Грани

      Этот уикенд ждали все. С замиранием сердца или щенячьим восторгом, каждый из приглашенных хотел скорее окунуться в атмосферу полной всепоглощающей эйфории. Только вот способы достижения этого были у всех разные.        Погода словно благоволила молодым людям. Последние лучи осеннего солнца согревали землю, череда дождей успокоилась, и все предвещало отличные выходные за городом, раскрывая больше возможностей для развлечения.       Большая машина припарковалась у дома Ульяны в то время, когда она уже раза три перепроверила все собранные вещи и ждала у окна. Мобильный зазвонил, и девушка, бросив быстрое «выхожу», ринулась вон из комнаты. - Мамочка, за мной приехали, - девушка уже запрыгнула в свою обувь, когда ее мать появилась в дверном проеме с вопрошающим взглядом. - Я ведь не должна говорить тебе в 16, как стоит себя вести? Я знаю, что там будут парни, алкоголь и вседозволенность, но что бы ты ни позволяла себе, пусть это имеет границы, хорошо? - она протянула дочери шарф, когда та уже собралась выскочить за дверь. - Я тебя поняла, мам. Обещаю, - она наспех обняла маму, - я позвоню, как только будем на месте.       Девушка схватила сумку и выскочила из квартиры, быстро перебирая ногами по лестничной клетке. Она никуда не спешила, но волнение и предвкушение безумной ночи сказывались на состоянии девушки, заставляя нервно имитировать суету. Она впервые отправлялась на вечеринку такого формата, впервые проводила такие длительные выходные в компании сверстников, а потому всю ночь обдумывала, как будет вести себя, из-за чего долго не могла сомкнуть глаз.       Выйдя из подъезда, она сразу увидела Иллариона рядом с внушительных размеров дорогим авто. Обычно таких в этом квартале не замечается. Илларион улыбнулся ей, и кивком головы показал, чтобы та подошла к нему. Он одним прикосновением открыл багажник и забрал вещи девушки, кидая внутрь. - Сейчас познакомлю тебя с папой, - парень усмехнулся. - Что?! – глаза девушки округлились от удивления и недоумения, - это шутка? Меня к такому жизнь не готовила. - Да не переживай, мой батя классный. А учитывая, что с нами едет Глеб, в дороге скучно не будет, - парень засмеялся, увидев слегка напуганный взгляд девушки.        Ее обескураженное и слегка перепуганное выражение лица казалось Иллариону таким милым и забавным, что он невольно ловил себя на мыслях о симпатии к новой подруге. Но этими мыслями парень портить ничего не хотел. Они сели на заднее сиденье, и Ульяна ощутимо занервничала, опустив глаза, что не скрылось от парня. Она была довольно застенчивой, пока они не оставались наедине. - Пап, это Ульяна, про которую я рассказывал утром, - он сжал ее руку, лежащую на сиденье, и посмотрел на девушку, - мой папа – Вадим Валентинович. - С твоей официозностью, скоро будешь вместо меня проводить презентации, сын, - мужчина посмотрел на ребят через зеркало заднего вида, заводя машину, - привет Ульяна, очень рад познакомится. - Здравствуйте, взаимно,- она улыбнулась, хлопая ресницами, ощутив, как напряженная атмосфера сошла на нет.  Девушка повернула голову в сторону на Иллариона, который в своей манере лучезарно улыбался ей. Разговор зашел о школе, и дальнейшая дорога уже была для людей в машине легкой и непринужденной. - Мари, ура-ура-ура! – Саша завизжала, зайдя в балетный класс, и набросилась на подругу с объятиями, - Сегодня будет нереальная ночь. Наконец-то мы дождались этих выходных! - Да! Я скучала по Ларику, не видела его уже две недели, - она мягко улыбнулась девушке, продолжая разминку, - он ведь заедет за нами? - О, нет, он уже уехал, а нас Феликс отвезет, - девушка ответила, только через полминуты поняв всю суть данной ситуации,  улыбка на ее лице моментально стерлась и она поджала губы в привычной манере.        Она посмотрела на Мари, которая до скрипа зубов сжала челюсти и прикрыла глаза. Конечно, она знала, что без него не обойдется, но после случившегося, каждое пересечение с этим человеком приносило ей дичайший дискомфорт, будь то занятия дуэтным или совместная поездка на одном автомобиле. С момента той перепалки, тот самый раз, когда она набросилась на него с обвинениями в некомпетентном выборе пар для дуэтного танца, они перекинулись лишь парой слов, и те только в учебном процессе. - Я планшет взяла. Можем посмотреть фильм в дороге, да малыш? – Мари схватила Сашу за руку, стараясь улыбнуться как можно более правдоподобно. Она совершенно не хотела расстраивать подругу или кого-то еще в такой день.  - Конечно! – рыжеволосая в ответ обняла ее за плечи сзади, прижимая ближе к себе.  - Ага-а, вот они где, - внезапно в поле зрения девушек появился Женя, - готовы ехать? Выдвигаемся сразу после занятия, как я и говорил. - Я готова: вещи взяла, дома маме объявила, что уже не вернусь, - Саша с восторгом в глазах мечтательно посмотрела куда-то в потолок и расплылась в широкой улыбке.       Мари только лишь утвердительно покачала головой и, завидев вошедшего Феликса, прошла в центр зала. Остальные ученики последовал ее примеру. Девушка упорно держала себя в руках. Было все еще непривычно видеть его в роли педагога, ведь через пару часов они уже будут ехать все вместе в машине, обсуждая количество алкоголя, необходимого на выходные и глупые пошлые шутки парней.        Они ехали не меньшим, чем часа полтора. По дороге к ним подсел Глеб, которого всю дорогу было невозможно заткнуть. Он живо что-то рассказывал отцу Иллариона, сидя на переднем, пока остальные были погружены в обдумывание грядущего вечера.        Илларион молчал большую часть пути, пытаясь расслабиться и успокоить оголенные нервы. Парень не принимал ничего уже 2 дня, с тех пор как вернулся отец, однако сейчас его начинало временами потряхивать и до жути хотелось закурить. Лишь изредка он вставлял пару реплик в диалог отца и друга, стараясь не подавать виду, якобы что-то не так.       Ульяна тоже молчала, но в отличии от других, она заметила, что сидящий рядом парень нервничает, быстро перебирая пальцами или стуча по экрану мобильного. Она чуть отвернулась и отправила парню сообщение. 

