I'll be your Romeo

В мире, где сосуществует множество людей и малое количество времени, Бог смилостивился над своими созданиями. Он узнал их тягу к любви и пожалел тех, кто не сумел найти свою предназначенную половинку. Так и была создана Метка Родственной души, которая, к слову, появлялась только тогда, когда человек влюблялся в другого. Возможно, мотивы Бога были далеки от милосердия. Возможно, в корне лежала жестокость, способная развеселить его, пока он наблюдал за тем, как страдали его создания. В конце концов, более милосердной была бы та Метка, которая появлялась бы в момент знакомства родственных душ, а не после того, как они уже влюбились.

***

В противовес тому, что многие думали, Лэнс любил школьную библиотеку. В ней было что-то особенное. Он был уверен, что дело в том, как сильно всем насрать на всё, когда они здесь находились. Бесчисленное количество людей просто сладко спали, устроившись в креслах и скрючившись у подлокотников. К тому же, не так уж редко здесь можно увидеть студентов, с совершенно обыденным лицом плакавших над своей домашкой. Более того, внутри библиотеки находился Старбакс, который обеспечивал Лэнса достаточным количеством кофеина, чтобы удовлетворить его потребность в нём, и который, на самом деле, не особо упрощал процесс учёбы и не давал Лэнсу ощущение продуктивности. Зато здесь его можно было найти хоть прямо сейчас, стоящим в бесконечной очереди и копавшимся в телефоне, двигаясь вперёд крайне медленно. Ханк с Пидж уже сидели. Им хватило одного быстрого взгляда на очередь, чтобы занять столик на троих с громким: «Ну уж нет, блять». Вены Лэнса непривычно пустовали без кофеина, так что это нужно было немедленно исправить. К тому же, у него с этим местом была связана небольшая традиция. Когда он свернул за угол, наконец вступая в специально отведённую под очередь зону, вместо того чтобы торчать за углом, он облегчённо выдохнул. Тот милый бариста был на рабочем месте. Кит. Несмотря на то, как сильно был загружен Старбакс, Кит всегда находил минутку, чтобы поговорить с Лэнсом. Ему нравилось думать, что тому способствует некая химия между ними. В конце концов, хоть Кит усмехался и закатывал глаза в ответ на разнообразные пикап фразочки, которыми Лэнс бросался, он никогда не был против. Мало кто так делал, учитывая, что каждый мог быть родственной душой каждого. Отчасти поэтому Лэнс так отъявленно флиртовал, хотя предпочитал думать, что был бы таким даже во вселенной без родственных душ. Лэнс не знал о своей родственной душе ничего. Никто не знал до тех пор, пока её не встретил. Но он хотя бы имел о них некое представление: тепло в груди, когда родственная душа испытывала счастье, или острое, жгучее ощущение её злости. Лэнс любил все эти ощущения и иногда даже задумывался, какие из своих проецировал на свою родственную душу чаще всего. Он широко улыбнулся, наконец оказавшись у кассы, и почувствовал жар на щеках, когда Кит, увидев знакомое лицо, просиял. — Доброе утро, — поздоровался он, впервые обращаясь к человеку, а не просто клиенту. — Что желаете? — Как обычно, пожалуйста, — ответил Лэнс и слегка перегнулся через стойку. — Это блестки у тебя на лице? — Где? — нахмурился Кит, инстинктивно вскидывая руку. — Везде. Выглядишь блестяще. — Эта особенно ужасная, — Кит покраснел и с раздражением покачал головой. — Пфф, она была прекрасной, — не согласился Лэнс и распрямился. — Как вас зовут? — напомнил Кит, и Лэнс ухмыльнулся. — Элтон. — Я знаю, что тебя зовут не так, — фыркнул он. — Напиши его, Кит, — потребовал Лэнс, указывая на стаканчик, и Кит неохотно написал очередную кличку. Лэнс так и не сказал ему своё настоящее имя. В прошлом семестре у них был совместный урок, где они разговаривали от силы пару раз по требованию их ужасного преподавателя, обожавшего групповые обсуждения, так что, когда Лэнс пришёл в Старбакс и увидел его за стойкой, он был в восторге. — Но, как тебя зовут? — спросил тогда Кит, и Лэнс тут же изумлённо разинул рот. — Ты не помнишь? — воскликнул он, заставив Кита залиться краской. Он знал Лэнса, но никак не мог вспомнить его имя. Сейчас же эта ситуация превратилась в их шутку, хотя Лэнс предполагал, что рано или поздно ему придётся сказать правду. Однажды. — Хорошего дня, — пожелал ему Кит, возвращая карточку с чеком. Их пальцы на секунду соприкоснулись. — И тебе, — улыбнулся Лэнс. К тому моменту, как он забрал свой кофе, гигантская очередь начала постепенно рассеиваться. Все сотрудники выглядели немного измотанными, потому облегчённо выдохнули, передавая Лэнсу его напиток. Наконец, он плюхнулся рядом с друзьями. — Как тебя зовут сегодня? — спросила Пидж. Она забралась на сиденье с ногами, упираясь коленями в стол. Ханк сидел рядом и выглядел более-менее, как нормальный человек. — Элтон, — гордо огласил Лэнс, поворачивая стаканчик так, чтобы друзьям было видно имя. К тому же, Кит нарисовал рядом смайлик с перекошенным ртом. — Я думал об Элтоне Джоне. — Оригинально, — подытожила Пидж. — Мы уже можем начать заниматься? — вмешался Ханк. — Я уверен, что провалю этот итоговый тест по биологии. — О, да, определённо, — отозвался Лэнс, делая глоток своего кофе. — Я же занимаюсь только для того, чтобы попытаться провалить хотя бы не с треском. — Отличная стратегия, — саркастично ответила Пидж, после чего они все, наконец-то, зарылись в свои учебники, а кофе был единственной вещью, что поддерживала Лэнса в сознании. Боже, это был, похоже, самый скучный учебник из всех, что он читал. Кто вообще не пожалел своего времени, чтобы такое написать? Однако Лэнс по-прежнему стойко вчитывался в текст, позволяя окружающим звукам и глоткам кофе поддерживать его. Это продолжалось до тех пор, пока его по-настоящему не отвлекли от учёбы, и, если обычно он был бы этому только рад, то в этот раз… не очень. — О божечки, — внезапно проговорил Ханк, не скрывая ужаса в голосе. — Что? — Не паникуй. — Что? — спросил Лэнс, паникуя. — Хорошо, не паникуй, но тут паук на твоей… — УБЕРИ ЕГО УБЕРИ ЕГО УБЕРИ ЕГО, — завизжал Лэнс, осматривая всё вокруг себя, пока его взгляд не упал на руки, где как раз и обнаружился тот самый паук. — Ханк. — Стой! Лэнс сильно замахал рукой, чтобы избавиться от паука, и тот приземлился прямо на стол. Лэнс же мгновенно с ногами забрался на стул. — Пидж! Убери его! — Почему именно я? — запротестовала она, хотя сама уже комкала салфетку в руке. — Оу, только не убивай его, — заныл Ханк. — Убей его! Убей нахрен! — Да заткнитесь вы! — припечатала Пидж и потянулась к пауку, который, к слову, как раз прыгнул в сторону Лэнса. Он резко дёрнулся от него в сторону, сбивая стул и неуклюже приземляясь кучей на пол. — ЛЭНС! — закричала Пидж. Он мгновенно вскочил, всё его лицо стало пунцовым от стыда, и поправился. Пидж ударила свёртком из салфеток место на самом краю стола, где паук очевидно приземлился, и Ханк издал жалобный стон — он был мёртв. И абсолютно все смотрели на Лэнса. Он нервно хохотнул, почесав затылок. — Эм, там был паук, — объявил он неловко, и несколько смешков заполнили полную тишину кафе. Он повернулся, чтобы сесть на своё место и уйти от всеобщего внимания и собственного стыда, но вдруг почувствовал… тепло. Типа, везде и, особенно, в районе груди. Это ощущение распространялось по всему телу, становясь всё горячее и горячее, и жгло как огонь, разве что Лэнсу не было больно. Спустя мгновение он осознал, что светится. Его вены сияли ярко красным, и он знал, благодаря бессчётному количеству видео, которые он посмотрел в интернете, что его радужки сейчас точно такого же цвета. Но, какого хера? Почему его Метка проявилась именно сейчас? Кто вообще мог влюбиться в него? Он оглядел всё помещение, но он был слишком ошарашен происходящим, чтобы понять что-нибудь. Наконец, тепло начало отходить, забирая с собой и свечение, пока его остатки не сконцентрировались на запястье, образуя слова — то, о чём подумала его родственная душа, когда поняла, что влюбилась. Помещение наполнилось звуками аплодисментов, люди улыбались и свистели ему. Лэнс неохотно сел на своё место, лицо горело ещё сильнее прежнего. — Какого хера? — сказал он. — О мой бог, — выдала Пидж. — Кто? — задал вопрос Ханк. Все трое осмотрелись, в случае Лэнса — отчаянно, но им не удалось заметить никого похожего на влюбившегося в тот самый момент. Была ли она вообще здесь? Обычно, должна была быть, но в редких случаях… — Что написано у тебя на запястье? — спросила Пидж, и Лэнс моргнул, вспоминая, что слова уже должны были проявиться. Он вытянул вперёд руки, и все трое склонились над ней. Там, довольно милым почерком было написано: Лэнс. — Какого хера? — в очередной раз повторил он.

