10 причин, почему Том Хиддлстон тебе не подходит

      Ты заглядывала на ютуб и, будем честными, постоянно гуглила себя. Себя и Тома. Ты проверяла, что папарацци в итоге наснимали, когда вас ловили на прогулках и в ресторанах. Ты смотрела, какие ревью дают вашей паре на развлекательных ночных шоу двух Джимми и одного Джеймса* и, наконец, однажды наткнулась на ролик на канале типа «попкорн ньюс». Открывая, ты думала, что это будет даже весело.       Заставка обещала нечто сенсационное.       Так, это стало неожиданностью. Вместо привычных томоцентристких комментариев там был взгляд на тебя. На то, как эти отношения повлияли на тебя! Что-то новенькое.       Для начала, там было ложное предположение, (которое, естественно звучало как установленная истина), что ты слишком сильно похудела ради Хиддлстона. Первый страйк. Ты действительно сбросила значительную часть мышечной массы после последних двух фильмов, но во-первых, вы тогда еще не встречались, во-вторых, с тех пор ты все-таки немного набрала. Да и этого не требовалось, ты больше не представляла супергероиню, способную сражаться с себе подобными, поэтому тебе хватало вида обычного человека.       Далее Тома обвинили в том, что он возил тебя в те же места, что и «других своих бывших девушек». Ну, положим, они явно имели ввиду только Тейлор. Но неужели она настолько токсична, что ради неё нужно было забыть про существование Рима? В конце концов, это всегда был один из твоих любимых городов!       Вашу, иногда выставляемую в комичном свете, разницу в росте так же приписали в минусы Хиддлстону. Даже твои слова о ненависти к бегу заняли строчку хит-парада…       И, наконец, самое крамольное, что могли предположить журналисты. «Я сейчас скажу такую вещь, о которой все почему-то молчат, — защебетала одетая в три последних тренда девушка с хитрым прищуром, — а вам не кажется, что Том для Т/И слишком… скучный? Я про то, что, камон, эта девушка, по всеобщему признанию даже на съёмках была той ещё занозой, она возвела знаменитую актёрскую забаву в «голодные игры» на новый уровень. Помните, какие синяки показывал Маки на своём теле? Помните, что сказал однажды Камбербэтч про неё? Он, на секундочку, сказал, что она более сумасшедшая, чем ее героиня! И теперь рядом с ней Хиддлстон. Да, он, конечно, прекрасен, он наш Диснеевский Принц, но…разве Т/И принцесса? Только разве что «Храбрая сердцем».       Ведущая рассмеялась, и пошла перебивкам кадров с твоими тренировками для Марвел: пот стекает с лица, брови нахмурены, ты бьешь каскадеров, те валятся на пол, один получает локтем в живот по-настоящему и стонет от боли. Ну, а ты… ты, конечно, извиняешься… сквозь смех.       Ты скептически хмыкнула, выключая, не досмотрев. Скучный, Том? Ой, да ладно. Его рисовали прямо таким стереотипным английским джентльменом начала двадцатого века, пьющим чай из фарфора, ложащегося спать в пижаме и колпаке, отдергивающего тебя, когда ты включаешь музыку слишком громко… За любимого стало откровенно обидно, захотелось рассказать, какой он спонтанный, на сколько веселый и взрывной, что тебе самой приходится быть изобретательной, чтобы не отставать в битве сюрпризов и романтических поступков… Возмущение кипело. Хотелось прямо записать открытый видеоролик. Дать интервью Космополитену… Или хоть накатать пост в Тамблере.       