I'm Yours

Поперечный нервно барабанил пальцами по барной стойке, ожидая, когда ему уже нальют его текилу. Сегодня здесь было особенно много народу, и ждать, пока к тебе подойдет бармен и сделает заказ, приходилось долго. — Братан, я сейчас подойду, покурю, — крикнул он бармену и вышел из клуба. Он пришел сюда скорее по привычке — банально не знал, где еще можно провести выходные. Здесь все друзья, которыми и друзьями-то сложно было назвать. Так, собутыльники. Настроение было паршивым, хоть Даня и успел неплохо выпить — впервые алкоголь не поднимал настроение. И черт знает, в чем дело. — Закурить не найдется? — раздался рядом приятный голос. Поперечный обернулся — рядом с ним стоял хрупкий мальчик, лет 17. Рыжий, как Даня, только более хрупкий. Зато в глазах была такая же наглость. Цепляло, что уж там. — А мама-то разрешает? — усмехнулся Поперечный, доставая из кармана сигарету. Парень подошел, взял сигарету из рук Дани и почти в губы ему прошептал: — Ну ты же ей не расскажешь? И тут же отстранился, достал зажигалку и прикурил. Стервец. Зацепил. — А если расскажу? — с вызовом спросил Даня. — Ну тогда тебе точно ничего не перепадет, — пожал плечами парень. Даня отвернулся. Не интересно. Очередной парень, который даже не скрывал, что хочет секса. Раньше это казалось просто охуенным — не нужно париться на намеки и прочее, просто берешь и трахаешь, навешав немного лапши на уши. А сейчас было неинтересно. — Не очень-то и хотелось, — отвечает Поперечный и возвращается в бар. Бармен тут же вручает ему текилу, и, выпив шот, Поперечный, кажется понимает, что нужно делать. Он снова выходит на улицу и достает телефон. Тот рыжий все еще курит, кидает томные взгляды, но Даня только со смехом смотрит на эти манипуляции. Сколько времени прошло с момента, как Руслан сбежал с его квартиры? Пять дней? Шесть? Или больше недели? Кажется, прошло уже дохуя времени, нервы сдавали. Поперечный продолжал играть в игру, правила которой он придумывал сам. Но ему нравилось дергать за веревочки, и только с Русланом это можно было делать по-настоящему, без фальшивых постановок. Даня больше не трогал Руслана, никак не напоминал о себе. Хотел, чтобы тот вздрагивал от каждого телефонного звонка, от каждого уведомления о сообщении. Чтобы ждал и не знал, чего ждать. Чтобы утомился от своего ожидания и забыл все, как страшный сон. И когда эмоции и страх поулягуться, можно было бы появиться снова, чтобы напомнить и снова совратить эту недотрогу. Заставить его раздвинуть ноги одновременно добровольно и против своей воли. Поперечный снова прокручивал эти фантазии у себя в голове, и даже слюна выделялась, заполняя рот. По плану, он должен был не трогать Усачева около месяца, но сам же первый не выдержал. — Алло, — в трубке телефона раздался хриплый, сонный голос. Еще бы, времени было больше полуночи. — Спишь уже? — спросил Даня тоже хрипло, только от возбуждения. — Конечно, — голос Руслана был очень напряжен. — Адрес говори свой. — Адрес офиса ты знаешь. Свободное время завтра в 13.20 или в 15.20. — Ты угараешь? — зашипел Данила. — Извини, но я могу тебя встретить только там. Даня тихо рыкнул, но, заметив, как внимательно его слушает тот рыжий парень, решил не пускать в ход угрозы и шантаж. — Во сколько у тебя первый сеанс? — Зачем тебе? — Говори. Было слышно, что Рус замялся. — В 9.00 — Я приду в 8.45. Очень хочу тебя увидеть. И скинул вызов. В его голове уже зрел план мести. Он даже не ожидал, что этот психотерапевт после случившегося будет таким дерзким. Нужно было поставить его на место. — Что, отшил тебя твой? — рядом снова оказался этот рыжий. — Меня не отшивают, — рыкнул Поперечный, поймал такси и уехал домой. Проснуться вовремя было сложно. Еще сложнее было найти сексшоп, который бы работал в такую рань. Впрочем, уже в 8.45 Поперечный, прилично помятый, с запахом перегара и жвачки, стоял у кабинета Руслана и ждал его. В руках Дани была небольшая