Ожидающий дворецкий

8:00 – Господин, уже утро. Вам пора вставать. Расписание на сегод… – Себастьян, выйди. – Голос юного графа был взвинчен донельзя и, что удивительно, в нем не было ни капли привычной сонливости. Глаза дворецкого прищурились и, чуть склонив голову набок, он участливо спросил: – Вы в порядке? – Какая часть предложения тебе не понятна, демон? – Как пожелаете, – Себастьян бесшумно покинул покои графа, размышляя, какая муха укусила его маленького господина, и как он, дьявольски хороший дворецкий, не заметил эту самую муху. Сиэль скинул с себя одеяло и сел на кровати, слишком просторной для него. Странное тянущее чувство в паху заставило его беспокойно ерзать последние полчаса, проведенные под этим треклятым одеялом. После курса обучения с Себастьяном в знании человеческой анатомии количество белых пятен стало меньше, поэтому Сиэль знал, что с ним произошло – эрекция. Естественная реакция организма на… на что? А вот эта информация быстро выветрилась из головы за ненадобностью, и ее место заняли более насущные проблемы. Сиэль сел, обхватив свои колени, и тихо охнул, когда его напряженный член попал в ловушку между животом и бедрами. Как бы Сиэль ни вел себя, в 16 лет он все еще был совершенно неискушенным ребенком, которому хотелось изучения, исследований, экспериментов… Юного графа тянуло прикоснуться рукой к ноющему естеству, но он лишь брезгливо поморщился. Чтобы глава семьи Фантомхайв занимался таким… таким… таким вот этим! Ни за что. Сиэль медленно встал с кровати и, укутавшись в одеяло, сделал то, от чего уже отвык за время, проведенное с Себастьяном – он в одиночестве проследовал в ванную комнату. Интуитивно юный граф чувствовал, что вода может помочь справиться с его неудобством. Ванна уже была наполнена водой, привычной температуры в обычное время, но слишком горячей для настоящего момента. – Себастьян! – Да, господин? – Дворецкий появился как обычно – мгновенно и бесшумно. – Мне нужна более холодная вода. – Но, господин, эта температура максимально комф…. – Более. Холодная. Вода. – Голосом, не терпящим возражений, отрезал граф. – Есть, милорд. Через минуту, невероятно долгую для Сиэля, упрямо не вылезавшего из одеяла, вода была разбавлена до требуемой температуры. Себастьян выжидательно посмотрел на юного графа, готовый приступить к обычным водным процедурам. – Можешь идти. – Но я еще не вымыл Вас… – Растерянно произнес дворецкий. Его господин отходит от привычного распорядка и, кажется, злится, только не понятно, по какому поводу. – Выйди. Себастьян слегка поклонился и вышел из ванной в глубокой задумчивости. Может, его хозяин… заболел? Сиэль же с наслаждением погрузился в теплую воду и замер, прислушиваясь к ощущениям. Напряжение медленно, но верно покидало юное тело и, как ни странно, мысли возвращались к привычному течению. Когда возбуждение сошло на нет, Сиэль решил, что вполне может позвать своего дворецкого для дальнейшего мытья. – Себастьян! Дворецкий зашел в ванную и почтительно замер в ожидании приказа. – Вымой. Оботри. Одень. – Юный граф лаконично указывал на необходимые действия. – Отмени все встречи. – Рука дворецкого, скользящая по телу господина, на мгновение остановилась и снова продолжила мягко смывать с алебастровой кожи остатки сна. – После обеда возьмешь Мэйлин, Финни, Барда и вы все вместе отправитесь за покупками. Так же закажешь мне новую трость. – Себастьян аккуратно поливал водой своего господина и молча недоумевал. – И Танаку-сана не забудь. Пусть проветрится. Сиэль замолчал, погрузившись в свои мысли, и даже не заметил, как дворецкий закончил его омовение, как вытер махровым полотенцем, одел и уже сопровождает к столу, где юного графа ожидает завтрак. Далее день шел непривычно лениво. Сиэль перебирал отчетные документы своей компании, не замечая удивленного взгляда Себастьяна. Чтобы юный граф без причин отменил все встречи! Не иначе, как на Лондон обрушится тропический ливень длиною в год. В 11:00 Себастьян подал Сиэлю Эрл Грей, дополненный десертом. Молодой господин молча выпил чай, не отрываясь от бумаг, и, что удивительно, проигнорировал пирожное. Дворецкий задумчиво хмыкнул, перебирая в голове варианты такой резкой смены поведения своего хозяина. Подмены быть не могло – душа, обещанная по контракту, оставалась той же – окруженная болью и грехом, сама она была упоительно невинна. Помутнение разума тоже не ощущалось. Словом, никакой опасности не было, единственное, что демон чуял – даже не волнение своего хозяина, а только пытливый интерес к чему-то. Человеческое тело слабо – возможно, юного графа беспокоит легкая простуда?.. Обед в 13:00 прошел в спокойной обстановке, но Себастьян был наготове – мало ли, чем еще может удивить господин. Удивление не заставило себя долго ждать. – Себастьян. – Да, господин? – Освободите особняк от своего присутствия. – Дворецкий поклонился и направился к двери, но едва он взялся на ручку, как Сиэль дополнил свое требование: – Веди себя как обычный человек. Сегодня я запрещаю тебе использовать свою силу в любых сферах твоей деятельности, кроме защиты моей жизни. – Но, господин… – Это приказ. – Оборвал Сиэль дворецкого. Против прямого приказа демон не мог сделать ничего, кроме как опуститься на колено и, прижав одну руку к груди, с поклоном сказать: «Есть, милорд.» 