Крадущийся Волк, пробуждающийся Дракон

      Свист. Непрекращающийся и пронзительный. В моем затуманенном сознании мелькнула идиотская мысль, что это может быть сигнал воздушной тревоги, но я тут же, отругав себя, напомнила, что нахожусь в менее продвинутом в техническом плане, чем Земля, Тедасе.       «Значит, свистит у меня в ушах».       Стоило только сделать такой логический вывод, как шум прекратился, а на мой лоб легла прохладная шершавая ладонь. Жесткие кончики пальцев пробежали по моему лицу, оставляя странное ощущение – будто кожи касались листья молодой крапивы, которые слегка покалывают, но не обжигают. Я неожиданно громко чихнула, и кто-то рядом, рассмеявшись, сообщил:       – Риннала в порядке!       Я разомкнула почему-то слипшиеся ресницы и с изумлением констатировала, что лежу не вниз лицом, а на спине. Что надо мной раскрыт серебряный купол, из-за сияния которого я не могу рассмотреть лицо наклонившегося надо мной человека. Видела только ореол длинных светлых волос и изящную кисть, пальцы которой только что касались моей щеки.       – Алим... – почему-то шепнула я, а в груди болезненно и горько заныло.       Светловолосый нагнулся чуть ниже, и я наконец разглядела широко расставленные голубые глаза, недостаточно большие и раскосые для эльфа. Фейнриэль не расслышал обращения – или сделал вид, за что я была ему безумно благодарна. Тепло улыбнувшись, маг сообщил:       – Все живы. Щит выстоял.       – Ты молодец, – хрипло проговорила я, пытаясь сесть.       Полуэльф потянулся ко мне, чтобы помочь, но чьи-то сильные руки уверенно поддержали меня под лопатки, позволяя принять вертикальное положение.       – «Молодец»?! – возмущенный голос, как и руки, принадлежал Тео. – Засранец он, mi bella*! Стянул купол до такого размера, что мы едва не передавили друг друга!       – Поэтому я потеряла сознание?       – Наверное, – уже менее радостно подтвердил маг. – И все равно я считаю, что справился неплохо!       – Забей на Тео, – перебила я Фейнриэля. – Я сказала, что ты – молодец, значит, так оно и есть... Что дальше? Будем сидеть здесь и ждать, пока нас отроют?       – Нет, у нас другие планы, – донесся откуда-то со стороны глубокий голос Фергюса. – Сейчас выберемся наружу и отправимся вдоль восточного хребта к храму Праха.       – Так чего же мы ждем?       – Не «чего», а «кого» – тебя! – с этими словами Тео обхватил меня обеими руками, поднял рывком и поставил на ноги. – Риэль, открывай двери!       Фейнриэль вскинул ладони, поводил ими в воздухе, словно лепил большой шар из невидимого снега, после чего сделал мгновенный выпад в сторону – и я понятия не имею, как он определил, что именно там находится вход в пещеру! Но полуэльф угадал, поскольку плотная белая стена взорвалась с громким хлопком, разбрасывая комья снега, и в душную расщелину хлынул свежий морозный воздух.       – А как Рим? – опомнившись, я обернулась, ища взглядом храмовника.       Тот сидел, привалившись спиной к стене, и на мой вопрос ответил жестом, означавшим, что он в порядке. И хотя цвет лица мужчины все еще имел легкий сероватый оттенок, я поверила в его правдивость.       – Рим опробовал мое экспериментальное зелье, – с затаенной гордостью признался Фейнриэль.       Я, окинув мага скептическим взглядом, поинтересовалась:       – И как?       – Выше всяких похвал, – нетерпеливо заверил меня Тео. – Ринна, так мы идем?       – Если Рим готов продолжить путь… – храмовник снова кивнул, и я решила: – Тогда выдвигаемся! Венатори, скорее всего, укрылись во внешней части храма, и придется зачистить подземелья, прежде чем прорываться внутрь.       – Ты ведь уже бывала в храме Праха, – с полувопросительной интонацией уточнил Теодоро.       – Бывала. Поэтому знаю, о чем говорю. Там на каждом шагу ловушки и препятствия, не считая собственно вражеских магов. Так что прошу вас всех оставаться бдительными и не совершать необдуманных поступков.       – Да, капитан! – с готовностью отозвался Фейнриэль. Фергюс, чуть улыбнувшись, согласился, что в данной ситуации командование стоит принять мне. Эллана, Тео и Рим просто кивнули.       И мы покинули спасительное укрытие.       Поначалу идти, не проваливаясь в снег почти по пояс, удавалось лишь мне и Эллане. Но стоило нам подняться по склону наверх, куда лавина не добралась, все приободрились, а поступь членов группы стала увереннее и тверже. Летние ночи даже в горах были короткими, так что очень скоро на востоке небо посветлело. Отсутствие облаков и ветра обещало ясный день, и в такую погоду наблюдатели врага могли издали нас заметить. Впрочем, мы об этом уже не думали, поскольку громогласно возвестили о своем присутствии и далеко не мирных намерениях. Единственное, что оставалось магам, запертым во внешних помещениях храма Праха, – выбраться на гору, к усыпальнице Андрасте, через верхний проход. Мы планировали войти в подземелья через ту же самую дверь, чтобы перебить приверженцев Корифея до того, как они к нему присоединятся. Путь предстоял неблизкий. В течение времени, которое требовалось, чтобы добраться по гребню горы до храма, могло произойти все, что угодно, и я нет-нет – да и посматривала вверх, страшась увидеть в лазурной выси силуэт летящего дракона.       