Замок-Бордель. Перевыкладка

      Выспался я здорово. Постепенно просыпаясь, словно всплывая из небытия, я наслаждался каждым мгновением полудремы. Разрывать сладкую истому, когда тебя ещё нет, и бытие ещё не вынырнуло из сна, а бренный мир не предъявил свои права на твоё внимание, не хотелось.       Обнимая Гюльчатай, словно какую-то игрушку, я лежал с закрытыми глазами, предаваясь неге. Пульс тонкого, гибкого тела у меня в охапке отдавал чистотой и непорочностью и с этим надо было что-то делать.       Применив прикосновение похоти на спящую девушку, я добился резкого, глубокого вдоха и перемещения тонкой ладошки в область промежности. Нет, надраивать киску сквозь сон девонька не стала, но плотно сжатые до этого, ноги слегка разъехались, позволяя моему стволу проскользнуть между бёдер. Ну а дальше, дело физики и гидродинамики. Вот вы знаете принцип действия гидравлического домкрата? Ага, того самого, которым поднимают огромные веса, путём закачивания жидкости в ёмкость. Вот и в нашем случае, ощутивший нежное прикосновение девичьей плоти болт стал наливаться силой, увеличивая объём, длину и попутно раздвигая ножки.       Улыбаясь тому, как спящая девушка непроизвольно оседлала ствол, длины которого вполне хватит чтобы через рот запихать до желудка, я не ожидал, что головка, пройдя не такую уж большую ширину бёдер, упрётся во что-то мягкое. Приподнявшись над глубоко, сопящей девушки я взглянул на преграду.       Селестина, а преградой оказалась именно её попка, прижатая к животику младшей сестры, тоже не спешила просыпаться. Многострадальная рабыня, хоть ещё спала, но выглядела на порядок лучше вчерашнего вечера и одним своим видом вызывала во мне желание пошалить.       Активировав раз за разом на старшенькой возбуждение, используя в качестве проводника упирающийся болт, я добился нужного эффекта. Заёрзавшая девушка, стала тереться попкой о мой член, попутно надрачивая его стволом промежность сестре, и в какой-то момент извернувшись, оседлала.       Не уверен были ли действия Селестины в начале автоматическими манипуляциями сквозь сон, но в какой-то момент она повернула голову и полубессознательно посмотрела на сестру и меня, после чего верно интерпретировав моё “ТСС”, стала поддавать значительно аккуратнее, стараясь одновременно и заполнить своё лоно членом, как можно глубже, и в тоже время не разбудить спящую.       Мда, я молодец. Инструмент я подобрал удачно. Члена вполне хватило трахать девку сквозь ножки другой девки.       Эхх, здорово. Так бы трахал и трахал. Хотя нет. Клёво, но надо развиваться.       Дождавшись оргазма Селестины, когда её соки, сбегая по члену, растеклись по внутренней стороне бёдер Гюльчатай, я отстранился, вынимая болт, и оттягивая его от мокрой соками сестры пизды служанки. Сдавленное возмущение раздалось с той стороны, впрочем просунутый, в замен члену хвост, тут же был применён по назначений и ощутил тёплую влагу трепещущей пещерки рабыни.       В то время, как старшая безумно самоудовлетворялась наростом на хвосте, я просунул руку между ног Гюльчитай, и намочив средний палец, аккуратно его ввёл в попку мелкой. Служанка, не просыпаясь, довольно засопела, и слегка изогнувшись, позволила пальцу пройти ещё глубже. Увлекаться анальной стимуляцией спящей девочки я не стал, всё же коготь, хоть и помог безболезненно и незаметно ввести палец в тугое отверстие, но, потенциально, мог навредить той. Не стоит забывать, что она ещё совсем не тренированная и излишне нежная малолетка, хотя, с другой стороны, это и неплохо.       Аккуратно трахая пальцем мелкую, постепенно разрабатывая её попку, я наслаждался накатывающими один за другим оргазмами старшей, постепенно ощущая, как из той утекают все накопленные за ночь силы, но не спадает голод.       - Хватит. - Негромко произнёс я, вынимая палец из разогретой Гюльчитай, и отбирая хвост у недовольной Селестины. - Идём помоемся.       Выйдя из спальни и оставив там, умудрившуюся не проснуться девчушку, мы пошли в бассеин. Только стоя в коридоре я понял то, что немного меня удивило, когда я решил развлечься с утра: почему крестьянские девушки не проснулись раньше меня, городского парня? А ответ оказался прост, на дворе ещё ни капли не намечалось утра, и на часах интерфейса слегка подсвечивались три часа ночи.       Вот тебе и раз. А ведь я прекрасно выспался. Как это? Не поймите меня неправильно, я не соня, но и далеко не жаворонок, и спать привык часов до десяти утра.       Впрочем… Сон призван дать отдохнуть мозгу и телу, и если для серого вещества, в среднем достаточно три-четыре часа отдыха, то мышцы так быстро не отдыхают. Восстановление выносливости занимает существенно больше времени. Но я, то вполне нормально компенсировал себе этот момент, вытягивая оную у рабынь? Выходит вот и причина? Девочкам придётся спать вместо меня, перекачивая всю накопленную бодрость и жизненные силы. Собственно, я и не против.       - Как поспала? - Выныривая из воды и опершись на бортик я обратился к трясущейся девушке. Мда, без пропесоченного сознания, Селестина всё также оставалась скромняшкой. А то что она за неполные сутки мало того что потеряла девственность, так ещё и выдержала заезд двух инкубов, а заодно попробовала, впрочем не очень успешно, лесбийские игры, да ещё и с родной сестрицей поразвлекалась, это так, за скобками.       - Спасибо, хорошо. - Отводя глаза и прикрывая свои прелести, прошептала она.       - Ты ещё стесняешься? Убери руки. - Слегка удивившись, в конце я просто приказал девушке, и она подчинилась, резко залившись краской. - Лезь в воду.       Неуверенно переминаясь с ноги на ногу, рабыня мелкими шажками подошла к воде и закрыв глаза прыгнула.       Дав ей немного побыть в воде и психологически отдохнуть, я выбрался из воды и сел, свесив ноги с хвостом. Селестина плескалась, пытаясь одновременно находиться ко мне спиной и не выпускать меня из вида.       Впрочем её стеснительность мне была сильно побоку, а уроки развращения требовали продолжения. И настала пора “бедняжке” не просто двигаться по инерции, подчиняясь инстинктам и наведенному сексуальному безумию, а браться за самосовершенствование. Желательно, чтобы инициатива всё-таки исходила и от самой Бедняжки, но, всему своё время, придёт и этот этап обучения, когда рабыня научится верно чувствовать желания хозяина, возбуждаясь ровно тогда, когда это требуется.       - Плыви сюда. - Поглаживая болт, давая чётко понять, чем ей предстоит заняться в ближайшее время, приказал я рабыне. - Не заставляй себя упрашивать. У нас был с тобой договор, и свою часть я начал выполнять.       Девушка истерично обвела взглядом помещения, будто выискивая куда бы скрыться, но не найдя выхода, словно потухла и медленно приблизилась ко мне.       - Отсоси мне. - Кивая на болт, приказал я.       - Пожалуйста.. - Едва слышно взмолилась она, удивляя меня в какой-то степени.       - Не дури, тем более, что ты уже это делала, и вроде очень даже была довольной. Бери его в рот и отсоси, как ночью. - Видя, что она всё ещё морально сопротивляется я надавил. - Мне сегодня отсосут и это будешь ты, и тогда получишь за это соответствующую награду, или это станет твоя сестра, но тогда довеском она отправится в бордель, отрабатывать твои долги. Ну и про предков можешь забыть.       Сломленная девушка тихонько плакала, но приблизившись к свисающему с бортика болту, взяв его в руку, приблизила к губам. По влажной коже члена прошла волна холодка от дыхания рабыни, и залупа пропала в губах девки.       - Положив руку ей на голову, я не стал ни давить, ни управлять, только молча утвердил свою власть над ней. Можно сказать рукоположил личную минетчицу. Не оценив жеста, рабыня вздрогнула, но продолжила неумело и без огонька, гонять головку по рту, не доставляя удовольствия ни себе, ни мне. Но насылать страсть я пока не стал, давая ей полностью прочувствовать ситуацию и до конца осознать своё место.       - Старательнее. - Зажав голову когтями, на миг остановил я плачущую женщину.       - Чувк-чавк. - Попыталась изобразить старание рабыня, увеличивая амплитуду, заталкивая ствол себе в глотку, но подсознательное сопротивление процессу свело ей горло, и этим она только причиняла себе боль. Впрочем, боль хороший учитель. Потыкает себе горло, может голосовые связки сорвет, помучается денёк, зато потом научится.       - Глубже, Глубже! - Прорычал я в напускной ярости, вонзая когти в кожу головы, добавляя к старанию рыдающей рабыни усилие своих рук. Я мог бы подсказать ей как правильно сосать член, уж чего-чего, а ствол полировали мне частенько, как подружки и знакомые, так и жёны и дочери “должников”, но в данном случае вопрос стоял не только и не столько в навыках, сколько в утверждении власти и расстановке сил. - Глубже, я сказал!       Последний рык, я подгадал так, чтобы Селестина сама попыталась взять член вглубь, и испугавшись, да ещё с моим чутким направлением головой, всё-же пропустила его, буквально заглотнув от испуга.       - А говоришь, что не можешь. - Во всю трахая задыхающуюся девку, водил я её головой по своему органу, чувствуя горловые спазмы. - Умничка.       Эх, хорошо! Выпуская струю спермы практически непосредственно в желудок полузадохнувшейся рабыни, я активировал прикосновение страсти, заводя полудохлую рабыню. Кто-то может сказать, что это отвратительно, но такое будут утверждать только те, кто мало что понимают в психологии. И пусть, пускающая пузыри спермой соска, приходящая в себя после первого “самостоятельного” отсоса, всего-лишь кусок кода, но кода профессионального, да с поддержкой искусственного интеллекта с его наборами матриц личностей. К чему я, вообще, об этом? Так очевидно же, что Селестина типичная сабмиссивная личность, другими словами, врождённая рабыня, место которой на коврике у двери. Уместно она себя станет чувствовать только если дать ей понять, что она никто и тряпка, существующая только за счёт моей милости. Бонусы рабства в виде спасения своей семьи и сохранения жизни она уже получила, а роль “куска мяса для поёбывания” определит для неё обязанности.       - Идём, тебе ещё массаж, получать. - Столкнув её с бортика в воду сказал я. - Ах, да думаю, не стоит тебе объяснять, что жизнь твоей сестры в твоих руках. Если ты и она будете хорошо мне служить, то горя знать не будете. Так что подумай, как станешь убеждать свою сестру стараться мне понравиться.       Убедившись, что рабыня не тонет и умылась от излишков спермы украсившей ей мордашку, я подал руку, помогая выбраться, ну и заодно вешая очередное возбуждение. Пусть в её голове отложится не только унижение и надлежащая ей боль, но и возбуждение, которое она от этого получила.       Обтеревшись и дав вытереться рабыне, я слегка подтолкнул её к двери. Из трёх попыток, сработало лишь две, но даже этого оказалось достаточно, чтобы Селестина возбудилась, подходя буквально к границе, когда уже никакой самоконтроль не поможет. Вот даже интересно, что творится в её цифровых мозгах, когда она тихонько поскуливая заводится от прикосновения страшного демона-хозяина. Ну, так, теоретически интерес, не более.       - Разбуди сестру. - Приказал я, усаживаясь на кресло лицом к кровати.       Селестина выполнила приказ, нежно склонившись к сопящей сестрёнке и что-то её тихонько напев. Открывшая глаза девочка не сразу поняла, где она, даже успела растянуться, вытянув руки и ноги, и только не ощутив знакомых границ узеньких деревенских кроватей, ойкнула и заозиралась. Увидев же меня, попыталась укрыться одеялом, спасая “честь”, но быстро поняв неуместность поступка, взяла себя в руки и попыталась изобразить вызов во взгляде.       Вот честное слово, такие марионетки мне нравятся даже побольше готовых прогибаться словно желе, рабов. Особенно занимателен румянец, набежавший на щёчки Гюльчитай, когда, в ответ на мои мысли, бревно, заменившее мне член, стало вздуваться, возвышаясь над пахом.       Кстати, недавно ненароком заметил момент, который потребует дальнейшего осмысления: моё орудие, в эрегированном состоянии, не всегда одного и того же, как бы это так сказать, ...объёма… размера.       Такое чувство, что это недокументированной фичей инкубов идёт, подстраивание сего важного инструмента труда под чаяния владельца и конкретную ситуацию.       Ну, например, мне вполне хватило его размеров, чтобы выебать двух тёлок в бутерброде, и в тоже время, глубины глотки Селестины, почти хватило вместить его до корешка, а это, по моим прикидкам, сантиметров так двадцать разницы. Нужны эксперименты и наблюдения.       Впрочем, пока я мыслю о Вечном, девушки немного пошушукались и встали рядом с кроватью, заложив руки за спину, и имитируя послушных служанок. Мило. Кстати, я обещал Селестине поощрения в случае добровольного отсоса.       -Умнички. Доброго утра. - Поздоровался, не вставая я. - Гюльчитай, пока я не убежал по делам, надо провести массаж сестре.       - Но… - Растерялась девушка, не чувствуя внутренней необходимости ласкать сестру, всё же прилив возбуждения существенно сносит внутренние рамки. - При Вас?       - Конечно, а вдруг ты что-то не так сделаешь? Ты хочешь порвать там всё сестре? Думаешь ей мало досталось от Инкуба?       - Но-но-но…. - Аж начала заикаться от такого служанка.       - Селестина, попроси сестру помочь, тебе же нужен массаж? - Встав напротив рабыни и смотря неотрывно той в глаза, приказал я.       - Пожалуйста, Гюльчитай. - Шёпотом попросила Селестина, и, подчиняясь моему жесту рукой, вернулась на кровать.       - Напоминаю, Селестина, ты должна лечь на живот и приподнять попу. Гюльчитай, капни себе на ладонь зелья и приступай втирать между ног, пока не почувствуешь, что прилила кровь.       Направляя за плечи служанку сначала к склянке на столе, а затем к топорщащейся попке, я накидывал возбуждение. И остановился только на третьем срабатывании.       - У неё очень сухо. Не как вчера. - Вопросительно уточнила трущая половые губки сестры мелкая.       - Да, так обычно и бывает, надо лучше тереть. Можешь смочить немного ладонь. - Кивнул я ей, вернувшись на кресло и наблюдая за представлением.       - А может Вы сегодня помассажируете её? - Неуверенно попыталась отмазаться она.       - А вечером? Не, так дело не пойдёт, давай учись, старайся. - Качнул я головой, прекрасно видя, что мелкая хоть и пытается улизнуть, но, на самом деле, секунда от секунды заводится всё больше, даже без моего влияния, исключительно на, несомненно, приятных ощущениях киски сестры под ладонью.       Вскоре Селестина возбудилась так, что начала поддавать попкой навстречу сестре, а половые губы расползлись в стороны под пальцами, открывая доступ внутрь, чем поспешила воспользоваться мелкая, запуская пальцы в пизду, начиная непосредственно трахать сестру.       Гюльчитай распалялась во всю, нагоняя сестру и, пусть и не догоняя её, но стремительно сокращая разрыв. Даже её спина буквально излучала получаемое от “лечения” удовольствие. Впрочем, капельки соков, стекающие по внутренней части бедер выдавали её куда сильнее осанки, дыхания и напряжения.        Хех, было бы забавно если её случайно переклинит на противоположный пол. Переживаю ли я, что моя рабыня станет лесбушкой? Ни капли! Как говорится, “Качественно зафиксированная лесбиянка, автоматически становится бисексуалкой”, так что трахать её мне не помешают никакие её моральные устои и сексуальные предпочтения. Да собственно, какое мне дело до её предпочтений. Даже забавнее будет.       Процесс шёл своим чередом, и девушки, по моему субъективному мнению, достаточно разогрелись, чтобы принять мою “посильную” помощь. Ну, для начала, используя хвост, обвил руку Гюльчитай и потянул её к срамным створкам, попутно скользя между ног и будоража клитор.       Девчушка, на миг напрягшись ощутив моё прикосновение, расслабилась и даже слегка склонилась, отдаваясь моей власти. Вот только просто трахнуть её мне показалось неинтересно, да и не рационально. В планах-то у меня не просто воспользоваться помутнением сознания безвольной рабыни, а вырастить верную последовательницу, ну или, по крайней мере, достаточно развращённую и верную мне тварь, что будет выполнять даже самые стрёмные из моих приказов.       Всё же разнообразие гарема должно быть не только видовое, но и психологическое. Вот какое удовольствие ебать пусть и красивые, но безвольные куклы? А вот иметь пару симпатичных сестёр, которые уже и так на грани добровольных лесбийских оргий, одна из которых с готовностью принимает роль рабыни, а вторая с удовольствием над ней доминирует, это клёво.       Вот и приходится воспитывать себе доминаторшу. И именно для того я сейчас слегка нажал на кисть девушки, направляя её пальцы внутрь своего тела, чтобы выработать у той условный рефлекс “Доминирую над сестрой - мне хорошо”. Плавно перешедшая от внешних ласк сестры к жёсткому фистингу всем своим небольшим кулачком, со специфическим хлюпаньем и стонами, малышка, направляемая мной ласкала себя, норовя ввести пальчик то во влагалище, то в попку.       Прижавшись всем телом к спине Гюльчитай и под стоящим болтом между по попе вверх и вниз, я словно обнял её, обхватывая небольшую, но упругую и жаркую грудь. Милые сосочки, в возбуждении окаменевшие, с готовностью потёрлись о ладонь, требуя свою долю ласк. Сжав их причинив самую толику боли, я отстранился, направляя член по створкам младшей сестры к лону старшей.       Хлюпнувшая в оргазме пизда выпустила шаловливый кулачок тут же с готовностью приняла вначале головку, а затем, сантиметр за сантиметром и весь хуй. Оправданием прекращению “массажу” Гюльчитай мог стать только мой хвост, которые игриво обвил её тело и требовательно ткнулся ей в руку.       Умная, полубессознательная девушка, ездящая на ебущем её сестру хуе, словно верхом на седле, сообразила, для чего её досталась эта прелесть и принялась массировать навершие, примеряясь ртом и играя язычком...       Ритмично трахая Селестину, ощущая скользящую по стволу девственную киску, я играл с девичьей грудью, временами активируя навык возбуждения, замечания те мгновения, когда Гюльчатай немного отходила от сводящего с ума возбуждения. Процесс интимных игрищ будоражил зверя во мне, заставляя чередовать нежные толчки с жестким впихиванием хера до самых краёв, когда лоно старшей сестры растягивалось и буквально было готово порваться, выбивая не стон удовольствия, а вой боли, я отрывался.       В какой-то момент я настолько отдался процессу, что едва смог остановить себя, в миге от того чтобы не вырвать кусок шеи служанки, как это было с суккубой. И если демоница от такого едва ли пострадала, больше делясь со мной кровью, то человечка с гарантией в сто процентов скопытилась бы.       Переведя готовый разорвать плоть укус в глубокий засос, рычу, но отрываюсь, постепенно набирая темп.       До этого чередующиеся нежные и грубые толчки становятся всё более и более яростные, но всё ещё не слишком сильными, по крайней мере не настолько, чтобы травмировать. Как раз чтобы заполнять лоно до края и не развалить сложившуюся конструкцию. Старательно трахая сестёр я удерживаю их на том уровне, чтобы не затихал вой болезненных оргазмов Селестины, оттеняемый чавканьем и постанываниями Гюльчитай.       