***

Лэнс не думал, что в мире так уж много людей, у которых появилась Метка Родственной души, но не появилась она сама. Ситуация, когда Метка появлялась у человека, ни с кем не встречающегося, была редкой, а ещё реже была ситуация, когда одна из родственных душ не имела понятия о том, кто вторая. Так что Лэнс всё же оказался в немного плачевном состоянии. Его родственная душа была тогда в Старбаксе, так? Должно быть, он или она видели весь тот унизительный спектакль и по какой-то дикой причине подумали: «Да, думаю, я люблю этого идиота». Но кто? Естественно, Лэнс в первую очередь начал подозревать Пидж с Ханком. Только вот у Ханка уже была Шей, что исключало его и оставляло в списке только Пидж. — Я знаю, о чём ты думаешь, — сказала она, как только они вышли из Старбакса, засидевшись по вине Лэнса, который надеялся, что его родственная душа подойдёт и признается ему в любви. — Прости, но если нам суждено быть вместе, то с этой вселенной что-то явно не так. Без обид. — Как я могу не обижаться на такое? — усмехнулся Лэнс, хоть прекрасно понимал, что они с Пидж определённо не созданы друг друга. Однако это всё ещё было грубо. — Мне просто интересно, почему он или она подумали о твоём имени, — встрял Ханк, и Лэнс не мог с ним не согласиться. Оно должно было прозвучать любовно? Раздражённо? Он никогда раньше не слышал ни о ком с собственным именем на запястье и, если честно, немного стыдился этого. На самом деле, он капец как сильно этого стыдился. Даже не из-за того, что было написано на Метке, а из-за того, что его родственной души всё ещё с ним не было. Если бы Лэнс устраивал весь этот унизительный спектакль, чтобы впечатлить свою незнакомую родственную душу, он бы как минимум подошёл и сказал, что во всём этом её вина. И они бы провели остаток дней вместе. В идеале. — И что мне делать? — сокрушался Лэнс далеко не в первый раз. Он лежал, свернувшись калачиком, на кровати, выставив перед собой руку запястьем вверх, чтобы всему миру было видно его Метку. Лэнс. Почерк его родственной души правда выглядел мило. Немного неряшливый, но всё равно довольно разборчивый. Словно он вложил свою душу в эти четыре буквы. И ещё больше этой души было в огне, который Лэнс ощутил внутри себя, тепле и красном свечении. Этот процесс у всех отличался, так что он не знал, чего ждать, но по какой-то причине красный, казалось, подходил идеально для его родственной души. Красный. Где же ты? — Ошиваться в том Старбаксе целыми днями и надеяться, что он или она появится снова? — предложила Пидж без особого энтузиазма. Она распласталась прямо на ковре между кроватями Лэнса и Ханка, который занял место на стуле. — Я никогда не найду её, — пробормотал Лэнс, сражённый. — Чел, ты уже на половине пути, — напомнила Пидж, и Лэнс простонал. — На самом деле, твоя Метка может помочь, — подметил Ханк. — Мы ищем того, кто уже знает твоё имя. — То есть любого, — удручённо отозвался Лэнс. — Пидж проорала его, когда я упал со стула. Спасибо, что переживаете за меня, кстати. — Я вообще-то делала тебе выговор. Но без проблем. — Так всё ещё хуже, — фыркнул Лэнс. — Не говори так! — сказал Ханк. — Ну же, это повод для праздника! Ты практически нашёл свою родственную душу. — Думаю… — Он или она, скорее всего, не стали ничего говорить, потому что чувствовали себя неловко, — продолжил Ханк. — Я к тому, что вы, ребята, даже не встречаетесь, так что неловко будет определённо. — Ты прав! — просиял Лэнс. — На их месте мне тоже было бы некомфортно. — Видишь? Скоро вы встретитесь! А теперь пора отмечать! Именно этим они и занялись. Была пятница, что приравнивалось к смертному приговору для их стремления подготовиться к тесту по биологии. Учитывая, что это дело они бросили сразу же после того, как Лэнс получил свою Метку, а сейчас отправлялись на вечеринку, то это также было приговором и для их ответственности. Однако у них всё ещё были целые выходные. Разве одна ночь может навредить? Это время веселья. — Ага, ты им саж-ж-и, Лэнси-и-и! — промямлила Пидж, прислоняясь к стене рядом с ним. — Тебе уже достаточно, — сказал Лэнс, поглядывая на её стакан. — Тронешь мой стакан, и тебе конец, — голос Пидж звучал теперь пугающе трезво, и Лэнс махнул ей рукой, сдаваясь. Когда он повернулся обратно, девушек, с которыми они разговаривали, уже не было. Ну и ладно, они всё равно не потенциальные родственные души. У Лэнса она уже была. Где-то. — Эй, я пойду возьму ещё выпить, — объявил он, на что Пидж глубокомысленно кивнула. Она указала большим пальцем куда-то позади себя, в сторону гостиной, где остался Ханк. — Я найду Ханка, — пообещала она, и их пути разошлись. Квартира была правда хорошо оснащена алкоголем. Лэнс всё ещё не понимал временами, почему люди вообще устраивают у себя вечеринки. Ты должен потратить деньги на алкоголь, который выпьют какие-то левые чуваки, а после тебе же придётся за ними всё убирать. Однако Лэнс никогда этого вслух не спрашивал. Просто наслаждался возможностью. В следующем году они с Пидж и Ханком планировали снять квартиру недалеко от кампуса. Будучи ещё только второкурсниками, они вынуждены были торчать в общаге, но Лэнс был не против. Он просто был рад учиться в колледже, переживая очередную стадию своей жизни. Пока он рос, он убеждал себя, что встретит родственную душу на следующем жизненном этапе. В средней школе он надеялся на старшую. В течение старшей школы он был на сто процентов уверен, что это случится в колледже. Сейчас же… что ж, он был на полпути, да, но что, если его родственная душа вовсе не решится с ним познакомиться? Что, если ему или ей было слишком стыдно? Нет, нет, нет, нужно отодвинуть подальше все эти мысли. Сегодня они отмечали. Лэнс остановился у стойки, слегка покачиваясь, и рассматривал возможные варианты. Читать было тяжело — Боже, неужели он уже нализался так сильно? — но он узнал крышку одной из бутылок прямо перед ним и потянулся за ней. Он щедро наполнил свой стакан, затем добавил какого-то сока красного цвета, — это напугает его до усрачки, если в конце концов его стошнит, — и перемешал. — Уверен, это будет кошмарно на вкус, — подметил кто-то. Слова обрабатывались немного дольше обычного, однако Лэнс в результате развернулся к говорившему с полной готовностью защищаться, но потом… — Кит! — воскликнул он, узнав баристу. Он подался вперёд, обнимая своего друга (а были ли они друзьями?), и даже умудрился не пролить свой коктейль. Кит обнимал его с ворчанием, которое вскоре превратилось в