Брак

– Боюсь, у нас проблемы, Минерва. – В кабинет директора Хогвартса стремительно шагнул Северус Снейп. – Что еще? Я, наверное, сильно постарела, теперь эти слова доводят меня до паники, – попыталась пошутить Макгонагалл. – Я тебе скажу, что повод для паники есть. Я тщательно проштудировал ритуал, ты была права, подводных камней много. Но самое главное – на нем магическая защита от обмана. Согласие супругов на брак должно быть обдуманным и взвешенным. Про любовь там ни слова, но, если одна из сторон не в полной мере представляет, на что идет, брак не заключится. То есть нам срочно нужен Крам, и будем надеяться, что он смелый парень, потому что я бы не рискнул. – Снейп секунду помолчал и добавил более тихим голосом: – Минерва… тебе нужно подумать и о том, что Гермиона захочет отказаться… Брак средневековый… Я бы даже на месте Крама струсил, но у него хоть какие-то права, а она женщина… сама понимаешь, средние века, нет никого бесправнее женщины. Если ей попадется моральный урод, мы все пожалеем, что она не умерла. – Выдав столь не свойственный ему монолог, Снейп так же стремительно вышел из кабинета.

* * *

– Боюсь, у нас проблемы, профессор Макгонагалл. – Спустя два часа в кабинет директора зашли Гарри Потер и Рон Уизли. – У меня Deja Vu, – дала малейшую слабину стальная женщина и сразу взяла себя в руки. – Рассказывайте, что случилось? – Вы написали письмо Виктору Краму? – Да, в тот же день, когда мы узнали о ритуале, – кивнула она. – А Краму вы написали о ритуале? – расспрашивали ее Гарри и Рон. – Да, я ему подробно описала проблему и написала, какой обряд необходимо будет провести. Гарри и Рон дружно застонали… – Не надо было ему писать, – заявил Рон. – Поженились бы, а там стерпится, слюбится… Минерва Макгонагалл снова надела маску железной леди, она уже догадалась, в чем у нас... проблема. Подпустив металла в голос, она сказала: – К сожалению, господа, это невозможно. Одним из условий ритуала является добровольное информированное согласие обоих супругов. Я так полагаю, мистер Крам отказался? – Да! Этот козел, видите ли, еще не нагулялся, и мысль о том, что у него до конца жизни будет только одна женщина, его шокирует. Пока Рон негодовал, Гарри взглянул на ситуацию под другим углом: – Погодите... это что получается? – проговорил он мысли вслух. – Крам отказался, и, чтобы спасти Гермиону, мы должны уговорить на добровольный брак какого-нибудь Гойла и рассказать нашей подруге о том, что ей придется жить с этим мудаком, спать с ним и рожать ему детей? – У Рона постепенно округлялись глаза. – Она откажется! – И уже совсем тихо: – А значит, умрет? Вы как знаете, а я полетел в Болгарию… Гарри бегом выскочил из кабинета, а Рон, не прощаясь, следом. У стального директора подкосились ноги, она рухнула в кресло. – Что же делать? – шептала Минерва, она так любила эту девочку.