14:00 Убедившись, что повозка под управлением Себастьяна увезла всех его слуг, Сиэль удовлетворенно вздохнул. Запрет Себастьяну использовать свою силу был отдан отнюдь не случайно – теперь граф был уверен, что никто не побеспокоит его в течение минимум трех часов. На доли секунды граф почувствовал жалость к своему дворецкому – в роли простого человека ему будет ой как сложно справиться с тремя катастрофическими недоразумениями, которых демон назначил горничной, садовником и поваром. Юный граф уверенным шагом направился в библиотеку, где начал поиск интересующий его информации среди книг о человеческой анатомии. Перебирая одну за другой, Сиэль читал главы и абзацы, посвященные мужской половой системе, и едва слышно бормотал: – Эрекция… Набухание некоторых тканей… Наполнение кровью пещеристых тел… Бывает спонтанная… Рефлекторная… Психогенная… Сосудистый рефлекс – это… Спустя полтора часа поисков, Сиэль опустился на пол среди разбросанных книг и протяжно вздохнул: – Причину возникновения я понял, но неужели нигде не написано, как избежать этого… казуса? Тишина, конечно же, не дала ответ юному графу, и ему пришлось самостоятельно продолжить поиск необходимой информации. – Нашел! Не книгу, как он рассчитывал, а статью на пару листов из практически бульварного издания, случайно (случайно ли?) лежавшего на самом видном месте. Сиэль, обрадованный находкой, не придал значения местоположению статьи и, взяв ее, отправился в рабочий кабинет, где погрузился в чтение. – Сосредоточьтесь на чем-то другом… Пф, легко сказать… Расслабьтесь… Это способ не для каждого момента… Попробуйте причинить себе небольшую боль… Что? Надо попробовать ущипнуть себя за… за… за яичко?! Неужели кто-то так делает? Скройте эрекцию… Присядьте… Прикройте область паха… Интересно, чем… Шляпа подойдет? Попробуйте прижать пе… пенис поясом. – Сиэль залился краской и смущенно кашлянул. – Хотел бы я посмотреть на того, кто так дел… нет! Не хотел! Точно не хотел бы. – Сиэль взял себя в руки и с ничего не выражающим лицом продолжил чтение. – Примите теплую ванну… это уже было… Помастурбируйте. – Сиэль вчитался в последний совет еще раз. Незнакомое слово отчего-то вызывало чувство неловкости. Скорее всего, оно означает какое-то действие, но какое..? Задумчивость юного графа потревожил звук въезжающей во двор повозки. Сиэль тщательно скомкал листы, находившиеся в его руках, отправил их в мусорную корзину и, придав лицу обычное выражение, разместил перед собой статистику прибыли компании «Фантом» за последний квартал. Предварительно постучав, в кабинет вошел дворецкий и замер в легком поклоне. – Ты поздно. – Сиэль встал из-за стола и демонстративно посмотрел на часы, стрелки которых подбирались к 17:00. – Прошу прощения, господин. – Себастьян углубил поклон и выпрямился. – Ваш приказ существенно снизил скорость моей работы. Я немедленно приступлю к приготовлению ужину. Вам подать чай? Сиэль кивнул, внимательно изучая лицо дьявольского дворецкого. Тот жил ни одно столетие и наверняка знал значение слова «помастурбируйте». Спросить его, что ли? – Себастьян… – Сиэль замолчал, не зная, как правильно сформулировать свой вопрос. – Господин..? – Дворецкий выждал несколько секунд, подошел к графу вплотную и властным прикосновением пальцев к подбородку приподнял его лицо, пристально посмотрев в синий глаз. – Вас что-то тревожит? Сиэль резко отошел на шаг назад, старательно испепеляя взглядом дворецкого – что этот демон себе позволяет? – Я не хочу чай. Иди готовить ужин. Как человек. – На губах графа мелькнула усмешка – пусть демон докажет, что он достоин носить гордое звание дворецкого семьи Фантомхайв, не прибегая к своим фокусам. 18:00 Ужин был великолепен, как, впрочем, и всегда. И это не смотря на то, что Себастьян исполнял свои обязанности в меру человеческих возможностей. Закончив ужинать, Сиэль вспомнил о необходимых приготовлениях к завтрашнему дню. – Себастьян. Дворецкий, стоящий за спиной своего господина, шагнул вперед, оказавшись в поле зрения Сиэля. – Господин? – Завтра приедет Элизабет. – Дворецкий мысленно застонал. Невеста графа из раза в раз умудрялась превратить особняк в смесь индийской ярмарки, цирка и бульварного шоу, где мужчины переодеваются в женщин на потеху публики. Себастьян с внутренней дрожью вспомнил розовый капор, украшенный оборками и цветами, который Элизабет Мидфорд собственноручно на него надела. Слабым утешением служило то, что остальных слуг девушка обрядила в кружевные платья и парики, не взирая на то, что из пяти людей четверо были мужчинами. Хотя учитывая Сатклиффа, мужчин было три с половиной. – Проследи, чтобы к ее приезду все было готово. – Сиэль посмотрел в окно и перевел на Себастьяна не по-детски суровый взгляд. – И убери куда-нибудь вот это! Проследив за направлением пальца юного графа, Себастьян увидел за окном юношу-альбиноса, на котором из одежды был только ошейник. – Не люблю собак. – Дворецкий вздохнул. – Кошки – совсем другое дело: гибкие тела, нежная шерстка, прелестные ушки, мягкие лапки, скрывающие в себе острые коготки. – На губы Себастьяна легла мечтательная улыбка, которая, впрочем, продержалась лишь пару секунд. – Господин, почему Вы согласились взять Дьявольского пса? Неужели нигде не было Дьявольского кота? Ну, или хотя бы обычного… – Себастьян, у меня аллергия на кошек. – Юный граф встал из-за стола и направился к выходу из столовой. – Убери Плуто туда, где гости его не увидят. Если он попадется на глаза леди в таком виде… – Граф, не договорив, покинул помещение. – …то леди Элизабет понадобится помощь психиатра. – Закончил Себастьян за своим господином. Взяв собачье печенье, дворецкий направился в сад, где к нему с радостным скулежом подбежал Плуто. Белая кожа, белые