смех. — Рад тебя видеть, Элтон, — сказал он, используя утреннюю кличку, и Лэнс хихикнул ему прямо в ухо. — Эт не моё имя, на самом деле! — пропел он, и Кит похлопал его по спине прежде чем отстраниться и помочь ему устоять на своих двоих. — Знаю, — усмехнулся он. — Не хочешь мне его сказать? — Не. Это испортит всё веселье. Эй, ты видел, что случилось сегодня со мной? С моей Меткой? Кит покраснел. Он выглядел очень мило с этими розовыми щеками. Лэнс не удержался и ткнул одну из них. — Ага, я видел, — протянув руку, чтобы убрать палец Лэнса от своего лица. Руки Кита были мягкими; Лэнс так и не понял, почему этому удивился. — Я могу рассказать тебе секрет? — голос Лэнса стал тише, чтобы соответствовать уровню громкости для рассказов секретов. И Кит наклонился ближе, готовый его услышать. — Я не знаю, кто моя родственная душа, — пожаловался он. — Серьёзно? — Агась! — громко ответил Лэнс. — Но он или она точно была в твоём Старбаксе, я уверен. — А что на твоей Метке? — спросил Кит, и Лэнс уже почти показал ему, даже потянулся, чтобы задрать рукав, но вдруг вспомнил. Он не может показать Киту своё имя. Так что он просто сказал, что там его имя, и Кит показался поражённым — правильное ли это слово? — перед тем, как медленно кивнуть.  — Я хочу домой, — объявил Лэнс. — Ага, правильно, — согласился Кит и вытащил стакан с алкоголем из руки Лэнса, тут же выливая содержимое в раковину. У Лэнса не было сил даже на словесный протест. К счастью, Кит видел Лэнса в Старбаксе достаточно часто, чтобы запомнить, как выглядели его друзья, так что он помог ему их найти. Пидж привалилась к плечу Ханка, который, казалось, с облегчением осознал, что Лэнс нашёлся. — Сможешь отвести их домой? — спросил Кит, стоя неподалёку. — Да, спасибо, чел. — Ты должен быть частью нашего расследования, — внезапно вскрикнул Лэнс, оборачиваясь на Кита. — Я… Что? — Да. Мы друзья. То есть, я знаю, что ты не знаешь, как меня зовут, но мы же друзья, да? — Да… — Так что ты можешь помочь мне найти мою родственную душу. Знаешь, поглядывать на людей, которые, кажутся во мне заинтересованными. В этом плане, — с важностью проговорил Лэнс, теперь хватаясь за плечо Кита. — Давай оставим Кита в покое, хорошо? — мягко предложил Ханк. — Пойдём домой. — Ты поможешь мне, правда? — спросил Лэнс, и его рука скользнула с плеча Кита до его запястья, а потом и пальцев, пока Ханк старался оттащить его и Пидж, которая снова пришла в сознание и смотрела по сторонам на всё движущееся, пока её насильно толкали. — Естественно, — ответил Кит и коротко сжал пальцы Лэнса. Его грудь наполнилась теплом, по-странному знакомым, и он улыбнулся Киту. — Увидимся! — пообещал он, задержав руку Кита в своей немного дольше, пока наконец не оказался в зоне недосягаемости. Он с порога свалился в кровать, и, хотя обычно он спал словно убитый после пьянок, в этот раз ему снились живые сны. Ему снилось пламя, поглощающее его целиком, которое всего лишь щекотало, а не причиняло боль, и он расслабился, чувствуя себя в тепле и под надёжной защитой. «Где же ты, Красный?» — подумал он, и пламя тут же уменьшилось, вскоре совсем потухнув. Красный не хотел быть найденным.

***

— Мы просто должны подумать логически, — не в первый раз сказала Пидж, предпочитая всё решать таким методом. Лэнс не ответил и продолжил сидеть, устроив подбородок на руках и отбивая незамысловатый ритм резинкой на кончике карандаша по открытой тетрадке. В ней был список имён. Ладно, не так. В ней было три имени. Ханк, Пидж и Кит. Имя Ханка было тут же вычеркнуто, если только он не был природным феноменом с двумя родственными душами. Пидж тоже исключили, потому что, ну, это же Пидж. И Кита тоже вычеркнули, поскольку он даже не знал, как зовут Лэнса. Это было вполне основательно доказано на вечеринке в пятницу. — Привет, народ, — поздоровался Кит слегка смущённо, как только оказался рядом с их столиком. Он согласился помочь по просьбе Лэнса, которую он озвучил во время заказа, представившись в этот раз Ромео. — Кит! Садись, — восторженно поприветствовал его Лэнс, убирая рекламную стойку, чтобы освободить место. Кит сел напротив Ханка и окинул всех взглядом, заметив тетрадь Лэнса и скептически подняв бровь. — Мой список подозреваемых, — объяснил тот. — Здесь только мы втроём, — подметил Кит. — И мы все вычеркнуты. — Он просто небольшой, хорошо? — запротестовал Лэнс, после чего съехал вниз со стула, оказываясь практически на полу. — Я никогда не найду её. — Ничего подобного, — сказал Кит, и почему-то те же самые слова, какие Ханк с Пидж твердили ему каждый божий день, из уст Кита произвели другое впечатление. — У неё, вероятно, есть веская причина тебе не показываться. И здесь сейчас много постоянных клиентов — это может быть любой из них. Так что продолжай приходить сюда и… может она наберётся смелости признаться тебе. — Думаешь? — с новой надеждой переспросил Лэнс. — Я уверен, — пообещал Кит, и тот облегчённо вздохнул. Он захлопнул тетрадь и с новым интересом сделал глоток своего напитка, поскольку теперь ему не нужно делать ровным счётом ничего. Пидж уткнулась в ноутбук, казавшись менее заинтересованной в расследовании, чем обычно. Было ли это подозрительно? Стоило ли Лэнсу вернуть её имя в список? — Так… вы давно знакомы с… — Кит замешкался. — … Ромео? Пидж тут же захлопнула ноутбук, возвращаясь к разговору. — Ты серьёзно не собираешься говорить ему своё имя? — с отчаянием спросил Ханк. Он был уверен, что в скором времени проколется и случайно назовёт Лэнса по имени перед Китом. Лэнс же был убеждён, что угрозы остановят его от этого. — Агась, — с восторгом проговорил Лэнс. — К тому же, это типа, наша фишка. — У нас есть фишка? — поражённо переспросил Кит. — Ага, — он ткнул его локтем в бок, уверенный, что Кит понимает, о чём он, просто упирается. — Я даю тебе глупые пикап фразочки и ненастоящие имена, а ты взамен даришь мне искренние и «я-не-ненавижу-мою-работу» улыбки. — Ты слишком много за мной наблюдаешь, — рассмеялся Кит, искренне, по-настоящему. — Правда, — согласилась Пидж. — Нет, — практически пискнул Лэнс. — К слову, у меня теперь есть родственная душа. Где-то. Так что с флиртом пора завязывать. Кит заёрзал рядом с Лэнсом, привлекая его внимание, но с удивлением обнаружил, что Лэнс и так на него смотрел. — Эм, а что с ненастоящими именами? — спросил он. — Без них никуда, — улыбнулся Лэнс. Их колени соприкасались под столом, но он старательно делал вид, что не замечает тепла, исходящего от тела Кита.

