Раскол

      Первый концерт накрыл детей с головой, будто волна океана, которая не обволакивает, как мягкая морская, а бьёт: больно, жёстко, но захлёстывает тебя полностью, навсегда, и забыть ты такое уже не можешь. Рёв толпы нёс в себе удивительную энергию, словно адреналин, который впрыскивается тебе в вены всё снова и снова, и ты не можешь остановить. Да и не хочешь, ибо становишься наркоманом с первой минуты, секунды. Тебе нужно ещё и ещё, и люди с удовольствием кричат громче, танцуют откровеннее, а атмосфера вокруг нагревается, словно вы все на солнце. В конце концерта ты сгораешь, но в ярком пламени софитов возрождаешься вновь и вновь, словно феникс восстаёт из пепла.       Ты забываешь обо всем, все проблемы вылетают из головы с бешеным ритмом песни, кружась в вихре эмоций. Вокруг творится хаос, но он не чужд тебе, ибо ты его часть, ты есть он сам.       Тянет кричать, пока не сорвёшь голос от безумного количества пропетых тобой песен. Слова не важны, ибо всё идёт от души, от сердца, а не из головы. Рассудок отдает бразды правления чувствам и отдается безумному, чувственному танцу. Что же, он заслужил свой выходной.       Семья. Все на эти несколько часов становятся твоими родными людьми, словно вы, чёрт возьми, были знакомы всю вашу жизнь. Тянет начать рассказывать личные истории, как ты ходил под стол, не нагибаясь, как крал яблоки и ягоды из соседнего деревенского огорода. Но зачем? Мысли становятся едины, как феи Винкс или же Чародейки.       Впрочем, на самом концерте ты об этом не думаешь. Уже после, сидя ночью в уютной кровати, обняв подушку и обмотавшись пледом, ты это переосмысливаешь. Пьешь чай (или водку, как повезёт) и думаешь, думаешь, думаешь....       Знали ли наши ребята, что именно они вызовут столько эмоций? Что именно их концерт заведёт толпу? Что именно их песни будут петь, орать от всей души? Что их музыка заставит биться в едином ритме сотни и тысячи сердец?       Эх, скажи им это год назад, вам бы не рассмеялись в лицо, как бы вы могли подумать, мои весьма предсказуемые друзья, а лишь мечтательно улыбнулись, смакуя эту мысль у себя в голове. Такая недостижимая мечта, но такая заманчивая, манящая своей вышиной.       Однако мечты на то и есть, чтобы они сбывались. Или нет. Раз на раз не приходится. Впрочем, пришло время вернуться на год назад, ибо момент, когда милостиво были открыты ворота будущего, закончился. Пришло время возвращаться в прошлое. Впрочем, так будет только интереснее...

***

      Светлый класс, покрытый тонким шлейфом пыли, словно там не убирались неделю или две, что, скорее всего, так и было, заливало последними тёплыми лучами солнца, которые словно пытались извиниться за предстоящие холода, которые, впрочем, синоптики предсказывали ещё недели две назад, так что доверия они, уже давно не внушавшие, всё не могли заслужить. Что ж, вся страна продолжала им верить, ежедневно просматривая очередной выпуск новостей, за неимением лучшего. На безрыбье и рак рыба, а каждый раз выходить на балкон, чтобы узнать погоду как-то не хочется. Да и не у всех они есть.       Вдруг дверь скрипнула, и жалобный стон разлетелся по небольшой комнате. — Чёрт, — не удержался человек, — надо бы попросить смазать. Ну в самом же деле, не работать в таких условиях!       Он поправил очки, которые и так идеально лежали на переносице. Этот жест был скорее механическим, призванным успокоить его, ибо сейчас в эту тихую обитель, по его сведениям, должно было завалиться человек пять-шесть, вряд ли больше. Но и такое количество могло устроить разгром, так что стоило быть начеку.       