blood, sweat and tears

Впервые они встретились около года назад. А, может, и раньше. Точная дата уже забылась. Стёрлась из памяти. Тэхён и сам не заметил, как оказался за большой стойкой, заказывая выпить в захолустном дёшевом баре, а слизистая его бедного носа свербила от резкого запаха перегара, витающего в душном воздухе. Настроение было паршивым. И погода подстать ему. Парень вымок под ливнем до нитки, так что иных вариантов не было. На окраине города выбор на помещения, где можно спрятаться от дождя, не велик. Спустя минуту, перестав наконец нерешительно топтаться у входа в питейное заведение, Тэхён вошёл внутрь. Едва он пересёк порог паба, как его взор оказался намертво прикован к странному мужчине. Незнакомец сидел в отдалённом уголке бара, ссутулившись в три погибели над своей жалкой порцией алкоголя. Лица видно не было. Полумрак, царящий в помещении, мешал разглядеть его хорошенько, да и спутанные, чрезмерно отросшие волосы, спадавшие прямо на глаза парню, походили на ширму и надежно скрывали его от посторонних взглядов. Но не нужно было видеть лицо этого человека, чтобы понять, сей тип — та еще муть. С такими лучше не связываться. Замызганная чем-то тёмным (кровью, стало быть) рубашка и крайне растрёпанный вид, как бы мягко намекали. Но что-то так и подначивало подойти к нему. Тэхён попытался отмахнулся от этих мыслей, точно от надоедливых мух. Нервно вздохнув, он, от нечего делать, заказал виски с содовой и уселся прямо у барной стойки. И всё же, потягивая противный напиток, то и дело косился в сторону подозрительного парня, совершенно не в силах удержаться. Долго сдерживать любопытство невозможно. Это известно всем. Вот и у него больше не было мочи. Алкоголь, затуманив разум, щёлкнул некий ментальный тумблер в голове у Тэхёна и все границы тотчас размыло. «Тоска берёт… Почему бы это и не подойти к нему? Поболтаем.» Действительно. Ведь ничего не мешало сделать это. И потому, совершенно не привыкший к спиртному Тэхён кое-как поднялся и, шатаясь, на ватных ногах, направился за столик «икс». Нагло плюхнулся всем своим весом на стул напротив и хрипловато ляпнул, тщетно пытаясь контролировать заплетающийся язык: — Эй! Как… жизнь? Незнакомец оторвался от непрерывного разглядывания пустого стакана. Поднял голову, смахнув выжженые краской, пастельно-лазурные кудри с глаз. И они встретились взглядами. Вид у него был не лучший: болезненно-бледный, под носом и на рубашке этого человека запеклась кровь, была разбита губа, а на скуле красовался багровый синяк. Но глаза — таких глаз Тэхён еще не встречал. Не смотря на бесконечную усталость и отрешённость, в их угольном омуте сверкали невиданные ему доселе искры. Показалось, конечно. Ничего там не сверкало уже давно. Просто-напросто свет от ослепляющих, переливающихся огней бара отразился в его глазных яблоках. Что с того? Но Тэхёну такая элементарная мысль в голову не пришла. У Тэхёна тут же комок в горле встал, а сердце ухнуло куда-то вниз. Избитый парень склонил голову на бок, тут же сделавшись похожим на лениво выжидавшего свою жертву кота. — Обычно, принято угощать тех, к кому подсаживаешься. — Извини, у меня всегда были проблемы с этикетом. — буркнул Тэхён, заворожённый его бархатным голосом, отдающим лёгкой хрипотцой. Незнакомец хмыкнул и продолжил неотрывно смотреть на раскрасневшегося Тэхёна в упор. Новая струйка крови покатилась из его расквашеного носа. Но он даже не стал вытирать её — только облизнул губы. Тэхён подозвал официанта и заказал двойную порцию самбуки. Уверенность в нём угасала. Не зная, куда деть руки, он неловко теребил длинными пальцами рюмку с алкоголем и неотрывно таращился на незнакомца. А тот вдруг улыбнулся, слегка прищурив свои магнетические глаза. — За выпивку спасибо. — он протянул свою красивую жилистую ладонь с разбитыми костяшками для рукопожатия, — Мин Юнги. — Кхм… Тэхён. Ким Тэхён.

***

Удар.

Ещё удар.

Юнги падает прямо на сырой, ледяной пол посреди импровизированного ринга. Пот стекает с него семью ручьями и волосы липнут ко лбу. Его лицо горит, хочется отдышаться — но дышать невыносимо, мучительно больно. Чувство, что рёбра вот-вот обратятся в костную пыль. Инстинктивный животный страх парализует разум, когда перекачанный грузный мужчина с безумным взглядом хватает Мина за края намокшей футболки и тянет на себя, заставляя подняться парня на ноги. Слышен треск ткани. И глухой стон боли от очередного удара в живот.

