Эпилог
23 июня 2024 г., 19:14
POV Хлоя
Я плаваю в облаках по ощущениям вечность. Мой мозг отбрасывает меня бесконечное количество раз к воспоминаниям в моей жизни, словно я смотрю какой-то фильм. Здесь я ругаюсь с мамой, пытаясь отстоять свои личные границы и желания, которые в этой семье никем не хотят учитываться. — Я не хочу заниматься танцами, мам! Ты меня не слышишь? Но она не слышит. Ей кажется, что если я буду это делать, то у меня будет больше шансов получить жизнь своей мечты. Я понимаю мотив ее действий, но осуждаю то, что она отказывается принимать то, что я живой человек — у меня есть свои желания и стремления, а на них словно не обращают внимания. На меня не обращают внимания. Я — всего лишь инструмент доказательства другим людям, что их семья лучшая. За этим желанием скрывается бешеный страх, что это не так. Но, если сделать вид, что это неправда, можно подольше строить из себя тех, кем мы не являемся. А здесь я уже стою перед зеркалом и больше не пытаюсь ни с кем спорить. Проще смириться со своей жизнью и делать то, что тебе говорят. Хоть это и невыносимо сложно. Я сдалась. Делай, что говорят, и, возможно, всего лишь возможно, что твоя жизнь будет лучше. А здесь я оказываюсь на кухне посередине своих родителей. Я настоящая собираюсь к школе в своей комнате, но меня неведомая сила притягивает вниз, там, где меня по факту нет. Я наблюдаю за своими родителями и вижу, что они занимаются своими делами, словно им вообще не о чем друг с другом говорить. Это то, над чем я задумывалась последние пару лет. И теперь мне не кажется, что только один отец внес свою лепту и разрушил семью. К моменту принятия им важного решения этой семьи уже не существовало. Была одна лишь маска счастливой семьи, в которой никому не было счастья. Мама не была на своем месте. Она сама запуталась в жизни, пытаясь понять, что она делает с человеком, которого никогда не любила и не хотела быть с ним. Ее вынудили обстоятельства принять это как данность. «Наверное, так будет правильнее» — думала она, отзываясь на ухаживания папы в самом начале, предполагая, что настоящей любви не бывает. А она с самого начала была и для нее. Просто ей нужно было пройти через испытания, чтобы понять, что так не должно быть. Через пару лет она, возможно, встретит мужчину, который ей докажет обратное. Но прежде, чем это произойдет, она должна сильно измениться и взять свою жизнь в свои руки. А отец? Он будет счастлив, обретя потерянное счастье. Сейчас он сидит на кухне и думает над тем, где он ошибся, что в его жизни нет ни капли счастья? Ведь он помнит моменты, когда он был по-настоящему счастлив, но не с тем человеком. Он был счастлив, когда видел совсем другое лицо перед собой. Он испытывал целую гамму чувств, когда сбегал от своей семьи в надежде отбросить все свои оковы и забыться… Потеряться в том моменте, когда он смотрел на другую женщину и понимал, что это вызывает в нем смятение, неуверенность, сожаление, вину и дикий стыд. Но если остановить этот вихрь эмоций, навязанный обществом и моральными принципами, то можно увидеть, что он счастлив целовать девушку, которая принимает его таким, каков он есть и радуется лишь тому, что может увидеть его и обнять. Я улыбаюсь, на глаза накатывают слезы. Я так рада за своих родителей. Они только на полпути к самим себе, но они уже стоят на правильном пути. Мысленно возвращаюсь к своей сестре и тут же переношусь в моменты нашего детства. Она защищала меня от всего, что предполагало опасность для меня. Будь то глупая ветка, способная меня ударить по лицу, или же люди… Я оказываюсь в нашей гостиной, когда папа спрашивает, кто разбил антикварную дорогую вазу. Моя сестра говорит, что это была она. Но я знала правду. Она всегда брала на себя удар, чтобы он не пришелся на меня. Или же что-то большее, когда мама искала тех, на кого она спустить своих собак. Сестра взяла на себя роль плохого полицейского, чтобы ко мне было меньше вопросов. Она стала для мамы плохой дочерью, чтобы ею случайно не стала я. Теперь меня переносит в момент, когда я впервые встречаюсь с Дэниелом. Моя жизнь была в тот момент такой… Неидеальной, но я отказывалась в это верить и думала, что она идеальная. «Это он создал в ней бардак» — думалось мне тогда. Но сейчас я улыбаюсь, глядя как он озадачивает меня. Он так внимательно на меня смотрит. Тогда я этого не заметила, но сейчас вижу, что все его внимание сосредоточено на мне. Он улыбается, когда я стесняюсь своего внешнего вида и пытаюсь спрятаться от него, а у него в голове пробегает мысль, что я выгляжу потрясающе. Меня отбрасывает далеко назад во времени, и я оказываюсь на озере с ребятами и своей сестрой. Мне около шести лет. Это так давно было. Они пинают мой мяч, передавая его друг другу, а я пытаюсь его отобрать то у одного, то у второго парня. Мой взгляд приковывает зеленоглазый парень, который не участвует в этом шоу. Он сидит на полотенце и смотрит на нас всех. — Ты будешь с нами играть? — У вас своего мяча что ли нет, придурки. — Грозно произносит он. — Неа, нефига нету. — Темноволосый парень задирает