In Nirvana stay

      Томми поправил флисовое одеяло на массажном столе, проверив, чтобы оно было подоткнуто по углам и сложено внизу. Он осмотрелся в тусклом освещении массажной комнаты, стол готов, свечи зажжены, повсюду распыляется аромат лаванды, тихо играет неопределённая музыка. Комната была хотя и небольшая, но уютная и с мягкой обстановкой. Томми принимал клиентов весь день, и последний был запланирован на вечер. А потом он сможет пойти домой, расслабиться в тёплой ванне и выпить пива. Или виски. Или оба напитка. Кому какое дело, ему осталось принять последнего клиента. Он открыл дверь и пригласил этого самого, ожидавшего за дверью, клиента войти. — Адам? Выкрашенный в серебристого блондина мужчина, сидевший на софе в комнате ожидания, поднял глаза от журнала, который он читал, и улыбнулся. Томмины глаза застило на миллисекунду. Адам был ослепительно красив. Обычно Томми к парням не влекло, во всяком случае эта часть его натуры не читалась, не афишировалась, и такие отношения у него случались нечасто. Но, тем не менее, как эстет, он мог оценить мужскую красоту. А у Адама она была обезоруживающей.       Адам встал и направился к Томми, который всё ещё стоял в дверях своей рабочей комнаты. «Какой же он высокий», — подумал Томми. Адам нависал над ним, как башня. Томми улыбнулся, что удалось ему без сложностей, поскольку Адам продолжал ослеплять его своей улыбкой. Томми развернулся и вошёл в комнату, указав Адаму на кресло. Они коротко проконсультируются, прежде чем приступать, поскольку Адам новый клиент для Томми. — Томми сел напротив него, — Это ваш первый массаж? У Адама загорелись глаза. Пронзительные голубые глаза, подведённые чёрным карандашом, как заметил Томми, — Да. Я немного нервничаю, не знаю, чего ожидать и как это работает.       Томми внутренне расслабился, чувствуя, что контроль над ситуацией к нему вернулся, вместо того, чтобы полностью сосредоточиться на миллионно-долларовой улыбке Адама и его внушительном росте. — Ах, вы новичок, — он поиграл со своей фиолетовой чёлкой, заправив её за ухо, — Люблю новичков. И так, что будет происходить. Я выйду из комнаты, чтобы вы могли раздеться и приготовиться. Ложитесь под простынь на столе лицом вниз. Поместите лицо в специальное отверстие в столе, руки вытяните по швам. Я постучусь прежде, чем войти. Открою спину, с неё начнём массаж. Как только я закончу со спиной, то накрою её снова. Открою по очереди каждую вашу конечность, проработаю и накрою снова. То есть ваше тело не будет полностью открыто, только те его части, которые я буду массировать в определённый момент. Сначала промассируем спину, а потом вы перевернётесь, чтобы я мог работать с ногами, стопами, руками и кистями рук, головой, шеей и плечами. За сим мы закончим, — Томми остановился, чтобы Адам смог осмыслить всю полученную информацию. А Адам слушал очень внимательно с выражением полной концентрации на лице. Томми заметил его полные, идеально очерченные губы. Пухлые, розовые, с несколькими веснушками на нижней губе. Томми вынужден был признаться себе, что залипает на эти губы, — Если в любой момент вы почувствуете себя некомфортно, просто скажите, и я немедленно остановлюсь, — уверил Томми, отвернувшись, чтобы не смотреть на губы Адама. Всегда очень важно дать клиенту почувствовать контроль над ситуацией, когда он останется обнажённым наедине с незнакомцем. — Звучит неплохо, — кивнул Адам. Томми задавал формальные вопросы о проблемах со здоровьем, о которых Адаму должно быть известно, каких-либо особенных потребностях, что угодно, что важно было знать Томми, а потом он оставил Адама в комнате одного, чтобы тот мог раздеться и приготовиться. Когда он закрыл за собой дверь, он остановился и сделал глубокий вдох, чтобы вернуть себе самообладание. Он был рад полумраку в комнате, поскольку чувствовал, как горит от краски его лицо под сконцентрированным взглядом Адама. Томми направился в ванную, чтобы помыть руки. Когда он вернулся снова, он остановился у дверей комнаты, сделав другой глубокий вдох и постучав. Томми вошёл, услышав, что Адам разрешил ему это.       Адам лежал на столе, накрытый простыней, поместив лицо в соответствующее для этого место. Некоторые клиенты Томми не совсем понимали, что нужно делать, и ложились поверх простыни, некоторые под, но боком, некоторые ложились сразу на спину. Были даже такие, кто умудрялся засунуть ноги в отверстие для лица. Томми никогда не был уверен, какую картину он увидит, войдя в комнату, но всегда был благодарен, когда клиенты внимательно его слушали и все правильно понимали. Складывалась неловкая ситуация, если Томми приходилось поправлять их.       