Я не единственная

— Вы уверены, миссис Малфой? — неприятный с виду мужчина восседал в кожаном кресле, будто какое-то божество. — Да, уверена, — не отрывая взгляд от своих сцепленных рук, сказала Гермиона. — А ваш муж? Он в курсе дел? — осторожно спросил маг. Все-таки перед ним сидела Малфой. — Думаю, многие уже в курсе как обстоят дела, мистер Фенгюст, — скривила губы Гермиона. — Понимаю, но магический развод в древних чистокровных семействах, даже если лишь один из супругов чистокровный, кардинально отличается от развода в полукровных или магглорожденных. «Ну надо же, и тут у них все не как у людей» — Я примерно знаю. И не претендую ни на один кнат, — ровно ответила будущая Грейнджер. — Ваш муж должен будет подтвердить, что развод происходит по обоюдному согласию, и, если он этого не подтвердит, развода не будет, — сказал Фенгюст, отмечая сдержанность главы департамента магических существ. — Хорошо. Когда вы отправите ему бумаги? — Через тридцать минут. «Так скоро» — Я могу идти? — Гермиона встала со стула. — Конечно, я сообщу Вам о всех изменениях в процессе, миссис Малфой.       Гермиона кивнула и вышла из душного кабинета. Направляясь в свою часть Министерства, девушка ловила на себе взгляды, слышала шепот и смешки. Гордо вздернув подбородок, она прошла мимо Роуз, закрыв дверь и наложив на кабинет одностороннее силенцио, обессиленно упала на пол, разойдясь в рыданиях. Прошло время, и её, погруженную в себя, выдернул в реальность громкий мужской голос. — Плевал я на ее указания! — Мистер Малфой, прошу, Мистер Малфой! — кричала Роуз, а звуки шагов приближались с большой скоростью.       Гермиона быстро встала на ноги и уселась в свое кресло, стерев слёзы со щёк. Малфой влетел в кабинет, распахнув дверь так, что она с грохотом впечаталась в стену, как гром среди ясного неба. Хотя на счет ясного Гермиона могла бы поспорить. — Ты подала на развод, Гермиона? — взревел он, с силой захлопнув дверь, которая обещала при еще одном таком проявлении сдержанности, слететь с петель. — А ты чего ожидал? — холодно спросила она. — Ты не дала мне даже объясниться! — закричал Малфой, кулаком ударив по столу, заставляя Гермиону подпрыгнуть на месте. — Ты не имеешь права повышать на меня голос, Драко, — отчеканила брюнетка. — А ты имеешь права разводиться со мной без моего ведома? — А ты имеешь права изменять мне? — закричала не своим голосом Гермиона, встав с места и с силой хлопнув ладонью по столу. Малфой округлил глаза. — Да, я рано или поздно наткнулась бы на статейки Скитер. — Это не то… — начал Малфой, но Гермиона его перебила. — Как долго? — Она ничего не значит, — Малфой подошел к ней. — Как долго? — повысила голос Гермиона. — Черт возьми, да выслушай ты меня, — Драко с силой припечатал податливое тело Гермионы к себе. От его аромата голова шла кругом. Девушка на минуту потеряла нить с реальностю и позволила уткнуться носом в его грудь. Такой родной. И такой уже чужой. Гермиона попыталась оттолкнуть его, но руки Драко сомкнулись на ее талии. — Я не отпущу тебя, ни сейчас, ни когда-либо! — он яростно впился в ее губы и от сладкого ощущения подкосились колени, благо муж держал ее крепко. В голове красным огоньком мигало, что он предатель, изменщик, что эти губы, возможно, недавно целовали другую, но она так скучала. Язык Драко по-хозяйски овладел ее ртом, исследуя знакомый горячий рот своей жены. Вмиг Гермиона оказалась на своем рабочем столе с раздвинутыми ногами и задранным подолом платья. Малфой устроился между её коленей и терзал ее рот своим, руками шаря под шёлковой складкой платья. Гермиона безумно хотела почувствовать его твердость в себе, хотела забыться, знать, что он здесь, что он ее и кроме них никого не существует. Спустя пару мгновений, или, может быть, вечность Драко подцепил кружевные трусики Гермионы и стащил их с ног, еще пара мгновений и он с силой вторгся в ее горячее лоно, издав рык и не теряя и минуты, начал двигаться в ней, требуя ответных стонов. Гермиона не в силах сдержаться, откинула голову назад и заполнила комнату своими стонами, сопровождающимися звуками соединения их тел. Драко кусал, посасывал и лизал кожу ее шеи, вдыхал ее возбуждающий, крышесносящий запах, и не понимал, почему они так отдалились. Из мыслей его вырвал протяжный стон Гермионы и чувство приближающейся разрядки. Малфой уткнулся зубами в плечо жены и зарычав излился в нее. Они еще долго переводили дух, не отстраняясь друг от друга.