коробочка. Руслан опоздал на пять минут и, судя по удивленному взгляду, увидеть Даню он все-таки не ожидал. — В кабинете поговорим, — недосып делал свое дело, и Даня был достаточно зол и раздражен. Наверное, Руслана вид Поперечного впечатлил, потому что он даже не сказал ничего, только кинул испуганный взгляд и открыл дверь офиса. Поперечный же закрыл его изнутри. Затем толкнул Руса на кресло и поставил свое колено между его ног, больно надавливая на яйца, так что Руслан скривился. — Что, сука, смелым себя почувствовал? — прошипел рыжий, доставая телефон. — А ты не забыл, что у меня есть то, что смешает тебя и твое имя с грязью? Он открыл фотогалерею и начал листать перед глазами Руслана фотографии. — Эта моя любимая, — он остановился на фотке, где Руслан стоял раком, а его попка разрабатывалась чужим пальцем. — И вот если бы ты мне все это дал ночью, никаких проблем не было бы. Поперечный отошел и спрятал телефон в карман. — Ко мне спиной, снимай штаны и руки на спинку кресла, — скомандовал он. — Зачем? — Руслан был бледнее мела. Похоже, Даню он боялся только когда видел его в живую, зато по телефону был похвально смелым. — Узнаешь. Быстро! Понимая, что выхода нет и примерно предполагая, что будет делать Даня, Руслан послушно встал и снял штаны, трусы, затем оперся о спинку дивана. Он даже боялся думать, насколько он сейчас открыт перед Поперечным, насколько унизительна эта поза. — Я вижу, снова забыл побриться? — ягодицу ожег болезненный шлепок. — Конфетка моя, если еще раз увижу такое — отхлещу так, что сидеть несколько дней не сможешь. Снова смачный шлепок. — А это за опоздание, — голос Дани был неприятно слащавым. Потому что он уже предвкушал основное развлечение. Что уж скрывать, зад Руслана даже с незначительной растительностью был неприлично сексуален. Так и хотелось мять эти округлые ягодицы, отшлепать их до ярко-розового цвета. Поперечный выдавливает из тюбика немного смазки и смазывает сжатую дырочку, вставляет палец. Руслан снова узкий. Как же хочется вставить ему прямо сейчас, но планы у Дани совершенно другие, и секс в них входит только в вечернее время. — Ты опоздал, отнял у себя пять минут на разработку, так что придется потерпеть, мой милый, — прошептал Даня на ухо Руслану, вставил второй палец, укусил за ушко психотерапевта, помассировал простату, заставив того рвано выдохнуть. Затем достал из коробки небольшую пробку, смазал ее и резко вставил в анус Руслана. Тот громко вскрикнул и заскулил от боли. — Потерпи, мой сладкий, — издевательски-заботливо шептал Даня, двигая пробкой внутри Усачева. — Сейчас ты привыкнешь. Затем слегка хлопает по напряженным ягодицам парня и отходит. — Можешь одеваться, но эту штучку из себя не смей вытаскивать, — Даня снова показал экран телефона. — Эта штучка умная, синхронизируется с телефоном. Если ты вытащишь ее из своей попки, то сработает датчик, и она перейдет в режим оффлайн. И я не смогу сделать так. Даня нажал что-то на телефоне и довольно отметил, как округлились глаза Руслана, а руки рефлекторно схватились за ягодицы. — Мощность регулируется, могу сделать так, — Даня засмеялся и увеличил мощность вибрации пробки. — Напишешь, во сколько у тебя будет последний сеанс, я сам ее вытащу. Рыжий подмигнул психотерапевту и вышел из офиса. Настроение, и не только оно, было приподнятым. Весь день он развлекался с мощностью пробки, то увеличивая ее, то отключая вовсе, представляя, как там ерзает на своем кресле диване, как краснеют его щечки и сбивается дыхание. Хотелось увидеть это лично. Поэтому Поперечный, не долго думая, позвонил Руслану по видеовызову, примерно понимая, что сейчас у него должен быть перерыв. Усачев сбросил. Нужно, пожалуй, отучать его от этой дерзости по телефону. Даня позвонил снова через 10 минут, и снова Руслан отклонил вызов. Поперечный бесился и звонил снова и снова. Наконец Руслан ответил, только на экране вместо его раскрасневшегося лица был пустой