Часть 1
6 марта 2019 г., 19:13
Рафаэль вернулся домой с ночной прогулки по крышам разочарованный и злой. Проторчав битый час в ожидании Кейси, не отвечавшего на звонки и не явившегося на их привычное место встречи, он пришёл к нему домой, промчавшись через пол города. Надо сказать, что причины для беспокойства у Рафа были, ведь они с Кейси частенько патрулировали улицы ночного города и нажили себе достаточно врагов. Джонс обнаружился в их с Эйприл квартире. Успевший себя накрутить, Рафаэль обрадовался тому, что нашёл приятеля живым и здоровым, и бесцеремонно нырнул в открытое окно.
— Хей, Кейси! — но тот, покосившись на недовольную Эйприл, торопливо подтолкнул его назад к окошку.
— Привет, Раф! Прости, приятель, сегодня я пас — оглянувшись на хмурую девушку, парень понизил голос до шёпота. — То, что я не взял трубку и не пришёл на условленное место, тебе ничего не сказало?
— Например, что ты туда не дошёл или не пробыл там в одиночестве до моего прихода? Да расслабься, я просто убедился, что твой зад не нужно спасать, — Рафаэль не ожидал такого предательства от друга и лишь сильнее разозлился.
Виноватый взгляд и сбивчивый шёпот Джонса, скороговоркой пытавшегося объяснить, что Эйп не нравится, их еженощные прогулки по городу, с которых он возвращается либо побитый, либо изрядно навеселе, а чаще и то и другое одновременно, бесил Рафа до зубовного скрежета. Обозвав друга подкаблучником, Рафаэль нырнул в окно, растворившись в ночной тьме. Он надеялся выместить злость на каких-нибудь бандитах, хулиганах или Футах, которых в городе хватало, но, как назло, именно в эту ночь они все будто взяли выходной.
Побродив в бесплодных поисках почти до утра, Раф направился домой, но, едва вошёл в убежище, уставший и раздражённый, осознал, что чёрная полоса не закончилась вместе с ночью. На диване его ждал Леонардо, преисполненный праведного гнева. Ну, подумаешь, до тренировки осталось минут десять! Пришёл же. Живой. Здоровый…
— Раф, я понимаю, что тебе необходимо иногда выпустить пар и не препятствую твоим прогулкам, но мы же договаривались, что ты будешь приходить домой раньше. Гораздо раньше!
— Лео, у меня была паршивая ночь, не нуди, — вскинулся Рафаэль, и без того находящийся на взводе, но лидер и не думал молчать.
— У тебя была плохая ночь? А сидеть дома и ждать, гадая, приползёт ли братец домой или его уже на черепаший суп пустили, ты не пробовал? — вспыхнул Леонардо, сверля Рафа взглядом.
— Так не ждал бы! — рыкнул тот.
— Я бы и не ждал, будь ты дома, как все остальные, но что тебе объяснять, если слово «ответственность» тебе не знакомо, — процедил Лео и прошёл в додзё, больше не глядя на него.
Разругавшись и с братом, Рафаэль все надежды возложил на тренировку. На спарринге можно было выложиться по полной, но и тут всё пошло не так, как хотелось. Мастер Сплинтер объявил, что на этой тренировке они будут учиться очищать свой разум и достигать внутренней гармонии. Раф кисло скривился, перспективы его не радовали. В отличие от Леонардо, ему такие занятия были не по вкусу. Да ещё сказывалась бессонная ночь. Будь у него возможность двигаться, Рафаэль спокойно продержался бы ещё несколько часов, а так… Усталость в конце концов взяла своё и Раф погрузился очень глубоко в себя. О глубине погружения Мастер, да и братья, узнали по громкому храпу, раздавшемуся в додзё. Под смех Майки, недоумевающий взгляд Дона и холодный — Лео, Сплинтер отправил Рафаэля избавляться от сонливости самым лучшим способом: никто ещё не уснул выполняя прыжки, кувырки и перекаты на бегу.
Но всё заканчивается, закончилось и это. Едва Раф после душа добрался до гамака и собирался уснуть, принёсся Донателло с горящими глазами и рассказом о том, что новое экспериментальное оружие Шреддера перевезут на склад ночью, а Леонардо велел всем готовиться к вылазке. С самого начала было ясно, что ничего хорошего не складе их не ждёт, но не проверить попавшую в руки информацию было нельзя. Рафаэль, засунув мечты об отдыхе куда подальше, поплёлся вместе с братьями изучать имеющуюся информацию о месте, куда им предстояло идти.
Конечно, как и следовало ожидать, черепашья удача их не оставила. Стоило только сунуться к складу, как интуиция завопила, что нужно немедленно убираться оттуда. Слишком всё гладко шло. Всего пара человек охранников, никаких армий Футов вокруг… Разве так охраняют новое, и несомненно, не дешёвое оружие? Вырубив горе-охрану и пробравшись в помещение, братья нашли лишь пустые коробки. Ну и взрывчатку, установленную по фен-шую, так, чтобы шансов выбраться живыми не осталось. Вдобавок, сработала какая-то сигнализация, и дверь медленно, но неотвратимо стала закрываться. Единственным проблеском удачи было то, что Донателло заметил один из «сюрпризов» и самовольство двери практически сразу же и так завопил, требуя бежать, что братья подчинились не задумываясь. Все, кроме Микеланджело. Ребята рванули на выход, а мелкий углядел какого-то облезлого кота, черт его знает зачем забравшегося на пустые ящики. Разве мог он оставить бедное животное в опасности? На бегу сообразив, что младшего рядом нет, Рафаэль развернулся и с руганью кинулся назад, понимая уже, что не успеют. Никак.