“От: Ульяна

Ты что-то принимал утром?”

Глянув на экран, Илларион ухмыльнулся и еле заметно отрицательно покачал головой. А девушка снова начала, что-то печатать.

“От: Ульяна

Тогда расслабься. Скоро вечер, думай об этом. “

Парень решил продолжить ее увлекательную игру, что-то быстро набирая на экране.

“От: Илларион

Я уже 2 дня чист. Боялся спалиться перед отцом. Он бы сразу все понял. Не хочу его расстраивать.”

“От: Ульяна

Он что-то знает?”

“От: Илларион

Да, было дело. Расскажу вечером”

      Девушка серьезным взглядом посмотрела на сидящего в нескольких сантиметрах парня, но тот лишь пожал плечами и уже более живо продолжил что-то обсуждать с Глебом. А она снова отвернулась к окну.       Осень была на удивление прекрасной. Пейзажи за окном заставляли наблюдать за их сменой безотрывно. Когда все уже несколько утомились от нетерпения, они остановились у небольшого домика. Двухэтажный коттедж стоял в отдалении от населенного пункта, а в нескольких метрах от территории виднелся берег стремительной реки. Наконец, появилась возможность выйти из машины и размять затекшие в долгой дороге ноги.  - Сын, вам лодку может достать? Прокатишь девчонок завтра утром. Погода отличная, - отец парня стал вытаскивать сумки из машины, - если бы не рейс, я бы с вами остался.  - Вам с нами скучно будет, Вадим Валентинович. У Вас в Испании один день интереснее, чем все наши 11 лет школьной жизни, - Глеб помогал вытаскивать оставшиеся пакеты. - Ульян, хочешь на лодке прокатиться? - Илларион невесомо приобнял девушку сзади, на что она только пожала плечами, словно лишившись дара речи, - завтра, например.  - Я тебе ключи оставлю, Илларион, - отец парня подошел к ним с Ульяной, - захотите – сами выгоните. Ну, все, значит я поехал. У меня ночной рейс, может высплюсь еще.  - Пап, спасибо большое, - Илларион обнял отца, - ребята очень хотели отдохнуть. Мы с ними теперь реже видимся, сам знаешь.  - Все хорошо, только обещай держать себя в руках, - он хлопнул сына по плечу и сел в машину, открывая окно, - ну все, давай! Люблю тебя, сынок. Всем пока.  - И я тебя пап, - парень стоял на своем месте как вкопанный, пока машина удалялась от дома.       Отец Иллариона был одним из самых понимающих и мудрых родителей. Когда у парня случилась передозировка, он отстаивал сына, как мог, следил за каждым движением лечащего врача и отбивался от нападок друзей семьи. Он понимал, как тяжело было мальчику потерять мать в столь раннем возрасте, переживать постоянные разъезды отца, и старался всячески снизить давление на него. Сам парень тоже все понимал, а потому, невзирая даже на свою зависимость, старался быть достойным сыном своего отца, хотя в последнее время складывалось не особо.       Ребята зашли в дом, оставляя в пороге тяжелые сумки. Внутри было невероятно уютно: огромный камин посреди гостиной, мягкий кожаный диван, панорамные окна на кухне, через которые весь первый этаж заливало ярким солнечным светом.  - Я скучал по этому дому, - Илларион оперся спиной о закрывшуюся дверь, - располагайтесь ребят. - Ну, что, Лар? Да будет ночь! – Глеб окликнул друга, проходя в гостиную и успев захватить по дороге бутылку пива – единственный алкоголь, который парни решились купить, поехав за покупками с отцом.       Алкоголь покрепче должен был быть к приезду Феликса, либо еще нескольких общих друзей. И пока, все, что оставалось ребятам это ждать оставшихся гостей. Ульяна проводила время с парнями, выпивая и наблюдая за их игрой в приставку. Она пока не знала, как ей себя вести и что говорить в присутствии друзей Лара, а потому решила освоиться и не проявлять лишний раз инициативу.       