***

У Юнги за плечами ничего нет: только аттестат и пара шрамов на коленке. У него всё из рук валится, вместе с ногтями, и синяки с лица не сходят неделями. У Тэхёна в голове ничего нет: только расписание автобусов и мысли о Юнги. У него беспорядок в квартире, а его комиксу о боксёрах скоро год. Знал бы Мин-хён, сколько он значит для того, у кого тайком берёт по ночам деньги.

***

Юнги вернулся только рано утром в воскресенье. Петухи ещё спят в это время. Весь зелёный, в усмерть избитый и насквозь пропахщий ментоловыми сигаретами, он ввалился в квартиру, наскоро сорвал с себя обувь, пальто и направился в ванную. Тэхён и глаза не сомкнул за прошедшую ночь, изгрызя все ногти. Сейчас же он сидел, уткнувшись в экран ноутбука и рисовал манхву — рисовал персонажа, списанного с Юнги, думая о Юнги, отчаянно пытаясь отвлечься от мыслей о… Юнги. Звучит, как анекдот, правда? Но что ещё оставалось делать, если ему наотрез отказывались сообщать, где проходят бои, на которых пропадают чуть ли не каждые выходные. Едва заслышав, как поворачиваются ключи в замочной скважине, Тэхён тотчас вскочил, захлопнув по ходу ноутбук и рванул в коридор, в точности как ребёнок, спешащий проверить, какие вкусности купили его родители в этот раз. Его сердце, и без того слишком быстро стучавшее, теперь будто пыталось выскочить наружу. — Наконец-то! Мин Юнги застыл, сцепив пальцы на ручке двери, ведущей в ванную комнату. — Повернись ко мне, пожалуйста. В ответ на это Юнги глухо засмеялся. Как же его всё это невыносимо бесило. Как же его невыносимо раздражал Тэхён. Но он всё равно повернулся. Тэхён несколько секунд смотрел на него в оцепенении, а затем без слов приблизился и, изо всех сил стараясь не принести лишней боли, дрожащей рукой прикоснулся к чужой щеке. Юнги тихо застонал, сморщившись. Тэхён тут же одёрнул руку. — Прости. Я принесу аптечку. Забирайся пока под воду. Закатив глаза, до одури умаявшийся Мин поспешил послушаться. Оказавшись в уборной, он включил кран с горячей водой и стянул с себя всю одежду, оставив её валяться на коврике. Даже такие простые движения давались ему с трудом, принося жуткую боль. Всё ещё трудно было дышать полной грудью. На его тело было не взглянуть без жалости: всё в синяках, ушибах и ссадинах. На выступавшем ребре светилась гематома. В этот раз не хило досталось. Сев прямо под толстую струю воды, бегущую из крана, Юнги довольно засопел, запрокинув назад голову и вытянув поджарые ноги. Как хорошо наконец смыть с себя всю кровь и грязь. Тэхён вернулся минут через десять, держа в руках пакет со льдом и увесистую аптечку, за которой пришлось идти к соседям. Свою же он запихнул во время уборки чёрт знает куда. А Юнги, лёжа в мутной от крови воде, смотрел на него сквозь прикрытые веки, думая о том, как это забавно, что даже спустя целых полтора года, этот глупый всё ещё старается отводить взгляд от его обнажённого тела. Подойдя ближе, Тэхён всё-таки поднял глаза и окинул взглядом Юнги. — Боже, на тебе живого места нет. Как ты вообще добрался до дома? Почему не позвонил? — Не хотелось тебя тревожить. Всё в порядке, ты же знаешь — у меня кошачья регенерация. Тэхён устало вздохнул, жестом руки попросив придвинуться ближе. Достал вату, смочил её перекисью и принялся осторожно протирать кровоточащую стёртую кожу на чужом подбородке. — Тебе не кажется, что это уже слишком? Может, стоит бросить всё это? Ответом было молчание. — Хотя бы ради меня. Пожалуйста. Ты ведь просаживаешь мои… Наши деньги впустую и только калечишь себя. Хуже не может быть. Я не могу больше смотреть на это. — А я не могу бросить бои. Не могу, ясно? Это — моя жизнь. — Глупость. А что, если однажды тебя просто убьют? Не дожидаясь ответа, Тэхён внезапно прильнул тёплыми мягкими губами к липкому от пота лбу Мин Юнги. — Очень прошу тебя, не будь козлом. Пожалуйста. Бросай это. Хватит. — шептал парень, тщетно пытаясь скрыть дрожащий голос. — Я… Тэхён не дал ему договорить, быстро включив душ и направив струю на пропахшие табаком волосы, зная, что если услышит ещё хоть одно слово, вылетевшее из бледных губ Мина, то струна его самоконтроля лопнет ежесекундно. Тёплая вода приятно защекотала кожу головы. Юнги и не пошевелился. Просто закрыл рот и зажмурил глаза, позволяя Тэхёну намылить его лазурную макушку дешёвым шампунем с запахом кофе. Что-то защемило у Мина в груди, когда до его ушей долетела чёртова дрожь в голосе человека, так по-матерински бережно касающегося сейчас его волос. Разве умеют так парни? Едва ли. Наверное, только один Ким Тэхён и умел.