волосы и красные глаза, в которых читается вечная преданность. Плуто обнимал Себастьяна, терся об него и норовил лизнуть в щеку. Себастьян взял это бледное раздражение за ошейник и отодвинул на расстояние вытянутой руки. – Гау… – На глаза Плуто набежали слезы. Дворецкий протянул тому печенье и, приподняв над землей, понес альбиноса в Зимний сад, слушая счастливое причмокивание. – Тц… не люблю собак. Наказав Плуто не высовываться, Себастьян запер двери Зимнего сада и направился к особняку, составляя план: 1. что надо будет сделать самому; 2. что переделать за Финни; 3. что приготовить за Барда, параллельно потушив пожар и убрав последствия взрыва; 4. что убрать и починить за Мэйлин, чтобы оказать леди Элизабет легендарное гостеприимство семьи Фантомхайв. В обычное время особых проблем не было, но в этот раз все осложнялось приказом молодого господина. «Сегодня я запрещаю тебе использовать свою силу» 21:00 – Господин, Вам пора готовиться ко сну. Сиэль кивнул, не поднимая взгляд от шахматной доски, на которой играл сам с собой. – Да. – Белый ферзь ходит на F7, черный король повержен. – Шах и мат. Граф теряет интерес к игре, встает и направляется в сторону ванной комнаты. Дворецкий черной тенью движется за своим господином, не забывая предупредительно распахивать перед ним двери. Вода уже набрана в ванну, в воздухе витает непривычный аромат – густой, сладкий, обволакивающий. – Себастьян, что это? – Это эфирное масло цветов Cananga odorata, так же известных как Кананга душистая. Это первое из цветущих деревьев на планете, которое растет в равнинных дождевых лесах. Утром Вам было нехорошо, поэтому я взял на себя смелость попытаться облегчить Ваше состояние. Люди часто говорят о пользе и безопасности применения ароматерапии, я решил попробовать данное хм… лечение, приобретя масло по совету Танаки-сана. Сиэль растеряно слушал ответ на свой вопрос, куда большее внимание уделяя своим ощущения – сладкий аромат словно обнимал, вызывая приятную расслабленность и легкое головокружение. Граф присел на край ванны, опершись на него руками для лучшего равновесия. Себастьян снял фрак, аккуратно положил его на пуф, опустился на колени напротив господина и приступил к его раздеванию. Он медленно развязал ленты на обуви, снял ботинок, затем второй, отставил их в сторону. Отщелкнул подтяжки и вместе с ними аккуратно стянул чулок с правой ноги. Пальцы, затянутые в белые перчатки, коснулись голени Сиэля, заставив того вздрогнуть. Себастьян поднял голову, но ничего не сказал, быстро вернувшись к своей работе. Второй чулок присоединился к первому, лежащему на полу. – Господин..? Сиэль поднял голову к источнику звука и обнаружил, что Себастьян стоит, склонившись к нему, уже заканчивая расстегивать пуговицы жилета. – Себастьян, сними повязку. Дворецкий удивился еще больше, хотя, казалось бы, куда, но немедленно выполнил просьбу. Сиэль освобождает от плотной ткани глаз, горящий пентаграммой, только на время сна или когда отдает приказ. Но время сна еще не наступило, а повода для приказа, кажется, не было. Себастьян вернулся к жилету, успешно освободил от него господина и приступил к расстегиванию пуговиц сорочки. – Ты очень долго копаешься, – не выдержал Сиэль. Обычно Себастьяну хватало 30 секунд, чтобы полностью переодеть графа, а сейчас он возился уже минуты две. – Что с тобой? Дворецкий усмехнулся: – Вы приказали мне вести себя как человек – я исполняю приказ. Хотите его отменить? – Нет. – Сиэль уже и забыл о своем запрете Себастьяну использовать свою истинную сущность. – Но все равно поторапливайся. – Есть, милорд, – тихо шепнул дворецкий, обжигая дыханием губы юного графа. Себастьян находился слишком близко? Сиэль глянул на него из-под опущенных ресниц и убедился в своей неправоте – дворецкий находился на обычном расстоянии, стягивая с него сорочку и одним движением освобождая от шорт вместе с бельем. – Я помогу Вам, – Себастьян протянул Сиэлю руку, на которую тот оперся, переступая через край ванны и погружаясь в горячую воду. Внезапно осознанный факт заставил его обратиться к своему слуге. – Себастьян, ты всегда моешь меня в перчатках. Сними их. Глаза дворецкого на мгновение округлились, но он быстро вернул лицу привычное выражение – сама вежливость, которая при необходимости вырвет из твоей груди еще бьющееся сердце. – Как пожелаете. – Дворецкий стянул со своих рук белоснежные перчатки, бросил их на пол и замер, ожидая дальнейших приказаний. – Покажи мне руки. Себастьян встал на колени перед юным графом и протянул тому раскрытые ладони. – Не так. – Сиэль требовательным прикосновением перевернул ладони дворецкого тыльной стороной вверх и приступил к их вдумчивому рассматриванию, легко касаясь кончиками пальцев. Гладкая белая кожа без единой отметины, длинные изящные пальцы, оканчивающиеся черными ногтями, и печать на левой руке – точно такая же, как на правом глазу у графа. Символ их контракта. Благодаря связи печатей, демон всегда найдёт душу, положенную ему после исполнения желания. – Мой. – Дворецкий вздрогнул. Кто чей? Он Сиэля? Или Сиэль его? – Себастьян! Мой меня. Дворецкий слегка кивнул, поднялся на ноги и, подойдя к графу со спины, вооружился губкой, на которую занес мылящуюся субстанцию. Сиэль полулежал в ванной на удивление спокойный и кроткий. Сейчас он выглядел обычным ребенком, а никак не Сторожевым псом королевы. Себастьян коснулся губкой плеча молодого господина, который отреагировал на это прикосновение весьма неожиданно – на мгновение перестал дышать и крепко