, чтобы получить ответ от бывшего врага. — Здравствуй, Джеймс. ШХ — Мне понадобилось много времени, чтобы тебя найти. ШХ — Знаешь, я уже не такой худой, как при наших встречах. ШХ — Джеймс, ты мне снишься. ШХ — Я себя чувствую Ирен Адлер, мне тогда тоже не хотелось ей отвечать. Ты поэтому молчишь? ШХ — Это твой номер, даже если им косвенно не пользуешься. ШХ — Я уже четыре раза поздравлял тебя с Рождеством после того, как нашел твой номер. Это пятый, с Рождеством, великолепный Джеймс Мориарти. ШХ — Не уверен, что ты в курсе, но мне через неделю пятьдесят пять. Все спрашивают, какой подарок хочу получить, а вот уже двадцать лет, я хочу лишь одного. ШХ — Если бы ты ответил, это был бы самый дорогой подарок в жизни. ШХ — Мне не хватает твоего ума. ШХ Все двадцать лет Шерлок Холмс тратил половину своих денег ради сообщений одному молчаливому ублюдку. Отношений великий детектив не заводил, так, интрижки для удовлетворения физических потребностей. При этом кончал Холмс всегда с одним именем на губах и в мыслях. Но это Рождество станет последним. Шерлок пытался двадцать лет связаться с Джеймсом, не нарушая его личное пространство неожиданным приездом. Возможно, он завел семью, либо давно умер, а Майкрофт его обманывал все это время. В любом случае седовласый кучерявый детектив действительно устал. Высокий рост, которым все восхищались, и острые скулы давно подверглись изменениям возраста и более сидячий вид работы сказался на весе детектива. Нет, он не стал толстым стариком, пожирающим пончики в участке, просто немного появился живот и бока. 22.12.2043 год, спустя пару лет молчаний Шерлок не выдержал. Эта дата была сама по себе болезненной, поэтому в этот раз Холмс знал, что не выдержит. — Здравствуй, Джеймс. Я знаю, что давно не писал, но ты не отвечал, а, значит, не сильно могу переживать. Уже месяц, как Джона не стало. Мой верный и старый друг умер в постели от обычной старости, кажется, даже с улыбкой. Прискорбно говорить, но, боюсь, я больше не выдержу. Жить без тебя мне помогала его дружба, а теперь я один — думаю ты давно понял. Моё угрызение совести перестало таковым быть, после того, как я принял свои чувства к тебе. Странно, что мне никто не говорил явное. Видимо хотели уберечь. Что ж, я отвлекся. Дорогой Джеймс, боюсь, это действительно последнее сообщение тебе. Даже, если не читаешь, думаю мы правда никогда больше не встретимся. Прощай. ШХ Открывать глаза совершенно не хотелось. Шерлок перестал видеть в этом смысл. Открывая телефон в поисках свежих новостей, Холмс не сразу обратил внимание на входящее сообщение. Ближе к обеду, закончив с очередным мелким делом и перекусив, детектив вернулся к телефону, где по-прежнему мерцало входящее сообщение. — «Комнатка для «뽀뽀», завтра в 19:00. ДМ На Юге Аляски было прохладно. Лёгкий ветерок проникал под длинное черное пальто, а шарф поверхностно согревал длинную шею. Найти нужный адрес кафе не составило особого труда. Взять частный самолет Майкрофта тоже было легко, а вот подготовится морально к долгожданной встрече оказалось на удивление сложно. Кафешка находилась в самом центре городка. Думаю, она вовсе затерялась бы, если бы не название с корейскими буквами. Некая загадка заставляла захотеть хоть раз посетить данное заведение. Перед входной дверью висели небольшие вазоны, под большим окном, через которое можно было разглядеть работников и чудеса кухни; стояла маленькая лавочка, а под ней спал маленький рыжеватый щенок, правда с черными кончиками ушей. На двери весела табличка «Welcome», а колокольчик оповещал о посетителях.  — Здравствуйте, сэр, вам столик на двоих? — Эм, да, наверное. Я. Я думаю столик уже забронирован, либо меня ждут. — Хм, как ваше имя? — Шерлок. Шерлок Холмс. — Оу, вы совершенно правы. Ваш спутник уже давно ждет. Пойдемте за мной. Как сейчас выглядит Мориарти, можно было лишь догадываться. Шерлок и сам занятно изменился с возрастом, но вот как сильно украсила седина смоляные волосы Джеймса? Как много морщин появилось вокруг его глаз из-за широкой улыбки? Интересно, многим ли он улыбался также, как тогда на крыше?! Стал ли он полнее, либо же наоборот все это время поддерживал себя в форме? Из-за мыслей Шерлок не особо рассмотрел интерьер кафешки, но чувствовалась надежность и уют. Из раздумий детектива вырвала фраза до боли в сердце знакомого голоса. Немного более низкого, чем раньше, но такого же насмешливого и язвительного. Правда, в глазах, которые Шерлок увидел, читались усталость и боль. — Каждые семь секунд один человек сходит с ума, Шерлок Холмс. Но ты решил повесить на меня свое сумасшествие. Это не честно, дорогой Шерлок. — Джеймс. — Слова, которые готовились, давно вылетели, будто где-то был сквозняк. — Я так рад тебя видеть. — Правда? Я как-то не заметил, ты за эти десять минут ничего толком не сказал и не сделал. — А что я должен или мог сделать? Все также теряюсь в глубине чужих глаз, — прошептал Шерлок. — Все, что угодно, Холмс. Или с возрастом твоя дедукция испарилась?! — с явной насмешкой, но тревогой в голосе, прошептал от чего-то злой гений. — Все, что угодно, — эхом повторил детектив, и большие ладони обхватил лицо напротив. Кожа с возрастом у обоих одряблой, вены виднелись сильнее, появились пятна какие-то. Но, в целом натуральная индивидуальная красота сохранилась. Сухие, менее пухлые губы, чем в молодости, почти коснулись желанных, на протяжении двадцати лет, губ. Но прежде, чем действительно почувствовать вкус и насладится моментом, пусть и запоздалым, Шерлок Холмс прошептал прямо в приоткрытые губы: «Я думаю, ты и есть моя седьмая секунда, Джеймс Мориарти». *** Атмосфера в полуосвещенной комнате стояла интимная. Запах пота от мокрых тел лежащих на смятых простынях. Тяжёлое дыхание двух пожилых мужчин, что на какое-то время забыли о своем возрасте. Будто семейная пара после долгих лет холодности друг к другу почувствовали вновь искру, которая ещё в молодости заполнила все их мысли. Двое мужчин на изумрудных простынях, всё же с возрастом у Мориарти осталась любовь к роскоши, лежали на спинах с замком рук между ними.  — Я думал, что свихнулся и двадцать лет писал призраку. — Хах, дорогой Шерлок Холмс, а ты с возрастом стал ещё более сентиментальным. — Достаточно, Джим. Я чувствую твой пульс, он такой же бешеный, как и мой. — Что ж, ты прав. — Почему не отвечал? — Шерлоку не удалось спрятать обиду в голосе. — Не мог. — как-то шепотом прозвучал ответ, хотя в комнате кроме их двоих никого не было. — Но почему? У тебя была семья?! — в этот раз от величайшего злодея не утаился страх присутсвующий в вопросе. — Какая семья Холмс. Кто меня вытерпеть смог бы?! — Я. — без колебаний вырвался ответ. — Знаешь Шерлок. Твой брат был прав, ты всегда был через чур переполнен эмоциями и чувствами. — Это не плохо Джим. Не плохо. — Я знаю, именно поэтому не отвечал. Ты бы не смог бросить Джона, а я бы не смог тебя с ним делить. Я собственник, Шерлок Холмс, если мой, то целиком и полностью. — Но, мы потеряли столько времени из-за твоего молчания. — Нет, наше время только сейчас начинается. Я готов стать твоей седьмой секундой, но ты должен обещать тоже самое. — Обещаю.