голову, пинает мяч со всей дури, и тот лопается на глазах. Я начинаю рыдать горькими слезами, собирая его остатки, а ребята тут же сбегают, боясь гнева моей бабушки. — Хватит реветь! — Возмущается темноволосый парень. — А то я тебя утоплю в этом озере! — Отвали от нее, Райал. — Толкает его моя сестра, и они уходят. А зеленоглазый парень встает тогда, когда уже все сбежали с пляжа. Он подходит ко мне, пока я пытаюсь собрать остатки этого мяча воедино, надеясь, что таким образом, он снова превратится в мой любимый мяч, и приседает ко мне на корточки. — Не обращай на них внимания, Хлоя. Они полные придурки. — Он отдает мне кусочек разорванного мяча. — Держи, но это не поможет тебе. — Я его склею, и он будет таким, как прежде. Он усмехается. — Не будет. — А вот и будет. — Спорю я с ним, но он лишь качает головой и встает, забирая с собой свою сумку. — Тогда удачи тебе в этом. Но я тебя просто предупредил. В тот момент он научил меня очень важной вещи, даже не подозревая об этом. Чему-то рано или поздно приходит конец. И невозможно, даже если очень сильно постараться, воскресить то, что было раньше. Сначала это был мяч, а потом я поняла это на многих вещах… И даже людях. Я всегда пыталась сдержать то, что мне казалось прекрасным в моменте, но с течением времени все меняется и уже не может быть таким, как прежде. Жизнь вообще меняет все, к чему прикасается. Постоянство, каким бы оно не казалось прекрасным, это признак остановки. И нужно быть готовым, что на смену одного любимого мяча может прийти что-то другое, любимое и такое же драгоценное. Просто уже не такое, как тот самый мяч из детства. Но это не делает последующие вещи менее ценные и любимые. Жизнь текучая и имеет свойство бесконечно меняться. Мы можем лишь вдохнуть глубже и поблагодарить ее за эти изменения, ведь это то самое важное, что приводит нас каждый раз к чему-то более новому. Я снова перемещаюсь во времени и оказываюсь в моменте, когда мы встречаемся с ним во второй раз. В нашей гостиной. Он ворует алкоголь отца и успевает обозвать меня ханжой. Что я чувствую сейчас? Улыбаюсь, понимая, что он провоцировал меня скинуть маску, которая так плотно на мне сидела. Меня переносит чуть дальше, где я впервые сама целую его. Мне хочется отказаться от той маски, которую я носила. Это первый шаг в сторону изменений. Я так хотела их, потому что в глубине души я каждый день просила господа Бога дать мне возможность быть собой. В том моменте все еще была не я. Моя истинная личность скрыта за толстым слоем миллионов масок. Я стыдливо прикрывала свою личность и бережно хранила ото всех секрет, что я такая же неидеальная, как и все другие. А он раздевал меня, слой за слоем, словно знал, что где-то там есть настоящая я. И он словно знал, что обязательно ее раскроет. Ему удалось это сделать. Надеясь отомстить мне, он на самом деле помог мне почувствовать себя, столкнуться со своими противоречивыми эмоциями и заглянуть вглубь себя. Осознать наконец, что мои чувства и эмоции могут выходить за рамки социального приличия, но это не повод, чтобы отказываться от них. И вовсе не обязательно всю жизнь бегать и скрывать какие-то некрасивые свои части. А теперь меня переносят в моменты, когда у меня случались приступы. Первый случился в школе, сразу после того, как мы впервые переспали. Я плохо соображала в тот момент, что происходило, но отчетливо вижу сейчас лицо Эванса, который несет меня на руках. Его глаза объяты невероятным ужасом, губы плотно сжаты до белизны, а сердце стучит так, словно готово вырваться в любой момент. О, кажется, теперь я понимаю, как выглядит любовь. Это не пресловутое желание. Нет, это простое беспокойство о другом человеке. Если вам не все равно, куда пропал человек, ел ли он сегодня, чувствовал ли он себя хорошо или плохо… Даже если вам искренне интересно, как прошел день у человека — это все говорит о том, что вы любите человека. Достаточно всего лишь беспокойства о нем, чтобы понимать, что в этом беспокойстве скрыто очень много эмоций. Меня переносит в момент, когда происходит второй мой срыв. Я вижу, как сильно переживает Дэниел и как дрожат его руки, когда он пытается достучаться до меня, касаясь моих щек своими кровавыми руками. Я слышу и вижу его, но не могу ничего сделать, чтобы подать хотя бы малюсенький знак, что со мной все в порядке. Я вижу, как меня на носилках заносят в машину скорой помощи, и она трогается, оставляя дымящийся след от шин на дороге. — Какое состояние? — Нестабильное. Пульс то подпрыгивает до небес, то практически исчезает. Она без сознания. Готовьте реанимационную палату. Я стою в стороне и с любопытством смотрю на то, что происходит с моим телом. Внутри меня присутствуют те же самые чувства, я тот самый человек, что лежит сейчас в реанимации, но в тот же момент я им не являюсь. Я что-то гораздо и гораздо большее. Господи, если ты это слышишь, просто оставь мне это прекрасное понимание своей жизни, когда я вернусь обратно. Я хочу сохранить в своем сердце это ясное осознание тех моментов моей жизни, которые до этого момента были мною не понимаемы.
