Шутка удалась

Утром, Бакуго как обычно проснулся в объятиях Тодороки. Снова этот урод ночью кончил прямо в него, бесит. Вот же урод. Хотя, сегодня 20 апреля, день рождения блондина. Встав он оделся и кинул одежду Шото, прямо в его сонное лицо. Тут же голова его парня поднялась и вышло мычание.  — Бакуго? — устало произнёс тот и сняв с головы одежду, осмотрел её. — Что за?  — Просыпайся, — парень всунул руки в блузку, с коротким рукавом и быстро её застегнул. — пора в академию. Блондин повернулся и продолжил одеваться: натянул тёмно-зелёные штаны, и застегнул на нём красный пояс с золотой застёжкой. Надев чёрные носки, красноглазый навязал на запястье ещё и часы, которые всучила ему мать вчера днём, со словами:  — С днём рождения, маленький бездарь. — на лице женщины была яркая улыбка и протянув часы она быстро развернулась, направившись к мужу.  — Спасибо, Старуха. — тихо прорычал Кацуки. Часы были небольшими, главное — мужские, не какие-то там девчачьи, специальные маленькие проёмы для числа дня, а так же часовая, минутная и секундная стрелки, которые медленно шли, только секундная была быстрой, словно бежала куда-то, будто опаздывала на важную встречу. Обернувшись, блондин получил знатную порцию ахеризма. Перед ним стоял, гордо подняв подбородок, Тодороки. Опрятный и аккуратный, как будто он пару часов приводил себя в порядок, хотя он примерно пять минут назад лежал как идиот после насыщенного секса. Прекрасно переливались его разноцветные волосы, разные глаза ученика смотрели на него, а тот быстро взял красную ленту и начал обвязывать вокруг шеи Кацуки, тот даже не сразу понял что происходит. Но когда осознал, то густо покрылся алым оттенком.  — Двумордый, — с убийственной аурой произнёс парень, смотря на свою вторую половинку. — ты не ахринел ли случаем?  — Шото. — ответил тот и посмотрела в глаза блондина. — Я просил называть меня по имени. «Сука!» — матернулся про себя красноглазый. Он же боялся назвать этого «папиного сыночка» по имени, ведь они же всё-таки скрывали свои отношения. Да и кто стал бы разговаривать с двумя педиками? Хотя, ещё одна парочка была в их классе, но не суть.  — Не буду я называть тебя по имени! — воскликнул тот и тут же почувствовал, что его тянут за галстук, и наклонившись под давлением, почувствовал, как резко и нагло проникает чужой язык в его рот. — Мнгх! Тодороки в последнее время обнаглел. На последней контрольной, которую проводили, весь класс поспорил, что тот кто провалит зачёт, то он должен выполнить желание победителя. Как на зло, тест был на тему, которую Кацуки как ни старался, не мог понять её, ни спрашивая у учителя (через свою огромную гордость), и изучая предмет самостоятельно — все старания коту под хвост. А вот дальше всё пошло хуже не куда — Шото победил, а Бакуго провалил его. Теперь он должен выполнить желание этого двумордого, то есть своего парня. Лучше бы он этого не делал. Самое отвратительное, что мог придумать этот урод — заставить сесть на его колени, причём что Бакуго повернулся к нему лицом и развернув ноги, то есть в той же позе, что они и занимались иногда сексом. Блондину не нравилась это положение, и как только он попытался изменить ракурс, то его остановили сильные руки разноволосого, которого легли прямо на его ягодицы и начали бесстыдно их лапать, водя по ним и сжимая пальцами их до такой силы, что кажется, что появятся синяки, хотя они там уже есть. Снова же от Тодороки, Бакуго постоянно опирается на стенку, а Шото входит резко и без предупреждения, после чего и получает нагоняй от Кацуки. А тот ничего не слушает, да и ещё бьёт его по заднице! Вот уёбок. Всё это продолжалось, а девчонки продолжали на это пялиться и фотографировать на камеру телефона. Красноглазый просто не мог ничего сделать, просто сидел и ждал, когда закончатся его мучения. Хотя немного он всё-таки напортачил с этим, Кач-чан был на столько смущён и возбуждён, что неосознанно стал использовать причуду, а его ладони располагались на плечах парня, там и начал выходить дым, и из-за этого его и отпустили. После этого они пошли к медсестре, которая осмотрела плечи Тодороки и намазала их кремом от ожогов. Бакуго она наругала, и сказала, чтобы тот не использовал причуду на людях, особенно в здании, иначе сработает пожарная сигнализация. После этого оба парня шли на крышу, чтобы там поесть вместе. Блондин как раз приготовил бенто разноволосому, но после такого, думал что не надо было этого делать, но что ещё возможно сделать? Еду-то он уже отдал, а забрать — не очень ему нравилась это затея. Придя на крышу, они сели на лавочку и начали есть. Красноглазый уплетал свой жареный рис за обе щёки, вместе с разделёнными на половинки яйцами кур, на них парень намазал красную икру, чтобы было вкуснее. Суши, в которых лежала рыба и всякое другое, на подобие такого же было и у Тодороки, но в отличии от блондина, он сидел и просто пялился в еду, держа палочки над рисом. Тут он сложил их и положив в коробочку, закрыл бенто и поставив рядом с собой, посмотрел на парня, сидящего рядом.  — Кацуки. — неожиданно произнёс он, а блондин поперхнулся рисом, который только что положил к себе в рот, но ему постучали по спине и он, наконец откашлившись, посмотрел на разноволосого. — Назови меня по имени.  — Я сказал, — раздражённо произнёс тот. — что я не буду называть тебя по имени. Подумай о наших имиджах.  — Тебе какой-то имидж важнее меня? — удар ниже пояса. Бакуго не ожидал такого от этого парня и смотря на него, увидел, что тот встал и пошёл с крыши. — Ну и ладно. — обиженным тоном сказал он в конце. Что это было? Блондин так и не понял, ему в голову пришло только одно — Тодороки обиделся на него из-за какой-то херни! Это выбило Кацуки из колеи, он чувствовал смешанные чувства — гнев, ярость и злость смешались с виной, обидой и беспомощностью. Он никогда такого не чувствовал, даже перед поступлением в ЮЭЙ, когда его схватил водяной злодей. Это был первый раз. Красноглазый был раздавлен и выпустил только грустные эмоции, из его глаз потекли слёзы. Крупные, из-за плача у него скопился ком в горле, и он не мог спокойно дышать. Всхлипы и вздохи были тихими, их поглощали тишина и ветер. Воздушные потоки развивали «иглы» на голове парня, таким образом, пытаясь успокоить безутешного Кацуки. Он крикнул на всю крышу, ему повезло, что все были в кофетерии и никто не мог увидеть или услышать его грусти.