— Придурок, кому сказано, на выход, — Раф вернулся за мелким идиотом, вознамерившимся спасти животинку любой ценой, схватил его за загривок и с силой подтолкнул вперёд, развернув к двери. У котяры мозгов оказалось больше всех в данной ситуации, потому что он сбежал, задрав хвост трубой и успел таки выскользнуть в захлопывающуюся дверь под отчаянный крик Леонардо и Донателло, пытавшихся удержать её. Толстенную бронированную запершуюся дверь, отрезавшую двух растерянных ниндзя от всего мира, навряд ли можно было выбить. Майки зачем-то подобрал с пола обломок посоха Донни, которым тот пытался заклинить дверь. Отчаянный взгляд младшего, собственные страх и злость — всё отошло на задний план. Бежать было некуда, а таймер с противным писком отсчитывал секунды. Рафаэль, не заботясь, что противно мигающая штуковина может взорваться у него в руках, в безрассудном порыве содрал со стены ближайший «сюрприз», таймер на котором показывал, что жить им осталось две секунды и отшвырнул его в другой конец склада. Ничего больше сделать он не успел. Гул, грохот, испуганный крик брата, горячий огненный вихрь, завертевший их, как пушинки, швырнувший в стену, и темнота.
То, что они каким-то образом выжили, подтвердили возня и кряхтение Майки и мерзкая, слишком громкая сейчас, мелодия вызова на разрывающемся Че-фоне. Трели звонка не прекращались. Пришлось отвечать, с трудом ворочая языком и ещё ничего не соображая. Ощущение, что его самого только что разорвали на сотни мелких лоскутков радости не добавляло. Лео и Дон на два голоса заверили, что заберут их оттуда. А откуда, никто пока толком и не знал. Кажется, оба ещё не вполне осознали случившееся с братьями. Раф не хотел бы оказаться в зоне доступа, когда они в полной мере всё осмыслят.
Подсвечивая себе Че-фоном, он ещё раз оглядел небольшое пространство, в котором они оказались заперты с Микеланджело, но ничего нового не увидел. Всё те же покорёженные взрывом металлические листы, накрывшие их наподобие крыши, что, в общем-то и спасло, и засыпанные сверху обломками здания. Ни малейшего шанса выбраться самостоятельно. Пнув ногой ближайшую стену, послужившую одновременно и щитом, и западнёй, Раф выругался.
— Ты злишься? — задал самый глупый вопрос, который только мог придумать, Майки.
— Нет, у меня припадок счастья, — рявкнул окончательно выведенный из себя Рафаэль. Нет, ну что за невезуха! Почему с ним взаперти оказался именно младший брат? Да тут даже сесть нельзя, не касаясь друг друга, разве что ползти по стене вверх, а терпеть ещё и дурацкие шуточки до тех пор пока Донни и Лео не вытащат их отсюда… Да в инквизиции таких пыток не было!
— Рафи… — начал было неуверенно Майки, но Раф тут же его перебил.
— Если хочешь дожить до момента, когда мы отсюда выберемся — не смей меня так называть! — Рафаэлю хотелось колотить в стену руками и ногами, или чьей-то тупой башкой, в надежде пробить выход наружу, но всё же он осознавал, что это не поможет. Нужно было ждать.
— Раф, я… — Микеланджело был настойчив и явно хотел что-то сказать. Придя к выводу, что проще дать ему высказаться, чтобы быстрее заткнулся, Рафаэль опустился на землю рядом с братом. Голова немилосердно трещала.
— Говори уже, чё хо… Чёрт, Майки, я надеюсь, это не твоя… — он посветил Че-фоном на свою испачканную руку, а потом перевёл лучик света на младшего. — Кровь. Твою мать, ты чего молчал, кретин?
Раф непроизвольно сглотнул от увиденного. На ноге Микеланджело, за которую тот держался, была длинная рана с неровными краями. Младший обиженно запыхтел, щурясь от света.
— Я же пытался сказать, а ты меня не слушал, — укорил он Рафаэля, ткнув в него пальцем. В другой раз Майки непременно получил бы по тому самому пальцу, а потом ещё и пару подзатыльников схлопотал бы, но сейчас Раф не обратил на это внимания.
— Давай сюда свою аптечку, — потребовал он, отцепляя от пояса собственную. Дон снабдил их всех аптечками, но, глядя, не без внутреннего содрогания, на ногу мелкого, Рафаэль понимал, что одной аптечкой тут не обойтись.Там всё по минимуму, что и верно. Не самая удачная идея таскать на себе полевой госпиталь в миниатюре, когда от твоей скорости и ловкости зависит выживание. Обычно, аптечкой пользовались лишь для того, чтобы просто перетянуть рану, избежав ненужной кровопотери, и суметь добраться до дома. На этот раз всё было иначе. Донателло, когда разговаривали по Че-фону, предупредил, что не сможет вытащить их быстро. На поверхности полно людей: копы, спасатели, журналисты, просто толпы зевак…
— Эм… у меня её нет, я потерял. Вместе с Че-фоном, — признался Микеланджело, стараясь не шевелиться лишний раз, чтобы не тревожить ногу.
