YoonkookWeek

Чонгук одиночка. Ему никто не нужен, он не нужен никому. Под покровом ночи Чон выбирается из своего дома и бежит в лес. Там он может дышать свободно, полной грудью. Там все пропитано жизнью. Там нет человеческих проблем, лишь желание жить. Чонгук бредет по тропинке, напевая под нос песню, что играет у него в наушниках. Луна освещает путь, как ангел-хранитель за спиной охраняет. Прохладный свежий ночной воздух прочищает голову, приводит в чувство. Чонгук бредет до самого конца тропинки, где в лесной глуши спрятан пруд, в котором красиво отражается небо. Парень садится на мокрую от росы траву и смотрит в воду. Внутри от музыки сердце трепещет, глаза красота природы радует, и больше ничего не надо. Но вдруг к пруду выбегает красивая лань. Ее белая шкурка благородно блестит при свете Луны. Она медленно подходит к пруду, и нагнувшись, пьет. Чонгук сидит и не дышит. Лань так близко подошла, что Чон боится даже глаза в сторону отвести, спугнуть. Есть в этом животном что-то мистическое, что пугает и привлекает одновременно. Лань, напившись, оглядывается и все-таки замечает Чонгука, срывается с места и бежит в лес. А Чон, будто под гипнозом, несется за ней. Бежит долго, спотыкается на неровной земле, цепляется за корни и ветки, но продолжает бежать в неизвестном направлении. Когда лань совсем пропадает из виду, Гук все-таки останавливается. - Где я, — спрашивает он у себя же, оглядываясь. Чонгук никогда не сходил с тропинки, боясь заблудиться, а сейчас так наивно поддался порыву. Что делать? Куда идти? Он не знает. Вцепившись пальцами в волосы, еще раз оборачивается по кругу и понимает, что уже не знает, откуда пришел. Отчаяние бьет по вискам, зарождая внутри панику. "Надо что-то срочно делать?" - Ты заблудился? — вдруг из неоткуда появляется невысокий парень с бледной кожей, глазами цвета ночи и белыми, как снег, волосами. - Да, — на выдохе отвечает Чонгук, опускаясь на корточки. Он напуган и вымотан. - Пойдем, я помогу тебе, — парень берет Чонгука за руку и ведет в неизвестном направлении. Чон послушно поднимается на ноги и бредет следом, доверившись незнакомцу. - Ты правда знаешь лес? И кто ты такой? — спустя пару минут все-таки спрашивает Гук. - Я очень хорошо знаю лес. И меня зовут Юнги. - А меня Чонгук. Ты не из нашего городка, я бы тебя знал. Но твое имя кажется знакомым. - Хм, не думаю. Я не местный, — отвечает Юнги, а Чонгук не знает, что еще спросить, ведь парень не особо разговорчив. - Если ты знаешь лес, наверное, видел здесь белую лань? - Нет, их не может быть здесь! Это очень редкие животные, поэтому, если ты сейчас скажешь, что видел, я тебе не поверю. Может, показалось? - Но. Я ведь ничего не говорил. Хотя, ты прав, я правда видел белую лань около пруда. И мне не показалось. - Тц, ну, думай, что хочешь, я тебе свое мнение сказал, — пробравшись через заросли кустарников, выводит Чонгука парень. — Вот и все. Не благодари, — Юнги уже собирается уходить, когда Чон хватает его за плечо. - Постой. У тебя интересная сережка. Такую же я видел в ухе у лани, — шепчет, будто боится, что кто-то услышит, ухмыляется. — И эта черная полоска на руке. Такая же была у той лани, — отходит на шаг и смотрит на парня, который в смятении, не знает, что делать. - Тебе надо лечиться, парень, — лишь бросает и уже делает пару шагов, когда слышит от Чона лишь одно слово. - Шуга! Шуга — мистическое существо в образе лани, которое может принимать облик человека. Оно обладает магическими способностями и является хранителем леса. Шуги - одиночки, но редко встречаются истинные пары. Именно так написано в книге легенд Великого леса(местность, где живет Чон), которую написали предки Чонгука, и которую тот знает наизусть. - Ты? Ты знаешь, кто я? - Как видишь, — разведя руки в стороны, заявляет Гук. Юнги с невероятной скоростью подлетает к Чону, валит того на землю и шепчет на ухо, зло улыбаясь. - Тогда ты должен знать, что я с тобой сделаю, — смотрит в глаза напротив, читает недоумение. - Двадцать лет назад я встретил Шугу в лесу и до сих пор не вернулся домой. Ты тоже не вернешься, — шипит Юнги и кусает Чонгука за запястье, а потом за шею. Кровь льется рекой, образуя под Чоном липкую лужу. Тело на земле бледнеет, не двигается, на руке черная полоса проявляется. Превращение проходит болезненно, но у Гука выбора нет, уже. - Добро пожаловать в нашу скромную обитель, Чонгук. Точнее, Шуга, — спустя пару минут помогает встать новорожденному Юнги и скалится. — Теперь у тебя нет никого, только я. - Теперь у меня есть хоть кто-то, — исправляет его Чонгук и идет вперед, оставляя Юнги позади. Он не сказал Чону об их истинности, ведь одинаковые полосы на запястьях появляются только у пары, промолчал. А Чонгуку и говорить не надо, он и сам это знает.