Половинчатая душа

      Ледяной осенний ветер продувал каждого человека, идущего по улице в столь жестокий октябрьский вечер. Вся листва от такой погоды слетала так, словно была легче воздуха. Отпускаешь лист, и он летит по ветру так, будто развивает скорость звука. А может и больше. Но мы ведь знаем, что повествование будет вестись не о погоде в этом крупном городе.       Длинноволосый парень стоял возле окна с кружкой горячего зелёного чая и смотрел на весь этот хаос. Да уж, ветер был близок к штормовому. Учитывая события последних пары лет, лучшим вариантом было бы переехать поближе к югу, да вот только беда — желания нет. Вообще никакого.       — Хей, балда! У нас работы много! — резко пронеслось в голове у парня, отчего он даже скрючил мину. — Или тебе что, совсем надоело уже работать?!       — Легко тебе говорить. Действия то во время бодрствования все делаю я. Ты лишь муза, Пикс, — тихо ответил он себе под нос.       Незаметно улыбнувшись и поправив волосы, парень вернулся за рабочий стол. Не сказать, что он был огромным, но крупным — это точно. Большой лист бумаги помещался на нём спокойно, так что переживаний у владельца сего стола не было.        После смерти дедушки прошло уже около трёх лет. Такое событие потрясло Дэниэла настолько, что его организм выработал свою собственную защиту и музу — Пикс. Небольшая, назойливая девушка, которая лишь подталкивала парня на действия, ведь он после такого потрясения не имел желания работать вообще. Но как можно спокойно лежать, когда в твоей голове назойливый голос постоянно кричал, чтобы ты шёл работать, даже если ты грустишь? Вот и Дэниэл не выдержал.       Карандаш плотностью 2B медленно, но верно оставлял на бумаге штрих за штрихом. Где-то светлее, где-то темнее. Всё зависело от того, как свет падал на объект. Этим объектом была девушка, Катрин Фицпатрик, на вид ей можно было дать около двадцати трёх лет. Аккуратные аристократичные черты лица, небольшая родинка у уголка глаз и также одна около брови. Пухленькие губы идеально сочетались со слегка вздёрнутым носиком, и их алый оттенок выглядел просто идеально на бледной коже. Чёрные, как смоль, волосы отражали свет так, словно они были покрыты лаком, но нет. Они были идеальными. И эти глаза… Редкая генетическая мутация делала их не просто голубыми, а именно синими, словно океанские глубины. Последние штрихи, маленькая подпись в углу, и можно отправлять заказ. Это был заказ, чтобы оставить своим родителям хоть какую-то память перед отъездом заграницу.       Взглянув на часы, Дэниэл даже не удивился. Час ночи. Всё же, трудно живётся художнику, который постоянно не хочет ничего делать, а просто лежать. А потому, потянувшись, парень просто потёр свои глаза и начал заправлять постель, готовясь ко сну. И всё было бы нормально, если бы Пикс не подала голос:       — Хей, а мне дать поуправлять? Ну дай, дай!       — Мне твоих ночных гулянок хватает, — фыркнул про себя парень, уже снимая кофту и заменяя её на футболку. — Со сколькими мужиками я проснулся?       — Так ведь ничего и не было! Они даже не трогали тебя, просто ложились рядом спать!       — Ни слова… До утра никакого управления моим телом.       Пикс что-то ещё проворчала, но вскоре успокоилась, а потому парень спокойно выдохнул и, надев лёгкие чёрные штаны, отправился на кухню.       Естественно, кухня была не маленькой. Всё же дед любил, когда есть, где разгуляться в своём же доме. Да и техника явно была тут хороша, дед-то поваром был! Но даже так было всё ещё до жути тоскливо и больно, что он погиб.       Открыв дверцу холодильника, Дэниэл достал оттуда молоко. Холодильник с тихим хлопком закрылся, а кружка, полная молока, отправилась в микроволновку. Парень разместился на стуле неподалёку от стола, наблюдая за чудом современной электроники. Да уж, навороченная электропечь, способная не только разогреть еду, но и приготовить что-либо. Выбор у бывшего владельца дома был отличным.       Взяв горячую посуду в руку, Дэниэл сел обратно на стул, но уже возле окна. Отсюда открывался вид на городской пейзаж, который было бы для него чертовски трудно нарисовать. Начатая картина уже около полугода пылилась незаконченной, даже несмотря на то, что его каждый раз пинала Пикс. Пинала-то она к работе, а не к хобби как таковому, что и было печально. В голове парня появились парочка странных воспоминаний, одно из которых, возможно, было достаточно важным.       — Хей, Пикс… — тихо сказал про себя Дэниэл, — сегодня семнадцатое октября.       — И-и-и? Говори сразу, не томи!       — С днём рождения, грымза.       — Ты… ты помнишь… — удивлённо сказала девушка. Честно, если бы она была живой, то крепко обняла бы его. — Ты помнишь!       — Айда спать. Завтра много работы.       Как ни крути, но улыбка этому парню шла больше, чем постоянно печальное лицо. И он явно уже привык к этой мелкой, как к своей сестре.