— Твою мать! Майки, какого ж хрена ты такой растяпа? — вопреки тону, действовал Раф очень бережно. Подсвечивая Че-фоном, зажатым в зубах, он быстро и вполне профессионально наложил повязку, перетянув ногу выше раны, как жгутом, собственной маской. Микеланджело, крепко зажмурившись, часто и неглубоко дышал, сдерживая стон. Хмурясь, Рафаэль достал шприц с анестетиком и быстро сделал укол дёрнувшемуся было и пискнувшему братишке.
— Ауч! Больно же было! — жалобно проговорил Майки.
— Сейчас пройдет. Ногой не дёргай, — рассеянно посоветовал Раф, набирая смс Дону.
«Мелкий ранен. Не знаю, как всё серьёзно, но выглядит фигово.»
— Жаль, а я думал потанцевать тут, — буркнул Микеланджело, сопя и стараясь устроить раненую ногу так, чтобы меньше чувствовать боль.
«Я попробую усовершенствовать тунеллер, чтобы можно было добраться к вам, не опасаясь завалить окончательно»
«Пиши о его состоянии»
«И о своём!»
«Лео, верни Че-фон Дону!»
«Как ты узнал?!»
«По кудахтанью»
Закончив общение с оставшимися наверху братьями, Рафаэль придвинулся чуть ближе к младшему.
— Ты норм, мелкий? — заботливые нотки отчётливо прослушивались в голосе, хотя он и старался их скрыть.
Майки задумался на несколько секунд над ответом. Нога болела уже не так сильно благодаря уколу. После взрыва, впрочем, болело всё. Хотелось есть, пить, было холодно и темно, но ничего из этого не получилось бы исправить прямо сейчас, так что, решение проблем нужно было просто отложить на потом.
— Да, я в порядке. А ты беспокоишься? — его голос звучал чуть насмешливо, но слишком уж слабо. Это не понравилось Рафу.
— А то! Мне нужно поставить тебя на ноги, чтобы потом выбить из тебя всю дурь, — их плечи соприкасались, и Рафаэль ощутил, как дрожит Микеланджело.
— Ну, спасибо, — усмехнулся Майки, обхватывая себя руками в попытке согреться хоть немного.
— Давай сюда, горе луковое, — проворчал Раф, аккуратно, стараясь как можно меньше тревожить его ногу, разворачивая брата и усаживая так, чтобы он опирался не на холодную стену, а ему на пластрон.
Микеланджело не стал возражать, приткнувшись к старшему и согреваясь его теплом. Кажется, он даже задремал ненадолго. Рафаэль, ухмыльнувшись, вслушивался в его дыхание, размышляя, что спать и есть братик может всегда и везде. Сколько они так просидели, Раф понятия не имел. Майки спал, иногда коротко постанывая, а сам он придерживал младшего, стараясь передать ему как можно больше тепла и пялился в темноту. Наконец, Микеланджело проснулся и дёрнулся вскочить, видимо, не сразу вспомнив, где они находятся. Рафаэль лишь благодаря отличной реакции ниндзя успел его удержать, не дав навредить ноге.
— Раф? Это был не сон, да? — упавшим голосом спросил Майки, позволяя крепким рукам брата усадить себя поровнее.
— Думаю, нет, мелкий. Если только мы не видим один и тот же кошмар. Ты чего? — не выдержал тяжёлых вздохов Микеланджело Рафаэль.
— Пить хочу, — Майки снова вздохнул, будто стараясь выровнять дыхание после тренировки. Раф и сам дышал тяжело. Несмотря на то, что температура в закутке была явно не слишком высокой, стало душно. От мгновенной догадки его пробил холодный пот. Они под завалом, сверху несколько рухнувших этажей здания, а их свободное пространство тут не то чтобы слишком большое.
— Придётся потерпеть, балбес. Нечего было бежать сломя голову в капкан. Сидели бы сейчас с Лео и Доном дома, — пробурчал Рафаэль, легонько ткнув его в плечо. — Попробуй ещё поспать.
— Не хочу спать. Раф, нам же помогут? То есть, я хочу сказать, Донни уже там что-то мастерит, а Лео придумал спасательную операцию, и они вот вот появятся тут, да?
— Точно. Так всё и есть. Донателло сказал, что нам придётся отдохнуть тут ещё немного, а потом мы прокатимся на туннеллере. Так и знай, мелкий, я тебя из панциря вытряхну, как только мы выберемся отсюда, — озвучил предупреждение Рафаэль.
— Лежачего не бьют, — тут же вскинулся Майки, и Раф не видел, но мог поклясться, что тот улыбается.
Вопреки словам, Микеланджело действительно уснул немного погодя, что лучше всего говорило о его состоянии.
«На сколько нам хватит воздуха?»
«Я не уверен»
«Дон!»
«Несколько часов»
«Я работаю»
— Твою мать! — не сдержался ниндзя, вмазав кулаком по земле, на которой сидели.
— Раф? — сонно пробормотал Майки.
— А кого ты ещё тут ожидал увидеть? Донателло возится с туннеллером, — Рафаэль с трудом подавил желание попытаться пробиться сквозь завал. Бесполезно, да и всё скорее просто рухнет им на головы.