Когда все уже порядком расслабились и, казалось, привыкли друг к другу, с улицы послышался звук приближающегося авто. Черный седан припарковался у ворот, и новоприбывшие высыпались из машины. Илларион, который в тот момент был на втором этаже, наспех спустился с лестницы, ощущая слабое головокружение, и поспешил встретить друзей. Вслед за ним вышла Уля, оставляя Глеба одного.        Стоило парню выйти из дома, как Мари и Саша набросились на него по обе стороны, заключая в объятия. Пара недель разлуки показался друзьям чуть ли не годом. Все приветствовали друг друга в приливе всеобщей нежности и делились планами на грядущие два дня. - Малышки, скучал по вам, - Илларион обнял девушек в ответ, на ходу пожимая парням руки, - ребят, знакомьтесь, Ульяна. Глеб в доме, он у нас не самый вежливый так что разрешаю отпинать его, когда зайдем.  - Лар, смена школы тебе не на пользу. Я так соскучилась, - Мари еще раз крепко обняла друга за шею, а потом взяла руками его лицо и посмотрела снизу-вверх, - ты в порядке?  - Все хорошо, Мари. У меня все под контролем, - он чмокнул ее в лоб и пропустил вперед в дом.       Они зашли в дом всей толпой, прихватив с собой еще с десяток звенящих пакетов. Голоса смешались, превращаясь в легкий гул, и дом заметно ожил. Глеб, развалившийся на диване, сорвался с места и поспешил к двери. - Ну вот, ребят, чувствуйте себя как дома, это итак уже считайте наш дом, - Илларион раскинул руками в стороны, торжественно выполняя долг хозяина. - Наконец-то, кого я вижу, - Глеб бросился встречать друзей, увернувшись от пинка со стороны Жени, - это что взрослый алкоголь? Вот это мне уже нравится. - Есть еще кое-что, - Феликс метнул взгляд на друга. - Чур, я сплю в комнате твоего отца! – Женя закинул сумку куда-то в угол, плюхнувшись на огромный диван в центре гостиной.  - Трофимов, ну ты и урод! Надеюсь, ты нажрешься и уснешь прямо здесь на диване, - Феликс запустил в парня подушкой. Илларион уже доставал стаканы, в то время как девочки ринулись разбирать содержимое пакетов, а парни настраивали музыкальную аппаратуру. Вечер явно набирал обороты.  - Как доехали, кстати? Без приключений? – бутылка пива громко зашипела в руках хозяина дома.       Солнце уже исчезало за горизонтом, когда ребята, переодевшись и обустроившись, собрались все вместе в гостиной. Кто-то разгонялся слабым алкоголем, а кто-то выжидал момента для чего-то большего. Феликс, не желая ждать, скручивал блант на кухонном столе, а Женя опустошал очередной стакан виски, о чем-то оживленно беседуя с Ульяной.       Огромный стол в центре гостиной был завален под завязку едой и алкоголем, та же самая картина ожидала в холодильнике. Ребята должны были провести здесь не меньшим, чем двое суток, а потому отец Иллариона основательно позаботился об их питании.        Когда приехали еще несколько друзей и подруг Иллариона, с которыми была и пропавшая Полина, ритм в доме ускорился. Музыка словно сама собой становилась все громче, проникая в каждого присутствующего. Слегка опьяневшие, многие уже танцевали в просторной гостиной, а если быть точным, просто двигались в такт музыке. На кухне, затянутой дымом сигарет и запахом травы, в это время шло живое обсуждение актуальных тем вроде местных тусовок или нового альбома всеми любимого исполнителя.       В ход полноправно пошел крепкий алкоголь. Девушки, пытающиеся впечатлить парней, вливали в себя один за другим шоты. Пили абсолютно все, кроме Иллариона; и, конечно, сей факт не скрылся от глаз его лучшего друга. Когда толпа молодых людей увлеченно что-то обсуждала, перебивая друг друга; хозяин вечера решил отлучиться, лишь едва заметно дернув Глеба за рукав. И этот жест не скрылся от их светловолосого друга.       