Толкнув парочку и завалив их на постель, лёг сам, в наглую закидывая Селестину на себя спиной, направляя анус на член. Разработанное кольцо с готовностью приняло в начале головку, а затем опустилось до яиц. Селестина всё так же тихонько выла, дрожа непрерывным оргазмом. Даже пришлось на миг замереть, дабы рабыня немного пришла в себя. Впрочем это время ушло на то чтобы натянуть на наш бутерброд активно маструбирующую рядом Гюльчитай. Мазнув по мне мутным взглядом, мелкая подчинилась и перекинув ногу над головой сестры склонилась к освободившемуся отверстию, продолжить “массаж” попутно вылизывая лоно и вновь пришедший в ход поршень удовольствия.       Селестина тоже верно поняла диспозицию и с голодом прильнула к сестре. Мне даже пришлось одёрнуть её, когда она надумала сорвать пломбу, превращая девочку в женщину.       - Не смей. - Рыкнул ей в ухо я, оттягивая за волосы. - Моё. Сам решу когда мне стать её первым мужчиной. Лижи старательнее.       Отпустив её к раскрасневшийся и мокрой, словно после стирки, письке я откинулся и обнял нас всех крыльями.       О, это было нечто. Получившийся кокон из тонких перепонок крыльев с начинкой из сходящего с ума бутерброда страсти это совершенно новое. По крайней мере для меня, ощущение скользящей бархатистой кожи девичьей попки по чувственной коже был обжигающе приятен.       Вместе с отсасываемому хвосту и ебущему в попку члену это было просто безумие. Инфернальный, адовый кайф.       Выйдя на пик, я не стал сдерживаться, и пульсирующий от наслаждения член стал накачивать Селестину спермой. Ещё и ещё, всё, до последней капли.       В конце мне даже показалось, что рабыня умерла. Пришлось даже снимать её безвольное тело с себя, вытягивая член из ануса, чувствуя, как словно, лишившись пробки, из неё потоком хлынуло семя.       Да нет, вроде жива, дышит, а мелкая даже пытается шевелиться. Впрочем, посмотрев в открытые глаза малышки, я подтянул её к краю кровати и, скинув голову, утомлённой девчушки, встал и, пристроившись рядом, провёл слегка опавшим хуем по губам.       Особенно демонстрировать власть не пришлось и вскоре я аккуратно трахал молоденький ротик, размеренно водя елдой по языку и нёбу. Особой цели достичь желудка, не было, но и отказывать себе в глубинном, горловом минете я не стал. Парадоксально, но оргазм для меня в данном случае не стал самоцелью. Хотелось даже спустить кончу в сахарные уста и посмотреть на результат “эксперимента”.       Доведя себя её ртом до второго оргазма и облив всю мордашку, я довольно потянулся.       Яйца приятно холодились женскими соками и гудели от опустошения, а я прикидывал, если кровь искусителей оказалась не слабым афродизиаком, не будет ли и сперма нести в себе эффект привыкания. Станет ли для меня проблемой если рабыни подсядут на “натуральный” наркотик? Нет конечно, одна лишь прибыль.       - Поспите. Вечером меня можете не ждать. - Поправив безвольные голые тела, измазанные моей спермой с ног до головы, я полюбовался лезбийской композицией, на что член тут же одобрительно запульсировал, как бы намекая, что он ещё огого и на кое что годен. - Массаж не пропускать, приду проверю.       Мысленным усилием открываю карту и вижу две точки, направляющиеся к замку, в ответ на высланный чуть раньше им приказ.       Грустно вздохнув, я с иронией подумал, что продолжи я еблю сестричек ещё несколько минут и суккубы стали бы свидетельницами моих интимых развлечений. Не то чтобы социальное выступление стало бы какой-либо проблемой для меня, но прекращать всё равно пришлось бы по объективным причинам. Хотя бы чтобы не натягивать на кукан по очереди два трупа, вон, рабыни и так обессиленными валяются. А вот став свидетельницей подобной невоздержанности, суккубы совершенно точно сделают выводы о моей слабости, а оно мне надо? Не особо, так что можно спокойно почесать яйцо и расслабиться.       Эх, хорошо, отдохнул, размялся, можно сказать веду здоровый образ жизни, зарядочку провёл. Вот только маленькое “но” меня расстраивает. Моя утонченная натура в “той” реальности сейчас ублажала бы себя поеданием какой-нибудь вкусняшки, попутно запивая другой вкусняшкой. Так в чем проблема? Иди и возьми себе чего-нибудь для чревоугодия. Но не тут-то было, разрабы с чего-то решили, что демоны обязаны любить яблоки… И пусть это демоничие яблочки взращиваются в телах жертв и удобряются кровушкой регулярных жертвоприношений, но, как по мне, эти цементированные огрызки с гнилостным послевкусием не стоят того чтобы об них марать зубы. Этакое сельское хозяйство на костях объясняется на самом деле просто. Высаженные саженцы в тела рабов не дают бедным умереть и непрерывно мучает закопанные в землю тела, формирую из их страданий этакие экстракты мук, ага те самые “яблочки”.       Не, нам такого “добра” не надо: тратить долго восполнимый ресурс на всякую гадость? Нафиг надо. Еда для демонов? Пффф. Суки и, пока что отсутствующие, инки пожрут немного наиболее усердных пленников, бесы тоже найдут чего пожевать, а всякие разорители и иже с ними смогут нормально поохотиться… Или выкупить мясцо у рейдовых групп. Или послать свои. Или… Да какая мне разница? Кушанька есть кушанька. Никаких проблем, пока эта еда - не мои рабы или поданные. Впрочем иногда можно и моих рабов скормить. Причём, желательно демонстративно, в качестве урока остальным. Но думаю, вы поняли суть - мне как-то пох.       Пока я смотрел через интерфейс и размышлял, в дверь, даже не постучав для приличия, игриво виляя бедрами вошла суккуба. Хотя да, суки, спальня и приличие? Не, это не про них. Чего им стесняться?       -Вызывали, Повелитель? - С поклоном спросила слуга, на что я лишь кивнул на кровать.       Пошло, будто они умеют иначе, улыбнувшись, суккуба прошествовала к траходрому, умудрившись не задеть лежащих на полу Бедняжек, после чего опустилась на живот, расставив свои прелестные ноги для большего моего удобства и - я уверен - ехидно указала хвостом на свою щелку.       Лишь фыркнув на такое поведение, подхожу к ней и вставляю её же хвост в её норку самой суккубы.       Недовольный вздох был мне ответом. А вот нефиг было так медленно тащится! Ничего… Остальным будет ещё хуже...       