Океан бесконечной весны

Нам всем порой кажется, что за всю свою сознательную жизнь мы совершили кучу ошибок. Не так что-то сделали, или сказали. Вот и мне сейчас кажется, что вся, еще толком не состоявшаяся жизнь уже погрязла только в ошибках. Я абсолютно не уверена в правильности своих действий. Что если я делаю только хуже? Что если я уже сделала то, о чем буду жалеть весь остаток своего существования. Мне ничего не остается, кроме того, как свыкнуться со своими мыслями и принять все факты. Каждый из нас совершает ошибки. И какими бы они не были, это нормально. * * * Я, в принципе как и всегда, перед тем как уехать домой, напоследок зашла в класс музыки. Игра на пианино в конце дня заставляет меня расслабиться. Это, наверное, один из способов выплеснуть все свои накопившиеся эмоции и со спокойной душой уйти из школы, оставив все свои негативные эмоции здесь, забрав только положительные. Я только села за инструмент, как заметила тень у дверного проёма. Я обернулась, желая узнать кто пытается зайти сюда, хотя этого и не было нужно. Я знала кто это. Признаюсь честно, я ждала именно его. Бэка. Так что для меня его приход — вовсе не удивление. На самом деле, это главная причина почему я здесь. Остальные являются косвенными. При виде меня, эмоции на его лице меняются. Я даже не успеваю их всех «прочесть». То ли тревога, то ли радость. Все они сменяются так быстро, что тут сходу не понять. Уверена, момент нашей встречи в своей голове я буду прокручивать ещё очень долго. Но всё это потом. Сейчас меня ждут другие, куда более важные дела. — Не волнуйся, — Оливер прерывает молчание, двигаясь в сторону подоконника. Он берёт, как я поняла, свою папку и делает несколько шагов назад. — Я уже ухожу, — заканчивает Бэк, давая мне понять, что сегодня он не намерен доставать меня разговорами, а цель его прихода — всего лишь забытые бумаги. — Подожди, — говоря я. Он явно опешил, услышав от меня слова, противоположные сказанным мною ранее. — Поговорим? Бэк продолжил смотреть на меня будто с недоверием. Ещё бы, столько его усилий оказались безуспешными, а тут я сама прошу его с такой лёгкостью. Оливер молча подошёл ко мне, двигая стул, и попутно кидая свою барсетку на подоконник. — Ещё бы. Если ты помнишь, я просил об этом чуть ли не целую неделю, — хладнокровно говорит он. — Мне нужно сказать тебе одну вещь. Это очень важно… — Стоп! — опередила его я. — Прежде чем, ты начнёшь, позволь высказаться мне, ладно? — ему не осталось ничего, кроме как покорно кивнуть. Не думаю, что ему удастся сказать что-то, если я этого не хочу слышать. Мы оба это знаем. — Да, Бэк, — начала я, подавив дрожь в голосе и пытаясь засунуть свою неуверенность куда подальше. — Я узнала. Об этом всём. О твоих новоиспечённых отношениях, — говорю я, пряча своё желание расплакаться за странной улыбкой. — Знаешь что самое обидное в этой ситуации? — я держу паузу между предложениями, заставляя Оливера нервничать. — То, что я узнала это не от тебя. — Я могу объяснить. — Мне не нужны объяснения. Я итак всё поняла. Но знаешь, один вопрос меня всё же колышит. Ты и вправду думаешь, что можешь обидеть меня, если начнёшь встречаться с какой-то девушкой? — спросила я. Да. Я соврала. Это совсем не тот вопрос, который мне хотелось задать. Абсолютно не тот. Единственное, что мне хотелось сделать, так это спросить почему он доставляет мне столько боли. Вместо этого, я делаю всё, чтобы он не узнал о ней. Бэк молчал. Могу сказать, что я задела его. Мне кажется, он ждал немного других слов, или просто другого способа высказаться. Помягче. Я — человек, который запросто может высказать своё мнение, не переживая за то, что это как-то заденет адресата. Но за всё время, когда мы не вместе я ни разу не говорила что-то резкое. Оливер явно отвык от этого. Моё выражение звучало грубо. И если честно, я бы не говорила так. Словно он для меня ничего не значит. Мне нужно так говорить. Только потому, что я хочу закончить всё раз и навсегда. И я думаю, образ бесчувственной стервы как раз то, что надо. — Возможно, я тебя удивлю, но понимаешь в чём загвоздка? — я продолжала говорить паузами, высокомерным тоном и тому подобное. — Мне всё равно! Мне абсолютно нет никакого дела до того, с кем ты гуляешь. Мне плевать. В его глазах читалась обида и ясно выраженная боль. Что ж, она мне знакома. В любом случае, я не хотела делать ему больно, потому что я знаю что это и как это невыносимо. Но разве он позаботился обо мне, когда сначала вёл себя так, будто мы всё ещё вместе, а потом я узнала, что у него есть девушка. Или он думал, что эта информация каким-то образом пройдёт мимо меня? — Мы расстались. И ты имеешь полное право завести новые отношения. Не нужно переживать о том, что это заденет меня. Я в полном порядке. Я встала со своего места и, забрав все свои вещи, ушла, напоследок широко улыбнувшись ему. Я сказала всё, что собиралась сказать. Возможно, я пожалею об этом. Но сейчас мне кажется, что я сделала всё правильно. Вот так парадокс. Оливер так старательно собирался сказать мне что-то важное, а в итоге не проронил ни слова. Я взяла на себя всю инициативу. Мне интересно, что он так сильно пытался высказать. И уверена, мысль об этом будет тревожить меня ещё долго, но всё же сделанного уже не исправишь. Я просто хотела поставить точку и избавить себя от страданий. Ничего больше.