Дверь была слегка приоткрыта, просторная ванная освещена только одним слабым светильником, а потому различить лицо стоящего в темноте парня было сложно. Но Женя точно знал, кто там был. Он узнал эти слегка дрожащие пальцы и длинную согнутую шею. И он знал, что нужно было вмешаться, или хотя бы попытаться.  - Лар, ты же обещал, что не будешь сегодня принимать, - Женя влетел в ванную комнату. Он хотел было замкнуть дверь, но не сделал этого. - Просто молли, Жень, что ты панику разводишь? Весело будет. Хочешь? – Шульцман с нескрываемой улыбкой протягивает другу пакетик, - и вообще, я не мешаю с алкоголем, я у себя дома, в конце концов. Не за что переживать. - Придурок, какая разница? Думаешь, что все окей? Всего три месяца прошло. Мы говорили об этом утром, какого хрена ты творишь? – уже слегка пьяный Женя подходит к Иллариону в упор и смотрит на того прошибающим взглядом, совершенно несвойственным парню.  - Не начинай, брат, все отлично будет, - он хлопнул друга по плечу, - ты просто уже напился. Не строй из себя папочку. Вошедший в этот момент Глеб застыл в пороге. Парень прищурил глаза, наблюдая за друзьями, вступившими в зрительную перепалку, и расплылся в ухмылке. - Так-так, опять вы вдвоем в интимной обстановке и на короткой дистанции друг к другу. У меня уже закрадываются не те мысли, - он запер дверь. - О, Глеб, ну что, ты в теме? – Илларион перевел на вошедшего взгляд. - Да, сегодня хочу немного больше, - парень смочил лицо ледяной водой, - давай. Парень взял у Иллариона из рук злополучный пакетик, и вытряс содержимое, запивая водой из-под крана. Женя устало опустился на крышку унитаза, прикрыв лицо рукой. - Трофимов, не начинай, - Глеб взлохматил светлые волосы друга, аккуратно лежащие до этого на обе стороны, - сегодня один из лучших вечеров, давайте просто отдыхать и ловить кайф. Без загонов, без поучений. А с понедельника мы беремся за ум. Так ведь, Лар? - Без поучений? Окей, я сейчас иду и напиваюсь в хлам, но если вам станет дермово, то я помочь не смогу, так как буду ловить вертолеты на заднем дворе! - блондин резким движением вышел вон из ванной, оставляя друзей. - Жек, на голодный желудок не пей. И не вздумай наблевать в мой бассейн, - Илларион, засмеялся, но парень только закатил глаза и хлопнул дверью, выходя.       Громкая музыка перебивала все существующие вокруг звуки, а мелькающий неоновый свет смешивал картинки вокруг в один немыслимый круговорот. Кто-то танцевал, кто-то терся у стола, вливая в себя очередную дозу алкоголя, а были те, кто целовался прямо посреди комнаты, среди двигающихся тел, совершенно не смущаясь. Теперь уже никто из присутствующих не чувствовал дискомфорта. Все словно были связаны тонкой невидимой нитью и чувствовали друг друга на расстоянии.        Парни вышли из ванной комнаты, наблюдая общую картину со стороны. Подойдя к столу, Илларион попросил сделать музыку тише, чтобы обратить на себя внимание толпы. Он вышел чуть вперед остальных со стаканом в руке. - Ребят, я рад, что вы приехали сегодня. Я вас всех очень люблю, надеюсь, знаете. Вы для меня вторая семья. Многие здесь вытаскивали меня из дерьма не раз. Я может и не смогу вернуть этот долг каждому, но если кто-то из вас будет нуждаться в помощи, вы можете на меня положиться. Да, я теперь в другой школе, но я всегда на связи для вас. Давайте за новый, а для кого-то последний, учебный год, - он на мгновение опустил взгляд, а затем поднял глаза и протянул руку со стаканом ко всем, - ну а теперь давайте развлекаться, мать вашу! - Ну что, по традиции предлагаю поиграть, - когда все уже порядком выпили и немного устали от безумств, Глеб подхватил всеобщее внимание. - Правда или действие, как мы играли помните? - завопила Саша, стоящая рядом с парнями, и повисла на шее Иллариона.       