Ну, а потом входная дверь щелкнула, в дом ввалился вспотевший и раскрасневшийся после утренней прогулки с Бобби Том, сияюще улыбнулся тебе… Ты живо подбежала и, обхватив охнувшего Хиддлстона за мокрую шею, подтянуть его к своим губам. Он рассмеялся сквозь поцелуй, что тут же послало мурашки по твоей спине. — Я весь взмок, дорогая, — извиняясь, и все ещё держа своё тело на некотором расстоянии, пробормотал Том. — Я тоже, — почти простонала ты, с силой приникая к его торсу с быстро бьющимся сердцем. Он оплёл тебя руками, подтягивая выше. Его язык развязно проник тебе в рот. Том издал грудное гудение и резко дернул тебя в сторону дивана. Смеясь и путаясь в ногах, вы обрушились на подушки. Бобби, желая принять участие в вашем веселье, запрыгал рядом, ошейник со шлейками постучали по деревянному полу вслед за ним. Комнату огласил задорный лай. — Все таки, нам лучше принять душ, — ты приподняла брови и соблазняюще улыбнулась, а затем, с досадой отрываясь от Тома, привстала. — Я сейчас отпущу его на задний двор, и присоединюсь к тебе, любовь моя, — Хиддлстон поднялся, огляделся и, поманив собаку, быстро пошёл к задней двери, на ходу развязывая куртку на бёдрах и сдергивая спортивную майку через голову.       Ты уже выдавила ароматного геля под струю воды, так что по дну колченогой ванны распускалась белая пушистая пена, наполняя воздух ванилью и сандалом, когда твоих бёдер коснулись две горячие руки, плавно съезжая и чуть сжимая ягодицы. Ты выпрямилась, желая почувствовать больше, и прижалась к голому торсу Тома спиной. — Значит, «10 причин, почему я тебе не подхожу»? — низко и соблазнительно проговорил Хиддлстон в твою шею, продвигаясь поцелуями к плечу. Твои глаза резко распахнулись, а внутри кольнуло почти забытое ощущение загнанности, которое испытываешь, нашкодив в детстве и уже через секунду слыша, как родители зовут из другой комнаты. Ты совсем не желала, чтобы Том когда-нибудь вообще видел нечто подобное, тем более, узнал, что ты сама ищешь такие ролики. Ты закаменела в его руках. — Это все такой бред… — пролепетала ты, досадливо понимая, как сильно выдаёшь себя своим извиняющимся тоном. — Я тебя люблю. — Я знаю, — неизвестно, от чего веселясь, фыркнул Том, слегка потираясь своим привставшим членом о твою мягкую попу. — Я готова назвать сто причин, почему ты мне подходишь, — кусая губы, стараясь сохранить немного рассудка, сказала ты более уверенно, понимая, что Том как будто бы даже не злился. — Я буду давать тебе ещё по одной каждый день, обещаю, — его руки оплели живот и грудь, крепко прижимая тебя к себе, он вздохнул в твою макушку. Вы постояли в объятиях, с твоими руками поверх его, пару минут. Воздух вокруг вас давно стал влажным. — А что там было ещё, кроме того, какой я скучный? — Ты не скучный! — возмущение снова вернулось и опалило грудь. — Прости, что подсмотрел, твой айпад лежал прямо на столе, не смог удержаться. — Все в порядке. Точнее, ничего не в порядке, — ты развернулась к нему лицом, заглядывая в глаза. Приложив руку к бородатой щеке, ты с нежностью прошептала. — Они ничего о нас не знают. Я просто хотела в этом убедиться. И все причины- сплошной бред. Ты — совершенство. — Том как всегда скептически наморщил брови, но ты втянула его в поцелуй, быстро ставший голодным и яростным. Твои пальцы опустились по боковым напрягшимся мышцам к его подтянутому животу и уверенно легли ниже. Ты застонала от предвкушения, когда его крупный член, не умещающийся в твою ладонь, начал ощутимо твердеть. А Том глухо задышал в твои губы. Его руки ушли в твои волосы, прижимая голову к себе. Ты легко стянула спортивные шорты с его бёдер вместе с бельём, оставив Тома лишь в носках. — Детка… — обескураженно прошептал Хиддлстон, когда ты опустилась на колени, — нам правда лучше принять ванну, я бегал целый час. — Он едва сжал твои плечи, желая приподнять. — Нет, хочу почувствовать твой вкус, — ты лизнул самый кончик его члена, и Том задохнулся. — Черт возьми, — он продолжал ласкать кожу твоей головы, пока ты легкими движениями языка и губ посасывала становившуюся ярко розовой головку. Ты постанывала от удовольствия, ощущая знакомый терпкий вкус, смешанный с запахом его пота. — Ну, все. — Его член с причмокивающим звуком был вынут из твоего распахнувшегося рта, когда Том поднял тебя за предплечья, тут же впиваясь в рот. Его требовательные руки раздели тебя, стянув домашнюю футболку и шорты. А потом он легко поднял тебя в воздух. Ты вздрогнула от неожиданности, когда ступни коснулись воды. — Залезай! — прорычал он, хищно улыбаясь. Ты послушно села в ванной, а сам Том устроился позади тебя. Ты с наслаждением опустилась спиной на его грудь. Ванна с трудом, но позволяла уместиться вам вдвоём.       