Спутники разделяли мое беспокойство. Я несколько раз подмечала, что Рим бормочет под нос что-то, вроде «Храни нас, Создатель!», а однажды даже услышала, как Лавеллан шепотом обращается к своим эльфийским богам. Но ничего не сказала товарищам, ибо каждый черпает уверенность и силу в чем-то своем.       «Не бывает атеистов в окопах под огнем...»       Фергюс, который теперь замыкал цепочку, время от времени оглядывался назад. Наверное, надеялся, что отряд под руководством Шартер догонит нас, и это слегка повысит наши шансы на выживание. Но насколько хватало взора, позади простиралась лишь кипенно-белая снежная пустыня, покоя которой не нарушало ничего, кроме наших негромких голосов.       Островерхую крышу, венчавшую башню внешнего храма, что располагался внутри горы, мы увидели издалека, поэтому успели подготовиться. Фейнриэль, выглядевший не столько напряженным, сколько воодушевленным, на ходу проворно сплел защиту для каждого бойца. А когда отряд приблизился ко входу вплотную, сообщил:       – Здесь установлены магические ловушки, я чувствую. Ринна, разреши... – полуэльф проскользнул мимо меня, чтобы остановиться перед замкнутыми воротами, вытянув перед собой обращенные ладонями к дверям руки.       – Это надолго? – страдальчески вздохнул Тео, слишком демонстративно выказывая нетерпение, чтобы я в него поверила.       Маг отрицательно качнул головой. Я жестом приказала напарнику заткнуться и не отвлекать товарища, поскольку совершенно не хотела наступить на какую-нибудь руну холода или влететь в «Дробящую темницу».       – Странно, что венатори не выставили охрану, – шепотом произнесла Эллана позади меня.       – Их охрана осталась внизу, погребенная под лавиной, – возразил Тео. – А здесь они установили магическую защиту – и, скорее всего, даже это сочли излишней мерой предосторожности. Ни одному нормальному человеку в голову не пришла бы мысль входить в дом через чердак.       – Только Ринне...       – Ну, она же не человек!       Я усмехнулась, пользуясь тем, что стояла спиной к соратникам.       – Готово, – наконец сообщил Фейнриэль.       Я взялась за кольцо на левой створке ворот, кивком указав Риму на правую сторону. Мы с храмовником плавно потянули двери на себя, открывая проход, который, к счастью, не содержал никаких сюрпризов. Маг торопливо обновил наши щиты, и сначала в полумрак башни скользнул Рим. Я, держа наготове кинжалы, последовала за ним вниз, по каменным ступеням винтовой лестницы, вырубленной в скале много столетий назад.       Едва я оказалась в просторной мрачной пещере, находящейся на верхнем уровне подземного храма, как воспоминания завладели мной с неудержимой силой, практически вырывая из реальности. Вот здесь, у каменной колонны с резной капителью, Алистер прикончил предводителя тевинтерских фанатиков Колгрима, и на гладкой гранитной поверхности остался скол в том месте, куда обрушился тот единственный удар Серого Стража, который его чернобородому противнику удалось отвести. А вот на этой ступеньке, влажной от крови, Морриган поскользнулась – и упала бы, не подхвати ее Йован (получивший в ответ взрыв негодования, а не благодарность). И, конечно, я помнила, как мы залечивали раны и восстанавливали силы неподалеку отсюда после одной из самых непростых схваток, что нам выпадали, прежде чем подняться на вершину горы и встретиться с высшим драконом.       «Снова нас ждет дракон, – подумала я, невесело усмехаясь. И все же от наплыва добрых воспоминаний на душе стало тепло, будто мои плечи снова грел плащ Зеврана, пахнущий антиванскими специями. – И снова мы не имеем права отступать».       – Здесь никого, – осторожно сообщил Рим, глядя на меня с легким недоумением. – Нам идти дальше, капитан?       – Да, – подтвердила я тихим голосом, словно боялась потревожить призраков прошлого, все еще наполнявших полуразрушенный зал. – Фейнриэль!       – Здесь! – маг мгновенно откликнулся на негромкий оклик, подскочил и замер у меня за спиной.       – Проверь вход в тоннели. Этот, – я жестом указала на широкий круглый проем, который за минувшие годы, казалось, стал еще больше, – и боковой, в дальнем углу. Эллана, прикрой его.       – Будет сделано!       Пока проворный полуэльф шнырял по залу в сопровождении долийки, я стояла, не шевелясь и прислушиваясь к звукам, доносившимся с нижних ярусов. К счастью или несчастью, не было слышно ничего, кроме завывания ветра в покрытых ледяными потеками проходов.       – Думаешь, нас ждут? – спросил Фергюс, неслышно подойдя сзади. А когда я пожала плечами в ответ, предложил: – Может, не стоит лезть на рожон? За нами идут два отряда, каждый из которых гораздо больше нашего...       – Мы просто проверим пещеры, которые раньше были нежилыми. И ничего больше.       – Но зачем делать это сейчас?       – Не хочу оставаться в этом зале, – честно призналась я. – И наружу нам лучше не выходить, чтобы не нарваться на Корифея и его «пташку». Лучше сцепиться с ордой венатори, чем с ним одним... Если спустимся ниже, можем до подхода основных сил укрыться в помещениях, где разводили драконов. Там мы сумеем защитить себя в случае опасности, – я обвела взглядом серьезные лица соратников и спросила: – Есть возражения?       Все молчали.       – Тогда не будем стоять на месте. Отсюда на нижние ярусы ведут два тоннеля, но мы не можем позволить себе разделиться, так как нас слишком мало. Предлагаю пройти этим путем, – я указала на боковой тоннель, – потому что наши товарищи, скорее всего отправятся основным проходом – их, как верно отметил тейрн Кусланд, гораздо больше. К тому же мы оставим им знак, что были здесь.       Я подошла к дальнему проему, достала из ножен кинжал, острием которого изобразила на обледенелой стене несколькими резкими штрихами символ Инквизиции – око Искателей поверх меча Храма. А затем, дождавшись сообщения Фейнриэля о том, что он не ощущает наличия чар, и проходы свободны, решительно шагнула в тоннель.       Недаром с первых же мгновений, проведенных в храме, я чувствовала себя так, будто возвратилась в прошлое. Мы шли по извилистым лабиринтам проходов небольшой группой, а на нас из темноты кидались драконы разных габаритов – в основном, мелкоты размером с теленка друффало. Видимо, стремление устраивать драконьи питомники было неистребимо в крови тевинтерских чародеев.       С драконоводами – магом и парочкой легковооруженных воинов мы столкнулись в «инкубаторе». Не понадобилась даже «Святая кара» в исполнении Рима, чтобы справиться с тевинтерцами: храмовник применил стандартные навыки, понижающие силу мага, после чего Фергюс, Тео, Эллана и я просто порубили врагов в капусту. В том же зале задержались, чтобы восстановить силы и залечить небольшие раны, полученные во время стычек с драконами.       – Что дальше? – спросил Тео, наблюдая, как я очищаю лезвия своих кинжалов от крови.       – На последнем ярусе находится огромная пещера с кучей примыкающих к ней комнат, – ответила я, не поднимая головы. – Если в резерве у венатори осталось хотя бы три мага, нас зажарят еще до того, как мы успеем выбраться из тоннеля.       Ривейнец, прекрасно понимавший, что в узких проходах численный перевес не имеет значения, кивнул. А я продолжила:       – Предлагаю остаться здесь. Если венатори сунутся сюда, преимущество будет уже на нашей стороне. А пока ждем – или врагов, или своих – можем еще немного отдохнуть.       Фейнриэль не замедлил предложить установить в коридоре, ведущем вниз, магические ловушки, предупреждающие о приближении врага.       – Уверен, наши противники уже знают, что мы в храме, и попытаются атаковать, – пояснил полуэльф и, получив «добро» тут же умчался реализовывать свои замыслы.       Особо расслабиться нам не дали. Венатори все-таки сунули свои любопытные носы в зал, где мы расположились. Просочились внутрь небольшой группой, предварительно попытавшись незаметно снять оставленную Фейнриэлем «сигналку». Сразу скажем, что избавиться от чар полуэльфа им удалось, а вот с «незаметно» – вышла промашка. Маг оповестил о том, что в его плетении кто-то упорно ковыряется примерно за четверть часа до того, как этот «кто-то» достиг успеха. Так что мы были готовы к встрече с разведгруппой, которая, как и предыдущая, состояла из одного молодого чародея и двух бойцов. Видимо, у тевинтерцев принято формировать боевые тройки таким образом.       Бой, к несчастью для них, не затянулся…       Тео, Рим и Фергюс перенесли тела убитых к их коллегам, которые уже обрели последнее пристанище на леднике в подполе – там драконоводы, видимо, хранили продукты. Фейнриэль тем временем обновил сигнальное плетение. Завершив свою печальную миссию, Теодоро присел рядом со мной на длинную придвинутую к стене скамью и пробормотал, ни к кому персонально не обращаясь:       – Слишком просто...       – Что именно? – спросила я, постаравшись скрыть нервную дрожь, которая пробежала по моей спине при этих словах ривейнца. То же самое легкомысленно заявила Хоук, когда мы выбирались из Казематов Киркволла. И оказалась в итоге более чем неправа.       – Все, – мой напарник пожал плечами. – С того момента, как мы вошли в храм, все идет как по маслу.       Я с кривой усмешкой заверила:       – Не переживай, дальше будет трудно.       – Ты так думаешь?       – Я знаю.       Тео недоуменно вскинул брови, но сказать ничего не успел – нас отвлекло взволнованное восклицание Фейнриэля.       – Кто-то приближается!       – Один человек или несколько? – уточнил поднимающийся на ноги Фергюс, в руке которого тут же сверкнул меч.       Маг замер, прислушиваясь к ощущениям, потом уверенно сообщил:       – Несколько. Две дюжины... Может, больше!       – Многовато, – я и Кусланд встревоженно посмотрели друг на друга.       – Подождите! – Фейнриэль затряс головой, сжав кулаки и зажмурившись так крепко, что его брови уголком сошлись на переносице. – Они идут не снизу, а сверху! Из того тоннеля, где мы недавно шли.       – Нас обошли с тыла! – яростно сверкнул глазами Тео. – Mierda!**       – Мы предупреждены, значит – вооружены, – напомнила я напарнику, по примеру Кусланда обнажая оружие. – Фейнриэль, ставь щиты! Рим, приготовься использовать свои навыки. Только не торопитесь – дайте нашим гостям подойти поближе!       – Я их так приложу, что забудут имя родной матери! – сквозь зубы произнес полуэльф, выглядевший непривычно мрачным и суровым.       Мы были готовы ко многому, но только не к тому, что боец приближающегося отряда применит... навыки рыцарей Храма. Фейнриэля благодаря амулету Рима зацепило лишь слегка, и именно он успел сообразить, что это значит.       – Стойте, это наши! – завопил полуэльф истошным голосом, торопливо погасив пылающий над ладонью файербол, который едва не отправил в узкий коридор, и выставляя щит между нами и ворвавшимися в подземелье воинами.       Я в последний момент успела удержать уже рвущийся из пальцев метательный нож. Иначе бойцу первой линии – рослому мужчине в кольчуге – было бы несдобровать.       – За Инквизицию! – не растерявшись, выкрикнул Тео, и этот вопль заставил воинов притормозить.       – Свои! – тут же отозвался звонкий женский голос из полумрака тоннеля. – Капитан, это мы!       – Леира! – с радостью и облегчением отозвалась я.       Девушка протиснулась между воинами, которые взирали на нас с явным смущением. Как же – не признали союзников! Я же, заметив, что на поверхности их доспехов мерцают легкие синеватые блики магической защиты, поняла, что зря беспокоилась: мой метательный нож, скорее всего, не причинил бы бойцу вреда.       – Вы живы! – с этим восклицанием и без малейших колебаний чародейка кинулась ко мне на шею. Я, изумленная этим неожиданным проявлением радости, неловко усмехнулась и потрепала Леиру по плечу.       – Конечно, живы! – заверил магессу Тео, высвобождая меня из ее объятий.       Напарник прекрасно знал, что я с людьми (да и с представителями прочих рас) схожусь трудно, и подобные жесты меня скорее смущают, чем радуют. Леира тут же принялась обнимать Теодоро, который не имел ничего против, а потом, к общему веселью, – Рима. Причем невозмутимый храмовник вдруг вспыхнул ярче цвета дикой розы.       К авангарду тем временем присоединился лейтенант Ангус, поспешивший приветствовать своего командира и меня на более привычный воинский лад. Фергюс тут же уточнил:       – Как вы добрались?       – Без потерь, Ваше высочество, – заверил ферелденец. – Рад видеть вас всех в добром здравии и жду дальнейших указаний.       – Этой операцией командует капитан Табрис, – спокойно пояснил тейрн. – И приказы – от имени Инквизиции – также отдает она.       – Теперь у нас достаточно сил, чтобы зачистить нижние ярусы, – вслух подумала я, а Фергюс согласно кивнул.       – Значит, мы продолжаем движение? – лейтенант взглянул на меня вопросительно.       – Полагаю, нет смысла ждать. Мы успели отдохнуть, а вы, насколько я понимаю, в бой не вступали, – я окинула ферелденских воинов внимательным взглядом.       – Нет, все потенциальные противники попадались нам уже в… хм-м... мертвом виде, – признался Ангус.       – Лейтенант, удовлетворите мое любопытство... Почему вы прошли этим путем? – спросила я, искренне недоумевая.       Молодой человек с готовностью пояснил:       – Я заметил оставленный вами знак и решил, что должен отправиться следом, чтобы обеспечить необходимую поддержку.       – Будем надеяться, Шартер не последует примеру лейтенанта, – шепнул Тео мне на ухо, и я с трудом сдержала улыбку.       – Я что-то сделал не так? – во взгляде Ангуса зажглось удивление.       Решив пощадить гордость благородного ферелденца, я горячо заверила:       – Нет, лейтенант, вы как нельзя кстати! И очень хорошо, что ваши бойцы полны сил. Нам предстоит выполнить непростую задачу.       Задача на самом деле не отличалась простотой. У врагов хватило ума уйти в глухую оборону, обосновавшись на нижнем ярусе, под защитой магических плетений и хитроумных ловушек. Но среди нас были знатоки и того, и другого. Фейнриэль с помощью Леиры обезвредил с десяток волшебных мин, а Тео и Рим проверили каждую пядь длинных тоннелей на наличие немагических «сюрпризов», прежде чем позволить бойцам пройти по ним. Мы двигались медленно, но верно, и наконец остановились перед высокими воротами, запечатанными ледяной магией. За ними – я помнила это – находилась огромная пещера, которую отделял от Убежища лишь подвал местной церкви.       – Полагаю, число наших противников уменьшилось, – вслух подумал Кусланд, слегка хмурясь, – но биться они будут отчаянно, поскольку защищают свою жизнь.       – No tengas miedo del gurguto en el prado, pero ten miedo de la rata acorralada, – проворчал Тео и пояснил, встретив недоумевающий взгляд Элланы: – Не бойся гургута на воле, бойся загнанной в угол крысы. Поговорка такая.       – Тебе страшно? – я удивилась серьезности «пирата», обычно зубоскалящего по поводу и без.       Ривейнец пожал плечами, проверяя пальцем остроту своего клинка.       – Нет, – ответил он после небольшого раздумья. – А тебе?       – Нет, – к собственному изумлению я поняла, что говорю правду. – За этой дверью прячутся люди, а не загнанные крысы. Просто люди. Что бы они сами там о себе ни думали… Фейнриэль, убирай к демонам эту ледяную хрень!       – Как скажете, капитан! – радостно откликнулся полуэльф и тут же приступил к выполнению приказа.       Мы вошли в огромный подземный зал осторожно, крадучись, едва дыша. Самым сложным было открыть створки огромной двери так, чтобы они не заскрипели или не издали иного громкого звука – но и это удалось, пусть даже и ценой серьезных усилий. Первая линия нашего отряда состояла из ферелденских мечников, которых возглавил Его высочество тейрн Кусланд. Две группы легковооруженных воинов под моим и Тео руководством расположились с флангов. В арьергарде находились лучники и маги – и тех, и других у нас оказалось лишь по двое, зато, как выразился Фергюс, отменного качества.       Тишина в подземелье была настолько густой, что от полного отсутствия звуков сдавливало виски и к горлу подкатывали спазмы тошноты. Когда в отдалении о камень удалилась сорвавшаяся с каменного свода капля воды, нарушив это пронзительное безмолвие, я невольно вздохнула с облегчением.       – Где же эти bastardos***? – еле слышным шепотом произнес Тео.       – Прячутся, – ответила я, прислушиваясь к звону падающих капель. А когда мой чуткий слух уловил прерывистый взволнованный вздох, уверенно сообщила: – Они близко.       Что-то добавить к сказанному я не успела. Огненные струи хлынули из-под ног впереди идущих, ударили в потолок, разбивая каменную резьбу поддерживающих колонн в мелкое крошево. Кто-то из воинов вскрикнул, когда раскаленные брызги обрушились на них сверху – но возглас вырвался от неожиданности, а не от боли, поскольку профессионально сплетенные Фейнриэлем и Леирой магические щиты выдержали атаку.       «Стена огня» – заклинание стихийной школы, не магии крови, к счастью. Иначе нашему авангарду пришлось бы несладко.       – Вижу цель! – выкрикнула Леира, обозначая направление потоком магических вспышек.       На сигнал магессы сразу же отреагировал Рим, находящийся на правом фланге вместе с Теодоро. Храмовник, молниеносно прижав к губам склянку с лириумным зельем, опустошил ее одним глотком. В следующую секунду я не увидела, но ощутила волну энергии, исходящей от храмовника и призванной подавить способности прячущихся в подземелье магов. Тео, обогнав Рима, бросился куда-то в сторону – наверное, заметил «автора» огненной стены и теперь торопился вырубить венатори, пока тот не применил другое заклинание, помощнее. За ривейнцем тут же устремились несколько воинов Фергюса.       Я в компании с товарищем Рима продолжила обходить пещеру слева. Пристально всматривалась в полумрак, царящий в отдаленных уголках подземелья, за рядами массивных каменных колонн, в трещинах, которые успели прорезать стены за минувшие столетия… Я чувствовала, что враг рядом, но ничего не видела. Перестала улавливать и легкие шорохи из-за звона клинков, доносившихся с той стороны, где бойцы Фергюса сцепились с воинами, прикрывающими обнаружившего себя мага. Поскольку на слух я уже не могла уверенно полагаться, пришлось сосредоточиться на зрении, буквально сканировать каждую песчинку на полу подземелья, каждую пылинку, плавающую в лучах тусклого света. И именно эта сосредоточенность помогла заметить еле уловимый отблеск магической ауры.       – Стой! – воскликнула я, одним прыжком догнав идущего впереди воина и схватив его за плечо.       Парень замер на месте – с поднятой ногой, едва не коснувшейся рисунка руны паралича. Линии были такими тонкими, а лиловое свечение – таким слабым, что обычному человеку не удалось бы заметить ловушку. К счастью, я была эльфом.       – Шаг назад! – тихо скомандовала я, окинула взглядом покрытый пылью пол. – Идите за мной след в след… Фейнриэль, здесь ловушка!       – Вас понял, капитан! – отозвался полуэльф.       