Детское время

Чуткий слух Локи улавливает приближение брата издали. После тренировки Тор всегда шагает тяжело, гремит детскими своими доспехами так, чтобы половина замка слышала — идёт наследник трона, герой храбрых сражений с деревянными мишенями и набитыми ватой чучелами врагов! И всегда заходит к брату — похвастаться очередными нелепыми достижениями, посмеяться над тем, что Локи тратит время на ерунду вроде книг и чар — а затем, нахально устроившись на его подушке, потребовать сказку на ночь. И Локи рассказывает. Если Тор ведёт себя хорошо, у сказки счастливый конец — храбрый воин возвращается домой с победой и живёт долго и счастливо со своей возлюбленной, а если излишне выделывается — то героя съедает дракон или кто-то из врагов пронзает его грудь мечом, выбивая прежде из рук оружие, и не видать ему больше ничего, кроме мрачных сводов Хельхейма. Тор одинаково любит и счастливые, и мрачные истории, и не замечает, как Локи вплетает в свои слова немного магии внушения — он уже давно овладел ею, основой любых иллюзий. После добрых сказок к Тору ночью наведываются тёплые и счастливые сны, вдохновляющие на новые подвиги, а после злых — мучают кошмары, и он весь следующий день бродит раздраженный и сонный. Но всё равно вечером приходит, чтобы услышать очередную байку, и Локи, едва заслышав звук его шагов, с тяжелым вздохом откладывает в сторону очередную книгу. Всё равно ведь не позволит дочитать! Тор вваливается в комнату брата с безумной улыбкой и, не выдав ни слова из своей привычной хвастливой тирады, с порога заявляет: — А меня сегодня Сиф поцеловала! — Поздравляю, — пожимает плечами Локи. Тору незачем знать, что девчонка-воительница не далее чем вчера проиграла спор на желание, и гордиться тем, что выбор между двумя заданиями — поцеловать Тора или подергать за гриву нервного и брыкливого Слейпнира Сиф сделала в его пользу, не стоит. — И после этого ты весь день шатался по Асгарду с блаженной улыбкой, заливая слюнями собственные доспехи? Братец, а она точно не ядовитая? — Да ну тебя, — мрачнеет Тор: умеет же Локи испортить настроение! — Ты просто завидуешь, потому что ни разу ни с кем не целовался! — Больно надо, — фыркает Локи и демонстративно утыкается в отложенную было книгу, раскинувшись на кровати так, чтобы Тор не смог занять ни единого её дюйма без разрешения. Подразнить брата — милое дело, к тому же, он ещё не решил, какую сказку рассказывать сегодня. Перелистывает страницу и любуется на изображение тёмно-зеленого клерентийского дракона — три ряда зубов, увенчанный шипастым гребнем хвост, огромные когти, алеющие от крови путника-неудачника… Чудесный будет соперник для воина из сказки, и Локи уже склоняется к тому, что очередной берсерк падёт смертью храбрых. — Да ну не злись, — Тор легко пинает его в бок: иных способов мириться он не признает. — Расскажи, как я спасаю Сиф от чудовища, а я помогу тебе найти девчонку, чтобы научиться целоваться! Локи едва сдерживает хохот: наивность брата переходит всякие границы. Ту же Сиф он сам учил ещё пару лет назад, и она согласилась на это вполне добровольно. Но не всем же быть такими хвастунами, как Тор! — Скорее Сиф тебя спасёт, чем ты её. Ай! За что? — За вредность, — смеётся Тор и, пользуясь тем, что Локи потирает ушибленное плечо, залезает в кровать к брату. Суёт любопытный нос в книгу и восхищенно цокает языком, рассматривая всё того же дракона. — А где они водятся? Я бы такого победил! — В глубинах Нифльхейма, — Локи резко захлопывает книгу и начинает сказку, которая, он уже уверен, счастливо не закончится. — Однажды храбрый путник по имени Тор отправился туда, чтобы спасти свою возлюбленную деву по имени Сиф, и прихватил с собой самое лучшее оружие во всём Асгарде, надеясь, что оно поможет снести проклятому зверю голову с плеч…        Тор, удобно примостившийся на любимой подушке, вдруг вздрагивает тревожно, и Локи выныривает из мира фантазий. Удивленно смотрит на брата, чем-то ужасно огорченного. Странно, выдуманный Тор ведь пока что побеждает… — Мама скоро придёт, — шепчет тот. — Прогонит. Поздно ведь уже… — Храбрый воин Тор испугался мамочки? — смеётся Локи, ныряя под одеяло. Сегодня он намерен рассказать сказку до конца — Тор заслуживает сладких кошмаров за свою драчливость. — Не беспокойся. Она нам не помешает.