Медленно, даже слишком медленно потрахиваю суку, попутно пресекая все её возможные попытки насадиться поглубже. Нет уж. Раз уж решил вас наказать, то вы будете терпеть.       Краем глаза отмечаю движение слева от себя и, замедлившись, что заставило суку буквально заскулить, поворачиваю голову.       Как я и думал - пришла вторая опоздашка. Причем даже не сделав вида, что спешила на мой зов, вальяжно зашагала ко мне. Ага, верю, верю.       Небрежный жест рукой останавливает опоздашку, повергая её в недоумение.       -Вернись к двери и запри ее. Отходить от двери я запрещаю.       ”Слегка” расстроенная суккуба вернулась к двери и, видимо решив выжать из ситуации хоть каплю удовольствия, села на пол, прислонившись спиной к двери и, показательно разведя ножки в стороны, так чтобы я мог всё прекрасно рассмотреть, начала надрачивать себе.       В мозгу мелькает было мысль ужесточить наказание и запретить “опаздунье” даже самоудовлетворяться, но тут же была побеждена мыслью о перегибе. Благо что третьей суке вообще в комнату доступ закрыт… Ибо она в жопе локации следит за наказанием инка. Мда.       Поворачиваю голову обратно к недовольно сопящей подо мной суке. Ладно. Думаю надо заканчивать наказание и переходить к “сладенькому”, а то что-то надоело и такое чувство, будто наказываю и себя.       Просовываю руки под суку и, найдя груди, с силой сжимаю их, поднимая суку вверх. Слышу легкий вздох осознавшей дальнейшие мои действия слуги - как играет, чертовка - и впиваюсь в горло клыками. И вновь пьянящая жидкость льется мне в рот, а в голову приходит восхитительная идея.       С тихим чпоком высовываю хвост из сопротивляющейся этому норки и приставляю к ней свой причиндал, обвивая его хвостом суки и закрепляя данную конструкцию своим.       Потехе - время, делу - час, как говорится. К сожалению, каким бы любимым делом не занимался человек, оно непременно приедается. Пусть я и слегка увлечённый плотскими утехами придурок (себе-то врать не стану, другого такого уникального сексуального-садиста, да ещё и редкостную милашку и умницу, коим сам являюсь, я не знаю), но даже такому очаровашке стоит иногда себя ограничивать и отвлекаться, чтобы накопить… скажем так, нет не, желание, а … скорее идей. Во, пробудить музу.       В любом случае, даже моему великолепию нужны моральные разгрузки, чтобы просто не пресытиться раньше времени. Вечность не любит однообразия, а я жить собираюсь долго, чередуя исполнение основных служебных обязанностей Инкуба с прочими жизненными развлечениями.       А потому, мудрейшим решением будет: пусть чресла накопят сил, а я пока погуляю. Само собой, не просто по замку там или лесочку, а так как надлежит прогуливаться владыке земель. Устрою как я выезд совмещённый с охотой, желательно на двуногую дичь.       Собрав доступный отряд, я вознамерился заняться прокачкой гвардии. Само собой рассчитывая и сам поднять опыта и уровней, я, тем не менее, осознанно намеревался больше внимания уделить своим солдатикам... Все равно ведь часть опыта моих слуг переходит мне, к тому же командование битвой само по себе приносит опыт, даже если все мое командование будет заключаться в приказе начать атаку. Так что, мой небольшой отряд из импов во главе со мной приблизился к ближайшей пометке на карте.       Хех. Бесы против гоблинов. Прям битва века! Мда. Правда, всё же придется еще сторожей искать для рабов, что на лесопилку переправят…       А, плевать на всё! Я сюда приехал отдыхать и чем мясное побоище двух отрядов тупорылых порождений не способ отвлечься. Попкорну бы. Ну а рутина? Срать, просто напрягу суку, мол ее территория - её проблемы и все такое.       Решив намечающуюся моральную дилемму, пинаю подвернувшуюся под руку суку в спину и жестом приказываю идти за мной, направляюсь на выход из замка.       -Ты - Ткнув пальцем в сторону ближайшей суки, что пришла первой в комнату - беги за слугами.       Обе(!) демоницы согнулись в поклоне, рефлекторно выставляя напоказ свои пышные прелести, и бегом отправились куда-то в недра казарм.       Ну что, подождем…       Первая сука опять оказалась первой и со своим отрядом вышла из казарм.       Вторая же задержалась и вышла чуть позже, зато почему-то с превосходством глядя на “родственницу”. Причина заносчивости выяснилась чуточку позже, когда вышли слуги, отданные под командование опоздашки. Что ж, им удалось приятно удивить меня, ибо не слишком отличающиеся от сил первой суки, войско несло на своих корявых ручонках… паланкин.       Поправочка, грубую пародию на него, в виде куска ткани, натянутого на две длинные палки. Придатком к конструкции шли четыре уродца из отряда сообразительной жопки. Расторопная умница здраво рассудила, что в данном конкретном случае потерять часть сил отряда на то, чтобы удовлетворить чаяния начальства, несколько гораздо перспективнее. Одобряю. Здоровая доза раболепия моим подданным не помешает.       -Это что, неумелое оскорбление? Ох. Меня окружают одни самоубийцы. - Начал ворчать я, не демонстрируя, впрочем, кроме слов, явного недовольства. - Ну, что за ничтожества. Ничего лучше не нашлось? И бесы? Что за моветон? Хорошо хоть не додумалась до рабов.       -Простите, господин. - демонстративно падая на колени и опуская лицо в пыль дороги, попутно оттопырив, аппетитно лоснящуюся на солнце филешку, проскулила изворотливая тварь. - Простите никчёмную рабыню, но это всё что на что хватило моих немощных сил. И пусть это не именное исчадие ада, запряжённое в Вашу упряжи и клейменное Вашим гербом, но я исправлюсь.       Я перевёл взгляд с суккубы на паланкин и обратно, попутно заметив сожалеющую гримасу на морде второй бляди. Ну, да, теряешь, подруга, очки, быстро и чётко. Мало того что твоя “подруга” умудрилась удовлетворить мою невысказанную хотелку, так ещё и вполне недвусмысленно намекнула, что имей она больше сил и власти, так и удовлетворять их сможет лучше и быстрее. И я не вижу причин почему, при следующем дележе ништячков не удовлетворить ей маленькую просьбу. Всё честно, награда по заслугам, а делать кого то из вас сильнее мне всё равно придётся.       - Допустим. Думаешь, будь ты сильнее, смогла бы сообразить что-то лучше этого непотребства?       - Да, Господин.       - Что ж, повысим ставки. Удиви меня, а не то, что-то у нас маловато инкубаторов стало, да и за рабами в клетях прибраться не мешало бы. - С тоской прикинул вслух я возможные кары. - Блять, зарубить бы вас к чертям, да что-то надоело. Существуйте пока. Мда… Пока не надоели.       -Вы не пожалеете, господин! - Вновь склонилась опаздашка, не преминув кинуть насмешливый взгляд на товарку.       Мне за их переглядываниями даже вдруг показалось, что они решили, что я решил оставить только одну из них. Чтож, не буду их разубеждать. Здоровая конкуренция, залог быстрого и качественного развития коллектива, а то что выжить в подобных условиях могут далеко не все работники, так то мелочи. Подумаешь, повышенное количество самоубийств и фатальных болезней в среде подчиненных, главное же прибыль. Будет лавандос, будут юристы. Будут юристы, не будет тупых исков и наездов комиссий по защите прав трудящихся.       Эх, хорошо быть демоном!       Еще раз осмотрев хлипкую на вид конструкцию, я с мысленным вздохом начал взбираться на это, надеясь, что оно не развалится во время пути. На поведение же бесов у меня надежды не было. Совсем. Все-таки, как я уже говорил, бесы и мирное поведение - понятия несовместимые и с них станется уронить “паланкин” в грязь чисто из вредности. Меня скинуть им храбрости не хватит, а вот уронить паланкин в грязь - нормально. И если из-за хреновости паланкина я сам окажусь в грязи они только рады будут.       Впрочем, опаздашка этого не допустит, прекрасно ведь понимает кто станет крайним для моего гнева.       С другой стороны, у первой суки могут возникнуть мысли “помочь” бесам “пошутить” просто для того, чтобы подставить соотечественницу.       Занятый мыслями о своем транспортном средстве, я не заметил момент отправления, отвлекшись от своих мыслей лишь когда качка стала напоминать слабую морскую волну.       Эх, по нормальной дороге, да с нормальными носильщиками, да нормальную ткань с подушками, да какую красавицу под бок… Было бы лучше. А так семёрочка из десяти.       И пусть активно развлекаться с красавицей, а то и не одной, мне бы не позволила просевшая выносливость, но расслабиться, получая массаж, я бы не отказался. Ммм, даже просто мысли о том, как нежные пальчики одной рабыни разминают мышцы спины, а губы другой трудятся в паховой области, дарят негу.       Решено, никаких больше путешествий без надлежащей свиты. Как минимум одна рабыня должна быть под рукой, а то трахать суккуб, по сути на данный момент, моих солдат, не то.       Но что имеем.       Медленно, но верно, мы двигались к лесопилке. И пусть опаздашка увидела в этом знак, начали именно с её территории и все такое, но на самом деле ничего показывать и никого выделять я не хотел. Мною двигала лишь логика и прагматичность: с лесопилки рабы наберут больше леса, нежели работая самостоятельно, а дровишки нужны для строительства. А потому начать нужно было именно с нее. Раньше освободим, раньше план двинется вперёд.       Верные своему характеру бесы мне надоели очень быстро, причём настолько, что остро захотелось потренироваться на меткость применения единственного купленного на данный момент заклинания “Стрелы Хаоса”. И останавливала меня даже не численность войска, срать я хотел на количество импов, бесполезное мясо, а то что маны на моём уровне, да с моими навыками маловато. До безобразия мало, до десятка стрел, а потом возвращаться в замок на подзарядку от источника. Нет уж, минимум захватить пилораму я обязан, а вот на обратной дороге, если сил хватит, устрою отстрел выживших. Дружественный огонь, мать их.       Всё же на паланкине избыточно одиноко, и бесы бесят. Пришлось пригласить к себе блядей, и раскинув крылья в стороны, расслабиться, заслуженно получая игривые пальчики сук ласкающие чувствительную кожицу крыльев.       Разумеется все так просто не могло быть. Даже в том, что бы обслужить своего хозяина этом дуры не смогли найти компромисса и пытались подставить друг дружку, то и дело норовя подвести друг друга, под неудачное движение по моему телу.       - Ммм, хорошо-то как. Девочки если не прекратите, думаю отряд не заметит потери бойцов. - Мурлыкнул, я привлёк внимание обеих и тут же продолжил злобно шипя. - Повешу обеих на ближайшей сосне.       -Мне плевать, на ваши мелкие игры. Но если они вновь доставят неудовольствие мне или помешают получать удовольствие, или расстроят меня… Троглодитской шлюхе завидовать будете.       ”Долго ли, коротко ли”(с) - не знаю: дремал, утомившись от делов неправедных - но мы пришли к месту назначения. Всё же честность лучший инструмент, ведь суккубы чётко поняли, что шуткой в моих словах и не пахло и убить обеих я был готов в любой миг, вот девочки и успокоились, позволив провести время пути с толком, выспался например.       Осмотрев окрестности лесопилки и убедившись, что гоблины от бесов отличаются разве что цветом кожи, а повадки один в один, отдаю приказ их растерзать с особым наслаждением.       Блядь! Только отдал приказ, как тут же упал на землю, больно ударившись копчиком. И если бы обе суккубы не ойкнули синхронно со мной, отыгрался бы на обеих разом. Бесы, что держали паланкин, с визгом ринулись на гоблинов следом за основной массой отряда. Тупые твари даже не озаботились тем чтобы аккуратно опустить ношу на землю, а на удивление синхронно её отпустили. Суки!       Матерясь, сквозь сжатые зубы я не удержался и выписал обеим своим спутницам по пинку под хвост, чтобы не расслаблялись и кивком головы отправил следом за гомонящей толпой.        Организовав наступление сам я занялся тем чем мог бы заниматься только самоотверженный палковводец, отошёл подальше и, взобравшись на холм стал наблюдать за представлением. Нет перелокализовался я не от страха, вряд ли гоблины могли бы быть мне опасны, тем более достать меня могли разве метатели копий, но те больше увлекались тем чтобы выжить под дальнобойными атаками суккуб, с двух рук метающие небольшие огненные сферы демонического огня. Прочим же недорослям, чтобы просто приблизиться ко мне пришлось бы пройти сквозь импов и преодолеть суккуб, что было возможно исключительно умозрительно.       Наблюдать за взаимным уничтожением импов и гоблинов долго мне не удалось, ибо задние ряды “отважно-обороняющихся” бросились подальше, “случайно” позабыв о безопасности спин, завязнувших в мордобое, сородичей.       