Игра началась. Когда несколько человек уже поделились своими сокровенными тайнами, а еще двое, решившие оставить секреты при себе, вынуждены были опустошить стакан с каким-то смутным коктейлем или лишиться нижнего белья, горлышко бутылки указало на ничего не подозревающую Мари. Она совершенно спокойно устремила свой взгляд на Полину, довольно пьяную и ранее предпочевшую поцеловаться с девушкой, что, впрочем, не было сенсацией.  - Ну и что же у тебя спросить, - девушка задумалась на пару мгновений, крутя в руке стопку, - ты когда-нибудь спала с кем-либо в этой комнате? - Действие, - Мари напряглась, улыбка стерлась с лица девушки, она смотрела четко в глаза подруге, стараясь не столкнуться больше ни с чьим взглядом.  - Ты серьезно Мари? Я же твоя лучшая подруга, - Полина только сильнее сжала челюсти в пьяном гневе, - Ясно. Прыгай в чертов бассейн.  - Полина, ты с ума сошла? На улице осень, - Саша спешила вмешаться в их внезапную перепалку, в то время как парни притихли, наблюдая за разворачивающимся безумием, а безмолвная борьба взглядов подруг продолжалась.       Мари сорвалась с места, где сидела, и двинулась в сторону задней двери. Пытавшийся остановить ее Илларион, едва заметно схватил девушку за запястье, но парень уже не чувствовал ничего и едва ли контролировал себя, и та на ходу резко вырвала руку. Она выскочила за дверь, оставив ее открытой. Все словно замерли, а через полминуты услышали плеск воды и почти половина присутствующих поспешили наружу. Все, кроме Феликса, который неспешно прошел в ванную, взял полотенце, и также неспешно последовал на задний двор.       Пока все кричали, смеялись и уговаривали Мари вылезти из бассейна, Саше, наконец, это удалось, и девушка побежала за пледом для подруги, которая уже покрылась мурашками от ледяной воды. Остальные наблюдатели же тоже решили вернуться в дом, чтобы продолжить игру. Кроме одного. - Полотенце держи, - молодой человек спокойно протянул его девушке, выбравшейся из бассейна и вмиг покрывшейся «гусиной кожей». - Иди к черту! - Мари, - он стоял на месте, лишь развернувшись в сторону, куда она направилась, - на улице всего 10 градусов, подхватишь воспаление легких. Утром мне тебя везти, не хочу рано вставать, а до ближайшей больницы километров 50.       Девушка, не оборачиваясь, протягивает ему средний палец, отчего Феликс буквально взорвался. Белки его глаз налились кровью, а ноздри раздулись от злости. Он сжал кулаки до выступивших вен, чтобы побороть внезапный порыв ярости. - Мари, мать твою! – он нагоняет ее и одним движением разворачивает лицом к себе, больно дернув за запястье.       Она замахивается на него для пощечины, но он успевает схватить руку и сжимает тонкое женское запястье. Еще с полминуты они смотрят неотрывно друг на друга, не скрывая ярую ненависть во взгляде обоих. Через мгновение он берет ее за голову и притягивает лицо ближе к своему, соединяя губы в поцелуе. Сначала слабом и легком, но с каждой секундой нарастающем. Феликс проникает языком все глубже в ее рот.       Она полуцелует, полукусает его, схватившись за ворот рубашки. Нетрезвый рассудок девушки еще не вполне понимает, что она делает.       Алкоголь делает свое дело. Он берет ее за руку и тянет ко входу, пропуская вперед. Смешавшись с толпой он отправляет девушку вверх по лестнице. Сам поднимается только через пару минут, дабы не быть замеченными.        Гостевая комната запирается на щеколду, и молодые люди набрасываются друг на друга, жадно впиваясь в доселе незнакомые губы. Парень вмиг срывает с девушки мокрую одежду, отбрасывая куда-то далеко в угол. Она – слишком пьяная и агрессивная, и сейчас желающая выместить свою агрессию; он – оценивающий ситуацию вполне трезво, но обкурившийся и не способный отказать себе в этой случайной и такой манящей связи. Еще днем они и словом лишним не перекинулись бы, а теперь, кажется, слова уже излишне. Он срывает с губ девушки протяжный стон и ухмыляется.       