Кажется, Микеланджело дремал, а Раф так и сидел, прижимая брата к себе и искал выход. Нет, ему и самому не хотелось подыхать, особенно так. Он всегда думал, что погибнет в бою, как воин, а не как крыса в ловушке, да простит его учитель Сплинтер. А на этот раз с ним был младший брат. Одно дело умирать самому, и совсем другое видеть гибель близкого, не имея возможности ничего изменить. Тем не менее, усталость брала своё, и незаметно для самого себя, Рафаэль тоже потихоньку стал засыпать.
Выдернуло Рафа из состояния зыбкой дрёмы ощущение, что что-то не так. Неправильно. Ответ был найден быстро: его ступни были в воде. Холодной и быстро прибывающей. Мало им было всего, так ещё и вода?! Рафаэль запрокинул голову, кидая сердитый взгляд вверх. Его не волновало, что там в черноте ничегошеньки не было видно. Если эти боги, про которых все твердят, есть на самом деле, то у них скверное чувство юмора. Или они просто развлекаются тем, что подкидывают черепашкам-мутантам всё новые неприятности и смотрят, как они будут выкручиваться, заключая пари… А вода всё прибывала.
«Как скоро вы нас вытащите?»
«Я почти закончил. Мне нужен час»
«Тут вода. Быстро прибывает»
Ответного сообщения не было несколько минут. Раф представлял, что творится с братьями, но это был не тот случай, когда нужно скрывать правду. Наконец, Че-фон пиликнул, мигнув экраном.
«Держитесь, мы вас вытащим, обещаю»
Убрав Че-фон в карман на поясе, Раф подтянул ноги повыше, пальцы уже ломило от холода. Задумчиво глянув на спящего младшего, он скрипнул зубами. Теперь Микеланджело не дрожал от озноба, но был слишком горячим. Возможно, от воды его температура даже могла бы немного снизиться, но Рафаэль не был уверен, что раненому братишке стоит купаться в ледяной воде.
— Майки, просыпайся, — пришлось разбудить недовольно отмахивавшегося от надоедливого старшего брата Микеланджело.
— Мне такой сон снился! В чём дело, Дон уже здесь?.. А… Почему тут так душно? — Майки говорил немного капризно, но в то же время знал, что Раф не стал бы его будить просто так.
— Твоё желание исполнилось.Теперь у нас воды хоть отбавляй, проигнорировав последний вопрос, Рафаэль предпочёл ответить на первый.
— Воды? — понадобилось немного времени, чтобы Микеланджело понял, о чём толкует брат. — Но откуда здесь вода?!
— Не знаю, может, при взрыве водопровод повредило, может, ещё что, — про себя Раф успел порадоваться, что вода не искрит от тока. Наверное, люди отключили электричество, чтобы не пострадать самим при разборе завалов. Хоть что-то хорошее…
— Прости, что втянул тебя в это, Раф. Клянусь, если мы выберемся, я стану осторожнее, — серьёзно проговорил Майки и его тон Рафаэлю вовсе не понравился.
— Не паникуй раньше времени. Ты ещё начни просить прощения за всё и прощаться, — рыкнул он, надеясь хоть так привести мелкого в чувство, пока тот не начал истерику.
— Мы под завалом, кислород скоро закончится, в довершение, нас ещё и водой заливает. Считаешь, что у меня нет причин для паники? — нервно поинтересовался Микеланджело.
— Леонардо и Донателло придут за нами. Хэй, где твой оптимизм, в конце концов?
— Он несколько подмочен, — фыркнул Майки.
— Стой, ты догадался про кислород?
— Раф, за какого идиота ты меня принимаешь?
— Хм… По шкале до десяти? — сделав вид, что задумался над ответом, Рафаэль усмехнулся на возмущённый вопль братишки.
Разговор пришлось прервать: вода подобралась к ногам ниндзя. Раф нырнул брату под руку помогая ему подняться. Микеланджело, не опираясь на раненую ногу, всем весом навалился на Рафаэля, глухо застонав. Раф чувствовал, какой горячей на ощупь была кожа младшего и его это тревожило, но сейчас это была не первоочередная проблема.
— Сможешь простоять немного сам? Я хочу попробовать сдвинуть один из листов железа. Возможно, получится проделать отверстие и вода будет уходить туда, — Рафаэль нащупал один сай, оставшийся от пары.
— Да, иди, — уверенно ответил Майки, цепляясь за стену. Раф убедился, что Микеланджело не собирается падать, и направился к противоположной стене. Там вроде сходились листы металла, а значит, имело смысл начать именно оттуда. Прошлёпав по щиколотку в воде, и стараясь не наступить ни на что в темноте, Рафаэль достал сай. Пятнадцать минут усилий, в результате которых он запыхался и измотался, как после боя с отрядом Фут, а на проклятом металле даже царапин не осталось. Вспылив, Раф попытался острием подцепить один из листов, но лезвие лишь скользнуло с противным скрежетом. Ниндзя непроизвольно охнул, когда боковой зубец полоснул по ладони.
— Раф? — позвал его Майки, вслушивавшийся в происходящее. — Что там?
— Броня тут, — буркнул Рафаэль себе под нос, возвращаясь к брату. Вода уже доходила до колен.
