Пепел

Питера штормит. От чувств, от боли, от любви, от безысходности. Обострение всего подросткового в один миг, это действительно трудно. Особенно когда привык сдерживать себя, загонять в рамки, держать в руках. Вечные прятки от себя, от своей жизни, от взглядов других. Питер сросся с эти всем. Теперь все делится на две роли, Питер-школьник и Питер-Паук. Конечно, стало проще, когда кто-то знает твои тайны, когда помогают и разделяют с тобой все это. Поддержка Мей, Неда и Старка, стали опорой в новой непростой жизни. Словно три столпа, держат его на плаву, не дают захлебнуться и раствориться. Со Стивеном все сложно. Он влюбился, как только может тот, кто отдается всему полностью. Питеру, кажется, что он не достоин мага. Тот весь состоит из острых, но плавных углов, сильный, свободный, вольный, взрослый. Зачем ему какой-то сопливый юнец, который и школу то не закончил. Чувствует себя не уверенно, по сравнению с этой громадой знаний, опыта. Как может, человек, перед которым открыт весь мир, полюбить такого как Питер. И он ловит каждый миг, наслаждается, складывает в копилку, взгляды, жесты, слова. Питер дуреет от близости, тает под прикосновениями, растворяется во взгляде напротив. Он словно и сам пропитался и впитался в мага, стал единым целым. Питер не думал, что любовь может быть такой. Сильной, сметающей и разрушающей. Все мысли о том, что хочется остаться здесь и пусть все миры вселенной горят, адским пламенем, только бы остаться. Остаться тут, с ним, связать, привязать канатами и не отпускать. Эгоистично, глупо но до одури больно. Питер ненавидит боль, она словно вечно с ним, то затухает, то вспыхивает, грызет и не дает забыться. Только вот, перед магом она трусит, скрывается, уходит и так спокойно. Он словно нашел своего человека, ради которого он поставит на кон не только свою жизнь, силу, он просто отдаст все. Стивен для него, за это время стал настолько близким, настолько же далеким. После его истории, он думал, тот уйдет. Но нет, Стивен не только не осудил, а пригрел и отогрел, выгнал боль. Словно он понимает Питера и его чувства, словно прожил тоже. Питер не лезет с вопросами, со Стивеном нужно по-другому, он сам открывается, когда считает нужным. Они общаются, о школе Питера, о его любимых предметах, о его деятельности Паука. Говорят про больницу, операции, Стивен делится своими знаниями врача, рассказывает про болезни, ординатуру и как стал тем, кем стал. Про магию он не говорит. Магия далась Стивену слишком сложно, он словно переродился и он не готов вскрывать старые швы, которые болят. Стивен рассказывает про демонов из других миров, про Дормамму, чем вызывает восхищение мальчишки. Купается в этих эмоциях, смывает с себя налет, оживает от одного горящего взгляда, потерянные части мозаики складываются, щелкают и преображают мага в того кем он был. Собирают в цельную не поломанную личность, сглаживают шероховатости, дарят жизнь. Стивен учит парня, как накладывать швы, благо есть чем, как зажимать раны в различных местах. Рассказывает про различные переломы, травмы. Что очень ценно для Питера, с его везением в этой жизни и постоянных переделках. Они много разговаривают о музыке, спорят про лучше группы, про любимые инструменты. Питеру нравится звучание гитары, дерзость и мощь басов, ритм, переборы. Плавность линий и хрупкость, при этом сила, гитара похожа на Питера. Стивену нравится фортепиано, четкость, последовательность, плавность, журчание музыки. С первых нот, завладевает слушателем и не отпускает даже после кульминации. Вечность и постоянство, но при этом слишком эмоциональное, вскрывающее сильное. Искры спора, перерастают в пламя страсти. Горят и сгорают, каждый раз, как первый, каждый раз, как последний. До исступления, до сбитого дыхания, до состояния абсурда, когда слова рвутся из груди. Сметаются границы, страхи, боль. Смешение любви, ярких звезд перед глазами и сорванных с губ Мой, Твой. Иногда они молчат, просто сидя рядом, каждый думает о своем и такие минуты самые ценные. Ощущение тепла рядом, поддержки, единения, когда они находятся на расстоянии вытянутой руки, когда мир обретает целостность, в некой степени гармонию. Магия в своей мощи возвращается к Стивену неожиданно, наполняет все существо мощью, искрит на руках, вспыхивает звездами в глазах. Он понимает к чему все идет. Злость бурлит, съедает, он не готов терять сейчас, уже слишком поздно, не уйти не оторвать и оторваться. Стивен любит Питера, именно, что любит. От всей