Он ещё раз поправил очки, мысленно репетируя приветственную речь. — Здравствуйте, дети. Меня зовут Логинов Владимир Андреевич, учусь на третьем курсе исторического факультета. Можете называть меня просто Владимир Андреевич или его Величество Владимир Красно Солнышко.       Он улыбнулся. Шутка должна была разрядить ситуацию. Но, вдруг осознав, что одной может не хватить для ещё неизвестных ему вандалов, парень нахмурился, решая, что лучше сказать дальше.       Его размышления прервал несчастный скрип двери, которая явно была недовольна столь неуважительным отношением к старушке.       В класс зашло сразу двое человек, которые тут же огляделись. Старое помещение почти никто не использовал. Ну, как почти. Они первые, кто, после уборщицы, конечно, зашли сюда. — Смотри, — сказала одна из них, — тут, наверное, ещё царскую семью расстреляли. — Навряд ли, — привлёк к себе внимание голос.       Девочки обернулись, растерявшись, ибо явно не ожидали увидеть здесь кого-то ещё. — Что? — переспросила блондинка. — Расстрел царской семьи (последнего российского императора Николая II и его семьи, если вы вдруг не знаете) был осуществлён в полуподвальном помещении дома Ипатьева в Екатеринбурге, а не в Москве на втором этаже,  в ночь с 16 на 17 июля 1918 года во исполнение постановления исполкома Уральского областного Совета рабочих, крестьянских и солдатских депутатов, возглавлявшегося большевиками, о которых, я надеюсь, вы слышали, иначе я совсем в вас разочаруюсь. — Как в Википедии, — восхищённо прошептала Соня. — Ага, только вот эти ехидные вставочки всё портят, — ухмыльнулась Катя. Она поправила несчастный растянутый свитер, провела рукой по волосам (тщетно) и всё-таки представилась. — Меня зовут Катя Виноградова, 16 лет, блондинка снаружи, но не в душе, немного бомж. А вы, собственно, кто?       Логинов моргнул. Потом еще раз. Тщетно. Наглое видение никак не хотело исчезать, а лишь продолжало буравить серыми глазами. — Не хотите говорить — не надо, — обиженно продолжила Катя, скрещивая руки на груди и поворичиваясь к Соне, — Ну а ты кто? Или тоже играть в молчанку будешь? И вообще, почему ты стояла рядом с дверью? Могла бы и сама зайти. — Меня зовут Соня, — представилась брюнетка, — мне 15 и вообще, мы учится в одном классе, в 10 "А". — Серьёзно? Прости, я не заметила, — растерянно улыбнулась Катя. — Ничего, вторая неделя учёбы, это естественно, что мы могли не познакомиться.       Соня выглядела, ну, мило. Ничего другого в голову не приходило. Брюки, рубашка, кофта. Живое доказательство того, что некоторые родители заставляют своих детей носить школьную форму, слава богу, не советскую. Сколько бы ты не вглядывался в синеву её голубых глаз, оригинальных сравнений не появлялось. Оно и к лучшему, наверное, ибо лучше глаза, как небо, чем глаза, как лужа после дождя. Длинные каштановые волосы, собранные в хвост, лежали волосок к волоску на спине.       Катя же была примером того, что у бомжа всё-таки можно силой забрать одежду. Серый свитер явно видывал лучшие времена, ибо о его настоящем цвете можно было лишь догадываться. Сиреневый? Зелёный? Голубой? Что ж, никто никогда не узнает. Зато он удобный (ещё бы) и красиво не подчёркивает талию и грудь. Джинсы были в модных дырках, только вот не от хорошей жизни. Впрочем, это не мешало их обладательнице наслаждаться жизнью.       Лёгкое покашливание прервало удивительный по его содержательности диалог, обратив внимание на Логинова. Он обвел их хмурым взглядом (Соня немного поёжилась) и попробовал произнести свою короткую, но ёмкую речь, которая должна была сразить подростков раз и навсегда: — Здравствуйте, дети. Меня зовут Логинов Владимир Андреевич, учусь на третьем курсе исторического факультета. Можете называть меня ...       