So stupid

Конец битвы. Пайпер поняла, что её серьёзно ранили, когда перед глазами вдруг поплыла Шелли: — Пайпер! О нет! Тебе нужно к Поко! Срочно! *** Пайпер была аристократкой. И она не знала ни кто такой Поко, ни куда ее отнесут на восстановление, так как всегда лечилась у Пэм, необъятных размеров женщины с рыжими волосами и пастырем на щеке. К слову, Пэм делала свою работу на совесть. — Ох, вы просто богиня. Благодарю, — иногда говорила аристократка, аккуратно надевая белые перчатки на забинтованные руки. — Пайп, не надо этих формальностей! Ты же своя, а общаешься так, как будто находишься в высшем обществе! У тебя свой кофе-бар, кому ты только не продаешь свои напитки, а все ещё не отучилась разговаривать «по-королевски». Так Пэм называла своеобразную речь Пайпер. Впрочем, последняя использовала её только когда забывалась. В остальное время она была добра и мила. Но когда аристократка была ранена, Пэм поблизости не оказалось, так как битва проходила далеко от её лечебницы. И поэтому пришлось воспользоваться другой «первой помощью». *** «Поко. Это кто вообще? Оно любит кофе?» — после обезболивающего укола мысли Пайпер плыли куда-то не туда, да и рана давала о себе знать. — Потерпи, осталось немного… — кряхтела Шелли, которая вызвалась тащить её на пару с Кольтом. Краем глаза Пайпер увидела сидящего на стуле странного субъекта. Стул находился рядом с небольшим одноэьажным зданием с надписью «Медпункт». Субъект сидел неподвижно, надвинув шляпу с широкими полями на лицо, и, похоже, спал. «Как называется эта шляпа? Сомбро? Репа? Ничего не помню…» — медленно проплыло в голове у раненой аристократки, и она закрыла глаза. Очень клонило в сон, мозг затуманивался, Пайпер находилась в состоянии полуобморока, как вдруг послышался резкий возглас: — Поко, тащи свои кости сюда, быстро! Тут человек умирает, а ты дрыхнешь, как сурок! Как будто всю ночь не спал! Кричала Шелли. Пайпер приоткрыла глаза. Субъекта на стуле уже не было, а к ним бежал какой-то низкого роста скелет в этой самой шляпе. «Сомбреро! Вот как она называется.» — Вот прям совсем умирает? — тем временем оценивающе посмотрел на аристократку Поко. — Чувак, можешь побыстрее? Я, конечно, понимаю, что ты только проснулся и всё такое, но я вообще не планировал нести больную сюда. Я просто хотел предложить Шелли прогуляться, а прогулялись мы только до твоего медпункта. В глазах Поко зажглись весёлые искорки: — Окей, окей, я оставлю вас одних, сладкая парочка, — скелет подмигнул, — А если вам так трудно донести пациентку… Я сделаю это сам. — Тут ещё посмотреть надо, кто «сладкая парочка», — с усмешкой буркнул Кольт, — как ты там недавно говорил? «Когда поцелуетесь, скажете?» — Ну, если вы ТАК не хотите, чтобы я вылечил её… — Мы хотим! Согласны! — крикнула Шелли, затыкая Кольта, который снова захотел ввязаться в спор, — И так задержались из-за ваших вечных перепалок! Она могла уже тысячу раз… — Вас понял. Вылечу, не сомневайтесь. До встречи, сладкая парочка! Когда Кольт и Шелли ушли, Поко задумчиво посмотрел на Пайпер, которую пока посадил на стул. Вернее, прислонил к стулу, потому что девушка была в бессознательном состоянии. Тут у скелета появилась идея. Он сбегал в медпункт и принёс свою гитару, с помощью которой он лечил. Поко и сам не мог понять, как это так работает, что звуковые волны исцеляют. Но в бою не было времени понимать. Поэтому он даже не задумывался о таких вещах, и просто восстанавливал здоровье друзей время от времени. Также Поко принёс бумажку. На ней было написано «аккорды». Чуть ниже была нарисована схемка, как эти аккорды играть. Вообще, скелет и без бумажки знал всё наизусть, но он впервые сталкивался с настолько серьёзным случаем. — Нашёл, — в самом низу схемки было нарисовано ещё кое-что. Это «кое-что» называлось «исцелительный аккорд». По правилу, для эффекта нужно было сыграть его восемь раз. Это Поко и начал делать: «Трунь. Трунь. Трунь.» Внезапно «труньканье» участилось, потом вообще превратилось в какую-то странную замысловатую мелодию. Скелет прикрыл глаза, его улыбка стала шире. Пританцовывая, он пошёл к стулу, (причём, сам того не замечая, так как глаза его были закрыты, а сам он вовсю предавался музыке). Вот дело дошло до финальных аккордов, и Поко, как на сцене, привстал на одно колено, сыграл очень громкий «трунь», ещё один, и… Слышится смущенный смех. Скелет открыл глаза. Этот смех ощущался, как удар зонтиком по черепушке. Он отряхнул брюки и встал. Оказалось, лечение сработало. По крайней мере, Пайпер была жива-здорова, да ещё и хихикала, сидя на стуле и прикрывая рот рукой. — Спасибо за внимание, — хоть для Поко было довольно неожиданным поворотом такое скорое пробуждение, но он, быстро взяв себя в руки*, галантно снял шляпу и улыбнулся, прищурив глаза. — Мне очень понравилась ваша музыка, незнакомец, как вы её подобрали? — Пайпер выглядела заинтересованной. — Миледи, я не знаю, как я мог подобрать то, что сочинил сам, но ход ваших мыслей мне нравится, — скелет подмигнул, — Я Поко, — он протянул руку. — Пайпер, — девушка слегка прикоснулась к ней, — Если ты не против… То давай на «ты». — Я не против. Но тебе нужно ещё долечиться. Не у меня, к сожалению, был бы рад дать тебе ещё парочку концертов… — Поко говорил немного кокетливо, и Пайпер слушала его. Впервые в жизни она была не рада, что лечится у Пэм.