Я двинулась дальше, оставив мага разбираться с обнаруженной руной. В этот момент очередная группа бойцов, притаившихся в укрытии поодаль, бросилась на нас. По еле уловимому сиянию доспехов было ясно, что их защищает магическое плетение. Ферелденские мечники не замедлили вступить с ними в бой, прикрыв меня и храмовника, и на них тут же посыпались огненные искры, рассылаемые невидимым магом.       – Капитан Табрис, я могу использовать «Подавление», – быстро проговорил разведчик ордена Храма. – Это поможет частично сдержать магическую атаку.       – Действуй, – я посторонилась, пропуская парня вперед.       Анти-магическую волну я не смогла бы почувствовать, поэтому храмовник кивком дал понять, что завершил свое дело, и решительно шагнул в сторону груды камней, сваленных у стены. Как для него, так и для меня, стало полной неожиданностью появление на этой куче изящной фигурки в темной мантии. Женщина, чье лицо было скрыто остроугольным капюшоном, сделала резкое движение рукой, и парня, который шел впереди, снесло мощнейшим «Каменным кулаком».       Мне удалось увернуться от атаки и одним прыжком вскочить на каменную груду, чтобы с разбега двинуть венатори локтем в живот. Из-за магической защиты девицы толчок отозвался в моем теле ощутимыми уколами, похожими на электрические разряды, даже рука онемела на пару секунд. Но моя противница, нелепо взмахнув руками, все же покачнулась, не удержалась на ногах и рухнула с этой горушки вниз. Я спрыгнула следом, чтобы прикончить служанку Корифея, и остановилась, увидев, как магесса, с которой при падении слетел капюшон, сжалась в комочек на полу, обхватив себя руками. На вид ей было не больше шестнадцати. Выроненный посох валялся в паре шагов от девушки, и она ни за что не успела бы дотянуться до своего оружия до того, как я перерезала бы ей горло. Но удара не последовало – я замерла на месте, глядя в нежное лицо с мягкими чертами, в золотисто-карие глаза, опушенные длинными ресницами.       «Лет через десять Рейвен станет такой… красивой девушкой и сильным магом», – эта внезапная мысль пронзила мой мозг и остановила готовую опуститься руку с кинжалом.       На лице венатори выражение беспомощности вдруг сменилось злобным торжеством, жуткой гримасой, которая так странно выглядела на юном красивом личике. Сил завершить атаку у меня не было. Я молча стояла и смотрела на приспешницу Корифея, как загипнотизированная. В руке девчонки сверкнул небольшой стилет, который она прятала от меня в складках мантии, лезвие скользнуло по ладошке, и облако крохотных капелек крови взмыло в воздух, окутывая фигурку магессы. Только в этот момент я заметила на груди венатори амулет – почти такой же, как тот, что Рим отдал Фейнриэлю, а его товарищ – Леире.       «Вот почему ее не вырубило…»       Пожалуй, никогда ранее я не испытывала столько противоречивых чувств одновременно. Прозрение. Запоздалое сожаление. Злость на себя саму. Странное спокойствие вместе с пониманием того, что ничего уже не успею сделать, не смогу защититься… Звуки доносились до меня искаженными, будто сквозь ватное одеяло. Был слышен только шепот, слетающий с губ магессы. И отдаленный отчаянный крик: «Ринна!!!»       Сильнейший удар сбил меня с ног, отшвырнув к ближайшей каменной колонне. Каким-то чудом удалось сгруппироваться, поэтому я не сильно ушиблась при падении и сразу же вскочила, едва закончила кувыркаться по полу. Рывком повернулась к магессе – и снова на долю секунды застыла в ужасе. Та по-прежнему сидела, привалившись спиной к стене и выставив перед собой ладонь, перепачканную кровью. А прямо перед ней на полу корчился Тео, вздрагивая всем телом под ударами «Дробящей темницы».       Тут я сама завопила так, что умудрилась переорать грохот боя, и бросилась вперед. На мне все еще мерцали щиты – к счастью, поскольку, когда венатори заметила, что я рванула к ней, она тут же переориентировала магию на меня. С ладони магессы сорвался сиреневый клубок, ударился мне в грудь, но защиту Фейнриэля так и не пробил. Я ощутила толчок, будто кулаком ткнули в солнечное сплетение, что, конечно, не могло меня остановить. До девушки я добралась в два прыжка и на сей раз пустила в ход кинжал, вонзив клинок в сердце магессы. Вспышка недоумения в светло-карих очах («Господи, и как я могла подумать, что они похожи на глаза моей дочери?!») – и тут же их взгляд остекленел, а девица с тихим всхлипом повалилась на каменные плиты. Атакующее заклинание развеялось, едва перестало биться сердце его создательницы.       Я ринулась к Тео. Вокруг творилось что-то невообразимое: по воздуху летали файерболы и магические искры, рикошетили стрелы, звенела сталь, ударяясь о сталь. Ватное одеяло сползло с моей головы, так что я слышала все. Но в этой мясорубке могла думать лишь о своем напарнике. О человеке, который не единожды спасал мою жизнь.       Я опустилась на пол, подтащила Тео ближе – так, чтобы устроить его голову у себя на коленях. Он даже не попытался открыть глаза. Голова моего «пирата» безвольно откинулась в сторону, с приоткрытых губ стекала струйка крови. Одна рука была вывернута под неестественным углом.       – Я же сказала тебе, что больше не желаю хоронить друзей! – прошипела я в самое ухо напарника. – Приходи в себя, ты… ты…       Придумать подходящий эпитет я не смогла. Горло сжалось, в глазах резануло. Борясь с желанием завыть от ужаса и отчаяния, я наклонилась над Тео, закрыв его своим телом от шальных магических вспышек и шепча почти беззвучно: «Только живи!» Ривейнец остался безучастен к моим словам, словно он и впрямь покинул грешную землю. Но кровь продолжала течь из его рта, руки оставались теплыми, а на шее под моей ладонью слабо пульсировала жилка.       – Ты никого не будешь хоронить! – произнес откуда-то сверху голос Фейнриэля, серьезный и спокойный. В тот же миг ладони полуэльфа коснулись моих плеч. – Не волнуйся, я знаю, что нужно делать, Ринна. Пропусти меня, пожалуйста.       Я машинально убрала руки от Тео и отодвинулась, чтобы дать магу возможность помочь моему другу.       – Не уходи, – остановил меня Фейнриэль. – Держи его голову в этом же положении. Заклинание может вызвать рвотный рефлекс.       Я так же молча повиновалась, отстраненно отметив про себя, что бой продолжается. Наш отряд имел преимущество в численности, вражеский – в магии. Поскольку Фейнриэль отвлекся, Леира уже не тратила время на атаки и целительство, лишь обновляла щиты. К счастью, убитых среди нас не было, лишь раненые, да и те – легко.       Прошло несколько минут, – наверняка это были секунды, просто они тянулись для меня слишком долго из-за беспокойства и страха, – прежде чем Фейнриэль вздохнул облегченно и сообщил:       – Я стабилизировал Тео. Он не умрет, – пристально взглянув мне в лицо, полуэльф повторил: – Он не умрет, поверь. А теперь я должен помочь другим.       Я кивнула. Затем, убедившись, что маг говорит правду, окинула взглядом поле боя, чтобы определить, где больше всего нужны мои навыки. На правом фланге лейтенант Ангус и его подчиненные теснили бойцов противника, неподалеку от меня Фергюс успешно отражал атаки высоченного парня, вооруженного двуручником. Еще одна группа бойцов выманила из укрытия несколько воинов венатори и окружила их. В голосах сражающихся звучали боль, торжество, отчаяние, азарт схватки и призыв к атаке. Как и предсказывал Кусланд, сторонники Корифея бились яростно, ибо понимали, что проигрыш для них равнозначен смерти. Но когда Фейнриэль вернулся в строй, чаша весов неспешно, но уверенно качнулась в нашу сторону.       – Мне нужно к остальным, – шепнула я, проведя ладонью по щеке Тео. – Извини…       С максимальной осторожностью уложив напарника у стены, я поднялась и повернулась, чтобы отойти, но именно этот момент выбрал еще один тевинтерский маг, чтобы напасть на меня и моего бесчувственного напарника. Поток шаровых молний, переливаясь лиловыми сполохами, устремился к нам. Хватило доли секунды, чтобы вспомнить о том, что моя магическая защита худо-бедно, но все еще действует, тогда как Тео… Не дав себе времени на размышления, я отскочила назад и закрыла собой напарника. В тот же миг молнии достигли цели.       Было такое ощущение, будто в меня вонзились разом сотни иголок. Щиты слегка смягчили боль, но не сняли ее совсем. А затем они погасли, исчерпав свой энергетический запас.       «Дело швах», – я приготовилась отражать новую атаку, хотя и не представляла, как именно собираюсь защищаться от мага.       Венатори – смуглый мужчина с аккуратной смоляной бородкой – прекрасно понимал, что наши шансы выстоять невелики. Он ухмыльнулся, показав белоснежные зубы, поднял руки. На кончиках его пальцев заплясали сиреневые огни. Я стиснула рукоять кинжала, готовясь метнуть его прямо в эту самодовольную физиономию – и неважно достигнет ли бросок цели!       Маг почему-то не спешил атаковать. Сперва искры молний погасли на его руках. Затем побагровело лицо, щеки надулись, а тело задрожало, как в припадке. Я не стала ждать продолжения и на всякий случай швырнула кинжал в венатори. Клинок едва коснулся шеи мужчины, скользнул в сторону и упал на камни, слабо звякнув, но маг, которому оружие совершенно не навредило, затрясся еще сильнее и… взорвался с оглушительным хлопком. Куски плоти и ткани («Наверняка дорогая!» – мелькнула в голове идиотская мысль) разлетелись в разные стороны. А я с облегчением рассмеялась, понимая, что это значит.       «Ходячая бомба». Самое впечатляющее заклинание из арсенала Дориана.       Из темноты бокового коридора уже выбегали мечники в темных туниках с золотым гербом Инквизиции. Вместе с бойцами сержанта Сидмона и группой Хардинг в подземелье появились Шартер, Марий, Тесса, третий храмовник и, конечно, наш тевинтерский друг.       