Драбблы с Хосоком

— Она беременна, Т/И! Я стану папой, представляешь? — Хосок сидел напротив тебя в вашем любимом кафе, делясь последними новостями из личной жизни. У него в глазах бушуют вселенные из-за нахлынувших эмоций, а сердце, скорее всего, заходится от быстрых ударов. Он кажется готов свернуть горы лишь от осознания того, что наконец станет отцом и в его жизни появилась девушка, действительно готовая пройти с ним такой путь. — Я очень рада за тебя и Досу, приятель, — ты улыбаешься ему лучезарно, переводя взгляд на погоду за окном. Там слишком солнечно, но ветер практически ледяной, пробирающий до самых костей. Люди кутаются в теплые одежды и пью горячие напитки, торопясь куда-то и абсолютно не замечая окружающего их мира. А вот для тебя он словно остановился. — Ты даже представить себе не можешь, насколько я сейчас счастлив. А ещё, — парень недолго копается в карманах куртки, доставая оттуда бархатную коробочку. — Хочу, чтобы ребенок родился в полноценной семье. Телефон звонит практически неожиданно, высвечивая на экране довольную мордашку любимого брата. Тэхен на дисплее улыбается слишком широко, оттопыривая уши в разные стороны. — Это все очень хорошо, но мне, видимо, пора бежать. Досу сейчас тоже в музыкальном, да? — Да. Передавай Тэхену «привет» и скажи Досу, что я приеду часам к пяти вечера. Нужно все подготовить, но если я позвоню ей лично, расскажу обо всем раньше времени. — Хорошо. Вы ударяетесь кулачками и выходите из кафетерия, направляясь в разные стороны. Ветер на улице и правда ледяной, совсем неподходящий под ослепляющие солнечные лучи. Хотя, возможно, как раз наоборот. Дорога до музыкальной академии, где учился твой брат была совсем недолгой, благо у тебя есть машина. Тэхен младше всего на пару лет и давно перешагнул совершеннолетие, но ни под каким предлогом не хочет учиться водить машину. Они, видите ли, разбиваются. Ты выходишь из автомобиля, немного нервно хлопая дверкой из-за холода, а потом заходишь в здание, быстро находя аудиторию брата. Ким младший отчаянно пытался воспроизвести звуки не похожие на гудок теплохода настолько, что его милые уши покраснели, а брови сошлись на переносице, как только тот услышал твой тихий смешок. Тэ лишь ладонью показал подождать его пять минут, а ты ткнула пальцев вниз, намекая, чтобы тот ждал тебя в фойе. Коридоры в этом здании красивые, а потолки выложены различной лепниной. Ты была здесь несчитанное количество раз, пока возила сюда брата и сама заканчивала гитару. На стенах висят портреты известных композиторов и музыкантов, когда-то вложивших свою лепту в мировую историю музыки. И ты могла бы часами разглядывать каждый штрих кисти по полотну, но тебя ждала более высокая цель. Уборная. — Думаешь, что поступаешь правильно, Досу? — Считаешь, я где-то что-то не учла? Ты останавливаешься в нескольких сантиметрах от входа в туалет, краем уха улавливая разговор за ней. Звонкие голоса виолончелисток слишком отчетливо слышны в тихом, практически пустом коридоре.Ты не любила подслушивать, но почему-то именно сейчас не считаешь это чем-то аморальным, пока речь зашла о девушке твоего лучшего друга. Неужели все так банально и легко? — Я не думаю, что Хос заслужил подобное обращение. Он же тебя любит, Досу. — А я его думаешь, нет? Люблю. Но, к сожалению, его состояние люблю больше. К тому же я сказала, что нахожусь лишь на первых неделях, а он поверил на радостях. Парочка горячих ночек и все, что я сказала, будет правдой. Или скажу, что случился выкидыш. Ты заходишь в уборную до того, как они выйдут и сразу же встречаешься с обеспокоенным взглядом Досу. Она пробегается по тебе глазами, а потом надевает на лицо радостную маску, обнимая за плечи. — Т/И, ты за Тэ-Тэ приехала, да? Мне кажется, что он еще не закончил. — Ничего страшного, я подожду его в фойе. Ты прощаешься, быстрым шагом выходя спускаясь на первый этаж к брату, потому что звонок прозвенел слишком рано. Досу лишь громко желает удачи, а потом вновь скрывается за дверями в уборную. — Ты расскажешь ему все или нет? — Что я, по-твоему, должна сказать? Ты поворачиваешь голову в сторону, с интересом разглядывая брата, вальяжно развалившегося на твоем кресле в комнате. У тебя ноги закинуты на стену, а волосы разбросаны по всей кровати вместе с руками. — Извини, Хосок, я тут сказать забыла, что влюблена в тебя уже пять лет. Да, я помню, что у тебя девушка беременна. И про свадьбу помню. Просто знай это, ладно? — ты кривишь голос, разговаривая с потолком. — Это так должно выглядеть? Какая я подруга после этого? — Та, которая любила этого ирода многие годы. — Так, мелкий. Он твой хен, вообще-то, — ты кидаешь в Тэхена подушкой, которую тот сразу ловит, подпихивая под бок. — И что теперь? Он не понимает элементарных вещей. Даже твои глаза-сердечки за столько лет не заметил. Ты вздыхаешь тяжело, закрывая глаза. Тэхен, говнюк эдакий, вечно давит на больное в подобных разговорах, да еще потом и бубнит о том, что сам все расскажет Хосоку, если у тебя смелости не хватит. Он на самом деле о тебе очень волнуется и готов даже заступиться за твои интересы перед хеном, если потребуется, но ничего пока не делает, потому что знает, что словит. А ты все думаешь о том, как рассказать другу про его прекрасную девушку, ведь не собираешься это так оставлять. На следующий день Чон забегает в кафе с улыбкой, пуще прежней и с размаху плюхается на диван напротив. Он ладонью подзывает официанта и заказывает две чашки горячего американо. На улице снова холодно. — По какому поводу сбор? — У меня к тебе серьезный разговор. — Насколько серьезный? — Хосок сводит брови у переносицы, упираясь локтями в стол. — Относительно, — ты издаешь нервный смешок, потому что не так просто рассказать человеку то, что может окончательно перевернуть его представление о мире. Или о тебе. — Тогда давай подождем, пока нам не принесли кофе. Серьезные темы явно лучше обсуждать под чашечку горячего американо, верно? Вы сидите молча до тех пор, пока официант не поставит две чашки ароматного кофе под напряженное молчание. Ты все это время перебирала в голове возможные варианты подачи столь щепетильной информации, но перед глазами то и дело маячили картинки разбитого Чона, которые больно резали по сердцу. — Ну? Ты так и будешь сидеть уткнувшись в чашку или наконец расскажешь зачем позвала? — Досу не беременна, — ты выпаливаешь это сходу, лишь успевая поднять глаза на растерянного парня напротив. — Что?