Можешь потерять.

С каждым новым ударом дышать становится тяжелее. Но куда тяжелее - это вынести все издевательства с улыбкой на лице. Но иногда и эта « защита » давала трещины в виде слёз, катящихся по щекам. Всё это терпеть становится всё труднее с каждым днём. *** Блондин проснулся от трезвона будильника и громкого стука в дверь. Для начала парень вырубил надоедливый будильник, а затем послал стучавшего в дверь Киришиму. Со спокойной совестью перевернулся на другой бок и начал тихо сопеть. Но стуки по ту сторону только усилились и Кацуки ничего не оставалось, кроме как встать. Громко матерясь, Бакугоу побрёл к двери, в которую так и не перестали колотить. — Дерьмоволосый, а не охуел ли ты?! Выкрикнул в лицо человека, находящегося за дверью. Но перед ним стоял далеко не Киришима. — Оу, он всё ещё не сбежал от тебя? А Эйджиро намного терпеливее чем я думал. Бакугоу стоял в дверном проёме с немым шоком на лице и непониманием в голове. Перед ним стояла его точная копия, отличала их разница в росте и более мускулистое телосложение. — Чё застыл как статуя, а?! Парень не успел ничего понять, как его запихнули обратно. Бакугоу не успел среагировать, падая на пол комнаты. Внутрь зашёл второй человек, закрывая за собой дверь. — Чё, сука, довыёбывался?! По началу парень, сидящий на полу, не понял, о чем говорил он же. — Ты о чем? - спросил Бакугоу. — И какова хера взрослый «я» стою сейчас здесь?! У парня напротив, кажется, начался нервный тик. Потирая переносицу и стиснув зубы покрепче, Кацуки присел напротив малолетки. — Какой же я был заёбестый. А самому-то не надоело? Малец промолчал, ухмыльнувшись шире, он ответил. — Нотации мне и карга может читать, может расскажешь что-нибудь новенькое? — Ах да, я вспомнил зачем пришел. Блондин пододвинулся ближе к старшекласснику, сжав ладонь в кулак, он ударил того. Ушиб отозвался мгновенно острой болью в области челюсти. Парень непонимающе схватился за лицо, потирая ушиб. Герой, некогда сидевший напротив, выпрямился, смотря на «себя» сверху вниз. — Я уже проебал свою жизнь не позволю тому же произойти и с твоей. — Ха-ха спаситель нашёлся, что ж ты не пришёл, когда меня похитили злодеи? — На этот момент с тобой был твой герой. Но ты его настолько сильно достал, что и он от тебя отвернулся. Такими темпами ты останешься в гордом одиночестве. Парень, некогда сидевший на полу, резко поднялся, отряхнулся и сел на компьютерный стул, отворачиваясь. — Пф, какой из Киришимы герой?! — Я не про него. Стул развернули и парень наткнулся на совершенно серьезное лицо героя. — Я про Мидорию. Он… Ему не дали закончить, блондин залился громким несвойственным для себя смехом. Парень перестал смеяться и вытер выступившие на глазах слёзы. — Фух давно я так не смеялся. — Я совершенно серьёзно! — Ага-ага, так я и поверил. Может, скажешь что-нибудь в оправдание, почему же Деку стал ни с того, ни с сего героем для меня? — Скажи, почему ты так ненавидишь Изуку? Имя, произнесенное чужим голосом, неприятно резануло по гордости. — Он меня бесит… Начал говорить парень шепотом скорее для себя нежели для взрослого. — Ты в этом уверен? Или же он тебе нравится? У парня от удивления сузились зрачки, но перечить он не стал. — Ты же чувствуешь, как хочешь им владеть. Хочешь ведь убить Тодороки, когда Изуку к нему обращается, хочешь взорвать Киришиму, когда он касается его. А в голове бьётся лишь одна мысль: "Почему он не просит о помощи?!" Каждое