Дориан приближался, ускоряя шаг и с тревогой глядя на меня. Складки золотистой мантии альтуса лежали так изысканно, будто не он отмерял шагами лигу за лигой по горам, а потом пробирался по мрачным пыльным подземельям (я невольно позавидовала способности мага даже из клоаки вылезать с видом благоухающей розы). Его будто не волновало ничего из того, что происходило вокруг – ни лязг оружия и гром магических взрывов, ни трупы противников, ни заливающая камни кровь. Приблизившись, он сжал мое плечо свободной рукой, быстро произнес:       – Ты в порядке?       Я молча кивнула и указала себе за спину. Альтус опустил взгляд, вздрогнул, чем напомнил мне Тео несколькими минутами раньше, и побледнел, как смертельно раненый.       – Он жив! – поторопилась пояснить я. – Просто без сознания. Фейнриэль погрузил его в стазис.       Дориан на миг плотно сжал губы, затем резко повернулся, словно потерял интерес к нашим персонам, обратившись лицом туда, где кипел бой. Руки альтуса плавным, но быстрым движением вскинули посох над его головой, кристалл в навершии вспыхнул, и адская бездна разверзлась там, где все еще держали оборону тевинтерские маги. Бойцов Дориан не стал атаковать, поскольку они довольно густо перемешались с нашими воинами, но и без того сделанное им окончательно уничтожило боевой дух противника. Поняв, что чародеи больше не в состоянии оказывать им поддержку, воины один за другим начали отступать назад, бросать оружие и поднимать руки вверх в знак того, что сдаются на милость победителей. А Дориан, сунув мне в руку свой посох, опустился на колени рядом с Тео.       Смуглая кисть с длинными пальцами – чистая, с аккуратными ногтями, без следов оружейного масла, в отличие от моей или Тео – легко коснулась лба ривейнца. Губы альтуса шевелились, шепотом произнося слова заклятья, и вскоре руки мага принялись едва заметно мерцать. Серебристое сияние пульсировало, словно отбивало ритм биения сердца, с каждой секундой становясь все ярче.       Дориан не был целителем – скорее наоборот. Но в этот момент я видела по выражению его лица, что в магию излечения он вложил всего себя, все свои силы. Черты альтуса исказились, будто он испытывал неимоверную боль, брови страдальчески сомкнулись над зажмуренными глазами, но голос звучал по-прежнему ровно и монотонно. А потом волшебный свет вспыхнул – ослепительно, мощно и коротко. Тевинтерца буквально отшвырнуло от Тео, но я, все это время с тревогой наблюдающая за действиями мага, успела схватить его за плечи и не дать упасть..       – Дориан, как ты? – осторожно спросила я.       Он лишь небрежно взмахнул рукой, давая понять, что его состояние не вызывает опасений. В этот момент мы услышали тихий стон, а, посмотрев на Теодоро, убедились, что неподвижные черты моего напарника смягчились, губы разомкнулись, а грудная клетка поднялась с глубоким облегченным вдохом.       – Тео, ты меня слышишь? – пролепетала я. Сразу стало не по себе от жалобных ноток, звучавших в голосе.       Он слегка кивнул, не открывая глаз.       – У вас с Ринналой потрясающая способность влипать в истории, – язвительно произнес Дориан. – Оставишь вас на минутку – и тут же приходится спасать!       Я удивленно взглянула на мага и изумилась еще больше, поскольку едкая интонация совершенно не вязалась с выражением его лица. Дориан смотрел на Тео как на самое прекрасное, но недосягаемое сокровище – с жадной болью и отчаянием, а в глубине его чуть сощуренных темных глаз пылал огонь.       Перехватив мой взор, альтус тут же принял холодный надменный вид и сообщил, хмуря брови:       – Ты знаешь, что у него были переломаны практически все кости? «Дробящая темница» – это тебе не мухобойка…       – Мухи бы… с тобой… не согласились, – вдруг проговорил Тео тихо, но отчетливо.       – О чем я и говорю! – Дориан повернулся ко мне, всем видом изображая праведный гнев, будто это я была виновата в беспечности моего напарника. – Едва избежал прогулки по Тени, но – посмотрите на него – зубоскалит, как ни в чем ни бывало!       – Заткнись, – прошептал контрабандист, обессиленно отворачиваясь.       – Демоны Гнева! – альтус, мигом забыв о нравоучениях, снова встал на колени и положил ладонь на голову Тео. – Ты все еще слишком слаб…       Теодоро вдруг открыл глаза и ухмыльнулся так озорно, что у меня отлегло от сердца. А потом мой напарник решительным жестом сгреб Дориана за ворот его идеальной мантии, притянул к себе и прижался губами к губам альтуса, заглушив его невольный удивленный возглас.       – Упс! – вырвалось у меня.       Я сразу же поспешила отвернуться, прижимая к груди посох Дориана, а потом отойти на несколько шагов и остановить уже спешащих к нам Фейнриэля, Эллану и Шартер.       – Давайте не будем их тревожить, – попросила я, улыбаясь от уха до уха. – Хотя бы пару минут.       В этот момент Тео за моей спиной произнес строго и безапелляционно:       – Я же сказал тебе: «Заткнись!» __________________________ Примечания: * Mi bella – Красавица моя (антив.) ** Mierda! – Дерьмо! (антив.) *** Bastardos – Ублюдки (антив.)