Офисный Купидон

      День Святого Валентина — светлый праздник, день, когда все влюблённые могут открыто говорить о своих чувствах, не скрываясь за смущением, общественным порицанием или собственным страхом отказа. Конечно, не исключено, что всё это не может настигнуть людей, испытывающих пьянящее чувство любви или даже греющее ощущение симпатии, в этот день. Даже более того, самое большое количество разбитых сердец и разрушенных планов на счастливое совместное будущее припадало именно на этот день. Но даже такая статистика мало пугала смельчаков, что желали именно сегодня открыться в своих чувствах предмету обожания. Верили, что ли, в некую магию и особенность данного дня? Возможно. Ибо как ещё объяснить целый культ, который образовался вокруг этого праздника и его обязательных элементов?! Украшения в виде сердечек, вокруг сплошные романтичные розовые и страстные красные цвета, розы в подарок и, конечно же, валентинки. Куда же без них?!       Счастливых влюблённых подобное только воодушевляло, но не все могли разделить подобных чувство. Например, Шин Хёрин. Для неё, вот уже третий год подряд, день любви представлял из себя сущий ад и очередной повод покопаться в себе, поругав за мягкотелость. Дело было не в том, что девушка была одинока и все эти розовые сопли раздражали её. Хёрин, наоборот, была довольно романтичной натурой, желающей самой испытать всю прелесть данного праздника, проведя его с любимым человеком, который у неё, всё же, был. Но вот тут-то и появлялась проблема, заставляющая страдать девушку день за днём, год за годом.       Безответная любовь — это то, с чем Хёрин ещё могла справиться, ибо «плавали — знаем», но её ситуация была чуток сложнее банальной френдзоны. Её любимый даже не знал о чувствах Хёрин и не узнает никогда, ибо, в противном случае, ей грозил не только отказ и позор на его почве, но и ещё кое-что посущественнее любовных терзаний. Терзания финансовые, так как прознай кто о чувствах Хёрин, ей пришлось бы уволиться. Да, эта девушка была настолько «везучей», что умудрилась влюбиться в собственного начальника.       Ким Минсок — человек, волнующий разум и сердце Хёрин уже третий год подряд с того момента, как она только устроилась в компанию. Привлекательный мужчина, который вообще неведомо как к своим почти тридцати годам всё ещё не женился. Хороший человек, который не делил людей по статусу, относясь к подчинённым, как равным, и ответственный руководитель, пару лет назад сумевший вытащить их холдинг из самого дна. Но при всём при этом он являлся для Хёрин непосредственным начальником, а значит, де факто недоступной целью.       И ладно бы ещё девушка занимала должность рядового работника аки офисного планктона, коих в их фирме много. Работала себе бы в одном из отделов планирования, пересекаясь с боссом лишь на планёрках, может, так бы и чувства поутихли. Но нет же! Со свойственным ей рвением к вскарабкиванию по карьерной лестнице и безмерным трудолюбием, наравне с ответственностью, Хёрин умудрилась дослужиться до должности помощника директора и его правой руки по совместительству. Первая радость от того факта, что теперь она будет всегда находиться рядом с Минсоком, омрачилась пониманием предстоящих на этой почве трудностей. Непосредственная близость к предмету длительной симпатии, со временем переросшей в любовь, окрыляла, но уже через секунду разбивала о ледяную стену жестокой реальности, так как понимание безысходности данной ситуации давило только сильнее. Она ведь рядом, ближе, чем кто-либо ещё в этой компании, но это и убивало, заставляя каждый раз подавлять свои чувства, когда босс просто улыбается и благодарит за выполненную работу. И вот так уже который год.       «Снова этот дурацкий праздник, ― размышляла угрюмо девушка, вышагивая в сторону своего кабинета. Пока девушка дошла до офиса и прошла через холл и несколько этажей, она уже успела возненавидеть сегодняшний день и пожелать проснуться в завтрашнем, но, увы, это так не работало. Хёрин отворила двери своего кабинета, расположенного совсем рядом с офисом начальника, и плюхнулась на кресло. До начала рабочего дня было ещё пятнадцать минут. Шин Хёрин была из тех персон, что не опаздывали, а даже приходили раньше. Но… в её случае, это, скорее, было не из-за природной пунктуальности, а из-за уже выработанной привычки оказываться на месте раньше босса и готовить ему кофе, тем самым отнимая у его секретарши «кусок хлеба». Болезненно, но Хёрин это делала раз за разом. А Минсок что? А он ничего, улыбался, благодарил, снимал тесный пиджак и приступал к работе. ― Но почему же я снова это сделала?»       