***

       В комнате младшего принца, как всегда, царит беспорядок и… Тор, усевшийся на кровати так по-хозяйски, будто она перепутала покои сыновей. Но Фригг знает, что Локи не позволяет брату находиться в его комнате одному — значит, и он сам где-то здесь. Прячется, что ли? Опять чего учудил? Ну да ладно, думает Фригг, разобраться с ним можно и завтра. День выдался тяжелым, и всем пора ложиться спать. — Тор, уже поздно. Иди к себе, — командует она, и её зрачки расширяются от удивления, когда из-под одеяла, отплевываясь от вездесущего пуха, вылезает… второй Тор. — Сейчас, мам, — покорно кивает тот головой, — вот только Локи заставлю перестать меня копировать. Представляешь, он меня под одеяло засунул! Хотел от тебя спрятать! — Я всё вижу, — грозит сыновьям пальцем Фригг. — Локи, прекращай баловаться. Тренироваться днём будешь. Она недовольно смотрит на сыновей, двух совершенно идентичных светловолосых сорванцов — сейчас ей не до глупых игр с перевоплощениями. В другое время она бы похвалила Локи за хорошую иллюзию, но сейчас просто подходит и тянет за руку спасшегося из одеяльного плена сына. — Маам, Тор — это я! — обиженно восклицает Тор. Ещё бы, родная мать — и не узнала! Локи довольно скалится — самое время отыграться. — Мааам, мааам, — мастерски передразнивает он Тора, — ничего без мамы не можешь, мелкий! Локи с легкостью блокирует удар — наблюдения за тренировками братца не прошли даром, теперь он прекрасно знает, как именно Тор предпочитает нападать. — Что, решил из себя воина состроить? — смеётся он брату в лицо, с удовольствием наблюдая за тем, как тот краснеет от гнева. — Возвращайся-ка обратно к своим книгам, из тебя боец, как из отца — крестьянка! — Так, хватит! — не выдерживает Фригг, чувствуя, что ещё немного — и мальчишки всерьёз подерутся прямо у неё на глазах. — Тор, в свою спальню, живо! Два Тора почти одновременно спрыгивают с кровати и с гордо задранными головами направляются к двери, всё ещё обмениваясь язвительными репликами. — Ты ведь даже не помнишь, где я живу! — Ты живёшь здесь, а вот мне уже давно пора в свою кровать! — Что, брат, годы прошли, а ты всё ещё ложишься спать в то же время, что и в младенчестве? — Ну не знаю, Локи, тебе видней… Фригг сокрушенно вздыхает. Хватает двух обалдуев за плечи и резко разворачивает к себе. Две пары честных ярко-синих глаз смотрят на неё умоляюще и лишь в одних плещется едва заметная смешинка. «А я ведь почти поверила, что это — Тор, — улыбается царица. — Молодец малыш!» — Хотите быть Торами — будьте Торами, — сдаётся она. Желание спать пересиливает воспитательский инстинкт. — Но только до утра. И если услышу шум — будете ночевать в конюшне. Оба! — Спасибо, мам! — в один голос отвечают мальчики и дружно улыбаются. Ну точно близнецы!        — … И Сиф, используя отобранное у могучего Тора копьё, метким ударом убивает дракона, попадая прямо в уязвимое его место, — вещает Локи, с удовольствием наблюдая за обиженной миной брата. Глупыш ещё не знает, чего избежал! В первоначальной задумке дракон сперва сжирал Сиф на глазах у героя, а затем закусывал им самим — такой сценарий гарантировал Тору длинную и полную неприятных впечатлений ночь, но выслушивать вопли брата у себя под боком Локи совершенно не хотелось. — А потом вернулись они в Асгард, и стала отважная Сиф валькирией, а могучий Тор — помощником Тюра, и жили они долго, как полагается асам, и скучно, как полагается народным героям… — Я не хочу жить скучно, — кривится Тор и зарывается лицом в подушку. — Мы же никогда до такого не докатимся, правда? — Заскучаешь — обращайся ко мне, — Локи плюхается рядом и пытается защекотать брата до смерти. — Я с лёгкостью решу эту проблему. Обещаю!