Ученик Кросса

- А они не торопились, - тихо прошептал Аллен, осторожно выглядывая из-под склона. По вымощенной набережной шли двое псевдо-информаторов, с недовольным видом громко обсуждающих что-то между собой. – Готов на сто гиней поспорить, что они нам косточки перемалывают… - Угу, - угрюмо протянул мечник, стараясь говорить настолько тихо, чтобы его мог слышать только и исключительно Уолкер, - сволочи… я бы их на холодец разобрал, чтобы базар фильтровали, пи*дошмыги е*анутые… - Погоди заранее ругаться – мы же еще не знаем их мотивов… - Черт бы побрал этих ищеек, - низкорослый недовольно пнул в реку булыжник, упавший совсем рядом с экзорцистами и обдавший их брызгами. – Терпеть не могу это дело! Чего им в их гребанной церкви не сидится-то, а? - Под пи*оров косят, а у самих – глазенки так и бегают! Не хочу, чтобы мои внучата раскосыми народились – перетоплю нахер… - бородатый матернулся, - денег они хотят, не понятно, что ли? И пое*аться нахаляву… черт, надо местных дырок туда заслать – пусть напоют этих доходных святош, вы*бут по-нашему да расспросят. Они тупые, расколются. А не расколются, так мы им конечности лишние поотщипываем да свиньям отдадим! - Сначала мэру расскажем – у него мозги лучше работают, авось придумает чего. Они ж на вид шишки-то важные – у них ж все причиндалы на тряпках из серебра! Ясень пень, что таких искать будут. Пока бояться нечего – позвонить они все равно никуда не смогут, так что за шкуры наши можно не опасаться. А узнают слишком много – завалим, они ж все равно все хиляки бесхребетные… - Хотя этих двоих – можно и толстяку Фреду отдать, - хохотнул бородатый, - он уж говорил, что таких сучек и отжарить можно, а, учитывая, что они и сами в зад не прочь – вообще прибалдеют! Прикинь, как бы под Фредди-то прогибались, у него х*й, как у коня, бабы говаривают. Что правда – воняет он тоже, как конь… - Если хозяин даст добро на это – так и поступим. Нехер выделываться тут, - поддерживающе хмыкнул его собеседник. – И девка у них красивая – сто пудово наша молодежь ее по кругу пустит. Ну, и не жалко. Глядишь, и на постоянку сгодится. А с остальными разберемся, как обычно – мест на всех хватит. - Я думаю хозяин и сам их отжарит, малолетки ведь, а он таких любит. Да и не то, что те – красивые, сучки. Этих двоих – тоже можно по кругу… губы видел? Я бы по таким отшлепал своей штукенцией… больше на баб похожи, чем та же Хэйзи и Лилс… а че? Шлюхи-вжопудавалки и ням-ням-сосалки! – бородатый рассмеялся. – Чай получше наших старух будут, да и задки-то поуже… нормальные соски, чё там таить? - Ага, переодеть – и разницы вообще не видно будет! Белого – так вообще половина деревни поимеет… - малорослый хмыкнул. – Только вот бабы наши опять возникать и защищать возьмутся. Тебе-то хорошо, а у меня таких три в доме. Головную боль устроят… - У меня таких четыре, если ты забыл, просто старшие дочки не живут с нами… И кожа нежная у гадов, я видел. Я бы не одевал, а раздевал, шоб ползали и просили потрахать их… прикинь, крутяк! - Только вот штукенции их всю малину портить своим видом будут, - напомнил тот. – Это место прикрыть – тогда да, конфетка выходит! Белобрысый так вообще, а вот у азиата взгляд жуткий… - Зато – губы, что надо, и кожа гладкая… а если глаза завязать, чтоб не зыркал – баба первый сорт! А мелкий – да, только худоват… знаешь, что я скажу? Если трахать японца этого - он будет материться и вести себя, как грязная похотливая сучка, а белый будет демократично стонать и благодарить, когда на