***

— Как продвигаются поиски, Ромео? К тому моменту Лэнс назвал Киту сотню фальшивых имён, но это прицепилось. Возможно, всё это выглядело смешно, но сердце Лэнса пропускало удар каждый раз, когда Кит называл его так. А бывало это довольно часто, учитывая, что в Старбаксе он сидел ежедневно. Тот день был не исключением. Только он был не в библиотечном Старбаксе, а в самой библиотеке. Лэнс не ожидал, что Кит присоединится к нему потому что не думал, что тот вообще в курсе, что он тут. В руке Кит держал кофе с надписью «Ромео» на стаканчике, сделанной его странным знакомым почерком, который Лэнс видел сотни раз, а на его лице сияла улыбка. — Что ты тут делаешь? — удивился Лэнс мягкости в собственном голосе. Он отодвинул тетрадь подальше от себя, поскольку ужасно усваивал материал в компании с кем-то, не то чтобы она ему не нравилась. — Смена закончилась раньше, — объяснил Кит. — Вообще я собирался отнести его тебе в общагу, но увидел тебя здесь и… — он затих, снова немного краснея, и Лэнс, наконец, помог ему ослабить хватку. Возможно, это было слегка эгоистично, но Лэнс считал Кита милым. Даже очаровательным. Как ещё назвать человека, готового принести тебе любимый напиток через всю территорию кампуса? С тех пор, как они начали тусоваться вместе, они стали хорошими друзьями. Он провожал Лэнса до общаги несколько раз, чаще вместе с Пидж и Ханком, отчего казалось, что Кит уже давно стал частью их компании. Плюс, Кит очень помог Лэнсу перестать накручивать себя по поводу всей этой фигни с родственной душой. Ему больше не казалась такой неотложной и радикальной идея выяснить, кто же тогда умудрился в него влюбиться. Он узнает это, когда узнает, что, он думал, не так уж и страшно. — Мы всё ещё можем пойти ко мне, если хочешь, — сказал Лэнс, закрыв окончательно свой учебник. Он в любом случае ненавидел океанографию. Поначалу он думал, что будет интересно — он любил океан, но к своему сожалению узнал, что океанография включает в себя куда больше, что океан. Они начали с изучения космоса и образования Земли, потом перешли к изучению Земли без воды на ней, потом — Земли в тот момент, когда Пангея начала разделяться… Они даже не дошли до настоящей воды пока что, не говоря уж о её обитателях, чего больше всего ожидал Лэнс. — Ты разве не занимаешься? — нахмурился Кит. — Как раз закончил, — соврал Лэнс. Точнее, это была ложь только наполовину. Он на самом деле закончил, если понимать под этим словом намерение никогда больше не открывать этот учебник. — Итак? Ты хочешь пойти? Мы могли бы посмотреть «Бруклин 9-9», — попытался подкупить его Лэнс. У Кита не было аккаунта Hulu, так что он мог смотреть его только с Лэнсом. И прямо сейчас он выглядел очень искушённым. — Хорошо, — сдался он. — Только не смей винить меня, если провалишь следующий не-знаю-какой экзамен. Лэнс сунул учебник и ноутбук в сумку и перекинул её через плечо, прежде чем направиться к выходу. Кит вскоре поравнялся с ним, и чёлка упала на его лицо, пока его взгляд изучал пол. Лэнс заметил, что подобное случалось довольно часто, и это заставляло его задуматься, как бы выглядел Кит с убранными назад волосами. Они определённо были достаточно длинным, чтобы их можно было собрать, и, хотя он считал, что мужские пучки выглядели немного по-идиотски, он не мог не думать о том, что он пошёл бы Киту. Из библиотеки они вышли прямо на площадь. На улице было пасмурно и ветрено, листья метались по ветру, когда они начали долгий путь к восточной части кампуса. Вероятно, это было худшей частью обучения в колледже, не то чтобы Лэнс слишком много об этом думал. Может, в нём говорила боль человека, который постоянно просыпает свой будильник, после чего бежит через всю территорию в незашнурованных ботинках и половиной бублика во рту, и без того сильно опаздывая на пару. Кампус был отличный, на самом деле. Ему всегда это твердили, ещё когда он был старшеклассником и рассматривал разные колледжи. О, ты должен проверить Университет Бла-Бла, кампус просто прекрасный. Лэнс думал, что все они выглядят примерно одинаково, но теперь, когда он учился здесь, он не мог не согласиться. Он с любовью оглядывал каждый уголок этого места — каждый закат был ослепительным, и горы всегда были видны на расстоянии, настолько отличном от того, к чему он привык, и настолько захватывающем как раз из-за этого. Даже здания выглядели прекрасно, о чем он никогда раньше не думал. Примерно на полпути к Берегу — ироничное прозвище для общежитий, которые граничат с довольно жалким искусственным прудом на восточной стороне кампуса — большая капля дождя упала на лоб Лэнса, заставив его замереть, немного не донеся стаканчик с кофе до рта. — На меня капнуло, — заявил он. — На меня нет, — ответил Кит, и уже через секунду полило, как из ведра. Они оба одновременно закричали, промокнув насквозь почти мгновенно, и бросились бежать, а Лэнс с сожалением кинул свой напиток в урну по пути. До их общежитий было примерно одинаково далеко, так что, не желая бежать под дождём еще как минимум десять минут, они направились к ближайшему зданию, которое оказалось почтовым отделением и зоной отдыха (да, странное сочетание). Они остановились при входе, стараясь отдышаться и оглядываясь по сторонам. Поблизости не было ни одного работника почты, так что они, скорее всего, уже закрылись. Помимо них здесь было несколько других студентов, рассредоточившихся по зоне отдыха с книгами или ноутбуками, и парочка таких же желающих укрыться от дождя. — Лучше не мочить ноут, — проворчал Лэнс, поглядывая на разбушевавшуюся стихию за окном. — Он в твоём рюкзаке и в чехле, не волнуйся, — сказал Кит. — А я должен завтра быть в этой же одежде на работе. В конце концов, не желая стоять у входа и не заметив подходящих свободных мест в зоне отдыха, они направились вглубь здания. У заднего выхода Лэнс заметил лестницу и тут же плюхнулся на ступеньки. Его одежда неловко липла к коже, и он взъерошил волосы рукой, чтобы хотя бы они не выглядели прилизанными. Кит со вздохом сел рядом с ним, коснувшись плечом Лэнса, и тот решительно проигнорировал тепло, исходящее от места соприкосновения их тел. Кондиционер работал на полную мощность, и всё его тело тут же покрылось мурашками из-за сочетания холодного воздуха и мокрой одежды, но он всё ещё не мёрз, что было странно. «Возьми себя в руки. У тебя есть родственная душа», — сказал он себе. — Полагаю, выберемся мы отсюда нескоро, — выдохнул Кит, отклоняясь назад и опираясь на локти, наконец разрывая контакт между ним и Лэнсом. — Мы найдём, чем заняться, — убедительно отозвался тот. — Например? — спросил Кит, и Лэнс вдруг осознал, что наблюдал за тем, как он это сказал. Типа, наблюдал. Как двигались его губы, чтобы сформировать слова, как они сомкнулись, пока он ждал ответа. Лэнс отвёл глаза в самый последний момент, надеясь, что тот ничего не заметил. Он всё ещё не ответил. Сколько прошло времени? Секунды? Минуты? Нет, если бы прошло несколько минут, Кит не смотрел бы на него так, как будто он нормальный человек. «Просто ответь. Скажи что-нибудь нормальное. Ты каждый день говоришь что-то нормальное». — Типа этого, — с ноткой драмы сказал Лэнс, вскочив на ноги, перед тем, как ударить Кита по плечу и закричать: — Ты водишь! — Мда, это определённо нельзя было отнести к разряду нормальных вещей. — Что… Ромео! — крикнул Кит, и так началась самая напряжённая игра в догонялки в жизни Лэнса. Не потому, что Кит бегал, как ненормальный, а потому, что колледж был и всегда будет самым странным и замечательным местом. После того, как его запятнали в третий раз, Лэнс заметил группу зевак, наблюдавших за ними с изумлением, и просто запятнал одного из них. Вместо того, чтобы закатить глаза и послать Лэнса нахер, он начал погоню. В скором времени играли уже все в здании. Занятия были наглым образом прерваны, и невинные ребята, утверждавшие, что не играют, были втянуты в нечто, вот-вот готовое войти в историю под названием Великие Догонялки в Почтовом Отделении. Лэнс спрятался в шкафчике уборщика, — стилёво, Лэнс знал, — когда он заметил Кита, бегущего в его сторону по коридору. Его одежда была теперь лишь немного влажной, а капельки, стекавшие по его лбу и вискам, были потом. Он вытащил руку и втянул его в шкафчик с удивлённым вскриком как раз вовремя, спасая от его преследователя — девчонки в военной форме, как раз показавшейся из-за угла, так что теперь Кит определённо будет ему должен. — Ты мой должник, — прошептал Лэнс, чтобы убедиться, что тот понимает всю серьёзность ситуации. Пространства шкафчика хватало идеально для одного человека, но вдвоём здесь было довольно тесно. Он чувствовал, как вздымалась грудь Кита в паре миллиметров от его собственной, чувствовал его дыхание, приятно гревшее кожу на шее. Именно в тот момент его родственная душа решила послать ему ощущение тепла, сконцентрировавшегося где-то в животе, которое походило на то, что ты чувствуешь, натыкаясь на котёнка. И это совсем не помогало. — Я бы наверняка смог убежать от той девчонки, — прошептал Кит в ответ, слишком очевидно соврав, когда она снова пронеслась мимо их укрытия в поисках новой жертвы. Они остались там ещё ненадолго, чтобы убедиться, и Лэнс провёл каждую секунду, желая немедленно сбежать оттуда и остаться там навсегда одновременно. Боже, Лэнс в такой жопе. Игра была как раз в самом разгаре, когда они ушли, заметив, что дождь давно прошёл. Спустя десять минут оба уже валялись на кровати Лэнса, одетые в его же сухую одежду, и смотрели «Бруклин 9-9», закутавшись в одеяла. Когда Ханк вернулся, он не сказал ни слова, просто покачал головой с лёгким раздражением.