души, со всеми чертовыми чувствами, прорвавшими самообладание. Ласкает, целует, любит. Ловит каждый стон, каждый взгляд, каждую секунду Питер его и только его. Клеймит собой, втирается всем телом, окутывает магией, проникает глубже, оставляя на сердце свое имя, что срывается с губ мальчишки. Привязывает себя, опутывает их цепями. К черту мир, черту ничтожные жизни. Питер живой, красивый, любимый с ним сейчас и только это имеет значение. Питер, Питер, Питер бьется в его голове. Никаких больше мыслей, о камнях, о вселенной, о чертовом Таносе, о смертях и боли, о долге. Времени не хватает катастрофически, то, что текло слегка, понеслось бурною рекой. Питер чувствует, что скоро конец. Конец чего, еще не знает, но это чувство бьет под дых. Возможно это спавшее чутье, возможно, странное поведение мага. Стивен не отпускает его ни на секунду от себя. Отдает всего себя, каждую чертову секунду Питер умирает и возрождается. Впитывает в себя все эмоции, на таком живом и любимом лице. Тонет и захлебывается в нежности мага, в его руках, взгляде, губах. Тот словно клеймит его собой до самой души. Окутывает магией, одна сила на двоих, связывает их, несется по венам Питера яркими импульсами, доводит до грани, плавно возвращает и опять. Гонка со временем. Гонка с самими собой. Питер не спрашивает, он молчит, все и так понятно. Единственный шанс на спасение, который мог и не случится, маячит на границе. Радоваться бы, что вырвутся в мир живых, да только, почему так больно. Безумный сон, который скоро закончится, помнить бы очнувшись. Хватит страданий, хватит одиночества. Судьба лишь смеется, а в смехе крошится осколками стекла боль, рассыпается надежда, оседают пеплом чувства. Питеру хочется кричать о несправедливости, хочется спалить все, переломать пальцы, свернуть шеи тем, кто посмел испортить их мир. Только так не могло все продолжаться, они должны жить, дышать, смеяться, любить, чувствовать в полную силу, ощущать всю палитру, злость смывает апатия. Питер носит оба костюма, Стивена это бесит. По-другому нельзя и это злит. Совсем скоро, уже вот, вот и хочется открыться парню. Его сила дар и проклятие, неотступно следуют друг за другом. Стивен не хочет причинять боль Питеру, не хочет быть тем, кто принесет дурную весть и сломает парня. Стивен просто молчит. Стивен ненавидит себя за это. Питер следует за магом, стоит за его спиной твердой опорой. Поддерживает молчанием. Впитывает беснующуюся магию, с отголосками чувств. Хочется сказать так много, сделать так много. Показать что любит, что все это что-то значит, что они справятся, что какой бы не была боль в их мире, она пройдет. Они просто молчат и ждут конца. Когда мир наливается красками, поднимается ветер и солнце начинает слепить чувствительные глаза Питера, парень не отрывая взгляда от фигуры мага, со всей силы дергает того на себя, утыкается в шею, вдыхает яркий запах, бьющий по отвыкшим рецепторам и шепчет, хотя хочется орать во всю глотку на весь мир. Шепчет, что любит, любит так сильно, просто любит, сдохнет без него. Шепчет быстро, сбивчиво, путаясь в словах. Повторяет, люблю, люблю, люблю, забивая, ввинчивая слова в душу мага. Шепот парня сильнее грома, сильнее шторма окутывающего их, Стивен прижимает к себе ближе, со всей силы, что ему доступна, до боли, до хруста костей. В мир живых их выкидывает, почти выплевывает, потревоженная земля Титана оседает пеплом под ногами. Стивен отпускает руки, напоследок проведя по спине парнишки. Сажает того на землю, слегка дезориентированного всплеском чувств, говорит подождать немного, когда откроется портал, что бы шел в него и просил ничего не бояться. Провел по волосам и скрылся. Питера накрыло. Все резко обрушилось на него, запахи, эмоции, тактильная чувствительность, вибрация костюма и пропавшее тепло мага. Чутье воет раненым зверем. Чужие голоса врываются в голову слишком неожиданно. Он отвык от этих чувств. Питеру плохо, его тошнит от окружающей обстановки, он ненавидит Титан. Титан который забрал так много, отнял жизнь, а теперь и опору. Питеру хватает пары минут прийти в себя, успокоиться, вспомнить чему учил Стивен. Очистить сознание, сейчас не время предаваться панике, запер на замок чувства, готовый к бою, готовый встретить и увидеть, что стало с миром. Портал, огненным кольцом, возник яркой вспышкой, Питер нырнул в него, за ним пошли и остальные, потерянные, побывавшие за гранью. Они все постарели и выросли, не внешностью, душой. Оказались на Земле. Там оказался Ад.