зажмурил глаза. Себастьян начал круговыми движениями намыливать тело маленького аристократа, как делал это уже десятки раз. Но сейчас, когда демоническая сущность была запрятана подальше приказом, он чувствовал все несколько иначе. Запах масла кружит голову, рукава закатанной рубашки намокли и противно прилипли к рукам, край ванны неприятно врезается в ребра, а кожа графа была очень… приятна. Пальцы дворецкого скользнули по шее Сиэля, по плечам, легким движением огладили узкую грудную клетку, от чего Сиэль вновь пропустил выдох. Дворецкий подумал про возможность наличия у графа заболевания дыхательной системы – как иначе объяснить проблемы с дыханием? Размышляя о том, что надо ознакомиться с научными трудами профессоров в области современной медицины, Себастьян успел намылить графу шею, плечи, руки, грудь, верхнюю часть живота и сейчас осторожно массировал спину, словно впервые отмечая, насколько хрупок его господин. Хрупок, изящен и явно чем-то болен – то не дышит вовсе, то словно в лихорадке жадно хватает губами сладкий воздух. Сиэль во время намыливания всеми силами старался вести себя как всегда – с достоинством принимая помощь дьявольского дворецкого. Но почему-то сегодня получалось плохо – юного графа бросало в жар, дыхание сбивалось, мышцы невольно сокращались, а самое страшное, кажется, снова подступала она – эрекция. Почерпнув днем знаний, Сиэль пришел к выводу, что эта – рефлекторная. Реакция на прикосновения. Себастьян переместился к ногам графа и, достав одну из воды, начал легко водить по ней губкой – маленькая изящная ступня с тонкими пальчиками, хрупкая щиколотка, узкая мальчишеская голень и округлое колено. Губку сменяли освобожденные от перчаток пальцы другой руки, осторожно поддерживая и поглаживая. Дворецкий оставил вымытую ногу в покое и перешел ко второй, такой же восхитительной. Как же хочется припасть губами к этой нежнейшей коже… Узнать ее вкус. Очертить пальцами все косточки и продублировать их путь губами. Внизу живота сладко заныло. Пометить, оставив безжалостный засос на шее. Проникнуть языком и эти сладкие, еще неопытные губы… Себастьян замер на секунду, в течение которой в его голове пробежал целый ворох мыслей. Да, будучи демоном, он брал не только души. Он брал тела, иногда даже испытывая некоторое удовольствие. Брал всех: и тех, кого соблазнял он сам, и тех, кто отдавался по своей воле. Счет шел на сотни: пол, раса, положение в обществе – ему было все равно. Даже без заключения контракта он мог делать все, что угодно с тем, кого выбрал в жертвы – демон на то и демон, чтобы искушать. А среди его хозяев были и те, кто предлагал себя, и те, кто приказывал взять их, и те, кто легко отдавал душу, больше радея за бесполезную, по факту, девственность. Себастьян не желал человеческих тел, его интересовали души, просто физическая близость не давала заскучать. А сейчас… сейчас демон откровенно хотел своего хозяина – подростка, запятнанного кровью. Гордого графа, повернувшегося спиной к свету, и торжественно погружавшегося во тьму. Хотел овладеть телом еще даже не юноши до того, как поглотит его душу. – Себастьян… – Сиэль, не открывая глаз, резким движением свел колени вместе. – Оставь меня, до утра ты свободен. Дворецкий, погруженный в свои отвратительно человеческие мысли, эмоции и желания, коротко выдохнул и максимально быстро покинул помещение, направляясь в свою комнату. Сиэль, погруженный в свои проблемы, не заметил, что демон как будто выпал из роли услужливого дворецкого. Юному графу сейчас не до этого. Он быстро ополаскивается, смывая с себя пену, накидывает махровую простыню и, быстро преодолев путь до кровати, ныряет под одеяло. 22:00 Сиэль пытался уснуть, но тщетно. Тело горело, сердце норовило то выскочить из груди, то остановиться, казалось, навсегда. Дыхание было частым, поверхностным и, как юный граф не старался, воздуха категорически не хватало. Тонкие пальцы терзали простыню, перед глазами словно нависла легкая дымка, крадущая четкие очертания предметов. Неосознанно Сиэль перевернулся на живот и тихо застонал, когда его небольшой, но твердый и горячий член коснулся мягкости и прохлады простыни. – Какой… позор… – глава семьи Фантомхайв не может совладать со своим телом! Сиэль уткнулся лицом в подушку, рефлекторно приподнял ягодицы, прогнувшись в пояснице, и накрыл ладонью требующий ласки орган. С его губ вновь сорвался жалобный стон. Почувствовав пальцами что-то мокрое и скользкое, юный граф опешил. Это не нормально. Так не должно быть. Ему нужна помощь. «Помастурбируйте», гласил совет из прочитанной ранее статьи. Что это, черт возьми, такое? Неважно, если это поможет, он заранее согласен. Сиэль решил, что разумнее всего обратиться к тому, кому уже принадлежала его душа. Себастьяну же вряд ли понравится поглощать душу из тела, с которым происходит что-то непонятное... вдруг, физическое состояние меняет вкус эфемерного? Юный граф схватился за путающиеся мысли и на удивление трезво рассудил, что демон если и не знает значение слова «помастурбируйте», то наверняка знает что-то другое, такое же действенное. Сиэль накинул на голое тело одеяло, которое раздражало его с самого утра, и нетвердой походкой направился в комнату к своему дворецкому, который хладнокровно, быстро и деликатно может решить любую его проблему. Как бы ни так. Демоны не испытывают потребность во сне, поэтому максимум, что Себастьян делал на своей кровати – это неподвижно лежал, сцепив руки на животе, смотрел в потолок и планировал, что необходимо сделать