Так-что, сами понимаете, передислокация моего тела происходила отнюдь не под предлогом опасности, скорее из любви к искусству, если за оное можно было принять ор и визги низших демонов. Не умеющие в принципе молчать бесы, пришедшие в восторг от возможности подраться, накостылять окружающим и дать оставшимся люлей, решили уведомить о своей радости всю округу. Победным кличем стала какофония препротивнейших криков. Вот первый тенор совместного выступления гоблино-бесовского оркестра и раздражал меня больше всего.       Гоблины, выступающие своими перепуганными голосами в роли подпевки, отнюдь не добавили исполняемому произведению войны сколь-нибудь пристойной акустики. Их вопли не так сильно резали слух, как визг бесят и импов, от которых хотелось прочистить уши пулей, но мой возвышенный слух терзали не менее основательно.       Так что, видя, что моего мудрого руководства войскам не требуется, ибо ордой не сильно-то поуправляешь, а парочка суккуб и сама прекрасно ориентировалась в происходящем, выбивая одного за другим каждого гоблина способного затруднить продвижение импов вперёд, я смог себе позволить осмотреться вокруг.       Не слишком внимательно, впрочем. Дело даже не в том, что выискивать трофеи - не барское дело, а в том, что “любоваться” окружающим срачем не хотелось. Гоблины, они и есть гоблины: дерьмо, различные обломки, как новые, так и оставшиеся от руин пилорамы… Да что там! Просто знайте, что гоблины любят красивые места. И, что понятие их красоты диаметрально противоположно демоническому.       С чего я вообще взял на себя подобное командование, когда из всего управления планировал отдать первый приказ о начале атаки, а дальше собирать цветочки и восхищаться авангардистски разбросанными потрохами погибших воинов? Так тут сразу две причины. Первая, мелочная и не особо для меня интересная, войска под руководством героя сражаются лучше и выживают чаще, а кроме меня, других палковводцев в наших войсках пока нет, ну, а, во вторых, и в главных, ОПЫТ. Непосредственно “управляя” войсками я мог претендовать на процент от опыта за каждого убитого врага на поле боя. А качаться мне всё равно надо. Второго уровня для Владыки Демонов явно будет маловато, каким бы восхитительным, великолепным и идеальным я ни был.       Так что, наблюдая за кучей-малой, возникающей на месте каждого настигнутого гоблина, я “командовал парадом” и предвкушал третий уровень. Впрочем это не мешало мне морщиться от шума и параллельно прикидывать, где бы мне раздобыть ещё один отряд врагов, напав на которого я мог бы добрать опыта до четвёртого уровня и не потерять слишком уж много из воинов       Наконец первый акт спектакля “Облава на гоблинов” окончилась ожидаемой мной, а от того чуть менее мерзкой, симфонией восторга бесов, и можно переходить к второму акту: Сбор трофеев.       Трофеи. Ха, какие нафиг трофеи, одно название, а не нечто архиважное и радостное, достойное отдельного повествования. Вот какие ценности могут быть у расы, чья цель пойти мясом либо на битву либо в котел? Вот-вот, я о том. По большому счёту кроме гоблинских окороков собрать с этой битвы удастся мало чего. Пусть, гоблины и “славятся” своей клептоманией, но у кого и что они могли красть, сидя на заброшенной лесопилке в лесу? У деревни, которая и сама может навешать подзатыльников зеленожопым дикарям? Так и там, кроме оглобли какой или полуживой курицы отродясь ничего не водилось.       Но, всё же, разжиться кое чем удалось. Шмоная трупы и слегка копнув кучу мусора, заменявшую мерзко-мелким дом, удалось найти пяток покусанных золотых и наряженную в обрывки тряпок чёрную, словно смоль, ветку. Огрызки я с чистой душой передам кому-нибудь в качестве награды, а вот, что делать с жезлом страха, я пока не мог прикинуть. Как оказалось ветка принадлежала шаману селений и могла наводить на цель страх, заставляя ту бежать. В принципе, полезная шмотка, вот только шаману она не особо помогла, слабоват артефактец магии разума оказался против демонов, славящихся какой-никакой защитой от магии этого аспекта. И если от полупереваренное золото я даже брать в руки не хотел, то как поступить с растопкой для костра, я решил подумать позже.       Был, конечно же в “селении” и другой хлам, но трофеи из него выходили строго специализированные. На ценителя, так сказать. Мог конечно и я собрать в мешки распространённый, но, востребованный в сельском хозяйстве, ингредиент. Но тащить собранные фекалии ради того чтобы продать их на аукционе по золотому за тонну, я не собирался.       Кстати, обе “ценности” нашли и доставили Суккубы, и если золото отобрала у бесов первая, то ветку раздобыла вторая. Возможно тросточку заметили они одновременно, но то как они обе синхронно кинулись к золотым я видел лично. Словно сороки они посчитали блестяшки ценнее не презентабельного артефакта, упуская из виду, что даже такой бесполезный магический инструмент может стоить на несколько порядков дороже. Впрочем, для меня особой разницы не было ни между пятью золотыми, ни перед пятьюстами. Но наблюдать за шлюхами было забавно, когда каждая из них стремилась преподнести свою находку, как нечто весьма ценное и достойное поощрения. Вот только, понимание “роскошности” даров, не позволяло слишком уж им себя расхвалить, но они честно старались.       Особой перчинкой в ситуации было то, что что мне оба “подарка” были важны, как те самые удобрения естественного производства гоблинов, что притащили импы. А всё, потому что я в любой момент мог позволить себе ввести в игру столько денег сколько мне только понадобится и купить, что только пожелаю.       ”А нет.” - мелькнуло в голове, когда я попытался зайти на общественный аукцион и прикинуть цены полезностям. - “Не могу.”       Гребаный патч. Или это изначально было, и я просто упустил этот момент? Короче, донат уже изнутри игры доставлялся игровой механикой, то есть караванами и получить его я смогу не раньше четвёртой недели с начала игры, когда падут границы и торговцы смогут ступить на мои земли.       В любом случае, раздосадованный неприятным открытием, я дал по рогам обеим, чтобы не маялась дурью, и мы продолжили разбор трофеев. Эх, вот бы живых и симпатичных, с нужными причиндалами для удовлетворения моих потребностей пленниц...       - Кончайте, девочки. - Приказал я, когда, разобрав завал на месте жилища гоблинов, мы добрались до не поврежденных брёвен. Судя по всему, именно они шли, как первоначальный запас и системой определились, как пять мер древесины.       