Добравшись до брата, первым делом Раф подсветил Че-фоном, рассматривая его. Не сказать, что увиденное радовало. Рафаэль и сам замёрз до стучащих зубов, а Микеланджело ещё и был ранен. Выглядел младший препаршиво и решив, что единственное, чем пока может ему помочь, это не дать заледенеть в этой луже, Раф закинул одну его руку себе на плечи.
— Иди-ка сюда, — и уже в следующую долю секунды подхватил брата под колени и под спину. Теперь по крайней мере он был не в воде.
— Хах, ты меня как невесту держишь, — вымученно хихикнул Майки.
— Ещё слово и я тебя утоплю, — рыкнул в ответ Раф, прикидывая, сколько сможет сам простоять в такой воде. Как ни крути, а они хладнокровные. Такая низкая температура грозила спячкой, вот только он сомневался, что сможет спать стоя. Уснуть в такой ситуации — значило утонуть.
— Молчу, молчу, — поспешно согласился Микеланджело, уже ног не чувствовавший от холода.
«Как вы? Почему не пишете? Дон уже почти закончил.»
«Заняты немного, у нас тут филиал аквапарка»
— Майки, я тебя на диету посажу, — зевнув, пообещал Рафаэль. В ушах шумело, а голова болела всё сильнее, если бы только можно было немного поспать, наверняка стало бы полегче, но он старался гнать от себя любые мысли про сон.
— Раф, если бы я знал, что всё так закончится, я бы ни за что не задержался, — виноватый и сонный голос младшего заставил Рафаэля встряхнуться. Вода всё поднималась и теперь доставала и до Микеланджело, несмотря на то, что Раф попытался поднять его повыше, на вытянутых руках.
— Майки, ты помнишь, мы какое-то твое идиотское кино смотрели, ну, там ещё на море действие происходило? Пара придурков попали в кораблекрушение и спасались на надувном плоту.
— П-помню, — озадаченный таким поворотом беседы, Микеланджело, которого мутило от боли и было не до каких-то там просмотренных фильмов, поднял голову, стараясь разглядеть лицо старшего.
— Ну, так вот, сегодня я — твой плот. Держись, — с этими словами Рафаэль плюхнулся на спину, утянув за собой и младшего, прижав его одной рукой к пластрону.
Майки ничего не оставалось, как ойкнув, покрепче схватиться за брата и попытаться не свалиться в воду, в то время, как сам Рафаэль вытянулся во весь рост, удерживаясь на плаву неспешными, плавными движениями рук. Микеланджело, пользуясь тем, что Раф был самым крупным из братьев, лёг, стараясь не притопить старшего неравномерно распределённым весом.
— А как же ты? — представив, каково это, лежать в такой воде, Майки вздрогнул.
— Я — плот, забыл? Плоту не может быть холодно, — стараясь не выстукивать дробь зубами, пробубнил Рафаэль.
Темно, зябко, дышать сложно и жутко хотелось спать. Просто закрыть глаза и расслабиться, тогда уже никакие проблемы не будут волновать, но Микеланджело сопел куда-то в шею, щекотно и тепло и то и дело что-то бормотал негромко. Плавать было особо негде, так, просто держаться на плаву, стукаясь о металл то макушкой, то ногами.
— А когда вода к самому потолку поднимется, что мы будем делать тогда? — Майки дёрнул плечом, призывая брата не игнорировать вопрос.
— Не поднимется. Давление воздуха не даст, — вяло ответил Раф, открывая глаза и зевая.
— Ты уверен? — не отставал младшенький.
— Майки, ты же был на уроках Мастера, Донни тоже не раз рассказывал… — назойливость брата начинала злить.
— Рафи, а если есть воздух, почему так трудно дышать? А Че-фон долго в воде будет работать? А как нас найдут, если Че-фон выключится? — не умолкал Микеланджело, задавая всё новые и новые вопросы.
— Господи, Майки, неужели ты не можешь просто помолчать?! — взвыл в итоге Рафаэль, доведённый до бешенства бесконечным потоком вопросов.
— Могу. Но не могу, — последовал ответ.
— Это как? — ошалевший голос Рафа заставил младшего тихо хихикнуть.
— А вот сам подумай, — не стал раскрывать карты Майки.
Вода, наконец, перестала прибывать. Это Рафаэль сообразил, когда несколько раз больно ткнулся головой об один и тот же острый выступ стены. Подсветив Че-фоном, увидел совсем близко своды их «крыши». А вот проблема кислорода по прежнему оставалась нерешённой. Микеланджело настоял чтобы Че-фон оставался в режиме фонарика, утверждая, что боится темноты, вот только свет был направлен так, чтобы пусть слегка, но падал на лицо Рафу. Разглядывая плескавшуюся от медленных движений, помогающих держаться на плаву, воду, загадочно мерцающую в рассеянном свете Че-фона, Рафаэль почему-то представил космос. Такой же тёмный, ледяной, бесконечно глубокий, с бликами света от давно погасших звёзд. Ему думалось, что там так же тихо, спокойно и легко, когда не чувствуешь тела, паря в невесомости.
Пригоршня студёной воды в лицо и голос Майки вырвали из философских раздумий, а заодно и разбудили. Отфыркиваясь, Раф осмыслил, что только что едва не уснул и не утопил их обоих. При мысли, что чуть не убил собственного брата, Рафаэля пробрало до мозга костей. По телу прошла крупная дрожь и холод тут был не при чём. Сколько Микеланджело сможет пробыть в такой воде? А учитывая, что у него ранена нога, он даже на плаву продержаться не сумеет.