рот даешь – вежливый, б*я… - Пф, зато можно выдрессировать и заставлять называть себя «господином» и призывно помахивать попкой! Красота… - мечтательно протянул низкорослый. – Так, чего-то мы замечтались. Почапали – с нас самих три шкуры спустят, если не уложимся в сроки. Заказчик, говорят, шутки шутить не любит… не хотел бы я эту нашу жизнь снова на хрень всякую менять. - Это точно, но шлюх этих нам оставить стоит – выклянчим. Больно уж экзотики охота! Приелись мне наши бабы… бл*дь, теперь завелся. Может, заказчика вые*ать? Мужики заржали и потопали через мост, продолжая придумывать «мини-извратики». Канда, весь диалог сидевший молча, чувствовал, как глаза его наливаются кровью, а в душе поднимается желание убивать… - Как ты там говорил? «Своиоторванныеяйцесобиратели»? Так вот, позволю тебе выполнить угрозу, но только после того, как закончим с работой, ладно? – улыбнулся ему Аллен, мысленно уже расчленив двух ублюдков и скормив их останки Темплтону. – Я же вежливый... - Вот уж точно, - Канда вздохнул, - и есть же такие уроды… вот минимально – мы им ничего не сделали. Значит, надо отпинать, чтоб было честно. Ну, по делу ведь… - он провел взглядом мужиков, которые неспешно шли по улочке, ведущей вдаль от моста. – когда они скроются – пойдем. - Угу, - согласно кивнул Уолкер. – Нэ, Юу… ты тоже хочешь, чтобы я «называл тебя господином» и «призывно помахивал попкой»? - Нет, это унизительно. Я бы предпочел, чтобы ты называл меня любимым и почаще обнимал… - мечник виновато на него посмотрел, - а ты? - А я и без того всем более чем доволен, - седовласый быстро поцеловал его в губы. – «Похотливая сучка» - не мое. - Это точно, - Юу обнял его, - я вообще такого не понимаю, - он посмотрел на мальчика, - но одно очевидно. Они явно пытаются скрыть источник доходов своего «хозяина» и для этого – готовы на все. И еще. Кажется, наши идиоты – живы. Учитывая настрой аборигенов, не стоит на них сильно давить - лучше рыть самостоятельно и так, чтобы не посекли – искатели целее будут. Ты знаешь, я не фанат искателей, но и убивать невинных, пусть и хронически тупых людей я не дам. Особенно – за какие-то жалкие деньги. Аллен, я думаю, что нам стоит присмотреться к мэру. Устроить слежку. Так он может нас вывести на след. Ну, или подслушаем что-нибудь. Зацепки нужны… - Не думал, что когда-нибудь скажу это, но… - Уолкер вздохнул, - нам очень пригодится Темплтон. Как раз для него работа. Будем надеяться, что успеем. Единственное, что мне пока не понятно – зачем им сохранять свидетелям жизнь… если, конечно, они не про места на кладбище говорили… - Много всего есть. Я думаю, что если сбить свидетелям «умение мыслить», то их можно просто использовать, как бесплатных чернорабочих. Так в Китае было – один умник держал недорогой бордель. Там клиентам давали сильный наркотик – они становились, как животные. А потом – грузили корабли. Удобно, хоть и бесчеловечно. - Кстати, об этом… - Аллен немного нахмурился. – Когда я заговорил про опиум – в глазах тех двоих промелькнул испуг. Кажется, чем-то похожим они тоже тут промышляют… - Возможно, хотя опиум – слабоват. Проверим. Пока что – сведем теорию к тому, что тут занимаются контрабандой, а искатели живы, но находятся в одурелом и еще более бесполезном состоянии, чем обычно. Надо проверить мэра, выход реки и окрестности. Думаю, за мэром начнем наблюдать с завтрашнего дня. Реку проверим сегодня. Окрестности – тоже с завтрашнего. И еще. Я думаю, что удобнее всего будет использовать ту штуку, которую