следующим днем. Сегодня же все пошло наперекосяк. Оставив господина в ванной, дворецкий буквально влетел в свою комнату, не удосужившись даже закрыть дверь, на ходу сбросил прямо на пол ставший мешающим жилет и оперся ладонями на стол. Его тело пылало, грудь тяжело вздымалась, в красно-карих глазах мелькали алые всполохи, вместе с которыми зрачки меняли форму, становясь змеиными. Себастьян судорожно выдохнул, прикусив губу – заострившиеся зубы прокусили нежную кожу, острый язык быстро слизал выступившую кровь, вкус которой несколько привел в себя потерявшего контроль демона. «Сегодня я запрещаю тебе использовать свою силу» Себастьян глубоко вдохнул, призывая себя к спокойствию. Истинная сущность рвалась наружу, но нарушить приказ он не имел права. До конца «сегодня» оставались еще два часа. Кто, как не дворецкий семьи Фантомхайв, справится с любым желанием юного господина? Себастьян улыбнулся уголком рта и опустился на кровать, прислушиваясь к своим ощущениям. Он желал своего хозяина как человек и как демон. Желал обладать графом полностью, подчинить себе его душу и его тело. Желал сорвать с его губ первый поцелуй, оставить следы зубов на алебастровой коже, провести языком по линии позвоночника, собирая бисеринки пота, услышать стон и свое имя, сорвавшееся в момент высочайшего наслаждения. Такие мысли облегчения не принесли, наоборот – по телу разлилась истома, сконцентрировавшаяся в паху, и в штанах стало мучительно тесно. Демон снял ботинки и, приняв лежачее положение, прикрыл глаза, представляя своего хозяина, такого чистого, желанного, окруженного смертью, погрязшего в одиночестве и лжи… Себастьян положил ладонь поверх ширинки и медленным движением провел снизу вверх, чуть надавливая пальцами. Короткий стон сдержать не получилось, Себастьян прислушался, но вокруг была абсолютная тишина, что не удивительно – комната дворецкого находилась отдельно от комнат прочей прислуги. – Докатился… демон-педофил. – Себастьян усмехнулся. – Хоть вешай на шею табличку «берегите детей». Что ж, боюсь, без небольшой помощи самому себе мне не обойтись. Демон нетерпеливо расстегнул пуговицы своей рубашки, просчитывая дальнейшие действия. Чувства стыда или смущения от сложившейся ситуации он не испытывал. Даже интересно, видел ли кто-нибудь когда-нибудь смущенного демона?.. Рубашка расстегнута, но не снята – этого и так будет достаточно, – та же участь постигла пуговицу на поясе брюк и молнию ширинки. Теснота в паху отступила, но лишь самую малость. Придется немного поработать, чтобы избавиться от нее окончательно. Себастьян коснулся своих сосков, затвердевших от опытных прикосновений, и остро реагировавших на малейшую ласку. Себастьян легко поглаживал их, обводил по кругу, чуть касаясь ногтями, и с силой сжимал между большими и указательными пальцами, непроизвольно выгибаясь навстречу своим рукам. Одна из них опустилась вниз, слегка царапая кожу напряженного живота, ласкающим движением прошлась по дорожке темных жестких волос и проникла под пояс расстегнутых брюк и белье. – Нгх!.. Себастьян мягко коснулся чувствительной головки и подушечкой большого пальца размазал по ней выступившую смазку. Сквозь сжатые зубы вырвался тихий стон. – Себастьян… – Незапертая дверь начала медленно отворяться, демон мгновенно принял сидячее положение, упершись спиной в стену, закинул ногу на ногу, запахнул рубашку и скрестил руки на груди, навесив на лицо максимально бесстрастное выражение. Как он мог не учуять господина? Не услышать его шагов? В голове не укладывалось… – Ты спишь? Дверь открылась и в проеме появился юный граф с лихорадочно горящими глазами, дрожащими пальцами, вцепившимися в одеяло, и в общем очень взволнованный. – Господин..? – Демон повернул к нему голову, даже не пытаясь встать с постели. Как он объяснит свой внешний вид? Он быстро куснул нижнюю губу с внутренней стороны – боль должна хоть немного отвлечь от возбуждения – и с обычным участием спросил, – Что-то случилось? Граф немного потоптался на месте и, глубоко вдохнув, как перед прыжком в воду, вошел в комнату дворецкого, решительно закрыв за собой дверь на щеколду. – Да. Мне нужна твоя… помощь. Под пристальным взглядом Сиэля у Себастьяна не было никакой возможности хоть сколько-нибудь привести себя в порядок, поэтому он, не меняя положения, искренне надеялся, что сейчас: а) нерабочее для дворецкого время; б) он находится в своей комнате и в) исходя из этих факторов, молодой господин простит ему его поведение. – Господин, вы же знаете, я выполню все, что вы пожелаете. – Себастьян посмотрел на явно нервничающего графа, перебирая варианты, как он может помочь. И как придать себе привычный облик, учитывая, что сейчас его возможности ближе к человеку, чем к демону. – Ты можешь объяснить мне… нет, показать, как… – Сиэль запнулся в середине предложения и начал внимательно изучать пол перед собой… – Помочь… чтобы я понял… как… – Решившись, Сиэль вскинул на демона упрямый и немного испуганный взгляд, – Как помастурбировать! Себастьяна словно окатило ледяной водой. Словно ударило молнией. Словно придавило пирамидой Хеопса (интересный, кстати, мужчина. был). Он захлебнулся воздухом и ошарашено уставился на юного графа. Что ему сказать? С улыбкой уточнить, как продемонстрировать сей процесс – на нем или на себе? Тем более что он сам хоть сейчас готов к обоим вариантам. Провести урок, заставляя конспектировать? Можно даже обзавестись наглядным пособием. Извращенец-Сатклифф явно не откажет Себастьяну в такой просьбе. Особенно, если последний