***

— Моя жизнь разрушена, — провозгласил Лэнс, хлопнув дверью. Ханк сидел за столом, уткнувшись в ноутбук и что-то печатая. Скорее всего, эссе, о котором он говорил ещё утром. Прости, приятель. — Ага, — проговорил Ханк, отрываясь от работы. — Как так? — Он привык к чрезмерному драматизму Лэнса, но это больше походило на чёртов кризис. — Я не хочу искать свою родственную душу, — он только что вернулся из Старбакса, что было естественной частью его жизни, но он вдруг начал думать, что ему стоит избегать место, ставшее целью его постоянного пребывания. К счастью, это, наконец, привлекло внимание Ханка. Его пальцы застыли над клавиатурой, а сам он медленно повернулся в кресле, обращая взгляд на Лэнса, а не на экран. — Прости, я походу на секунду заснул, и мне приснился странный сон. Я не спал двое суток. Так что ты говорил? — Чел, тебе надо поспать. — Не после Рэд Булла, который я выпил, неа, — проговорил он. Ханк всегда был самым собранным из них троих, но и эта ситуация не совсем выходила за рамки его характера. Он, как правило, начинал паниковать и становился супер-сконцентрированным перед каким-то важным событием. — А я ещё думал, что Пидж питается неправильно… — пробормотал Лэнс. — Так почему ты не хочешь искать свою родственную душу? — спросил он. — Мне это не приснилось? — Нет, — ответил он и тоже сел за свой стол, забираясь в кресло с ногами, чтобы было удобнее обхватить их руками, и положил подбородок на левое колено. — Я просто… не думаю, что я готов. — Враньё, — фыркнул Ханк, моментально распознав блеф. — Ты с пяти лет к этому готов. Я не могу припомнить ни единого дня, когда ты не говорил о встрече со своей родственной душой. — Да, но… — Лэнс выдохнул, и вместе с этим всё его тело будто бы сдулось. Он старался взять себя в руки. Он старался ни за что на свете не признаваться в этом, если честно. Как будто, если он не признает этого, оно перестанет быть реальным. Как будто он мог отмахнуться от осознания, зародившегося в его голове, и жить в благом неведении. Так вот это не работало. — Похоже… мне нравится Кит, — признался он тихо и безэмоционально. Совсем не так, как он говорил об обычных вещах — громко и помпезно. Чего бы там Лэнс не был готов увидеть: вздохи, глаза размером с блюдца, оскорбления даже. Ничего такого не было. Ханк просто моргнул раз и спросил: — И что? — То, что это произошло в самое неподходящее для этого время! У меня есть родственная душа! Он или она где-то там, любит меня, а я тут влюбляюсь в другого чувака! — А что, если Кит и есть твоя родственная душа? — предположил Ханк, будто бы Лэнс не засыпал практически каждую ночь с надеждой, чтобы так и было. — Этого не может быть. Он всё ещё не знает, как меня зовут. В этот момент выражение лица Ханка потускнело. Но он по-прежнему был лучшим другом Лэнса, так что он обязан был его подбодрить. — И? — спросил он. — Нет ничего плохого в том, чтобы встречаться с кем-то до отношений со своими родственными душами. Чёрт, большинство людей с кем-то встречаются до них. Именно так они их и находят. — Да, для многих это подходит, — согласился Лэнс. — Но моя уже где-то там, ждёт меня. — Правда, она всё ещё не пришла к тебе, — напомнил Ханк. — Так что вполне возможно, что он или она тоже ещё не готовы. Может, это к лучшему. — Мне кажется, что я предаю их, позволяя себе влюбиться в кого-то, — пробормотал Лэнс, ещё глубже копаясь в себе. Он прижался грудью к ногам и упёрся лбом в колено. — И я не могу сказать Киту. Это точно отпугнёт его. Он же знает, что я ищу родственную душу. — Ты никогда не узнаешь, пока не спросишь, — терпеливо ответил Ханк. — Может стоит просто… проверить, что из этого выйдет? Если ваша дружба перейдёт в нечто большее, то просто… позволь этому случиться. Лэнс пожал плечами, всё ещё не смотря на друга. — Ну или хотя бы не убивайся так по поводу влюблённости. Если бы твоя родственная душа хотела бы заполучить тебя целиком и полностью, она бы сделала это ещё, когда? Месяц назад? Лэнс нахмурился. Правда прошло столько времени? Неужели он всматривался на имя на своём запястье, выглядящее так знакомо и незнакомо одновременно, целый месяц? — Может, он или она не стали знакомиться с тобой потому, что встречаются с кем-то другим? — Ублюдок, — буркнул Лэнс, но Ханк лишь рассмеялся. — Лэнс, если тебе нравится Кит, думаю, что тебе стоит рискнуть. В крайнем случае, припишешь это в бесценный опыт. — Да, возможно. Спасибо, что поговорил со мной, Ханк. — Без проблем, — ответил он. — А сейчас, сделаешь мне одолжение? Лэнс поднял голову и посмотрел на друга. — Притащи мне Five Hour Energy?

