Драбблы с Хосоком

Чон Хосок — это личное солнце каждого, с кем он общается. Жизнерадостный, целеустремлённый и до жути правильный. Всегда ходит с улыбкой на губах, задорно смеётся и освещает этот серый мир своим существованием. Чон Хосок — это сильный человек. Его подтянутому телу завидуют многие атлеты вашего университета, а девушки томными взглядами провожают его до раздевалки после тренировки очередного танца, с жадностью смотря на просвечивающуюся от пота белую майку, а точнее на то, что под ней. Хосок ещё морально силён. То, с каким рвением он идёт к своей цели, поражает каждого. Чон Хосок — это нежный цветок. Маленький ребёнок в большом мире, который старается быть взрослым и помочь всем и каждому. Но иногда, фарфоровая маска «радости» даёт трещину, в конечном итоге разлетаясь на мелкие осколки, являя истинную личину её носителя. Как сейчас. Ты поражённо смотришь на то, как Хосок, сидя в парке на скамейке под проливным дождём, роняет на мокрый асфальт крокодиловы слёзы. Его плечи дрожат не то от тихих всхлипов, которые почти не слышно в шуме дождя, не то от холодного ветра, что пробирает до костей даже тебя. А ты стоишь в куртке, под зонтиком, в нескольких метрах от парня, на котором только лёгкая майка, джинсы, да кеды. Сердце сжимается от вида Чона. Он кажется тебе брошенным котёнком, который не может найти путь обратно домой. И пусть вы и не общались толком, пусть практически друг другу считаетесь ни кем, ты всё равно аккуратно подходишь к Хосоку, накрывая его от дождя зонтом. Парень, не сразу понимает, почему на него не льётся дождь, а когда поднимает голову вверх, поражённо замирает, встречаясь с твоим спокойным, но проницательным взглядом. — Т/и? — нерешительно спрашивает он, наверное, не веря собственным глазам. — Не думала, что ты знаешь меня, да ещё и помнишь моё имя. — немного усмехаешься, замечая, как Хосок спохватился, поняв, как сейчас выглядит перед тобой. Чон отворачивается, в спешке вытирая щеки и глаза руками. — Так жизнь доконала, что решил подхватить простуду? — Не то что бы… — пытается оправдаться тот, боясь взглянуть тебе в глаза снова. Ему стыдно, что кто-то увидел его таким. Таким жалким, плачущим и несчастным. Парень думает, что вот-вот ты начнёшь его утешать или хуже, расспрашивать, почему он так позорно плакал. А ведь причины особо-то и нет. Просто наступил момент, когда руки опустились вниз, не желая что-либо делать или творить. Пропало само желание жить. Чону сейчас не нужно утешение. Ему просто нужно побыть одному. Такое состояние быстро проходит, когда он один. Но все его планы нарушает звук расстегивающейся куртки. Хосок всё-таки взглянул на тебя и обомлеем. Ты спокойно сняла с себя свою куртку, оставаясь в одной лёгкой водолазке, и накинула тёплую вещь на плечи парня. В нос Чона сразу вдарил приятный запах женских духов. Только сейчас он понял, как адски замёрз. Уже не стесняясь, тот старался закутаться в куртку, хотя она была на размер, а то и на два меньше его. — Пошли, солнышко. — ты легко улыбаешься, беря Хосока за руку. Тянешь её на себя, чтобы парень встал. — Отогрею горячим чаем с печеньем. А то, вон, как дрожишь. * — Когда вы поняли, что влюбились в Т/и? — спрашивает репортёр, с интересом смотря на Хосока. — Ну… — танцор слегка засмущался, прикусывая губу. — Дайте-ка вспомнить. Я, просто, влюбляюсь в неё каждый день всё больше и больше, поэтому мне тяжело вспомнить, когда я впервые испытал эти чувства, по отношению к ней. Чон Хосок — теперь известный на весь мир айдол. Первоклассный танцор, композитор и просто хороший человек. Он добился многого, прошёл весь тернистый путь к славе. И всё это время, рядом с ним и по сей день, находится девушка, что стало его личным солнцем. Хосок улыбается, вспоминая, как когда-то давно, ты пригласила к себе на чашку чая. Ты была той, кто без лишних слов поняла его и просто дала ему возможность провести «минуту грусти» в своей компании, тем самым, скрасив её. Тогда, он и подумать не мог, что с виду холодная девушка, что не общается ни с кем в университете, может выглядеть такой расслабленной дома. Ты легко снимала свою маску «безразличия» перед ним, считая, что у вас должна быть просто искренняя беседа, без фальши и масок. За это, он тогда тебя и полюбил. — Я уже говорил, что люблю свою Т/и за искренность. — сказал Хосок в камеру. — Но влюбился я в неё очень давно. Тогда, шёл дождь, а она появилась передо мной и развеяла всю мою тоску и печаль. Так что, можно сказать, я влюбился в Т/и под дождём.