Саша, не найдя подругу на улице, решила, что та ушла в ванную и стала ждать ее уже внутри. Она сидела на стуле, так и держа плед в руках, уже слегка пьяная, но все еще способная здраво мыслить, и пыталась незаметно изучать парня напротив, бросая долгие, но резко обрывающиеся взгляды. Глеб уже был под действием таблеток. Он до последнего делал вид, что не замечает этих взглядов, но в итоге проиграл и тоже безотрывно водил взглядом по ее телу. Их безмолвный танец прервала открывающаяся дверь и ввалившаяся внутрь толпа. Какая-то девушка совершенно бесцеремонно села к парню на колени, во весь голос смеясь над общей шуткой.        Потерявшая полное внимание парня, Саша встала со своего места и направилась наверх по лестнице. Тот в свою очередь скинул бесцеремонную девушку со своих колен и проследовал на второй этаж, где рыжей уже и след простыл. Тогда парень решил, что нет выхода лучше, чем проверить все комнаты, коих было здесь целых 4. Первая была закрыта, а вот следующая дверь была распахнута настежь, и сквозняк проходил тонким, едва ощутимым шлейфом по полу.        Рыжеволосая курила в открытое окно, завернувшись в плед, и, кажется, даже не заметила, как он вошел. Лишь, когда сильные руки парня опустились на ее плечи, она чуть вздрогнула, но сразу успокоилась. - Убежала от меня, - он говорил тихо, чтобы не перебивать ночную тишину.  - Захотелось уйти. Все уже уставшие и пьяные, а один парень – не помню его имени, друг Лара – смотрит на меня как на кусок мяса. Мне от него не по себе. - А мне просто захотелось пойти за тобой, - он едва различимо дотронулся до ее волос.       Саша потушила сигарету и повернулась лицом к парню. Рука ее устроилась прямо на его груди. Она медленно подняла взгляд, остановившись на пульсирующей вене на его шее, а затем снова вглянула выше. - Это правда ты, или то, что ты принял сегодня? – ее зеленые глаза смотрели прямо в его глубокие карие, хотя цвет их сейчас едва был различим.  - Это - я, клянусь тебе, - он наклонился, соединив их в безотрывном, но коротком поцелуе, а затем погладил девушку по щеке.       Все было для них обоих как в замедленной съемке. Они упали на свежие и холодные простыни, продолжая чередой коротких рваных поцелуев. Небрежно и неловко в стороны полетела одежда, но последняя деталь все еще оставалась. Им хотелось наслаждаться друг другом и этим моментом бесконечно долго, забыв, что в понедельник снова школа, скоро экзамены, а потом – неизвестность. Им просто хотелось наблюдать за телом партнера: за его вздымающейся грудью и краснеющей кожей, за ее тонкими запястьями и остро выпирающими ребрами. Им не представлялось сложностью сделать следующий шаг. Просто секс, ни у кого из них уже не первый; но именно в этот момент в радиусе этого дома они были друг для друга самыми привлекательными.        Гостиная опустела, ритм и музыка стали тише. А может быть, все просто замедлилось в голове Жени, который бегал глазами по залу в поисках Полины. Он глушил уже черт знает какой стакан виски с колой, концентрация алкоголя в котором была не меньше половины. Хотя это, пожалуй, и не так уж много, если бы не на пустой со вчерашнего дня желудок.        Причину его внезапного отказа от еды парень не желал объяснять никому. Однажды лишь пришлось рассказать Иллариону, который приводил его в чувства после первого голодного обморока. В детстве Женя был слегка полноват; не то, что бы сильно, но почему-то это нередко являлось причиной насмешек. Его лучший друг, который к слову тогда был жутким задирой, не пропускал возможности всегда отстаивать честь парня.        