* * *

Минуты отчаяния прошли. Никогда не сдавайся! Вот гимн ее жизни. Она же гриффиндорка. Немного летучего пороха в камин… Августа Лонгботтом в собственной гостиной внимательно смотрит на голову Макгонагал в камине. – Августа, зайди ко мне, пожалуйста. Через минуту из камина в директорском кабинете вышла светловолосая дама в возрасте и, небрежно отряхнув лиловую мантию от золы, произнесла: – Дорогая, у нас возникли некоторые трудности. – Дальнейшую фразу перебил звук разбившегося фарфорового чайника, запущенного в стену меткой рукой директора. Августа невозмутимо подошла к креслу, присела и только после спросила: – Что-то случилось, Минерва? – Начни ты, – устало выдохнула сильная женщина. – Разбитые чайники неплохо успокаивают нервы. Августа посмотрела в лицо подруги: та сейчас выглядела на свой возраст и только полувеселая усмешка на краешке губ говорила о том, что лучше не тянуть. – У нас нет дубля для Крама, – сразу, без подготовки выдала всю проблему и внимательно вгляделась в лицо подруги. – Ты не так уж и сильно расстроилась, я ожидала худшего, – сказала Августа. Минерва молчала, позволяя подруге дополнить свою грустную новость деталями. – Мы с Гризельдой Марчбенкс по три раза перешерстили всех чистокровок Европы. Во-первых, Блеки изрядно наследили практически в каждом мало-мальски приличном семействе. А во-вторых, я в шоке… да-да, и Гризельда тоже… У нас что, сексуальная революция? Жениться можно на любой, но только озвучиваешь ритуал – и все, как отрезало. Куда пропало понятие ...верность..., Минерва? В общем, у нас ни одного согласия. – Августа несколько поникла. – А что у тебя? Почему не расстроилась, что мы не нашли дубль Краму? – Потому что Крама тоже нет. – Минерва спрятала лицо в ладонях. – Вот значит как, – засмеялась Августа, – маленький трусишка. Это в пещеру к дракону у них смелости хватает зайти, а прожить всю жизнь с одной женщиной – страшно. Что же за век такой, Мини? И ведь он ее любит… – Я не знаю, Августа… Как мне ее спасти? Мою светлую девочку. Может, кто-то еще остался? Вы точно всех посмотрели? – Да. На континенте остались только азиаты и русские медведи. И те, и другие – дикари, мы не сможем доверить им Гермиону… Тягостная тишина вновь сгустилась в кабинете директора. Две пожилые женщины сидели молча в изящных креслах… Плечи одной из них поникли под тяжестью известий, лицо было спрятано в ладонях. Вторая долго смотрела на нее с жалостью, потом подошла и дотронулась до плеча подруги: – Мини, ну не плачь, у нас же есть запасной вариант. Заставить его мы сможем. Он Невиллу долг жизни еще не отдал. – Августа! Как я могу так поступить с ним? – Минерва подняла на нее заплаканные глаза. – А с Гермионой? Он в хорошем-то расположении духа слегка неприятный, а в ярости – даже я его боюсь. Как она будет с ним жить? – Зато она будет жить, Мини…

* * *

Минерва проводила гостью, все же выпила успокоительное зелье и решила не использовать запасной вариант. Поттер и Уизли улетели к Краму. У них еще почти неделя, чтобы вправить мозги этому мальчишке. Ведь он действительно ее любит. А значит, все будет хорошо. Уже поздно. Сейчас она ляжет спать, и в завтрашнем дне не будет больше ненавистной фразы ...У нас проблемы... Закроет глаза, и закончится тяжелейший сегодняшний день. Почти засыпая, Минерва услышала, как в окно бьется сова, мелькнула трусливая мыслишка не открывать – пусть подождут до завтра… Стряхнув остатки сна, Минерва в одной сорочке открыла окно. Сова залетела в комнату и без выкрутасов протянула лапку с письмом. "Служебная, наверное." - подумала Минерва. Только она отцепила письмо, сова улетела. Опять накатило ощущение беды. Она аккуратно развернула кусочек пергамента и вчиталась в строки: ...Госпожа директор, у нас проблемы, прошу как можно быстрее аппарировать в Мунго.... День еще не закончился… Успокоительное действовало. Ужас свернулся ледяной змеей на сердце и почти не мешал дышать. Минерва натянула директорскую мантию прямо на ночную сорочку и аппарировала из своей спальни в Хогвартсе. Раньше она завидовала Альбусу, глядя, с какой легкостью он просачивается сквозь антиаппарационный барьер, а теперь даже не заметила, как сделала это сама. Там ее девочка… умирает…