покажет, как с помощью лишь языка завязывает во рту бантик из веточки сакуры. – Господин… Вы знаете, хм… цель данного действия? Сиэль кивнул и отвел взгляд в сторону: – Да… это помогает от… от… от эрекции… В голове Себастьяна сложились 2 и 2. Проанализировав сегодняшний день с упором на просьбу молодого господина, наконец, получилась завершенная и, что радовало, логичная картина. Его хозяин не болен, он просто начал взрослеть… Себастьян чертыхнулся про себя, как можно было принять за болезнь дыхательной системы такие явные признаки возбуждения, которые он сегодня наблюдал у юного графа? Но с другой стороны, Себастьяну не приходило в голову, что Сиэль в принципе способен на подобное поведение. – Господин, прошу, присядьте рядом со мной. – Пока Сиэль выполнял эту незамысловатую просьбу, демон, решив начать обучение хозяина с описательной части, старательно подбирал слова и наблюдал, как юный граф с ногами залез на кровать, устроился на своих коленях и выжидательно замер. – Господин, – Себастьян постарался придать голосу мягкость, чтобы не испугать Сиэля напором в такой интимной теме, – мастурбация – это форма удовлетворения сексуальной потребности путем возбуждения гениталий или эрогенных зон своих или партнера. Другими словами – это получение удовольствия без проникновения в… Куда должно быть проникновение, Сиэля не заинтересовало, поэтому он перебил дворецкого: – То есть, делать мас… мастурбацию можно себе или партнеру? Демон улыбнулся: – Верно. – Себастьян, – юный граф крайне заинтересовался стеной за спиной демона. – Ты когда-нибудь делал это? – Да. – Себастьян заинтригованно посмотрел на своего хозяина, упорно отводящего взгляд. А разговор-то становится все интереснее и интереснее. – Это не больно? Демон позволил себе откровенно лисью улыбку: – Нет, господин. Это несет лишь удовольствие. – Тогда… – Сиэль решительно посмотрел Себастьяну в глаза. – Покажи мне это удовольствие! – Позвольте уточнить, – демон был готов расцеловать даже каждого из жнецов от того, как близко осуществление его желания (Фантом – мечты сбываются), – Вы хотите, чтобы я показал Вам на себе или же – на Вас? – На мне. – Юный граф не отвел взгляда, но побелевшие костяшки пальцев, вцепившихся в одеяло с новой силой, выдавали его волнение лучше всяких слов. – Есть, милорд. – Демон подался к графу, – помните, я не причиню Вам боли. И остановлюсь по первому Вашему требованию. – Себастьян коснулся щеки Сиэля и огладил ее пальцами, скользнув указательным по упрямо сжатым губам. – Вы меня услышали? – Да, – выдохнул Сиэль, не в силах оторвать взгляд от манящих глаз своего дворецкого. Его лицо было так близко, что Сиэлю захотелось отшатнуться, но ладонь, легшая на затылок, не дала этого сделать. – Себас… тьян… – юный граф загипнотизировано наблюдал, как глаза дворецкого преимущественно карего цвета отдают первенство кроваво-красному, и, не выдержав этой перемены, крепко зажмурился. Через секунду он почувствовал, как его губ коснулись губы Себастьяна. Прикосновение было мягким, нежным и практически невесомым. Еще одно прикосновение, более ощутимое – Сиэль почувствовал, как его член вновь начал настойчиво напоминать о себе. Молодой граф знал, что сейчас происходит поцелуй и смутно догадывался, что он зачем-то нужен для этой самой мастурбации. Сиэль вздрогнул, когда по его губам скользнул язык демона – горячий и мокрый он вызвал недоумение и страх. – Себас… – договорить Сиэль не успел, Себастьян, воспользовавшись ситуацией, протолкнул свой язык между зубов хозяина, заставив того замереть. Ощущение было странное, но назвать его неприятным было нельзя. Язык Себастьяна прошелся по ряду зубов, задев внутреннюю сторону верхней губы, и самым кончиком коснулся языка Сиэля, начав осторожно его массировать и поглаживать. Сиэль в свою очередь высвободил руки из одеяла и вцепился в воротник рубашки Себастьяна. Кажется, молодого хозяина вовсе не смущало, что она была расстегнута. Он старался отвечать на поцелуй, неумело, но искренне и нетерпеливо настолько, что Себастьяну пришлось впиться в свою ладонь ногтями, чтобы не завалить Сиэля прямо здесь и сейчас. Демон отметил, что, кажется, на его господине не было никакой одежды… эта информация едва не заставила его застонать от жаркой волны возбуждения, прокатившейся по всему телу. – Господин, – Себастьян прервал поцелуй, – Вы позволите..? Сиэль посмотрел на протянутые к нему руки и кивнул. Позволит, конечно, позволит, только пусть Себастьян поцелует его еще. Демон приподнял Сиэля и посадил на себя так, чтобы бедра графа были по обе стороны от его собственных. Во время этой манипуляции Себастьян убедился, что на его молодом господине действительно только накинутое на голое тело одеяло, а член твердо стоит, выделяясь на фоне молочной кожи. Хм… кажется, юный граф шел не просто удовлетворить теоретическое любопытство, а с целью получения практических знаний. Юное тело нетерпеливо и несдержанно, затягивать нельзя. Себастьян взял себя в руки – он потерпит, в конце концов, у него дьявольски хорошая выдержка. В настоящее время первостепенная задача – помочь своему хозяину. Демон просунул руку под одеяло и положил ладонь на поясницу Сиэля – это простое действие заставило графа чуть прогнуться в спине и потянуться к Себастьяну за новым поцелуем. Кто, как не дворецкий семьи Фантомхайв, справится с любым желанием юного господина? Себастьян поцеловал Сиэля, но в это раз настойчивее, сминая нежные губы, жадно исследуя языком горячий и невероятно сладкий рот. Рука с поясницы