Лучший осколок

       Уолден Макнейр с легким хлопком появился возле изящных кованых ворот Малфой-мэнора. Попытавшись открыть их, получил легкой искрой защитной магии по носу. Уолдену пришлось дожидаться реакции хозяев на свою попытку вторжения, и она не заставила себя долго ждать. Из поместья появился сам Люциус Малфой в теплой мантии. Видимо, рассчитывал задержаться на улице и не впускать посетителя в дом.       — Добрый день, Люциус, — немного обиженным тоном проговорил Уолден. — Отгораживаешься от старых друзей?       — Не думал, что понадоблюсь кому-то из них сразу после пропажи Лорда, — невозмутимо ответил Малфой. — Тем более, пока свежи воспоминания обывателей, не особо разумная идея… Поддерживать порочащие связи.        — Ах, вот как это теперь называется, — протянул Макнейр и невзначай поддернул рукава, чтобы стало видно потемневшую метку. — Порочащие связи. Сдается мне, Милорду будет интересно узнать, как о нем отзывается его правая рука. Бывшая.        Лицо Малфоя потеряло все краски, когда он обратил внимание на руки Уолдена и услышал, что именно тот произнес.        — Чт… Что тебе нужно, Уолден? — голос Малфоя дрогнул. — Что ты хочешь от меня? Ты же знаешь, у меня сын…       — Это нужно не мне, Люциус, — оборвал его Макнейр. — Это нужно Лорду. Его дневник. И если ты будешь хорошо себя вести, — голос Макнейра сочился ядовитым медом, — и быстро принесешь дневник Милорда, никто не узнает о твоем… Хм… Предательстве, — последнее слово Уолден протянул, так мерзко передразнивая высокомерную манеру Малфоя разговаривать, что тот вздрогнул.        Малфой не осмелился оспорить определение товарища, понимая, что это может выйти ему боком в любом случае, и лучше товарища не злить. Когда вернется Лорд, а Малфой уже не сомневался, что это произойдет, Макнейр может передать ему слова Люциуса и ему не поздоровится. А может, Макнейра найдут авроры и тот сдаст Люциуса, заявив, что никакого Империуса не было. И все пойдет низзлу под хвост, а у Люциуса сын, чудом не попавший под пророчество, практически пустой сейф, растраченный на взятки судьям, молодая жена. Не-ет, ему нельзя ссориться ни с кем… Да где же этот мордредов дневник, когда он так нужен?