— Раф! Не спи. Не засыпай, слышишь? — Майки звучал довольно сипло и временами он срывался на кашель, но в его голосе было столько беспокойства за старшего, что Рафаэль не мог проигнорировать.
— Не боись, мелкий. У меня сегодня бессонница. Ты сам не усни, — фразы получились короткими, рваными, но на большее он сейчас был не способен. В горле немилосердно першило и саднило, как будто кто-то пытался начистить его изнутри наждачкой. Взмахи руками, позволяющие обоим быть на поверхности, давались всё с большим трудом. Так Рафу ещё не доводилось выматываться ни в одной драке, ни в одном бою.
— Раф, я знаю, что не был идеальным братом. И часто из-за меня мы все влипали в неприятности, прости…
— Хоа! Не смей говорить так, будто прощаешься! Я же сказал, — оборвал сбивчивую речь Микеланджело Рафаэль.
Майки промолчал. Раф подавил желание попросить его написать Дону и поинтересоваться, где их до сих пор черти носят. У самого просто не хватило бы сил грести одной рукой и не уронить младшего брата в воду. Тяжёлый, удушливый воздух приходилось с усилием проталкивать в горящие лёгкие, заледеневшие мышцы сводило от усталости. Слышно было, как надсадно дышал Микеланджело. Будь он здесь один, Рафаэль уже поддался бы усталости и сонливости, окутывавшим в плотный кокон, но Майки был рядом, а защищать братьев — это то, что в каждом из них заложено чуть не с рождения. На этот раз ему скорее всего не удастся справиться с этой миссией, но сдаваться было нельзя. Сколько уже времени прошло? Возможно, весь остаток их жизней. Как бы то ни было, а кислород явно заканчивался. Несколько часов, отведённые им умником, истекали, а ни его, ни Леонардо всё не было.
— Майки… — Раф вовремя прикусил язык, едва не ляпнув что-то вроде «ты был занозой в заднице, но всё же моим любимым братиком». Ну уж нет, никаких прощаний. Это как сдаться и признать, что всё, амба.
— М? — не дождавшись продолжения отозвался Микеланджело.
— Просто держись.
В ответ Майки повернул голову, прижавшись щекой к пластрону старшего. Не слишком приветствующий «телячьи нежности», Раф на этот раз смолчал. Вот только от неловкого движения Че-фон свалился в воду, издав тихий плеск. Теперь внизу под ними светился тусклый огонёк. Благодаря работе Донателло, их Че-фонам вода была не страшна. Микеланджело расстроено ойкнул, ожидая как минимум нелицеприятных высказываний в свой адрес от брата, но Рафаэль даже обрадовался: исчез соблазн написать ребятам прощальное сообщение.
Прошло ещё немного времени и Рафаэль, двигающий невероятно тяжёлыми руками лишь на чистом упрямстве, расслышал новый звук. Какой-то странный и одновременно до боли знакомый гул. Не успел он ничего сказать, как гул перешёл в пронзительный металлический визг.
— Дон и Лео! — просипел обрадованный Майки, которому придало сил появление долгожданных спасателей. Он даже попытался сесть, но охнул и рухнул назад на свой «плот», едва его не затопив. Раф ощутил, как вода заколыхалась, его, вместе с Микеланджело, потащило к стене.
Потоком уходящей воды их бросило вниз, перевернуло, и Рафаэль оказался на мокрой земле, усыпанной обломками. Наглотаться воды ни он, ни Майки не успели, она схлынула невероятно быстро. К тому же, в их убежище хлынул воздух и теперь оба брата лежали, хватая его ртами, радуясь возможности дышать. Микеланджело жалобно постанывал, его ноге вновь досталось.
Не желая, чтобы его нашли валяющимся в грязи и жалким, Раф завозился, стараясь подняться, но всё, чего добился — жёлтых искорок, замельтешивших в глазах. А потом послышались взволнованные голоса Леонардо и Донателло. Дон занялся Майки, а Лео поспешил к Рафаэлю. Раф видел лицо старшего брата, склонившегося к нему, видел, что его губы шевелились, но сквозь нарастающий шум в ушах не было слышно ни слова. Леонардо что-то говорил, приподняв за плечи и обнимая. Последнее, что сумел сделать Рафаэль — ткнуться лбом в плечо Лео в редком проявлении чувств, а потом золотые искорки в глазах взорвались ослепительным фейерверком и подступила темнота.
