Я не единственная

      Месяц прошел почти так же медленно, как и предыдущие три недели. Гермиона чувствовала, что отдаляется от Драко. В Министерстве уже не шептались, а явно обсуждали их «неузаконенный развод». Малфой снова стал завидным почти-холостяком. Девушек не смущало, что у Гермионы на пальце все еще поблескивали доказательства ее принадлежности роду Малфой. А главное - под сердцем билось сердечко их продолжения, но об этом никто кроме Гермионы не знал.       Она пряталась в своем кабинете, как улитка в своей раковине, стараясь оградить себя и малыша от злых взглядов и языков. Гермиона попивала простой черный чай, когда за дверью послышалась возня. Поставив чашку на стол, брюнетка встала, но не успела сделать и пары шагов, как на пороге показался ее взлохмаченный муж. Лицо его осунулось, на щеках выступала такая непривычная для него щетина. Он закрыл за собой дверь. — Я не могу больше так, — он покачал головой, — я не могу без тебя, Гермиона. — Драко я… — начала она, но мужчина перебил ее. — Выслушай, пожалуйста. Гермиона легонько кивнула, борясь с желанием кинуться и обнять его. — Я последняя скотина. Я поступил с тобой самым мерзким способом, — он сглотнул, слова давались ему с огромным трудом, но Гермиона не перебивала его. — Я хочу, чтобы ты знала. Я люблю тебя всем своим существом. Мне невыносимо просыпаться без тебя, не видеть тебя, не слышать твой смех или легкое сопение ночами.       Гермиона прикусила губу, сдавливая всхлип. Драко сделал неуверенный шаг к ней и, не встретив с ее стороны сопротивления, преодолел разделяющее их расстояние и прижал ее хрупкую фигурку к себе. Гермиона больше не сдерживалась, сжимая в руках его рубашку и вздыхая такой родной запах мяты. — Я люблю тебя, — прошептал Драко ей в волосы, — прости меня, если сможешь. — Я… — Гермиона перевела дыхание, — Драко, я беременна, — почти неслышно просипела девушка.       Драко напрягся. Прошла целая вечность, когда он опустился перед ней на колени, прижимаясь губами к ее пока еще плоскому животу. — Любовь моя, вернись ко мне, — он сжал ткань ее мантии, борясь с поступившими слезами. Гермиона опустилась рядом с ним, прижав к себе. — Я люблю тебя Драко Малфой, любила и буду любить, но я не могу обещать, что смогу забыть этого. — Я понимаю, ты не обязана, — он стал медленно целовать ее шею, уводя мысли всё дальше и дальше от реальности. — Я люблю тебя, Гермиона Малфой, каждой порочной клеткой своего тела и каждой черной крупицей своей души. В тот же вечер Гермиона вернулась домой.