Колени Тома были по обоим сторонам твоих бёдер, губы снова нашли шею, ладони мягко обхватили грудь. Тебя пробрала дрожь предвкушения. Одна его рука опустилась между твоих ног, длинный палец лёг на клитор, и ты дернулась от неожиданной вспышки. Вода перелилась за края ванной на пол. Пальцы его другой руки сжимали вставшие горошины сосков. — Думал об этом все утро, — соблазнительным низким баритоном проговорил Том, — пока собирался, а твоя попка торчала из-под одеяла. — Ты застонала, когда два его пальца легко проскользнули в тебя, начиная медленно трахать. Твои руки, до этого поглаживающие его колени и ноги, поднялись и зарылись в волосы Тома, прижимая его голову ближе. Ты насаживалась на пальцы, приподнимая бёдра, вода плескалась вокруг. Его член, зажатый между вашими телами был горячей воды. — Том, я так хочу тебя, — простонала ты, поворачивая голову, и наконец, ловя его губы. Поцелуй был неряшливым, мокрым и грязным. — Пожалуйста, трахни меня, пожалуйста, — ты забылась в ощущениях, его член оказавшись между твоих ягодиц, приносил удовольствие, но не был достаточным. — Все, что угодно, любовь моя, — Хиддлстон помог тебе приподняться и со стоном облегчения вставил в тебя ствол. — Да, вот так. — Ты начала медленно насаживаться, стенки привычно растягивались, плотно обхватывая его член. Приподнимая бёдра, держась за края ванны, ты начала двигаться. Том шипел, поглаживая твои ягодицы.       Его член был идеальным, как и он сам. Совершенно точно подходящим твоему телу, как и сам Том подходил тебе внутренне. Этих драных причин, почему вы должны быть вместе было не десять, их были чёртовы сотни. Начиная от любви к чаю и собакам и заканчивая этим — совершенно подходящими друг другу телами. — Вот черт, — ты едва вскрикнула, оборвав стон, тебя пронзило, когда его член попал в нужную точку. Твои бёдра начинали дрожать. Ты обернулась назад, чтобы найти раскрасневшееся ошалелое лицо с распахнутым ртом. — Ты такая красивая. Такая прекрасная. Вся моя. — Постепенно темп становился рваным и неистовым, вода из ванны щедро лилась на пол, а одна стена была полностью в брызгах. — Том, — моляще простонала ты, когда его ладонь свистяще ударила тебя по ягодице. — Том, ещё…сильнее. — Его рука вдруг потянула тебя за волосы на затылке, приближая к себе, твоя спина выгнулась дугой. Вторая его рука ещё несколько раз так болезненно схватила за ягодицы, что ты каждый раз вскрикивала. — Я сейчас кончу, — тебя почти разрывало от ощущения растянутости и наполненности, когда длинные пальцы сомкнулись на горле. А бёдра Тома стали беспорядочно вдалбливаться в тебя, встречая каждое твоё движение. — Кончи для меня, давай, кончи с моим членом внутри. Ты же это так любишь. Моя тугая нежная девочка. Мммм, моя маленькая шлюшка. — Его голос привёл тебя к пику и ты стала кончать, сжимая его член внутри все сильнее. Его рука на шее сдавила еще и от этого под веками расплывались пятница света. — Черт, детка, моя… моя, только моя девочка, — Том стиснул твою грудь одной рукой, второй перехватив под живот, остервенело насаживал тебя на свой член. И кончил с хрипящим криком, прикусив твоё плечо. Ты обессиленно, тяжело дыша, расслабилась, откинувшись назад. — Я люблю тебя, — лениво шептал он тебе в ухо через несколько минут, как ваше дыхание стало выравниваться. — Я знаю, — откликнулась ты со смешком. — Тысяча первая причина, почему ты мне подходишь. — Том фыркающе рассмеялся и поцеловал тебя в висок. — Я думал, там была сотня. — Число растёт, пока ты внутри.