А потом, как и большинство, за годы Женя перерос это, но не всегда детские впечатления покидают нас бесследно. Он сам не знал, когда и как это началось. Классическая хореография требовала держать форму, как девочек, так и мальчиков. В какой-то момент парень просто решил сбросить вес, а лучший способ для этого, как известно, сократить количество еды. Иногда, в связи с нагрузками и занятостью, это количество и вовсе сходило на нет; вот тогда то и происходило то же, что и сейчас. -А где наш Глебка? – Илларион упал на диван рядом с Женей. - Я не знаю, пропал куда-то минут 10 назад, - светловолосый отпил из стакана и откинулся на диван, закрывая глаза, проваливаясь куда-то в небытие, - а ты Полю не видел? - Она, скорее всего, с девочками. Мари нет, Санину рыжую голову я тоже не вижу, - Илларион говорил медленно, а затем повернул голову на блондина, - Трофимов, твою мать! У тебя кровь.       Он вырвал из рук друга стакан и буквально потащил его в ванную. Зрелище было забавным, ведь оба едва стояли на ногах. К счастью, Ульяна, заметив эту картину, ринулась к парням, в секунду преодолевая гостиную.        Они завели светловолосого в ванную, помогая умыться, но все-таки запачкав одежду и кафель кровью. Женя присел на край большой ванной, однако в этот момент алкоголь с новой силой ударил в кровь, и тут же теряя равновесие из-за выпитого парень медленно скатился внутрь. - Иди к черту со своей комнатой! Тут посплю, - парень уже и вправду засыпал, и не мог вполне членораздельно выражаться, - подушку принесите только. - Может кого-то попросить его наверх поднять? - вошедшая в этот момент Ульяна говорила медленно и чуть несвязно.  - Это тебе пример того, что нужно закусывать, когда бухаешь. Придурок! – парень сел на пол, опираясь головой о стену, - не нужно никого просить, просто принеси пару подушек и плед, солнышко.        Девушка сорвалась с места, а уже через полминуты вернулась со всем необходимым. Они уложили Женю на подушки, укрыв пледом, когда тот уже беспробудно спал, перепачканный кровью. - Ты как? В порядке? – она глянула на сидевшего на полу парня. - В полном. Чувствую себя отлично. Особенно, когда никто не выносит мозг, что мне можно, а что нельзя, - он кивком голову указал на друга, отключившегося в большой ванной, - я люблю его, но иногда мне хочется отдыхать от нравоучений и вообще от всего, понимаешь? - Как никто другой, - она расплылась в улыбке, все еще слегка пьяная, и села рядом с Илларионом, - ты что его тут ночевать оставишь?  - Кто сказал, что я его оставлю? – он уложил голову девушки себе на плечо и устало прикрыл глаза.       Солнце уже взошло, но все продолжали спать в своих теплых постелях или местах, которые могли их заменить. Утренняя прохлада отрезвляла, приводила в чувства после безумной ночи. На террасе возле дома, в мягком плетеном кресле сидел Илларион, выкуривая уже какую сигарету подряд. Он все еще не нуждался во сне, но уже был вполне трезв в сознании и просто наслаждался загородной тишиной.         Заслышав сзади чьи-то невесомые шаги, он сразу догадался, кто был позади. Девушка тихо прошагала наружу босыми ногами, ощущая тепло досок, что нагрелись осенним солнцем. - Ничего бы не случилось, если бы рассказала про нас, - он начал, не поворачивая взгляд на нее. - Да к черту, Лар. Не знаю, как каждый из них отреагирует, а я не хочу портить нам выходные, - она села на кресло рядом с ним. - Это единственная причина? – он взглянул на девушку вопрошающе и продолжил, не дожидаясь ответа, - а с кем ты ночевала сегодня?  - Лар, это единственная причина, - она встала и пересела парню на колени, обняв за шею, - я знала, что ты догадаешься. Но там ничего серьезного, правда. Да и это не повторится. Я пьяная была очень. - Да я видел. Верю, - он обнял Мари за талию, закурив очередную сигарету.