Само собой, заморачиваться доставкой весьма габаритного добра до хаты я не стал. Я тут погулять вышел или мусор собирать? Пусть рабы горбатятся, иначе какой смысл мне их оставлять в живых?       Понимающе переглянувшись и усмехнувшись, сучки криками и плетьми стали собирать низших, которые не стеснялись шипеть на своих командирш, когда те, не справедливо, по их мнению мешали честным бесам питаться, пожирая потроха гоблинов. А, не. Поправочка, не только гоблинов, был вынужден признать я, наблюдая как один из бесов сдирал чешую с оторванной ноги, если судить по цвету, импа.       Срач стоял знатный, но мало по мало разошедшиеся кто-куда бесы и импы, собрались в нечто, отдалённо напоминающее отряд, и мы были готовы отбыть.       Стоит отметить, что на этот раз первая из сестёр не растерялась и кроме бесов опаздашки к переносу наших нежных попок были пристроены твари и из её отряда.       Я улыбнулся, оценив расторопность сук и похлопал по носилкам, приглашая обеих пристроиться рядом с собой.       Стоит ли удивляться, что, спеша угодить мне и пристроиться под хозяйский бочок, шлюшки не стали устраивать препирательств? Блин, всегда бы они демонстрировали подобную готовность к диалогу и совместной выручке, как сейчас, жить бы одному владыке инферно стало на порядок проще.       Вот только не прошло и минуты, как обе оказались на земле получив пинка с ноги, куда только я мог не целясь попасть. О нет, не считайте меня самодуром, просто поступить иначе, видя, как одна стала кнутом хозяйничать над моим транспортом, а вторая с явным чувством самолюбования, попыталась распустить руки на мои драгоценности. И ладно бы она решила поиграться с моими яичками, может и похвалу заслужила бы. Так нет! На свя… эммм… лучшее что у меня есть руку подняла! На мои расчудесные крылья!       Подумать только! Ну что за наглость? Совсем берега путают, мелкую поблажку за признание принять, не дуры ли?       Впрочем, получив, через какое-то время моё повторное предложение покататься на паланкине, бляди сообразили, в чём был просчёт и тихо-мирно уселись, старательно демонстрируя скромность и подчинение.       Кому кого и когда ебать, буду решать я, и уж точно светить оружием в своё присутствие без моего величественного дозволения я не позволял.       За всеми этими мелочами, я не забыл приказать гварду отрядить отряд рабов под управлением одного из погонщиков на лесопилку. Жаль, что нормальные надсмотрщики заняты, а новые появятся только через пару дней, но… Вот куда рабам бежать? В лес? Глупость! Так что одной гончей в качестве надсмотрщика и напоминания вполне должно хватить. Тем более если ей через Изякила приказать наглядно задрать одного из рабов, подошедших слишком близко к лесу. Эх, жаль, что из начальных войск, кроме толпы бесов двух адских гончих и парочки суккуб никого в живых не осталось, пришлось Изякилу охранять “отчий дом” всего с одной псиной, но для первой недели и этого хватит.       Пока я отвлёкся на работу с интерфейсом и управлением рабами, девочки малость оклемались, и опоздашка, набравшись смелости, подсела поближе, став нежно и очень аккуратно, чтобы ненароком меня не разгневать, гладить меня по ноге, с каждым поглаживанием приближаясь на миллиметр ближе к цели вторжения.       Закрыв окно и расслабившись, я обратил внимание на ласки и прищурившись, приглашающе кивнул девушке на вздыбившийся флагшток. Взвизгнувшая от восторга демоница, одним слитным, змеиным движением перетекла и захватила губами головку члена. Качнув головой, направляя член по нужному пути, суккуба словно создала вакуум в своей глотке, заглатывая болт целиком.       Честное слово, даже на миг испугался, что девушке сейчас сведёт челюсти судорогой, и моя красота отправится в недра желудка суккубы на переваривание. Но страх оказался мимолётным, слишком уж профессиональной соской была опоздашка, чтобы позволить каким-то там физиологическим процессам помешать плодить порок и разврат. Стоя на четырёх костях и поддавая всем телом она гоняла член по глотке, словно крутясь на вертеле.       - А мне? - Возмутилась вторая суккуба и попыталась стащить подругу с меня, но получив одновременно моим крылом по лбу и крылом сосуньи в бок, прекратила нам мешать. По крайней мере, мне так показалась, пока эта дура не попыталась переступить через меня, нависая своей истекающей соками киской надо мной.       Отвлекшись на миг от процесса, я сильно рассердился, и, собрав кисть на манер копья, со всего замаху врезал ей под ребра. Силы, существенно ей навредить, у меня не хватило, но пропороть бок, погружая когти по первые фаланги пальцев в плоть, вполне. Всхлипнувшая тварь в страхе скатилась с меня и паланкина и соскочила на землю. Не зная куда деться, суккуба стояла на земле, прикрывая ладонью кровоточащий бок.       - Охххуела тварррь. - Начал рычать я, нависая над ней, полностью игнорируя прилипшую и боящуюся пошевились тёлку у себя между ног. - Я, что, по твоему полирольсшшщик? Тварь!       - Нет, Господин, не губите. - Упала она на колени плюхаясь лицом в грязь дороги.       - Чавк. - Раздался неуверенный звук от моего паха, пока я в ярости не знал, что сделать. Очень уж многое из знаний хотелось применить на это, к сожалению, не бессмертное тело у моих ног.       - Отрежу крылья и заставлю сожрать. - Словно ледяным голосом, прошипел я.       - Чавк, чавк. - Подтвердили с моего хуя.       - Сниму шкуру и в муравейник закопаю - Продолжил я, вызывая писк отчаяния у обречённой.       - Чавк Чавк чавк. - доносилось снизу.       - Сука, найму инквизитора и заставлю непрерывно читать литургию над твоей могилой.       - Нет!!! Пощадите. - Донеслось до меня, а соска распалялась всё больше и больше. Я не я буду, если эта шлюха от ситуации не завелась так, что, отсасывая мне, не кончает сейчас пулемётными очередями.       - Живи, до вечера. - Прошипел я, окончательно беря себя в руки. - Ты. Пнул я левого беса. - Уступи место даме и лучше ей справиться с переноской.       - О! - Забулькала снизу суккуба, дрожа от невероятного по интенсивности оргазма. Это надо же чтобы унижение ближнего заводили до такой степени. Извращенка. Впрочем, в сложившейся ситуации, это был единственный положительный момент. До сих пор потряхивает от бешенства, когда вспоминаю, как меня, как какую-то постельную игрушку, использовать хотели.