переместилась выше, к лопаткам, пальцы очертили их контуры и скользнули он шеи до копчика, вызвал у графа тихий стон. Какой сладкий звук… Себастьян прижал податливое тело хозяина к себе, молясь Дьяволу о выдержке. Дьявол – не Бог, обращения слышит. Его ладони огладили грудь графа, прошлись по выступающим ребрам и легли на тонкую талию. Еще один стон… Себастьян успокаивающе поцеловал графа в уголок губ и легкими поцелуями спустился к его шее. Осторожный поцелуй за ухом, мягко сжать зубами нежную мочку, лизнуть кончиком языка, прижаться губами к бьющейся артерии, прикусить, снова вызвав стон, зализать место укуса и вновь упиваться поцелуями шелковой кожи, на вкус отдающей молоком и тмином. Демону было откровенно больно сидеть от сильнейшего возбуждения. Еще и юный граф в поисках удобного положения сел вплотную к его изнывающему члену и теперь буквально каждый вдох Сиэля доводил Себастьяна до ручки. – Господин, – демон провел языком по ключицам графа, заставив его тихо хныкнуть. Слишком много ощущений не укладывались в голове, жар рвался наружу из хрупкого тела, а действия Себастьяна вынуждали буквально сходить с ума. Сиэль утратил чувство пространства и своего в нем положения, ему было слишком хорошо. Настолько, что еще самая малость и будет невыносимо плохо. – Господин… – Демон ловил губами прерывистое дыхание, ожидая, когда взгляд юного графа станет более осмысленным. – Вы что-нибудь знаете об оральных ласках? – Это похоже… похоже на мастурбацию? – Сиэль обнял Себастьяна за шею, прижавшись своим истекающим смазкой члену к его твердому животу. Чуть приподнял бедра и опустился, со стоном ощущая мошонкой жесткие щекочущие волосы в паху Себастьяна. Приподнялся снова и, не отдавая себе отчёта, впился в мраморно гладкую шею демона, оставив на ней след жемчужных зубов. С губ Себастьяна сорвался полустон-полурык, его самоконтроль постепенно претерпевал феерическое фиаско, а юный граф скрестил голени за спиной демона и, тихо поскуливая, подавался к нему бедрами. – Это… еще лучше… – Себастьян понимал, что надолго не хватит ни его собственного терпения, ни терпения господина. – Покажи… – Сиэль посмотрел в кроваво-красные глаза затуманенным взглядом – пентаграмма в правом глазу горела, обжигая ее точную копию на левой руке Себастьяна. Припухшие от поцелуев губы графа были приоткрыты, по ним скользнул быстрый язычок, облизывая и маня. – Покажи мне, Себастьян! – Есть, милорд. – Демон уложил графа поперек кровати, а сам опустился на колени между его ног, положив тонкие голени себе на плечи. Сиэль даже не пытался свести бедра – он полностью отдался во власть демона, умудряясь при этом оставаться по-прежнему невинным. Дворецкий выцеловывал дорожку по внутренней стороне бедра от колена до паха, лаская рукой второе. Сиэль, запрокинув голову, цеплялся за покрывало на кровати дворецкого и судорожно глотал воздух, которого в помещении было катастрофически мало. – Себаст… ахх… Себас… тьян… Голос Сиэля ласкал слух демона, давая разрешение продолжить свои действия. Он коснулся языком головки подрагивающего члена юного графа, пробуя того на вкус. Сладкий, пряный, пьянящий… Граф вскрикнул и приподнял таз в попытке продлить прикосновение к языку демона. – Сейчас, господин… – Себастьян быстро подложил под ягодицы Сиэля подушку и, приникнув к нему, слегка надавил языком на девственную дырочку ануса, влажно лизнул промежность и взял в рот нежную мошонку. Массируя яички языком внутри своего дьявольского рта, Себастьян одной ладонью обхватил член своего господина (еще не достигший окончательно размера, но уже весьма внушительный для возраста и конституции графа), а второй, не смотря на огромное желание прикоснуться к своему, потянулся к груди Сиэля, массируя большим и безымянным пальцем нежно-розовые бусинки сосков. – Ах! Себас... тьян! Граф обеими руками вцепился в волосы дворецкого, краем сознания отмечая, насколько они мягкие и как приятно пропускать их сквозь пальцы. Демон равномерными движениями ласкал член Сиэля, чуть сужая кольцо пальцев у головки и расслабляя его у основания. – Себас… тьян… По телу Сиэля прошла судорога – верный предвестник подступающего оргазма. Себастьян выпустил мошонку из сладкого плена и тут же взял член юного графа сразу во всю длину. Сиэль вскрикнул и толкнулся демону в такой соблазнительный и порочный рот. – Себастьян… Себаст... тьян… – Себастьян языком поглаживал член Сиэля, прижимая его к верхнему небу. Его руки вцепились в белоснежные бедра господина (наверняка останутся синяки), когда Сиэль попытался отползти, испугавшись накатывающего наслаждения. Нет уж, господин, не сейчас… Сиэль, приняв отсутствие возможности побега, бесстыдно вскидывал бедра, до царапин вцеплялся в плечи Себастьяна, стонал, не скрывая своего удовольствия. Член Себастьяна был готов взорваться, настолько соблазнительным был граф, но демон старательно игнорировал свое возбуждение – возбуждения его хозяина было намного важнее. Еще одно движение языком и Сиэль с криком изливается в рот Себастьяна, который с покорностью и желанием принимает в себя семя юного графа. Мягко выпустив член из губ, демон осторожно посасывает головку, желая насладиться вкусом Сиэля до последней капли. Кажется, этого юный граф уже не замечает – он в полузабытье от слишком сильного потрясения. Себастьян надевает ботинки, поднимается, с тихим шипением застегнув брюки с все так же возбужденным членом, застегивает рубашку, одергивает ее и садится рядом со Сиэлем. – Господин, как Вы себя чувствуете? Сиэль, еще не