Задав риторический вопрос, девушка вытащила из сумки ещё вчера купленную валентинку и небольшую коробку конфет с помадкой ― любимые сладости Минсока. Она каждый год так делала, но ни разу не решалась отдать. Всё же на подобный праздник было принято дарить подарки, и именно в этот день босс обычно выплывал из кабинета с двумя, а то и больше, пакетами с конфетами и открытками от подчинённых. Так что подари она что-то ― никто и не заподозрил бы. Но девушка так не поступала. Какой-то психологический барьер не позволял. Ей казалось, что если она решится, то с головой выдаст себя, показав, что это подарок не просто для всеми любимого босса, а для вполне себе любимого мужчины.       ― Нет, так дело не пойдёт! ― стукнув кулаками по столу, Хёрин решилась на отважный шаг. ― Нужно либо признаться ему и вылететь с работы, чтобы более не страдать, либо же… похоронить эти чувства уже сейчас.       Хёрин взяла открытку и черканула несколько строчек, не указав при этом адресата ― всё же она побаивалась реакции Минсока. Взяв подарок в руки, девушка вышла из своего кабинета и прошмыгнула к холлу, где располагался специально отведённый для подарков стол. Туда все работники компании складывали открытки и подарки, а после обеда «курьеры Валентина», выбранные методом жеребьёвки, разносили эти подарки. Быстро положив свой в общую кучу, Хёрин, оставшись незамеченной, сбежала к себе.       Девушка быстро заварила кофе и, даже не дождавшись прихода начальника, отнесла его ему в кабинет, поставив на стол. Отчего-то ей не хотелось видеть Минсока с самого утра. Казалось, что в такой день это причинит ещё больше боли.       И вот момент «Х» настал. Обед. Просидев весь день в своём кабинете и так и не увидевшись с Минсоком, Хёрин даже немного потеряла счёт времени. Поняла она, что время пришло, тогда, когда к ней самой зашёл «курьер» и вручил несколько подарков от коллег, с которыми девушка была в хороших отношениях. Улыбнувшись вниманию со стороны людей, подарить которым что-то Шин забыла из-за ежегодной нервотрёпки, девушка продолжила работать, не желая идти на обед. Но её планам было не суждено сбиться. Телефон, стоящий на её рабочем столе, разразился требовательной трелью.       ― Шин, зайди ко мне, ― серьёзный голос начальника раздался с той стороны трубки. ― Срочно.       Ответить что-то Киму девушка не успела, так как тот сразу же положил трубку. Ну вот всегда он так ― милый в жизни и настоящий деспот в работе. Зато компания процветает, так что не её работникам жаловаться на суровость руководителя.       Шин поднялась с места и направилась к кабинету начальника. Она не знала, что именно он от неё хотел, но подозревала, что это как-то связано с тем отчётом, что она передала ему через секретаря несколько часов назад. Хёрин вошла без стука и сразу же села в кресло напротив Минсока, что всё ещё рылся в каких-то документах. Банальная вежливость была тут не уместна, ведь когда Ким занят, то оторвать его от работы довольно проблематично.       ― Вы что-то хотели? ― спросила Хёрин через минуту.       ― А, да, Шин, спасибо, что пришла, ― заметив всё же девушку, Минсок привычно улыбнулся, но как-то не так, как обычно. Мужчина отложил документы и полез в ящик стола, достав оттуда небольшую коробочку. ― У меня тут проблема возникла, не поможешь?       После кивка подчинённой начальник, недолго порывшись в коробочке, выуживает оттуда до боли знакомую девушке вещь ― её валентинку, после чего протягивает её Хёрин.       ― Не знаешь, кто это мог написать? ― спрашивает он, а Шин, кажется, холодеет изнутри, беря в руки своё собственное признание в любви. Пусть такое детское и наивное, но на этом клочке блестящего картона она написала довольно прямо о своих чувствах, подчеркнув, что это далеко не симпатия подчинённого к начальнику, а нечто большее.       ― Н-нет, ― мотает головой она, возвращая валентинку.       ― Хм, жаль, можешь идти, ― делая жест рукой, Минсок разрешает Хёрин удалиться. Но вот только, когда она только поднимается на ноги и подходит к двери, добавляет: ― Если бы узнал, то пригласил этого тайного воздыхателя на ужин.       Девушка в изумлении смотрит на начальника, а тот с ехидством ухмыляется. После чего поднимает на уровень лица недавно сданный девушкой отчёт.       ― Ты такая молодец, даже отчёт от руки написала. Устала, небось? ― добивает Минсок, а у Хёрин, кажется, подкашиваются коленки от догадки. Он всё понял. Минсок сравнил почерки на открытке и её отчёте… она разоблачена. Девушка мотает головой на вопрос начальника, крепко сжимая ручку двери. Тот щурится и встаёт с места. Подходит к ней и, слегка наклонив голову набок, спрашивает: ― Устала ведь? Так, что, не хочешь отдохнуть сегодня вечером, Хёрин?       Шин кивает и скрывается за дверью под довольный смешок Минсока, что тут же возвращается на своё место и набирает её рабочий номер. Одна лишь фраза, но она подтверждает все догадки Хёрин и наконец-то даёт надежду:       ― Я заеду в шесть.