***

Лэнс и не думал следовать совету Ханка. Конечно, всё звучало мило, словно подарочек в красивой упаковке, но в реальности всё было не так просто. Он мог бы начать встречаться с Китом, и в тот же момент его родственная душа бы набралась смелости заговорить с ним. Он мог бы влюбиться в Кита настолько сильно, что, когда его родственная душа заговорила с ним, он бы отшил её или его — такая фигня происходила с родственными душами постоянно. Чёрт, он мог бы позвать Кита на свидание и получить от него отказ. Но, потом, уже ведь случилось куча вещей, которые Лэнс не планировал. Он не планировал получить письмо с отказом из школы его мечты и поступить вместо неё в ту, что находилась под номером два, и влюбиться в неё с первого же дня. Он не планировал тащиться через весь кампус в Chick-Fill-A, а потом вспомнить, что было воскресенье. Он не планировал, что его родственная душа влюбится в него посреди оживлённого Старбакса, где любой мог скрыть своё маленькое позорное разоблачение. И он определённо не планировал оказаться в таком положении, как сейчас, одной рукой оттягивая назад голову Кита за волосы, пока он выцеловывал линию его подбородка, а Кит издавал эти мучительные звуки прямо ему в ухо. Хорошо, может Лэнсу стоит немного отмотать назад. Тогда был обычный день, как и все остальные. Под этим Лэнс, конечно, имел в виду то, что он снова проспал будильник на семь утра и сполз с кровати, проклиная себя за то, что поставил свои занятия позже, чем Ханк. Он больше никогда не позволит Ханку уйти настолько раньше, чем он сам. Итак, он пришёл на первую пару, успев почистить зубы, но не принять душ, схватил сумку, но не положил туда нужные учебники, и сел дослушивать остаток лекции, игнорируя косые взгляды преподавателя. Следующие пары прошли лучше, хотя бы потому, что на них он не опоздал, и, покинув стены кабинета, где была его третья пара, он почувствовал запах свободы. По пути в библиотеку он заглянул в столовую, где наспех слепил себе сэндвич и взял шесть печенюшек в бесплатном буфете, и направился в Старбакс, как раз успевая в очередь из таких же студентов, у которых закончились занятия. Ура. Однако, всё было не так плохо, потому что Кит заметил его в очереди раньше обычного, и теперь Лэнс периодически поднимал глаза от экрана телефона, тут же натыкаясь на взгляд Кита. За этим следовала их глупая игра, в которой они корчили друг другу рожи, в которой Лэнс определённо победил, что он решил для себя, когда, наконец, поравнялся с кассой. — Ты поздно, Ромео, — заметил Кит, что — только лишь потому, что Лэнс был идиотом со смущающей влюблённостью — заставило Лэнса покраснеть. Потому что Кит знал, когда он обычно приходит. И обычно Лэнс не брал еду в столовой, но, учитывая, что он выбрал чистку зубов вместо завтрака… — Если под: «Ты поздно», ты имел в виду: «Спасибо за печеньку», тогда да, похоже, я поздно, — ответил Лэнс, передавая Киту печенье, завёрнутое в салфетку. Кит выглядел удивлённым, но Лэнс не дал ему шанса ответить что-то и продолжил говорить, как будто не замечая розовый румянец на щеках Кита. — Мне как обычно, пожалуйста. — Конечно. Как вас зовут? — Дарси, — он продолжал перебирать все романтические имена со времен того инцидента с Меткой. Гугл в этом стал ему лучшим другом, и он поставил себе цель каждый раз находить новые популярные имена героев любовных историй, чтобы называть Киту за кассой. Иногда Кит подыгрывал ему и действительно писал эти имена, но чаще на стаканчике появлялось приевшееся Ромео. Так что день был обычный. За исключением печенья-сюрприза, который он преподнёс Киту. Он сел за любимый столик, сделал все задания (впервые) и составил компанию Киту во время перерыва. Он поторчал там ещё немного, дождавшись окончания его смены, чтобы пригласить посидеть у него в общаге, но всё пошло немного иначе. — Мне нужно выпить, — объявил Кит, и Лэнс не мог его в этом винить. Работать в сфере обслуживания ужасно, и он представить не мог, что может быть более напряжённым, чем работа в Старбаксе. Он знал, что Кит пьёт, поскольку сам это видел на вечеринке, хоть и помнил не все детали. Тем более он бы с удовольствием понаблюдал за подвыпившим Китом, зная его намного лучше, чем тогда. Так они оказались в машине Кита (у бюджетников были все эти привилегии, недоступные для других, типа позволения иметь собственную машину на территории кампуса) и отправились в ближайший бар с фальшивыми документами в руках. К сожалению, Лэнсу так и не довелось увидеть Кита пьяным. Потому что после первого же бокала какой-то жутко криповый мужик начал подкатывать к Киту, и тот явно чувствовал себя неловко, так что Лэнс, как любой добрый самаритянин, вступился. Типа… он в буквальном смысле вступил между ног Кита, сидевшего на барном стуле. — Чувак, может хватит лезть к моему парню? — сказал он, и мужик замешкался на секунду перед тем, как закатить глаза и пробормотать что-то вроде: «Ну и ладно», удалившись. А потом Лэнс просто… остался стоять на месте, между ног Кита. И пялиться на него. — Ты не обязан был этого делать, — проговорил Кит с ноткой этого глупого упрямства. — Просто выполняю долг Ромео, — ответил он. — Это полная фигня. — Неправда, — усмехнулся Лэнс. Он уже давно говорил себе отвернуться, правда, но тело отказывалось слушаться. Его ноги будто бы приклеелись к полу, намереваясь стоять именно на этом месте так, чтобы Лэнс чувствовал колени Кита по обе стороны от его талии. «Боже, я хочу поцеловать тебя», — подумал он. — Что? — пискнул Кит, доказывая, как плох был Лэнс в неозвучивании собственных мыслей. Потом было много заикания в попытках Лэнса всё объяснить. По сути, он пытался сказать Киту, что всё ещё хочет найти свою родственную душу, но он просто по уши влюбился в него и ничего не может с этим поделать, и что он вовсе не хотел выливать все эти чувства на Кита разом… Ага, так всё и было. Но Кит поцеловал его осторожно. А потом Лэнс поцеловал его уверенно. И они оказались на задворках бара, заведённые, прижимая друг друга к наверняка грязной стене, но Лэнс всё ещё об этом не думал. Он думал о тех звуках, которые, как оказалось, он мог заставить срываться с губ Кита, и о том, что они становились всё ниже и протяжнее, когда Лэнс целовал и посасывал особые места на его коже. — Бля-я, — выдохнул Кит, крепко сжимая ткань футболки на талии Лэнса. — Мы можем уйти отсюда? — Ханк у меня в комнате, — голос Лэнса звучал хрипло и поднимался из гортани. — Оу, ты хочешь… ты хочешь вернуться в общагу? Лэнс отстранился, открывая Киту своё раскрасневшееся лицо. — Эм, не обязательно… То есть, мы не обязаны… — Не, всё нормально, — перебил он. — Можем поехать ко мне. У меня комната на одного. И тут Лэнс, моментально увлёкшийся выцеловыванием горла Кита, снова резко отпрянул. — Серьёзно? — Ага. Это… — … привилегии бюджетников, — закончил за него Лэнс. — Чел, чего у вас нет? — Стабильной семейной жизни? — предложил Кит, и Лэнс усмехнулся, позволяя себе опустить голову на плечо парня. — Чувак, ты не можешь поступать так со мной, — простонал он и рассмеялся куда-то в шею Киту. Совсем недавно Кит сделал что-то глупое, что заставило Лэнса спросить: «Чувак, кто тебя вырастил?», на что Кит ответил: «Много людей, на самом деле. Я вырос в приёмных семьях». Последовавшая тишина казалось невыносимой. В итоге, они поехали к Киту.