***
— Рафаэль, немедленно вернись в постель! — стоявший на пороге додзё хмурый Лео смерил Рафа, выколачивающего пыль из груши, своим фирменным лидерским взглядом. — Ага. Уже побежал, — Рафаэль всем видом показывал, что думает о приказах братца. Развернувшись к груше, он выдал серию ударов, радуясь, что с того места, где стоит Леонардо, не видно, как дрожат его руки. Тренировки давались ему ещё нелегко, но признаваться в этом кому бы то ни было Раф не собирался. — Да ты же только себе хуже сделаешь! Дон велел полный покой и никаких нагрузок, — воззвал к голосу разума Леонардо, не особо впрочем надеясь. — Иди нянчиться с Майки, а я сам разберусь, когда в кровати валяться, а когда нет, — Рафаэль вновь заколотил по груше, но Лео видел, что брат весь взмок, а удары гораздо слабее чем обычно. Плотно сжав губы, Леонардо решительно шагнул к упрямцу, непонятно что и кому тут доказывавшему. Подсечка, и не ожидавший такой подлости, как нападение со спины, от правильного лидера команды, Раф валялся на татами, растерянно глядя на Лео, прижавшего его рукой к полу. Растерянность быстро сменилась злостью. Отпихнув старшего ногой, Рафаэль перекатился и вскочил на ноги, готовый к драке, но пол предательски качнулся под ногами, его повело и не упасть удалось лишь благодаря Леонардо, вовремя подхватившему. — Я же предупреждал! — Лео тревожно всматривался в побледневшего брата, аккуратно выводя его из додзё, а Раф с тоской думал о том, что мало того, что снова в кровать уложат, так ещё и нудные нотации старшего слушать. К тому времени, как строптивый пациент был водворён в постель, укутан и напоен какой-то очень полезной, но жутко противной гадостью, Леонардо уже успел все уши прожужжать нравоучениями. Рафаэль вздохнул, покосившись на устроившегося рядом Лео. Не иначе, караулить собрался, чтоб не сбежал. — Вам с Донни Майки мало? У него хоть нога ранена, а ко мне чего прицепились? — попытался открыть глаза лидеру на очевидное, с его точки зрения, Раф, поёрзав в постели. — А кто провалялся без сознания трое суток, а очнувшись попытался сбежать из медпункта и отказался принимать лекарства?! — возмутился Леонардо. — Я в гамаке спать люблю, а эти микстуры ты сам-то пробовал? Мерзость редкостная, — буркнул Рафаэль. — А кто сбегал на тренировки, хотя Донни велел соблюдать постельный режим? У него и с капризами Микеланджело забот хватает, а ты ещё добавляешь, — продолжал отчитывать Лео и не похоже было, чтобы он собирался замолчать. Раф, намеревавшийся продолжить спор, вдруг поморщился и страдальчески застонал, зажмурившись и прижав руку к голове. Леонардо тут же осёкся, подскочив на ноги и склонившись к брату. — Раф, что такое? Опять болит? — негромко, но встревоженно спросил, уже зная ответ. Головные боли преследовали Рафаэля после отравления углекислым газом. Дон предупреждал, что это один из симптомов и со временем всё пройдёт. При должном лечении. Вот только лечиться Раф не хотел, а все его попытки подняться с постели заканчивались перенапряжением и жуткой болью. Знакомое чувство вины всколыхнулось, заставляя самого Лео скрипеть зубами. Не уберёг тогда, едва не опоздали, доставая из-под завала, ещё и теперь не уследил. То, что Рафаэля никто в додзё пинками не гнал, в расчёт не бралось. — Я принесу таблетки, потерпи немного, — дождавшись слабого кивка и невнятного бормотания в знак согласия, Леонардо притушил свет и выскочил за дверь. В ту же секунду, Раф расслабился и вполне спокойно сел в кровати. Посмотрев на полку с книгами, отказался от этой идеи. Было скучно, но не настолько, чтоб читать об истории Японии, лучше уж лечь спать. За эти дни хоть отоспится как следует. Голова у него и правда болела. Первые дня два, после того, как оклемался. За это время выяснилось, что во время таких приступов Лео начисто забывал про свои лекции. А ещё иногда он усаживался рядом и легко массировал виски, прогоняя сверлящую боль. Без массажа как-нибудь и обойтись можно, но почему бы не воспользоваться случаем и не пропустить пару другую нравоучений и моралей! Даже немного забавно было наблюдать, как надменно-отстранённое выражение лица Леонардо сменяется заботливым. Этот приём Рафаэль использовал уже несколько раз и Лео всегда вёлся на него. Леонардо вернулся с таблеткой и стаканом какого-то травяного отвара. Отвар Раф честно выпил, а вот таблетку незаметно спрятал. Лёжа на подушке, пахнущей лимонами и млея под прикосновениями осторожных пальцев к голове, Рафаэль едва не забыл, что ему полагается страдать от боли и засыпать под действием лекарств. Не то, чтобы Рафу нравились все эти нежности, но массаж — лекарство, а значит, можно. Не так часто ему перепадала забота, не привык к ней, да и сам не подпускал никого настолько близко. Наверное, часы в той ловушке не прошли бесследно. Наконец, сделав вид, что спит, он притих, чутко вслушиваясь в происходящее. А Лео зачем-то поправил ему одеяло и вышел, неслышно ступая и прикрыв дверь за собой. Рафа царапнула совесть, так не вовремя проснувшаяся. Слишком уж подавленно выглядел старший, придавленный грузом вины, которую сам себе и надумал. Сон не шёл. Повертевшись в постели битый час, Рафаэль плюнул на