применил ко мне Историк. Я у него выпытал как. Потому что так мы получим одного «кто не состоит на общественном учете». Остальные будут крутиться у всех на глазах, чтобы видели, что мы – ничего не ищем. Будем просто меняться. Чистая Сила сыграет одного из нас, а ее хозяин – сможет искать улики. Как тебе такая идея? - А это можно использовать на мне и наследничке? Мы – паразиты, Чистая Сила от нас неотделима… - Отделяется не вся Чистая Сила, потому что я чувствовал присутствие Мугена. То есть, раздвоение идет за счет создания фальшивого тела, в которое переносится сознание Чистой Силы. Ну, я так понял из того, что написано. Там запись говорит и о том, что «слияние возможно в любой момент и на любом расстоянии». То есть – второе тело, по сути, иллюзия. - Это будет интересно, - хихикнул Аллен. – Поговорить со своей Силой… когда еще выпадет такой шанс? - Мне тут не нравится! – Сибилла надулась. - Почему они ушли? Рэн, нечестно это… давай придумаем супер-пупер план по захвату территорий, а? Мне Аллен, тебе этот, Канда который… ну должен же быть способ. Говорят, бабки-ворожки есть – кого хочешь приворотят. Как думаешь? - Как будто бы я не пытался, - насупившись, жаловался Темплтон. – Пока ничего не взяло! Ни зелье приворотное, в народе именуемое возбуждающим, ни талисманы в виде денег, ни уговоры, они же угрозы… - он тяжело вздохнул, - Богиня все равно не обращает на меня свой взор. Если только молокососа ее как-нибудь нейтрализовать – тогда да, может быть шанс и будет… я-то точно тогда не отступлюсь… - Вот я тебе и говорю – что толку поодиночке кукушек шугать? Давай вместе, одновременно. Идем к бабке – я слышала, что тут ведьма живет. Разве не здорово было бы, чтобы Аллен в меня влюбился, а Канда – в тебя? Ну, в народе же говорят про действие «ведьминых» приворотов?!! Давай, Рэн. По крайней мере – надо попытаться! - Легко тебе, ребенку, говорить, - Рональд хмуро скосил на нее взгляд. – Только вот в случае неудачи мы вернемся к тому, что было раньше. Нет уж, спасибо… ммм… Боги-и-и-и-и-и-иня!!! - Не гони. Они даже не узнают про приворот! – Чика подошла к нему. – Я знала тетку, которая так замуж вышла. Муж так и не узнал. Тут без риска. - Ну, если без риска, - уныло протянул мужчина, потрепав ее по коротким волосам, - ладно, давай попробуем. Все равно вариантов больше не осталось. Хоть я и врач, так что не верю в подобную чушь, но… где там твоя ведьма? - Идем, - Чика взяла его за руку, направляясь к выходу, - сейчас, когда мы уже выполнили поставленный перед нами «общественный план» - самое время уделить часок себе. Я узнала, где ведьма. Так что, думаю, стоит к ней зайти. Знаешь, я тоже слабо в это верю, но пока что лучшей идеи – просто нет… да и… блин, я даже в такое готова поверить, если честно… - Я вижу, - хмыкнул Темплтон, - во всяком случае, материться ты точно меньше стала – влияние молокососа мимо не проходит. - Да столько же я матерюсь, сколько и раньше, просто сейчас тут нет двух узкоглазых раздражающих факторов… ты ж пойми – для меня твой Канда, как для тебя мой Аллен… поперек горла… - Богиня – самое совершенное создание на планете! – оскорбился наследник. – Твой, пф, Аллен и рядом не стоял! - Это называется точка зрения, Рэн. Я думаю то же про твоего: для меня Ал – конфетка, а тот – фе… но, это хорошо. Было бы гаже, если бы мы оба на одного запали… не находишь? Мужчина несильно стукнул ее по затылку. - Не учи курицу жить, яйцо, - важно молвил он, задирая нос. – Чего рассуждать о том, что не случилось