Он прошёл в комнату по ковру, скинув свою обувь. Делать работу будучи босым ему было удобнее. Томми взял лосьон, положив его в карман, и повернулся к Адаму. Он осторожно сдвинул простынь со спины Адама и положил руки на верхнюю её часть, чтобы начать оттуда.  — Сделайте глубокий вдох со мной, — тихо попросил Томми. Они вдохнули и выдохнули вместе, — Ещё раз, — инструктировал он. Чувствуя себя сконцентрированным и готовым к работе, Томми начал разминать самые большие мышцы на спине Адама, разогревая их. — Вы обычно разговариваете с клиентами во время сеанса? — спросил Адам. — Если у них есть на это желание, — ответил Томми. Он никогда не лез к клиентам с разговорами. Некоторые постоянно о чём-то говорили, некоторые просто хотели провести этот час в покое и тишине. Он всегда оставлял клиентам право задавать тон разговора, не задавая вопросов и давая ни к чему не обязывающие ответы. В конце концов, он ведь не психиатр. Но некоторым людям всё же неудержимо хотелось болтать. Или напротив, они молчали. В любом случае уровень шума в комнате зависел от клиента. В конце концов, это он оплачивал этот час.       Адам ничего больше не сказал. Томми сдвинул простынь со спины Адама, переместив её на бёдра и поправив по бокам. Даже в сумрачном свете Томми мог видеть веснушки, во множестве рассыпанные по спине, плечам и рукам Адама. Как будто солнце продолжало целовать его везде, где вздумается.       Он сжал бутыль с лосьоном в руках, а потом вылил себе на ладонь немного, согрев его в руках. Томми положил руки на плечи Адама, аккуратно нажимая и спустившись ладонями вниз до талии, распределяя по коже лосьон. Адам вздохнул. И этот звук вызвал пульсацию у Томми в паху. Он повторил свои движения, нажав сильнее и чувствуя, как жар охватывает его лицо, когда Адам выдохнул. Томми сглотнул и помотал головой, пытаясь переключиться.       Он переместился к краю стола и начал работать снова над большими мышцами спины Адама, чувствуя, как их охватывает напряжение. Его целью как раз таки было снять его, вернуть все мышцы в расслабленное состояние. У него не заняло много времени найти напряженный узел на плече Адама, и он разобрался с этим при помощи двух пальцев. — Всё в порядке? — тихо поинтересовался Томми. Некоторые клиенты не говорили ему, сильно ли он давит, и чувствуют ли они боль, так что он предпочитал спрашивать об этом раз или два за сеанс. — Мхмм, — ответил Адам, — Это прекрасно. Если Томми сделает свою работу хорошо, к концу сеанса Адам будет так расслаблен, что вряд ли будет способен даже шевелиться.       Томми продолжил гладить спину Адама, разогревая и расслабляя мышцы. Он безотрывно рассматривал звёздные россыпи веснушек на его спине. Мышцы спины у Адама были в приличном тонусе. Томми не приходилось пробираться к ним через слои жира, так что он отлично чувствовал каждую, что облегчало ему работу. Впрочем Адам был достаточно худым. Он явно следил за фигурой.       Томми осознал, что слишком долго занимается одним и тем же, пока его разум где-то блуждал. Он быстро проморгался, чтобы вернуть себя к реальности, надеясь, что Адам не заметил его пристальной концентрации на одной части тела. Это было бы верным путём получить жалобу от клиента за непрофессиональные действия с сексуальным оттенком в контролирующие органы. Они отозвали бы его лицензию, а он не мог позволить допустить такого недопонимания. Он заставил себя сосредоточиться на работе, а не на коже и мышцах Адама.       Томми накрыл спину простыней и переместился к ногам, накрыв простыней поверхность бёдер, заметив, что Адам не снял своё нижнее бельё. Большинство клиентов Томми его обычно снимали. Ноги Адама такие длинные, а мышцы такие жёсткие и напряжённые, заметил Томми. Возможно, Адам любит пробежки, пришла Томми мысль.       Он открыл было рот, чтобы спросить об этом, но быстро опомнился и закрыл его. Никаких личных вопросов, напомнил он сам себе. Никакого сближения с клиентом. Прежде, чем ты это поймёшь, клиенты могут начать манипулировать тобой, извлекать преимущества, приходить, когда им вздумается, платить, когда им вздумается, просить об услугах, даже наживаться на тебе. Нет, самое лучшее — оставлять всё только в рамках профессонального взаимодействия, и никаких вопросов об их жизни, если это не касается массажа.       