***

Кит в качестве парня был… чем-то новеньким. Для начала, Лэнс предупредил всех своих друзей, ещё не знакомых с Китом, чтобы они ни в коем случае не говорили ему его имя. «Это долгая история». Далее были постоянные подколы и бесконечные, ужасно самодовольные взгляды со стороны Ханка. И в завершении шла та часть, включающая настоящие свидания с Китом, что было вполне неплохо. — Как вас зовут? — спросил Кит, вскинув брови и видно ухмыльнувшись. — Эдвард. — Это не из какой-нибудь известной истории любви, — сказал он, совершенно точно раскусив тактику Лэнса. — Неужели ты так быстро забыл Сумерки? — драматично воскликнул он, положив руку на сердце. — Господи Иисусе. — Тоже не моё настоящее имя, — пошутил Лэнс, заставив Кита в очередной раз закатить глаза. Какое-то время спустя послышалось громкое: «Ромео», потому что Кит наотрез отказался писать имя «Эдвард» на его стаканчике. Он должен был освободиться с минуты на минуту, так что Лэнс не стал садиться и просто встал около тех высоких столов, наблюдая за Китом в действии. Ему нравилось смотреть на него, когда он не знал, что на него смотрят. За тем, как он хмурился, набирая заказы на экране, или за тем, как между его бровей появлялась складочка, когда он пересчитывал деньги. Или за тем, как резко мертвело выражение его лица, когда кто-то ему грубил. Ему нравилось видеть, как отличалось его поведение с незнакомцами от его поведения с ним наедине. Ведь им никогда не доведётся увидеть его мягкую улыбку, или то сентиментальное выражение его глаз, или то, как мило он краснеет. Наконец, смена Кита кончилась. Кто-то из его коллег подошёл к нему и легонько похлопал по спине, получая в ответ благодарный взгляд. Кит стянул фартук через голову и повесил на специальный крючок перед тем, как исчезнуть за дверью позади стойки на какое-то время, и выйти уже из другой, находившейся поодаль от касс. — Привет, Ромео! — поздоровался он и выхватил из рук Лэнса стаканчик, делая глоток, но тут же скривился. — Фу. — Эй! — запротестовал Лэнс. — Ты принимал заказ, Кит. Ты прекрасно знал, что в стакане. — И я надеялся, что это вкусно, — ответил он с обидой. — Как ты вообще можешь пить такую сладость? Каждый день? — Сахар питает моё тело. — Думаю, это делает кофеин. Вдвоём они вышли из библиотеки. День был прекрасным: солнце ярко светило высоко в небе, дул лёгкий ветерок, приятно охлаждающий кожу. Лэнс обнаружил, что взял Кита за руку, даже не задумавшись об этом, хотя он очень ценил то, как этот жест вгоняет Кита в краску. Проклятие светлой кожи. Или благословение, в случае с Лэнсом — он должен был видеть эту прелесть постоянно. — Куда направляемся? — спросил Кит, сильнее сжав руку, как только слова сорвались с его губ. — Секрет, — усмехнулся тот. — Ооо! Смотри! Давай возьмём? — он указывал на скутеры, разбросанные по всей территории кампуса, и которыми можно было пользоваться любому с приложением и кредиткой. — Нет. Ни в коем случае. — А что? Страшно? — Если ты поведёшь, то до ужаса. Лэнс только усмехнулся и потащил его к парковке, уже держа телефон в свободной руке. Скутер подал звуковой сигнал, как только подключился к телефону, и Лэнс устроил одну ногу на подножке, удерживая равновесие на земле второй и глядя на Кита. — Погнали, — сказал он, всё ещё улыбаясь. Он знал, что Кит собирался сдаться через мгновение, и прежде чем он на самом деле это сделал, его плечи опустились, признавая поражение. — Лады, — сказал он и залез на скутер, который явно не был предназначен для двоих человек, обхватывая Лэнса за талию и прижимаясь ближе. — Надеюсь, ты не убьёшь нас. — Я бы никогда, — Лэнс шокировано ахнул прежде чем положить руки на обе ручки: правую для газа и левую для тормоза. — Держись, — предупредил он и выкрутил правую. Кит вскрикнул и вцепился в Лэнса ещё сильнее. Тот весело рассмеялся, и внезапно ветер показался куда более холодным, обдувая всё тело сразу. Вскоре Кит поборол себя и даже засмеялся в шею Лэнсу, сжимая руки на его талии при каждом повороте. — Куда мы едем? — крикнул Кит. — Если я скажу тебе, то сюрприз будет испорчен, так? — крикнул в ответ Лэнс. Они подъезжали к перекрёстку, где можно было встретить только автобусы до кампуса и личные автомобили студентов, когда светофор для пешеходов уже практически переключился на зелёный. Лэнс сильнее надавил на газ, выкрутив ручку на максимум. — О Боже! — выкрикнул Кит. — Лэнс! Помедленнее! Поначалу Лэнс просто рассмеялся. Но потом осознание накрыло его с головой, и в тот же момент скутер дёрнулся, практически отбрасывая их на середину дороги. В последний момент он умудрился восстановить равновесие и самообладание, выровняв скутер как раз вовремя, чтобы вылететь на другую сторону тротуара, а знак снова сменился красной стрелкой. — Что ты сказал? — его голос звучал спокойно и напряжённо, но Кит точно его услышал. Он больше не обнимал Лэнса так крепко, старался держать между ними расстояние, как будто бы. — Я просил ехать помедленнее, — осторожно ответил Кит, но Лэнс замотал головой. Он… запутался. И помимо этого замешательства он чувствовал небольшую злость. Кит знал его имя? Как давно? Почему он ничего не сказал ему? Почему это так раздражало Лэнса? — Ты сказал кое-что ещё, — Лэнс не осознавал, что набирает скорость, и скутер едет так же быстро, как бьётся его сердце. — Тебе