кабинет. — Фронталку включи, — попросил Даня, предвкушая нечто очень возбуждающее. — Не надо, — голос Руслана немного дрожал. Даня увеличил мощность. — Включи, иначе на максимальной вибрации проведешь остаток дня. Поперечный слышал только участившееся дыхание Руслана, потом экран потемнел и скоро появился в кадре и сам Руслан. Поперечный чуть не расплылся розовой лужицей от умиления. Щечки розовые, рот приоткрыт, дыхание тяжелое. — Ты можешь… выключить? — попросил Руслан, пряча глаза. — Нет, но могу сделать так, — снова максимальная мощность, и Поперечный услышал несдержанный стон, а глаза Руслана аж закатились от удовольствия. — Не думал, что ты настолько чувствительный. У тебя уже стоит? — Даня, пожалуйста, — Руслан не то шептал, не то скулил. — Что пожалуйста? — Прекрати? — Но ведь тебе нравится. Приласкай себя рукой и покажи мне, — попросил Поперечный. К его большому удивлению тут же в кадре появились широко расставленные ноги Руслана, его рука на возбужденном члене, стоны стали громче. Рука Поперечного тоже потянулась к своему органу, который был уже тверже камня. До одержимости хотелось прямо сейчас оттрахать этого Усачева. Вдруг раздался какой-то звук, похожий на стук в дверь, Руслан отключился, оставив Поперечного снова один на один со своими фантазиями. «Напиши, до скольки ты сегодня работаешь,» — отправил он СМС и убрал мощность вообще. Пусть немного успокоится. Чтобы к приходу Дани снова включился трезвый рассудок и снова можно было насладиться такой возбуждающей стыдливостью. «18.00» В 18.05 Поперечный уже был у офиса, дождался, пока клиент уйдет от Усачева и сам вошел в кабинет, привычным движением закрыл дверь на ключ. Рус снова смотрел на Поперечного как-то затравленно, испуганно. — Ты знаешь, как нужно встать, да? — нервно усмехнулся рыжий. Руслан, видимо желающий как можно скорее избавиться от пробки, тут же спустил штаны и повернулся спиной, крепко схватившись руками за спинку кресла. Его спина была напряжена, ягодицы сжаты, а между них виднелась та самая пробка. Поперечный достал из рюкзака смазку и подошел к психологу. — Ты хотел, чтобы я тебя трахнул, да? — обжигающим шепотом спросил он, приблизившись к ушку Руслана. Тот отрицательно замотал головой. Даня начал двигать пробкой внутри уже растянутой дырки Усачева, заставляя его колени подгибаться. — Какой лжец, — произнес рыжий. — Но тебе повезло, я не хочу тебя наказывать. Просто хочу трахнуть. Поперечный убрал пробку и тут же заменил ее своим членом, тщательно смазанным любрикантом. Руслан был уже достаточно растянутым, член свободно вошел внутрь. Смазка, которой оказалось очень много, хлюпала от быстрых движений Дани, а Руслан стонал в голос, отдрачивая себе, пока Поперечный быстро и нагло трахал его. — Какая ты шлюшка, кто бы мог подумать, — Даня укусил Руслана за загривок, оставив глубокий след от своих зубов. — Весь день, наверное, только и думал, что о моем хуе? Руслан стыдливо опустил голову, не переставая подмахивать отставленным задом. Наконец он кончил с громким, протяжным стоном, пачкая свою руку и кресло спермой. — Умничка, — прохрипел Даня, — мне нравится, что ты кончаешь от моего члена. И спустил следом, снова залив ягодицы Усачева своей спермой. Тело аж дрожало от удовольствия, которое как пламя охватило тело. Он обессиленно упал на диван, где раньше сидел в качестве пациента Руслана и достал сигарету. — А, у тебя тут, наверное, пожарка, — разочарованно протянул он и решил, что покурит на улице. Истома и слабость постепенно уходили. Руслан же боялся даже пошевельнуться, продолжал стоять в позе раком. Даня заметил, что с ним что-то не то, обошел кресло и увидел, что Руслан, черт возьми, плачет. Двумя пальцами Поперечный поднял лицо Руслана за подбородок, полюбовался на пухлые губы, на красные от слез глаза. — Ну что за слезы, — приторно-слащаво спросил он и стер пальцами другой руки мокрые дорожки с щек. — Я тебя ненавижу, — прошептал