***

Вечер. На улице скопилась тьма, а солнце отступило перед ней, и ушло за горизонт. Но на защиту выступили фонари, которые начали сиять в ту же минуту, как только начала проясняться темнота. В это время, все ученики класса 1-А сидели в гостиной, доделывая или списывая домашнее задание, а некоторые просто сидели и общались. Списывать просил Каминари, а Киришима, как идиот, дал ему это сделать, на что его поблагодарили и подсев, начал писать. Блондина это раздражало, из-за чего он взял газету, которую он любил читать и свернув её в трубочку, ударил парня с молнией на волосах, по голове. Тот просто крикнул «эй!» и взялся за ушибленное место и посмотрел на Бакуго.  — Бро, ты чего? — удивлённо посмотрел на него Эйджиро. В общем — он идиот. Красные волосы поднятые на верх в виде игл, коричневые глаза и острые зубы как у волка. Знакомьтесь Эйджиро Киришима — дерьмоголовый, который ничего не смыслит в математике, а его подтянул по дружбе Кацуки, а похоже зря!  — Ты идиот давать ему списывать у себя?! — заорал на него разозлённый парень. — Я не для того тебя учил этой грёбаной математике, чтобы ты списывать кому-то давал! — начал отчитывать он своего друга, а тот выставил ладони и начал смущённо улыбаться и махать ими в разные стороны. Хотя Бакуго знал, что этот идиот даст кому-нибудь списать — не в его стиле отказывать, он прямо как Деку, только посмелее.  — Но я тут не понял! — показал на материал Денки, посмотрев, Бакуго понял, что этот тот самый материал, который он не понял, поэтому просто молча посмотрел на задание, он просто запоминал действия, которые говорили к разным задачам на уроке и применял их, вот сейчас такой случай и он прекрасно знает, как это написать.  — Сложи это, и потом раздели на это и умножь на то. — быстро сказал тот и сел на место. Каминари посмотрел на задачу и тут же засиял от счастья.  — Точно! Спасибо Бакуго!  — Заткнись! — прикрикнул блондин, а тот начал быстро писать и вот уже любовался своим решением.  — Я думал, что не знаешь материал. — послышался монотомный голос за спиной провалившегося в тесте и он обернулся, хоть и знал, кто там стоит. — Или ты специально поддался? Тодороки, который как бы был с ним в соре.  — Отвали. — быстро пролепетал тот и отвернулся.  — Можно хоть наедине поговорить?  — Ладно, двумордый. — блондин встал со стула и пошёл за разноволосым, который в свою очередь пошёл в лифт. Они зашли в металлическую «коробку» и Тодороки нажал на кнопку пятого этажа. Двери кабины закрыли и последовало не большое гудение и кабинка тронулась. После чего Бакуго посмотрел боковым зрением на своего парня, тот стоял рядом с кнопками и смотрел на двери. Но когда они проехали четвёртый и были между двумя этажами, Шото нажал на кнопку «стоп» и они встали.  — Идиот, ты что делаешь?! — заорал на него блондин и подойдя, к нему обернулся разноглазый, и знаете, он испугался. Голодный, жаждущий чего-то взгляд. Как будто у него чего-то нету, будто искал давно, и вот нашёл. Подойдя к красноглазому, сын Старателя толкнул его и тот прижался к стене, а по бокам его головы упёрлись руки и приблизилось лицо, с ожогом на левом глазу.  — Двумордый? — неуверенно спросил парень. Его притянули за кофту и поцеловали, не давая отстраниться, да и сам Бакуго хотел это сделать, ведь он соскучился по нему. Тодороки продолжал свой поцелуй, нагло проникая языком в рот блондина и рыская там словно охотник в лесу, руки он положил на ягодицы взрывного парня, тот простонал в поцелуй и обвёл руками шею Шото. Вот наконец они отлипли друг от друга и разноволосый быстро снял штаны с блондина и кинул их куда по дальше. Также он сделал и со своими, но при этом снимая одновременно боксёры. Страстные поцелуи продолжались, их было так много, что дыхание прерывалось. Тодороки медленно, начал двигаться по шее оставляя засосы, перейдя к груди, он начал облизывать и ласкать соски, а Бакуго почему-то дрожал.  — Ты чего? — спросил его парень, смотря на лицо красноглазого.  — Твои руки холодные! Ты что их в холодильнике держал?! — обычный злой Кацуки, который постоянно орёт на него, ну теперь всё, Шото решил — наказание будет суровым. Продолжая облизывать соски, руками Тодороки полез под боксёры блондина и стал водить по стволу снизу вверх, стоны так и посыпались от красноглазого, и прогнувшись в спине, обнял за шею разноглазого, тот же в свою очередь, стал невыносимо медленно снимать с него боксёры, из-за чего светлые брови свелись к переносице. И тогда стало ещё хуже. Резко сняв трусы с Кацуки, Тодороки резко вошёл, блондин, чтобы не закричать, укусил своё запястье. Продолжая вбиваться в блондина, сын Старателя и не заметил, как его парень кончил, и он за ним. После этого оба сидели в кабине, голова Кацуки лежала на груди Шото, а руки того обвели талию молодого героя.  — Я прощён? — спросил разноволосый и поцеловал того в лоб.  — Да. — с улыбкой ответил красноглазый и чмокнул своего парня в губы. — Но нам пора. — сказал тот и встав начал одеваться, тоже самое и сделал сын Старателя. — И кстати, — соблазняющим голосом сказал Бакуго, и Тодороки обернулся, он нажал кнопку первого этажа. — приходи сегодня. — сказал тот и вышел из кабины, а за ним поплёлся и его парень. В гостиной происходила какая-то неразбериха. Все о чём-то спорили, и Минеда выкрикнул:  — Давайте просто сыграем! Все с трудом согласились. И шароволосый начал, быстро показав на разноволосого он сказал:  — Скажи кому-нибудь, что-нибудь пошлое!  — Тодороки-кун не такой. — сказала Момо. Тогда сын Старателя подошёл к блондину и сказал:  — Я тебя выебу. — весь класс застыл. Неужели такой прилежный ученик может такое сказать, даже не шелохнувшись?!  — Сначала возьми, а потом еби. — ответил парень и показал средний палец тому.

***

Ночь. Снова Тодороки и Бакуго занимаются душераздирающим сексом. — Опять внутрь, Двумордый. — раздражённо сказал блондин падая головой на подушку.  — Я же говорил, эта шутка была сказана всерьёз.  — Типо «шутка удалась». — поставив кавычки пальцами, блондин приподнялся и поцеловал разноволосого. Когда они отстранились друг от друга, то Тодороки начал что-то искать в своей сумке, и достал от туда небольшую коробочку, в которой что-то шевелилось.  — Я чуть не забыл. — с мягкой улыбкой произнёс Шото и протянул подарок своему партнёру. — С днём рождения тебя, Кацуки! Блондин с огромным любопытством принял подарок и открыв его, увидел белого котёнка с красным пятном на глазу, он мирно посапывал во время сна, а как только его достали из коробки, то замурчал и немного освоившись в кровати (пара секунд), подошёл к заднице Бакуго и свернувшись колачиком, благополучно уснул.  — На тебя похож. — сравнил блондин того с разноволосым. — Спасибо.