успокоив рваное дыхание, с трудом фокусируется на вопросе, а следом и на объекте, который задал этот вопрос. – Себастьян… я… хорошо… – Он тянет руку к демону. – Устал. Себастьян подхватывает на руки молодого господина, одновременно укутывая его в одеяло, служившее одеждой во время ночного путешествия по особняку. – Господин, Вас надо ополоснуть. После я уложу вас в кровать. Сиэль кивает, борясь с накатившей усталостью. Себастьян несет драгоценную ношу в ванную, где быстро и осторожно омывает господина, с собственническим удовольствием видя синяки на его бедрах и наблюдая, как на шее расцветают несколько багровых засосов. Юный граф буквально валится с ног, когда Себастьян промокает его кожу полотенцем. Демон вновь берет господина на руки и несет в его спальню. – Пожалуйста, подождите немного, – говорит Себастьян, видя приведенную в беспорядок кровать. Он достает новое одеяло, меняет постельное, взбивает подушки и укладывает на них Сиэля. – Себастьян… – пальцы Сиэля ловят пальцы дворецкого. – Да, господин? – Скажи… я тоже должен делать тебе то, что ты делал мне? – что ни говори, а граф честен и благороден. – Что вы, господин. Это совсем не обязательно. Боюсь, это будет… слишком большой честью даже для дьявольски хорошего дворецкого. Спокойной ночи. Себастьян быстрым шагом покидает спальню графа, тихо прикрыв за собой дверь. Его губы растягиваются в хищной улыбке – немного терпения и мягкого подталкивания в нужном направлении, и граф сам придет к нему за новой порцией удовольствия, а пока… пока дворецкий направляется в свою комнату, чтобы закончить то, что начал до прихода молодого господина. Сейчас ему понадобится совсем немного времени… 23:00 Сиэль уже спал в тот момент, когда Себастьян добрался до своей комнаты, снял с себя одежду и опустился на кровать, которая казалось, еще сохраняла тепло тела юного графа. В воздухе витал запах господина, а на губах дворецкого все еще оставался его вкус. Демон довольно облизнулся и, решив, что на сегодня прелюдии с него хватит, поднес к губам правую руку. Два ее пальца быстро скользнули во влажную глубину рта, язык уверенными движениями заскользил меж пальцев, поглаживая их и обильно смачивая слюной. Левая ладонь легла на изнывающий член, незамедлительно начав долгожданную ласку. Демон развел ноги, согнутые в коленях, извлек изо рта достаточно влажные пальцы и в предвкушении приставил их к анусу. Тихо хмыкнул: – Это нужно будет обязательно включить в курс обучения господина… Резким движением протолкнув в себя сразу два пальца, Себастьян на пару секунд замер и медленно выдохнул. Он безошибочно нащупал бугорок простаты и начал не спеша его поглаживать. Наслаждение окутало все его гибкое, нечеловечески идеальное тело, сорвав с губ протяжный стон. Ждать больше не было сил, поэтому демон, не размениваясь на мелочи, начал двигать пальцами, ритмично вынимая их и снова погружая в горячую тесноту, каждый раз задевая особо чувствительное место. Он потерял контроль над эмоциями, проникая в себя все глубже и резче и буквально терзая собственную разгоряченную плоть, безжалостно пуская в ход ногти. – Сиэль… – Имя господина, впервые сорвавшееся с губ дворецкого, стало последней каплей в чаше сексуального напряжения. Он с низким протяжным стоном подался тазом вперед и обильно кончил себе на живот, вместе с ним пачкая руку и покрывало. – Ах, как непозволительно неаккуратно для дворецкого. – Себастьян извлек из себя пальцы, принял сидячее положение и тяжело выдохнул, прокручивая в голове последние события. Выводы были неоднозначные и сводились к следующему: 1. юный господин не болен; 2. юный господин вступил на путь поиска сексуального удовольствия; 3. юный господин не пренебрегает мужчинами (интересно, как отнесется к этому леди Элизабет); 4. дворецкий желает не только душу, но и тело юного графа; 5. дворецкий уверен, что в скором времени ему будет отдано и то, и другое; 6. по факту, дворецкий недостаточно подробно объяснил и показал процесс мастурбации, так как был несдержан. Последний пункт искренне расстроил Себастьяна, ведь он нарушил свой образ идеального дворецкого и учителя, не разъяснив графу все от и до. Демон ухмыльнулся, будучи уверенным в том, что скоро предстоит второй урок для жадного до знаний молодого господина. Он порывистым движением встал с кровати, прикрыл наготу рубашкой и брюками и отправился в ванную комнату, приводить себя в привычный вид. В это время Танака-сан возвращал на место разбросанные юным графом книги и довольно улыбался. Кажется, граф все-таки нашел оставленную для него статью. – Себастьян-сан идеально исполняет обязанности дворецкого, но он вряд ли сможет объяснить взрослеющему господину, что с ним или уже происходит, или начнет происходить в ближайшее время. Надеюсь, он добавил в ванну господина масло Cananga odorata… – Управляющий домом Фантомхайв задумался. – Себастьян-сан упомянул утреннюю взвинченность графа и совершенно несвойственное ему поведение, думая, что тот заболел. – Танака-сан улыбнулся. – Я уверен, все дело во взрослеющем организме. Масло Cananga odorata несколько обострит «взвинченность» графа, а природа подтолкнет в нужном направлении. Не зря же это масло считается одним и лучших афродизиаков. – Управляющий выровнял расставленные по своим местам книги. – Думаю, через два-три года господину можно будет дать найти статью о первом полноценном сексуальном опыте… Мысли Себастьяна, отрешенно омывающего свое тело, двигались в том же направлении. Но он давал девственности господина максимум год.