Увы, его прервал крик многострадальной двери, которая с удивлением обнаружила, что всё ещё в состоянии открываться.       В класс снова вошла девушка, и историк стал оправданно опасаться того, что будет учить дружный милый ядовитый женский коллектив. Конечно, драйва в его жизни определено не хватало, но расставаться с ней он всё же не хотел.       Аня остановилась и посмотрела на часы. Занятие было назначено на 15:40, сейчас же было 15:35. Она явно не опоздала, так почему же на нее так смотрят? — Меня зовут Катя, а её Соня, — сказала Катя, пока учитель представлял, как девушки вместе варят зелье из его печени и селезёнки. — Аня Иващенко, 16 лет, 10 "Б" класс, — сухо ответила брюнетка с короткой стижкой.       Короткие тёмные локоны щекотали точёные скулы. Вообще, прическа, несмотря на лёгкую небрежность, добавляла девушке французского шарма, которого не смогли бы добиться даже некоторые жительницы Парижа. Черный кардиган элегантно доходил до середины бёдер. Яркая юбка в клетку делала акцент на стройных ногах.       Вдруг Логинов осознал, что он всё-таки тут главный, поэтому он снова начал: — Здравствуйте, дети. Меня зовут Логинов Владимир Андреевич, учусь на третьем курсе исторического факультета. Можете называть меня...       Желание самому смазать эту дверь неожиданно родилось в душе учителя, когда в комнату вошёл ещё один человек.       Мистер пунктуальность, в народе Сергей, остановился. Он достал часы, сверился с лунным календарём, снова посмотрел на часы. Вскинул брови вверх, впрочем, в его глазах удивление не отразилось. Серёжа пришёл вовремя, даже слишком, секунда в секунду. Он отстранённо окинул взглядом комнату и всех присутствующих, словно их тут и не было. Сейчас его рассматривали четыре пары глаз, причём некоторые даже с облегчением.       Да, Логинов обрадовался, что теперь ему не одному придётся как-то выживать здесь. Всегда проще с напарником. — Я Катя, это Соня, а это Аня, — снова сказала Катя, от души развлекаясь, ибо благовейный вид Логинова был тем ещё зрелищем. — Сергей Козлов, 10 "Б".       Минимум информации, минимум жестов, минимум слов. Его словно не волновало, с кем он будет проводить лучшие часы своей жизни.       Одет он был обычно. Выглядел обычно. Вёл себя обычно. Словно всех жителей Земли сложили и поделили, получив в итоге Серёжу. Это не было чем-то плохим, нет, именно его обычность позволяла ему сливаться с толпой и одновременно выделяться из неё.       И тут судьба сжалилась над студентом, ибо он на одном дыхании произнёс, боясь (не зря), что его опять перебьют: — Здравствуйте, дети. Меня зовут Логинов Владимир Андреевич, учусь на третьем курсе исторического факультета. Можете называть меня просто Владимир Андреевич или его Величество Владимир Красно Солнышко.       Молчание. И четыре голоса вместе: — Смешно. — Ага. — Так и будем вас назвать. — Оригинально.       Логинов достал бумажный платок. — Слёзы вытирать будете? — Ага, ваши. Садитесь, дети.       Небольшое шуршание, пока дети брезгливо выбирали пыль с парт и стульев. Наконец, всё расселись. — Итак, — начал Логинов, — пожалуй, мы начнем с того, что проверим ваш общий уровень знаний, чтобы я понимал, что дальше с вами делать. — Это будет ЛОГИЧНО! — вставила свои пять копеек Катя, — или можете РАССТРЕЛЯТЬ. — Не перебивай его, — хмуро сказала Аня, хоть и не сдержала улыбки. Соня тоже улыбнулась в кулак. Серёжа предпочёл остаться в стороне.       