Добро без зла не существует

      

Можно считать, что настоящий источник магии «тьма», а можно верить, что это «свет». Магия… Она живая! Со временем она меняется и растёт вместе с нами. Магия — это всё, что ты можешь представить. Её можно представить самыми разными способами…

      

(Макаров Дреяр)

      Только оказавшись на диване, Люси заметила, что находится не в своей комнате. Какого же было её удивление, когда она осознала, что это комната Зерефа. Любопытство приказывало девушке оставаться на месте, а страх перед магом — бежать.       Чернокнижник молча стоял возле окна и думал. Он никак не ожидал, что все может повернуться именно так. Парень прекрасно понимал, что почти довёл её до самоубийства. А теперь ещё эта новость, она может просто добить златовласку. Шёпот вырвал его из раздумий.       — Почему? — тихий вопрос слетел с её губ.       — Мои творения не могут причинить мне вред, а он почувствовал моё близкое присутствие… — начал издалека Зереф.       — Но это невозможно: тебя не было там в тот момент.       — Не перебивай. Когда я вошёл в комнату, то тоже не сразу понял, в чём дело, — решив больше не медлить, парень быстро выдал приговор: — потом почувствовал, что твой жизненный сосуд разделился. Монстр тоже почувствовал частичку меня в тебе. В общем, ты…       — Беременна, — закончила вместо мага девушка.       И без того бледное, лицо Люси стало белее мела. Зереф молча наблюдал за ней, ожидая хоть какой-то реакции, но девушка просто молча встала и побрела к двери. Он тихой тенью следовал за ней, пока блондинка не скрылась за дверью своей комнаты.       — Нужно бы создать маленькую тень, чтобы она всегда была рядом с девчонкой. Нельзя оставлять её без присмотра в таком состоянии… — тёмный маг направился в библиотеку для выполнения своей задумки.       Люси в ступоре опустилась на кровать. «Беременна» — это слово набатом стучало в голове. Златовласка до сих пор не верила, что жизнь сыграла над ней такую злую шутку.       — А ведь и правда, месячных уже как три недели нет. А я все на постоянный стресс и недоедание списывала. Но что же теперь делать?       Ребёнок от ненавистного ей человека. Первое, что пришло в голову — это избавиться от этого бремени. Но блондинка быстро откинула эту мысль: она не сможет отнять жизнь у невинного создания. Да и малыш не виноват в ошибках родителей.       Девушка не была уверена, что сможет полюбить дитя насилия. Но твёрдо решила, что даст ему всё, что в её силах: не сможет дать свою любовь, так окружит заботой, вниманием и лаской. Она не должна позволить, чтобы в мире появился ещё один ужасный монстр, как его отец.       — Господи, но мне же ещё рано быть мамой! Готова ли я? — рассуждала златовласка. — Но теперь мне есть ради кого жить, есть о ком заботится. Теперь я не буду так одинока…       Надежда вновь ярко вспыхнула в душе девушки. В карих глазах появились огоньки жизни. Люси казалось, что она проснулась от кошмарного сна.       — Эх, а я чуть не сделала ужасную ошибку. Совсем расклеилась. Слабачка. И где же моя хвалёная вера и надежда… — с грустной улыбкой корила себя девушка.

***

      — Мы вернулись, — раздался уставший голос Алой.       В гильдии было тихо. Не было больше драк, шумных попоек и весёлого смеха. Все были измотаны постоянной обороной и сражениями. За эти два года они потеряли много друзей и близких. Надежда на возвращение Люси почти погасла.       — Может тортик? — старалась хоть как-то подбодрить подругу Мира.       — Нет, — покачала головой Эрза, любимое лакомство не приносило больше удовольствия.       — Мы должны верить в неё, она вернётся.       — Прошло два года, а вестей от неё нет. Мне кажется, мы должны оплакать Люси и просто хранить память о ней в своих сердцах, — вмешалась Дождия.       — Нет. Мы должны верить в неё. Она наш друг, наша семья! — разговор начал привлекать все больше магов.       Гильдия разделилась на двое: те кто верил, что их солнце вернётся, и те, кто считал, что златовласки уже нет в живых. Спор начал перерастать в небольшую потасовку.       — Тихо, детишки!!! — строгий голос мастера успокоил даже самых рьяных спорщиков. — Жива наша Люська. Если нет, мы бы уже знали!       — Старик, объясни же …       — Понимаете… Много информации мы с Леви не смогли найти, но считаем, что Люси — это сосуд света, добра. Его, так сказать, носитель. По преданию, если она умрёт — наступит хаос и крах всего живого.       — А почему Зереф не убьёт её? Ему ж это на руку.       — Точно не знаю, но вроде как связаны они. Погасить свет он может, а убить нет. Это все, что мне известно. Потому то она и выстояла тогда против него, — вещал старик, а потом, задумавшись, пробормотал: — одного понять не могу: когда Люська сосудом успела стать?