рассвет

Хосок лежал в постели, почти засыпая, когда Тэхён завозился у него где-то под боком. Забормотав что-то невнятное, Чон вздохнул во сне, а младший встал с постели и направился на кухню, шлёпая босыми ногами по холодному линолеуму. Он открыл стеклянную дверь и вышел на балкон. Небо было почти ясное, лишь изредка по нему проносились пушистые облака. Мириады звёзд были похожи на мелкий бисер, рассыпавшийся на тёмно-синем полотне. У Тэхёна в голове мысли сменялись одна за другой, появляись новые вопросы и ответы на старые. Луна холодно глядела на уснувший город, прикрываясь сизыми тучками, не желая видеть весь тот ужас, который происходил в этом мире. Лёгкий ветерок неприятно проходился по неприкрытым бёдрам парня, заставляя кожу покрываться мурашками. Стоило Киму об этом подумать, как на него накинули бесфформенную толстовку и крепко-крепко обняли. — Почему ты не спишь? — тихо спрашивает Хосок, прижимаясь губами к щеке донсена. Тэхён улыбается, постепенно согреваясь, и разворачивается. — Я разбудил тебя? — Я проснулся, потому что хотел пить. Ким обвивает руками шею старшего и прикрывает глаза. Хоуп всё так же крепко прижимает к себе Тэхёна и чмокает в покрасневший носик. — Вышел ночью на балкон в одной рубашке и стоишь, мёрзнешь, — ворчит Чон, натягивая толстовку на Тэ. Мимолётно улыбается и проводит пальцами по холодным щёчкам. Но тут же улыбка слетает с его лица, и он быстро тащит Тэхёна обратно в спальню. Укутывает в покрывало и садитсся рядом. — Хён, давай не будем спать? Я не хочу. — Давай. Они лежат в обнимку долго-долго, разговаривают, как это всегда бывает, когда они не спят ночью. Вскоре Хосок почти засыпает, но Тэхён трясёт его за плечо, шепча что-то о том, что скоро будет рассвет и что это нельзя пропустить. Небо вдалеке становится светлее, скоро все звезды погаснут и из-за горизонта в сиренеевой дымке покажется золотстый краешек солнца. Чон с трудом разлепляет глаза — подремать ему всё же удалось, и встаёт с кровати. Теперь старший лично проследит, чтобы ТэТэ оделся потеплее. Сам одевается и идёт на балкон за донсеном. Хо садится на стул, где раньше стояли горшки с цветами, а на его коленях устраивается Ким, настраивая фотоаппарат. — Я не тяжёлый? — Вовсе нет. Солнце уже показывается в синеющей дали. С каждой минутой оно поднимается всё выше, освещая первыми осторожными лучами их лица. Тэ наклоняется к Хосоку, мягко целует в сухие губы. Старший прикрывает глаза, поглаживая плечи Кима. Парни наслаждаются друг другом, пока солнце поднимается из-за горизонта и заполняет всё теплым светом. Они не замечают, как город оживает, стряхивает с себя пелену сна и окончательно просыпается. Когда воздух в лёгких заканчивается, Хосок отстраняется от младшего, и смотрит ему в глаза. — Ты уже не будешь спать? — Тебе чай сделать или кофе? Тэхён смеётся, даже не вспоминая про фотоаппарат, который так и лежит где-то среди цветов и многочисенных растений. Он ведь так и не сделал ни одной фотографии. — Вот бы так каждое утро, — мечтательно вздыхает донсен, сползая со старшего. Уходит на кухню и готовит завтрак, пока Хосок не присоединяется к нему, думая, что встречать вместе рассвет — действительно здорово.