Мужчина закатил глаза. Денёк обещал быть весёлым. — Чтобы проверить ваши знания...       Дверь возмущённо ударилась об стену от слишком сильного толчка. — Да, дорогая, увидимся, пока-пока!       И в комнату свалилось солнце всея школы. Если кто-то и не знал Злату лично, то точно уж слышал о ней. Самая популярная девушка параллели и сейчас все поняли, почему.       Пиджак сидел на Злате ну уж слишком идеально. Казалось, она в нём родилась. Впрочем, у этого были и свои минусы, ибо это великолепие совсем не рвались с неё снимать в порыве страсти, ибо справедливо опасались, что вместе с ним сдерут и кожу. Волосы были тщательно уложены, а небольшой каблук цокал на весь этаж. Коричневые глаза цвета топлёного молочного шоколада недоуменно обводили всех. — Я опоздала? — растерянно протянула она, попутно доставая телефон, — и правда, уже четыре часа! Простите, заболталась!       Она спокойно ещё раз окинула всех взглядом. Соня сидела с Катей у окна, Серёжа же с Аней расселись по разным партам в разных концах класса.       Подумав, Злата подошла к Ане и села, спросив разрешения взглядом. Когда она его невербально получила, то довольно разложила все свои вещи на парте. Оставалось лишь гадать, как она все это поместила в дамскую сумочку.       Дополнительные занятие начались и не сказать, чтобы было весело. Увы, приходилось (внезапно) учиться. Как выяснил Логинов, дети не обладают университетскими знаниями, чем был крайне расстроен.       Дети справедливо же решили, что из них под конец года хотят сделать супер-людей, которые понадобятся, если Википедия вдруг удалится, а все исторические источники сгинут. Этакие мини-википедики, люди-заучки, квинтэссенция книжных червей.       Знаете, а ведь на этом всё и могло закончиться. Логинов бы строил личную армию историков, дети бы мучились, история проклинала тот день, когда её решили изучать в школах и включили в ЕГЭ.       Но у судьбы были свои планы на этих детей. Именно в этот день звёзды сошлись таким образом, что однокурснику Логинова и по совместительству его лучшему врагу и худшему другу понадобилась помощь. И именно в этот день историк поставил свой телефон на громкую связь, ожидая совсем другого звонка. И, решив сделать комбо, мобильный оператор предложил бесплатно поставить на звонок любую мелодию, и Логинов выбрал бессмертного Цоя.       Абсолютную тишину, которую прерывал лишь скрип мозгов и пар из ушей, прорезал голос, который был знаком всем с детства, который отложился на подкорке сознания, который видел их взросление. Я сижу и смотрю в чужое небо из чужого окна       Все вздрогнули. Глаза детей заметались по комнате в поиске звука, а Логинов поспешно доставал телефон из кармана пиджака. И не вижу ни одной знакомой звезды.       Соня и Катя нашли источник песни, но взгляд их был затуманен, словно у наркомана, который получил свою дозу. Я ходил по всем дорогам и туда, и сюда,       Злата, Аня и Серёжа тоже справились с этой задачей. Девушки слегка покачивали головами в такт, Серёжа беззвучно двигал губами. Обернулся — и не смог разглядеть следы.       Логинов наконец справился с упрямым гаджетом и с надеждой посмотрел на дисплей. Да, такого разочарования он ещё не испытывал. По крайней мере за сегодня. Сказав на ходу что-то типа: «Сейчас вернусь, сидите тихо!», он выбежал, попутно шипя в трубку нерадивому товарищу.       Тишина снова завладела пространством, но в душе дети всё ещё слышали этот голос. Вдруг, наплевав на просьбу вести себя тихо, на то, что там еще не окончен, каждый из компании решил тихо продолжить, так сказать, для себя. Но если есть в кармане пачка сигарет, Значит все не так уж плохо на сегодняшний день.       