нужно ехать помедленнее, — сказал Кит, но Лэнс его проигнорировал. — Скажи, — попросил Лэнс, и Кит уткнулся головой в его спину. — Лэнс, — практически шепотом ответил он, но Лэнс услышал своё имя чётко и ясно. Он поехал ещё быстрее, наезжая на тротуары, объезжая пешеходов, к месту назначения. Кит знал его имя? А потом до него дошло. Его имя на его запястье. Как будто человек знал его, но не знал его имени. Как будто он слышал бесчисленные псевдонимы, и его настоящее имя не давало им покоя, вбивало в него какое-то особое значение. Но почему Кит влюбился в него? И почему просто не сказал об этом? — Кит, — позвал Лэнс, замедляя скутер. Он больше не чувствовал злость. Он… затаил дыхание. Балансировал между одним местом и другим, находился в забвении, предшествующим осознанию. — Ты любишь меня? Кит снова прижался к нему, крепко обхватив за талию. Лэнс чувствовал, как он дрожал. Скутер теперь медленно полз по тротуару, дёргаясь и стукая, преодолевая каждый стык тротуарных плит. — Да, — мягко признался Кит. И Лэнс покачал головой, улыбаясь. Какой идиот. Когда он говорил с Лэнсом об этой предполагаемой родственной душе, и предложил Лэнсу просто продолжить приходить в Старбакс, чтобы в конце концов он или она набрались смелости — он говорил о себе. Все это время. — Прости, — продолжил Кит, явно не осознавая, что Лэнс был рад. — Я был просто смущён, хорошо? Кто влюбляется в какого-то парня, который придумывает идиотские пик-ап фразы и представляется вымышленными именами? Кто влюбляется, наблюдая, как этот парень кричит при виде паука? — Тебе придётся привыкнуть к этому визгу, Кит. — Что? — Теперь ты будешь убивать пауков для меня, — поставил Лэнс перед фактом, и Кит издал какой-то несвязный звук позади него. — Я… что? Что ты…? Но Лэнс едва ли слышал его. Он улыбался и качал головой. «О, Кит», — подумал он. Он вспоминал все эти глупые подкаты к нему. Все фальшивые имена, которые он использовал, просто чтобы смешить его. Он подумал об имени, которое прицепилось, то, которое выбрал Кит, и, вероятно, по какой-то определённой причине. Это романтично. Я буду твоим Ромео. Кит издал странный звук позади, и вскоре их окружило неестественное голубое сияние. Лэнс так сильно удивился, что, наконец, потерял контроль над скутером, руль дёрнулся в его руках, прежде чем скутер соскочил с тротуара в траву, и они оба рухнули на землю. Лэнс тут же перевернулся, сел и посмотрел на Кита. Он лежал на траве с закрытыми глазами и потирал ушибленный локоть, нахмурившись. Всё его тело светилось, его вены наполнились ярким синим свечением — цветом Лэнса. Когда Кит открыл глаза, они были синими, синими, синими, и не переставали светиться и мерцать даже когда он моргал. Медленно, свет начал исчезать из-под кожи Кита, наконец, позволив воздуху вернуться в легкие Лэнса. Он затаил дыхание, наблюдая за этим взглядом, и Кит смотрел на него в ответ. А потом он зашипел, схватившись за запястье, когда со жгучей болью Метка Родственной Души начала проявляться. Убрав руку, он прочитал надпись и скептически посмотрел в сторону Лэнса. — Я буду твоим Ромео? — Заткнись, — покраснел Лэнс. — Это хотя бы не твоё собственное имя. — Это было важно! — теперь щёки Кита тоже покраснели. — Я так долго хотел его услышать! Лэнс ничего не мог с собой поделать и рассмеялся. Он уткнулся лбом Киту в плечо и смеялся без остановки, пока дурацкий скутер выкачивал деньги из его кредитки, потому что он не отключил приложение. И плечо Кита тоже тряслось, потому что он тоже смеялся. И всё было просто идеально. Было просто идеально находиться здесь с Китом. Со своей родственной душой. — Не могу поверить, что ты влюбился в меня из-за паука, — сказал, наконец, Лэнс. — А я не могу поверить, что ты влюбился в меня, когда я сказал твоё имя, — парировал Кит. — Как самодовольно. Лэнс пихнул Кита в плечо и засмеялся, после чего забрался на него, покрывая поцелуями всё его лицо. Они так и не добрались до секретного места, которым на самом деле была смотровая площадка, случайно обнаруженная Лэнсом, откуда открывался прекрасный вид на горы, но какая теперь разница? Он мог отвезти туда Кита в любой день теперь.

***

— Как вас зовут? — спросил Кит с фирменной усмешкой. — Парис. — Елена Троянская? — рассеянно спросил Кит, записывая имя на стаканчике. — Динь-динь! — отозвался Лэнс. — Как работа? — Я пролил кофе на штаны, — пожаловался Кит, угрюмо глядя на Лэнса. — Вкусняшка, — сказал Лэнс, игнорируя его взгляд. — Хочешь взять мои? Я могу дойти в твоих до общаги. — Неа, — выдохнул Кит. — Подождёшь меня до перерыва? — Если угостишь меня печеньем, — проговорил Лэнс ангельским голоском, но Кит и без того уже потянулся к выпечке. — Иди займи хорошее место, — сказал Кит, протягивая ему печенье в маленьком бумажном пакете. Лэнс знал, что это значило: «Займи кабинку». Чтобы они могли обниматься на протяжение всего обеденного перерыва. Может, Кит даже принесёт ему второй кофе к тому времени. Он стоял в ожидании своего кофе и с раздражением покачал головой, когда бариста выкрикнул: «Лэнс!». Кит больше не писал все эти придуманные имена, хотя иногда называл его Ромео. Не то чтобы Лэнс был очень против. Когда он протянул руку за напитком, рукав его куртки сполз, открывая имя на запястье. Лэнс. Оно идеально сочеталось с каракулями Кита на белом стаканчике.