Руслан, пряча глаза. — Да брось. Тебе же нравится. Расслабься и получай удовольствие, — хмыкнул Поперечный. Но слова Усачева почему-то неприятно резанули. Ненависть Даня не любил. Он привык, что его обожают и хотят, а тут надо же. Важная птица. То стонет и подставляет зад, как самая настоящая блядь, то тут же ноет и говорит, что ненавидит. Поперечный решил, что во что бы то ни стало заставит себя обожать. Руслан будет сам приползать к нему и умолять. С этими мыслями он подхватил рюкзак и вышел из офиса. Черти что с ним творилось. Он уже на три ряда обматерил папашу, который вообще откопал этого психолога. А Руслан на три ряда обматерил себя за то, что вообще согласился. Ему было мерзко от самого себя, когда он салфетками стирал сперму со своих ягодиц, когда стирал смазку с ануса, надевал штаны. Растраханный зад саднил. Слезы от унижения лились сами. Пряча лицо под капюшоном толстовки, в которой он пришел, Руслан дошел до магазина, чтобы купить алкоголь, но передумал. Как психолог, он все-таки знал, что это не поможет. Что ему нужна другая помощь. Ему нужно хотя бы выговориться. Дома он нашел сайт с анонимной психологической помощью. Одну за одной листал анкеты, но каждая казалась не той. Что-то отталкивало. Но одна анкета все-таки привлекла внимание. «привет. я не специалист. я такой же человек, у которого есть проблемы. и я просто хочу поговорить по душам. без осуждения и ненужных советов. и я готов выслушать и тебя. потому что понимаю, что тебе тоже тяжело. думаю, вместе нам будет проще все это пережить. только анонимно.» Почему-то этот искренний, простой текст зацепил. Руслан открыл чат и написал первым. «Привет. Меня зовут Руслан. Я в страшном дерьме. Надеюсь, ты окажешься человеком, который просто выслушает» Ответа не было. Руслан, уже засыпая, увидел, что пришел ответ, но решил, что прочитает и ответит завтра. Но так и не смог спокойно уснуть, и в час ночи открыл чат. «привет. я миша. дерьмо случается, понимаю. расскажешь, что случилось?» Нужно было набраться смелости, чтобы ответить честно. Руслан потратил много времени, чтобы убедить себя, что его собеседник никогда не узнает, кто Руслан вообще такой, где живет, кем работает, как выглядит. «Один мерзкий сынок какого-то олигарха меня шантажирует. У него есть мои фотки, которые никому нельзя видеть. Его отец думает, что я провожу с ним психотерапию и «лечу» от гомосексуальности. Платит деньги. А этот сынок шантажирует меня. И вынуждает спать с ним. И я ничего не могу с этим сделать. Даже если верну деньги, они оба превратят мою жизнь в существование. Мне мерзко от самого себя.» Немного поколебавшись, Руслан все-таки отправил сообщение. «а ты натурал?» «Я не знаю. Мне… Это мой первый опыт. Я не хочу спать с ним. Он мне неприятен. Но я не могу сказать, что мне неприятен секс. Я не знаю, что думать о самом себе. Я мерзок» «если этот человек опустился до шантажа, чтобы тебя заполучить, то не такой уж и мерзкий, я думаю., но ситуация дерьмовая. мне кажется, со временем можно будет что-то придумать. одна голова хорошо, а две лучше» Руслан даже заулыбался. Почему-то он поверил в ту же секунду, что этот анонимный собеседник действительно ему поможет. «А у тебя что произошло?» «отец умер. из-за меня.» «Ты его убил?» «нет., но мы с ним поругались, и я не сказал, что его машина неисправна, хотя знал. он разбился» Руслан даже не знал, что ответить. Плотный ком словно застрял в горле. «Ты не можешь обвинять только себя. Это все — стечение дурацких обстоятельств» «я стараюсь об этом думать, и даже почти поверил в это. честно, у меня уже поздняя ночь. так не хочется ворошить это на ночь глядя. давай завтра еще пообщаемся?» «Давай. Спокойной ночи» «Спокойной ночи» Руслан уснул почти сразу, уверенный, что не так все и плохо. Он почему-то был убежден, что с этого момента избавление от шантажиста — лишь вопрос времени. И почему-то казалось, что все изменится в самом ближайшем будущем.