сказанное слово не было пропущено, но от этого не становилось легче. Становилось лишь больнее. — Почему ты оскорбляешь его? Кацуки в недоумении распахнул глаза. Рот безвольно то открывался, то закрывался, но ни слова не было сказано. — Хочешь, отвечу за тебя. Ты как ребенок, тебе ведь нужно внимание от него. Но не получая желаемого, ты бесишься. Нет чтоб как человек с ним заговорить, тебе ведь легче вести себя как последняя тварь. — Я ведь всё делаю ради него. Я пытаюсь сдерживаться на тренировках, чтобы не ранить. Но в ответ получаю лишь спасибо и игнор. Про герою стало его жаль, хотя он и сам понимал, как ужасно поступал в его же возрасте. Присев перед ним на колени, он сказал: — Пожалуйста, умоляю тебя, не проеби своё счастье как я! - дальше послишались тихие всхлипы. — Я не смог защитить своё солнце! Не успел добежать всего каких-то три метра! Я и понять не успел как его жизнь прервалась… — Каччан поднял заплаканое лицо на ребенка и горько усмехнулся. - Если бы я успел… Если бы я успел… Почему не сказал раньше, что люблю. Может что-то изменилось бы… Лучше бы я тогда умер. Изуку бы не позволил этому случиться, мне ли не знать. Кацуки хотел было взять собеседника за руку, чтобы хоть как-то поддержать, но его ладонь прошла насквозь. Взрослый Кацуки лишь смазанно улыбнулся. И тихо прошептал. — Защити его. Силуэт постепенно начал становиться всё прозрачнее до тех пор, пока совсем не исчез. Бакугоу вскочил с места, переводя дыхание. Сразу захотелось пойти к Изуку и извиниться за всё то дерьмо, что он ему делал. Кацуки выбежал из своей комнаты, попутно расталкивая ребят. Комната, что нужна ему, находится в конце коридора. Вот он уже стоит перед ней, не решаясь постучать, но судьба всё решает за него. И перед ним дверь открывается сама. У Мидории от удивления глаза становятся ещё больше. И Бакугоу кажется, что они ему никогда не перестанут нравятся. — К-Каччан ты что-то хотел? — Я…Можно зайти? Изуку не спешит с ответом, а блондин не торопит лишь, терпеливо ждет. — К-конечно. Парнишка открыл дверь шире, впуская гостя внутрь. Сам Изуку присел на кровать. Бакугоу не мог никак сформулировать то, что хочет сказать. Поэтому подошел ближе к Изуку, садясь перед ним на колени. Опустив голову, он начал говорить. — Изуку… прости за все то дерьмо, что говорил, да и делал… Я слишком поздно понял как ошибался, из-за своего эгоизма я не заметил, кто для меня самый дорогой человек. Поэтому, Изуку, прости меня, я… Парень некоторое время смотрел в пол, думая, как лучше это сказать. Но его успокоила теплая рука, что легла на его голову. Бакугоу спокойно поднял взгляд на заплаканое лицо Изуку. — Мидория… я тебя люблю. Я пойму, если ты сейчас пошлёшь меня на все четыре стороны. — Я…я тоже тебя люблю. Бакугоу не верил. Как он мог простить такого как он? Ведь он издевался над ним с самого детства. Кацуки приподнялся, желая обнять Изуку, но руки не слушались. Тогда зеленоглазый сам обнял блондина, успокаивающее поглаживая по спине. Руки всё ещё не слушались и подрагивали, но парень успокоился и крепко обнял в ответ своё солнце. *** Если бы вы спросили, что бы Кацуки сделал, если бы пришел он из будущего, он бы незамедлитьно ответил, что спросил бы, кто станет символом мира. Но, когда под боком у него лежит его солнце и тихо посапывает, изредка морща носик, ему абсолютно наплевать на то, кем они станут в будущем. На данный момент он слишком занят тем, что обнимает своего крольчонка.