Когда он закончил с массажем обоих ног, он тихо попросил Адама перевернуться, подержав простынь так, чтобы Адам не раскрылся и не запутался в простыни. Как только Адам оказался на спине и устроился, Томми накрыл его простынёй, оставив только ноги, чтобы работать над квадрицепсами. Он посмотрел на лицо Адама в момент, когда массировал его бедро. Его глаза были закрыты, чёрная подводка смазалась из-за того, что его лицо соприкасалось с краями отверстия для лица в массажном столе. Он был расслаблен. И очень красив. Томми заметил, что волосы Адама изначально были тёмными, так как они остались такими у корней.       «Интересно», — подумал он, — «Выглядит красиво. Ему действительно идёт. Какого чёрта я болтаю?»       Томми поработал с ногами и ступнями, руками и кистями рук Адама, не отвлекаясь. Подошло время для массажа верхней части груди и головы. Он придвинул стул и сел возле головы Адама. Он мог чувствовать запах его волос. И они вкусно пахли, как ваниль и белый имбирь. Томми увлажнил лосьоном руки и придвинулся ближе, распределяя его по верхней части груди Адама, также покрытой веснушками, как и его спина. Он понимал, что лицо Адама находится прямо под его лицом. Он мог даже слышать его дыхание, чувствовать его на своих руках. Он напомнил себе не смотреть на лицо.       Томми перевёл взгляд на голову Адама, массируя его шею. В голову лезли мысли о том, как нежно он укусил бы его за шею. Его кожа такая гладкая и тёплая. Голова Адама приятно давила на его руку, тот был расслаблен и абсолютно не в курсе о непрофессиональных мыслях, посетивших голову Томми. Тот уложил голову Адама обратно на стол и запустил руки в серебристые волосы. На ощупь они были жёсткими, вымазанными в воске для волос. Его пальцы зацепятся за волосы, если Адам пошевелит головой, и это будет грубое пробуждение. Он массировал голову лучшим образом, каким он мог в данной ситуации, не слишком двигая руками вокруг, и так это и оставляя. Закончив и обойдя стол, Томми занялся стопами Адама. Это было обычным действием, чтобы разбудить клиента и вывести его из нирваны в реальность, чтобы у него было время придти в себя и твёрдо стоять на ногах. — Как ощущения? — спросил Томми. Адам улыбнулся, но не открывая глаз, — Прекрасно. Это было здорово, — проговорил он хриплым от сна голосом. Томми сглотнул, — Я сейчас выйду, чтобы вы могли одеться. Не торопитесь. Просто откройте дверь, когда будете готовы. Он быстро вышел из комнаты и бросился в ванную, стирая пот со своего лица. Благо, массировать кого-то в течение целого часа трудная работа, и, очевидно, он потел, но не до такой степени, как сейчас. Он вымыл руки и вытер лицо и шею влажным бумажным полотенцем. Томми сделал несколько глубоких вдохов. Что ж он делает, думая об этом клиенте в течение всего сеанса? Томми решил, что это был долгий день, и он просто устал, его разум просто закрутился вокруг, и в этом все причины. Не стоит так выбиваться из колеи из-за нескольких случайных мыслей.       Он вернулся обратно в комнату. Дверь была открыта. Адам стоял возле стола. С расслабленной улыбкой и затуманенным взглядом он протянул Томми наличные. — Ну, я надеюсь, вам понравилось, — произнёс Томми. — Очень сильно, — ответил Адам. — Хотите записаться ещё раз? — спросил Томми, мысленно умоляя Адама записаться на другое посещение. — Конечно, — ответил он, — Да. Томми пересёк комнату и взял свой ежедневник, — Есть время на следующей неделе, тот же день, то же самое время. — Прекрасно, спасибо, — ответил Адам. Томми записал посещение в ежедневник, а затем повернулся к Адаму. — Хорошо. Тогда увидимся на следующей неделе, — ответил он. Во рту пересохло. Адам кивнул, — Буду ждать с нетерпением, — он задержал взгляд на Томми, и у того ускорился пульс, — Ещё раз спасибо, — поблагодарил Адам перед тем, как уйти. Он уже повернулся, — А вы случайно не делаете… — затормозил, неопределённо махнув в сторону своей задницы. Этой привлекательной задницы… Томми не мог контролировать свои мысли. — Ягодицы? — спросил Томми. — Да, — Адам ответил с облегчением от того, что не пришлось произносить слово «задница», — Я увлекаюсь пробежками, и у меня там и вокруг бёдер все мышцы стянуты. Это можно как-то исправить с помощью массажа? Томми почувствовал головокружение, — О… конечно, — ответил он, — Массаж идеален при таких проблемах. Адам одарил его ослепительной улыбкой, — Замечательно. Он замолчал на секунду, и Томми увидел что-то промелькнувшее в его взгляде. Лукавый блеск? Нет, должно быть это просто освещение. — Увидимся на следующей неделе, — тихо повторил Адам, отправившись к выходу. «На следующей неделе» — подумал Томми, — «Я снова буду массировать его на следующей неделе. Он будет голым, а я буду трогать его. Трогать его задницу» — напомнил Томми его мозг.       Он должен продержаться до следующей недели. Пока он не сделал ничего, о чём потом придётся пожалеть.