попытки уснуть. Всё же, не в его привычках было притворяться больным, уж скорее наоборот. Да ещё этот виновато-подавленный вид брата, свалившего, как всегда, на себя всю ответственность за всё-всё. Вообще, такая привычка Леонардо Рафа откровенно бесила, но сейчас покоя не давало то, что отчасти он сам подлил масла в огонь. Помаявшись немного, Рафаэль едва не хлопнул себя по лбу: он ведь занял кровать Лео, а где тогда отдыхает их лидер? Или, может, он и не отдыхает, заняв вахту у постели Майки и дав передышку Дону? С Микеланджело всё было в порядке, если учитывать, что они оба там едва ласты не склеили. Рана на ноге уже подживала, да и такого переохлаждения, как у Рафа, у младшего не было, но Майки, если болел, то становился похож на капризного, разбалованного ребёнка, требующего постоянного внимания и неусыпной заботы. Обычно, младшего оттормаживал Донни, более трезво смотрящий на происходящее, в отличии от Лео, но сейчас и сам умник ещё не отошёл от пережитого страха за жизни братьев. Ругаясь себе под нос, Рафаэль выбрался из постели и побрёл прочь из комнаты. Заглянув к Микеланджело, он убедился, что братишка мирно спит, укутанный в одеяло, а Донателло уютно устроился в кресле рядом, видимо, уснул читая. Но сейчас книга была отложена на тумбочку, а сам Дон укрыт пледом. Неодобрительно буркнув про чересчур заботливых идиотов, у которых на утро будет всё болеть от сна в неудобной позе, Рафаэль подсунул умнику одну из подушек, позаимствованных у Майки, под шею. Донни лишь бормотнул что-то сквозь сон, так и не проснувшись. Видно, даже он, привыкший к работе сутками и довольствовавшийся парой часов сна в день, умотался совсем. Прикрыв за собой дверь, Раф поплёлся искать Леонардо. Обойдя всё убежище, старшего он нашёл на кухне. Тот спал сидя за столом, положив голову на руки. Рядом стояла плошка с уже опротивевшим отваром, его Рафаэль узнал по запаху трав. Облокотившись о дверной косяк, Раф негромко кашлянул. На этот вполне безобидный звук Леонардо вскочил, осоловело оглядываясь. — Я сейчас, только остужу отвар, — ещё не вполне проснувшийся, лидер мотнул головой. — Хрен с ним, с отваром. Чё, другого места поспать не нашёл? Иди уже, кровать свободна, — Рафаэль указал взглядом на выход из кухни. — Да я тут… Раф, а ты почему встал опять? Мне тебя привязывать надо к кровати? — Лео резко изменил тон, когда сообразил, что упрямый брат вновь на ногах. — Отвянь, а. Просто заткнись и ползи спать, — попросил Рафаэль без обычного вызова в голосе, почти примирительно. Ему стоило непривычно много сил просто обойти логово. К тому же, ругаться со старшим ну никак сейчас не хотелось. Леонардо удивлённо посмотрел на него. Поведение братика сбивало с толку. Когда Раф орал, лез в драку и спорил, то было понятно, как себя с ним вести, а вот с этим что делать? — А что ты тут забыл среди ночи? — прищурившись, Лео окинул Рафаэля внимательным взглядом, отмечая и испарину на лбу, и то, что он словно прилип к косяку. — Воды пришёл попить. Запрещено? — оскалился Раф и в доказательство, оттолкнувшись от уже ставшего почти родным дверного косяка, двинулся к холодильнику. Вот только вода уплыла у него из-под носа: Леонардо захлопнул дверцу, не дав даже прикоснуться к бутылкам. — Запрещено пить холодное. Дон сказал отвар, значит отвар, — строго отчеканил Лео. — Сами давитесь этой пакостью, — сердито буркнув, Рафаэль пихнул старшего в плечо и побрёл из кухни.***
Раф спал на диване. Гамак, в который он упрямо улёгся, раскачивался и перед глазами всё кружилось ещё сильнее. Тихонько добравшись до дивана, Рафаэль свалился на него, закутанный в одеяло и уснул. Зыбкий, неспокойный сон нарушила головная боль, но идти за лекарством не было ни сил ни желания, так Раф и лежал, закрыв глаза в полудрёме, надеясь, что всё само пройдёт. Прохладные руки на пылающей голове осторожными прикосновениями прогоняли выматывающую боль, даря долгожданный покой. Рафаэлю не нужно было открывать глаз, чтобы знать, что это Леонардо нашёл его здесь. Значит, он так и не ложился, придурок. Вяло подумав, что надо бы оттолкнуть его руки, перетерпит, подумаешь, голова болит! Это не смертельно, Раф обиженно шмыгнул носом. Нечего тут гладить, как кота. Да и вообще, спать Лео отправить надо, не нужна ему сиделка, но так ничего сказать или сделать он не успел, крепко уснув. Леонардо ещё немного посидел, вслушиваясь в выровнявшееся дыхание брата, и убрал руки только тогда, когда бешено бьющаяся жилка под пальцами постепенно успокоилась. Подумав, он сходил за своим одеялом, решив остаться рядом, зная, что Рафаэль до последнего не признает, что ему нужна помощь. Ещё и отбрыкиваться будет. Примостившись на краешке дивана, Лео приготовился присматривать за братом. Но усталость взяла свое, и он уснул не менее крепко, чем сам Раф. Донателло, выскользнувший из комнаты Майки, только подивился тому, как старшие умудрились поместиться на стареньком диване вдвоём. Тесно прижавшиеся друг к другу, закутанные в свои одеяла, они мирно спали. Задаваясь вопросом, чем их не устроили собственные постели, Дон скрылся в своей комнате. Уж его то кровать привлекала гораздо больше кресла, даже удобного!