Пять голосов слились в единую мелодию, заполняя комнату. Никто не планировал петь квентетом, но уже было не важно. Импровизированная группа спелась (но не спилась). И билет на самолет с серебристым крылом, Что, взлетая, оставляет земле лишь тень.       Логинов закончил телефонный звонок, высказал товарищу абсолютно всё, что он о нём думает. Однако он не спешил заходить обратно в класс. Мужчина стоял, прислонившись к косяку и улыбался. Странный день. Он вдруг почувствовал, что нашёл тех, кого давно искал. Но нельзя торопить события.       Едва последняя нота прозвенела в воздухе, Логинов зашёл в класс, делая вид, что это не он подслушивал под дверью, нет.       Дети смотрели друг на друга, не понимая, что это было. И вдруг рассмеялись. Искренне, чисто, просто расхохотались, радуясь непонятно чему.       После этого занятие пошло веселее, Соня с Серёжей стали чуть активнее принимать участие в занятии.       Через два часа Логинов (наконец-то!) отпустил всех домой. — И помните, что мы встречаемся ровно через неделю в это же время в этом же месте! Жду ваших эссе и таблиц. Всего доброго! — Ничего себе, первое занятие, а уже столько задал, — пожаловалась Катя Соне, которая согласно кивала головой. — Но ты же сама на это подписалась, — ответила Аня, прикладывая карточку, чтобы выйти, — так что не жалуйся. — А давайте вместе пойдём! — сказала Злата, подбегая к компании. Она весело рассмеялась, когда получила положительный ответ. — Серёжа, айда с нами, — раззадорено сказала Катя, наблюдая, как он снова выгибает бровь, — не волнуйся, мы не кусаемся.       Парень лишь пожал плечами. Почему бы, собственно, и нет. Он спокойно вышел на улицу, остальные пошли за ним. — Кому сейчас куда? — спросила Аня. — Ну, мне к метро, — пожала плечами Катя. - И мне, - обрадованно сказала Соня. — Я рядом живу, но мне тоже в ту сторону, — хором ответили Злата и Серёжа. — Вот и отлично, — хмыкнула Аня.       Ребята отправились в путь, попутно расспрашивая друг друга обо всём на свете.       Оказалось, что они все, кроме Златы, новенькие в этой школе. Она сама училась в 10 "В", поэтому наши герои с ней раньше не были знакомы.       Первым попрощался со всеми Серёжа, который жил в семи минутах ходьбы от школы. Что ж, везунчик, скрылся в подъезде, но, зайдя внутрь, мимолётно ухмыльнувшись. Это обещало быть интересным, весьма интересным.       Потом ушла Злата, которая убежала к подруге, с которой, как оказывается, они договаривались встретиться ещё час назад. Злата об этом напрочь забыла и сейчас получала заслуженный нагоняй.       Все мило махали ей вслед, жалея внутри, а она посылала воздушные поцелуи, пока она не зашла за поворот.       Катя, Аня и Соня дошли до метро. Блондинка спустилась вниз, обняв всех напоследок, а брюнетки пошли в магазин.       Аня зашла в книжный, предварительно пригласив Соню, но девушка отказалась, ибо ей нужно было зайти за скотчем в хозяйственный магазин. Они помахали друг другу и разошлись.       Соня ослепительно улыбалась, наслаждаясь днём, солнцем, жизнью. Как же хорошо! У неё появились друзья, люди, близкие ей по духу. Просто прекрасный день! А дальше что будет...       Вдруг она, замечтавшись, врезалась в парня, который шёл, смотря себе под ноги. — Прости! — тут же начала извиняться она, — Прости, пожалуйста! — Ничего, я тоже виноват. Но в следующий раз смотри, пожалуйста, вперед. —Хорошо, — смущённо сказала девушка. — Тебя как зовут? — Соня. А тебя? — Матвей. Матвей Тивелев. — Приятно познакомиться. — И мне. /продолжение следует/