Глава 19
29 мая 2019 г., 22:57
Есть люди, которые наслаждаются одиночеством. Но нет ни одного, кто бы его выдержал.
Макаров Дреяр
— Нацу, где Люси? — с тревогой в голосе спросила Эрза. Буквально недавно прилетел Хеппи и рассказал им, что Драгнил нашёл их товарища и они бежали. А сейчас они встретили Нацу с растерянностью и сожалением в глазах. Плохое предчувствие закралось в душу мечницы. — Она сказала, что остается, — грусть и боль в тихом голосе не только не остудили Алую, но заставили просто взорваться. — Что значит «она так сказала»? Как ты мог ее послушать и оставить с этим монстром? Почему ты не схватил ее и не притащил насильно? Да может она там рассудок вообще потеряла! — громкий гневный крик Эрзы был подобно раскату грома. Девушка быстро перевооружилась и тоном, не терпящим возражений прорычала: — Сейчас ты отведешь меня туда, и я заберу нашу Люську домой. — Нет. Она так решила и просила верить ей. И я верю. Она вернётся к нам сама, просто ещё не время.***
Зерефу было интересно наблюдать за убегающей парочкой, но игра подходила к концу. Только он решил прекратить эти бесполезные попытки, как девушка начала что-то бубнить и взрываться. Это сильно удивило мага: неужели его пташка не хочет от него уходить? — Что ж, придётся понаблюдать ещё немного, — тихо прошептал сам себе чернокнижник. Вспышка, разделившая двоих голубков, заставила его любопытство разгореться ещё больше. Он прекрасно знал, что дети магов могут проявлять свои силы ещё не появившись на свет, но это случалось обычно к концу беременности. Это означало одно — ребёнок будет очень сильным и, судя по всему, унаследует именно его магию, а значит, отпускать девушку было нельзя. После расставания парочки он решил не вмешиваться и дать своей жертве поблуждать по лабиринту, ему очень хотелось понаблюдать страдания и безысходность на ее прекрасном лице. Появившийся монстр лишь придал пикантности ее «прогулке». — А ты довольно шустрая, — тихо посмеивался Зереф с незадачливого монстра: — И не везучая. Дальше ждать он не мог: нельзя было допустить смерти занятой блондинки и его наследника. Быстро выпустив небольшую часть своей магии, маг спустился с ели и медленно приблизился к девушке. Когти почти достигли своей цели, когда что-то сильное оттолкнуло мерзкое животное. Люси в страхе взглянула на монстра, но тот лишь жалобно заскулил и кинулся прочь. Тёмная тень привлекла ее внимание к спасителю, и благодарность сверкнула в глазах. Но когда она увидела, что он идёт и довольно улыбается, гнев и обида больно кольнули сердце. Он был здесь и просто потешался над этой ситуацией, а она ведь чуть со страха не умерла. — Очень надеюсь, что тебе понравилась твоя прогулка, — мягкая улыбка не предвещала ничего хорошего. Зереф медленно подошёл к заклинательнице и, вцепившись в её запястье, потащил к дому. Путь до особняка был проделан в гробовой тишине. Каждый думал о своём: она — о предстоящем наказании, он — о причине ее поступка. Чернокнижнику было ясно, что она осталась для спасения своих товарищей, но он не ожидал, что все слова ее были не такими уж пустыми. В понимании мага ни один из мерзких людишек не стал бы оставаться в таком Аду ради кого-либо без выгоды для себя. А в том, что ничего, кроме мучений, она не получила и не получит, он был уверен. Распахнув дверь, Зереф с силой втолкнул девушку в комнату. — Ты покинула дом без моего ведома и разрешения, поэтому тебя ждёт наказание, — в руках парня появился магический хлыст. На тот момент ему было все равно на девушку, он даже позабыл о ее положении. Кровожадность затмила его рассудок. Щелчок, и кнут прошёлся по спине еле успевшей отвернуться заклинательницы. Люси вскрикнула от боли и постаралась забиться в угол. Молить о пощаде было бессмысленно — это только раззадорит тёмного мага. Ещё один взмах рукой, девушка уже сжалась в комок, готовясь к боли, но ее не последовало. Тёмная дымка окутала ее и создала защитный барьер. Палач внимательно смотрел на жертву и вдруг осознал, что чуть не натворил непоправимое. Задор сменился на раздражение и недовольство на себя и заклинательницу. — Что ж, ты больше не покинешь эту комнату. Отныне она — твоя темница, — и маг, громко хлопнув дверью, удалился.***
Шли месяцы. Для Хартфилии они показались сущим Адом. Порой, из-за одиночества и четырёх стен, ей начинало казаться, что она сходит с ума. К состоянию беременной добавились жуткая депрессия и апатия. Ее мучитель появлялся только для того, чтобы принести ей пищу. Он больше не разговаривал с ней, не пытался заглянуть в душу или «научить» жизни. Казалось, она не существует для него как человек, лишь питомец, которого надо кормить. Спустя три месяца ситуация стала критичной. Ее антипатия переросла в отказ от пищи и безразличие ко всему. Зереф начал замечать, что тарелка всегда оставалась полной, а пленница лежит в постели и смотрит в одну точку. Сначала ему нравилось ее наказание. Он был доволен тем, что смог найти ее самую слабую точку. И только когда он заметил тревожные признаки, то понял, что игра вышла из-под контроля. Даже попытка вывести заклинательницу в сад не принесла положительных результатов. Ему пришлось поднять много странной для него литературы, чтобы найти выход из сложившейся ситуации. Но и это не помогло. Первый раз в жизни Зереф искренне начал сожалеть о содеянном и испытал страх. И эти чувства были не как к простой игрушке, а как к живому человеку. Страх потерять не интересную забаву, а саму Люси. Много времени прошло, прежде чем маг понял, что привязался к простой волшебнице. Долго он шёл к тому, что заклинательница для него стала особенной. До этого он и не замечал, что за раздумиями о сказанных ею словах его смертельная тоска пропадала и скука отходила на задний план. Все его мысли в последнее время занимала только она. — Я вытяну тебя из той ямы, куда загнал и больше не брошу туда, — только луна была свидетелем его обещания.