в прошлом? Давай лучше о будущем подумаем, когда каждый заберет то, что ему причитается… - Ай-я!!! – Сибилла со смехом запрыгнула на него, повисая на шее мужчины, - ты вре-е-едина!!! - А-а-а!!! Задушишь, обезьяна малолетняя!!! – Рональд приобнял ее, пытаясь ее отцепить. – Слезь, дуреха!!! - Не-а! – снова рассмеялась девочка, попутно щекоча его. - Ты слишком серьезный, господин-доктор! - Кому было сказано, Сибилла!!! – наследник невольно засмеялся и задергался, все еще пытаясь стянуть с себя наглое создание. – Мы же навернемся так, оба!!! - Ну вот, ты смеешься, - девочка легко спрыгнула на пол и обняла его за пояс, утыкаясь носом в живот, - ты ведь хороший на самом деле. И добрый. Тебе просто надо расслабиться и чаще улыбаться. Ведь рядом с тобой сейчас нет дядек и теток, которые постоянно врут потому, что хотят чего-то. Ты можешь быть собой. Разве это не здорово? - Здорово, - невольно согласился с ней мужчина, снова потрепав по голове. – Вот и ты очень хорошая девочка, когда не проказничаешь. Идем, пока, как ты сказала, раздражители не вернулись – рыжий с Ли точно скоро вернутся. - Это точно, - Чика снова взяла его за руку и пошла по направлению к двери, - слушай, Рэн… я знаю, что вопрос – личный очень, но почему ты до сих пор не женился? В смысле, ведь у тебя же были девушки, неужели все такими плохими оказались и ты ни одну не полюбил? - Плохие? Вовсе нет, - пожал плечами Темплтон. – Всех девушек мне выбирала уважаемая матушка, здоровьица ей. Каждая из них была из высокопоставленных семей, желающих получить титул, но мать была настолько наивна, что свято верила каждому, что это все «по любви». Вот и представь себе, как они меня достали. В общем, желание жениться у меня отбили напрочь. И ее нытье по этому поводу никак не помогало этому желанию реабилитироваться… - И ты так и не встретил ту, которой нужен был бы ты, а не деньги? – девочка сочувственно сжала его руку. - Неужели женщины, которые из богатых, не умеют просто любить? Деньги – это ведь приходящее, и ни дружбы, ни чувств, ни радости на них не купишь. Я никогда не разговаривала с теми, которые богатые. Но обычные женщины – они так не ведут себя… у меня была знакомая травница – проститутки часто просили меня к ней сбегать за лекарствами, когда их били. Так вот, она замуж вышла за обычного кожевника. Потом на него местные уроды наехали и они сбежали – оставили дом, все. Но она пошла с ним, хотя оставить дом – это уже большой шаг к нищете… я не понимаю, как можно любить за деньги? Разве это не делает их такими же, как те шлюхи, с которыми я жила? - Тут не совсем так, Сибилла, - улыбнулся ей мужчина. – Дело не в женщинах, а в семьях, которых они выросли, в воспитании и обществе. Мне сложно судить – я родился с титулом, так что я и не знаю, какого это, когда живешь без привилегий. А всем почему-то безумно хочется их иметь… вот отсюда и выходит весь этот амбициозный фарс. - Тогда, почему Канда отказался, если хочется всем? – она вопросительно посмотрела на него. - Я слышала, как они говорили о том, чтобы построить какую-то хибару на побережье и жить там… - Богиня на то и Богиня, что Богиня! – как само собой разумеющееся пояснил Темплтон. – Она выше всех этих низменных и жалких желаний! Не то, что молокосос – тот, как еврей, вечно за деньгами охотится! - Так на Аллена же его учитель долги списывает! Старый козел, который неспособен заработать и транжирит все на выпивку и шлюх… - Сибилла нахмурилась, - он постоянно присылает Аллену счета за свои похождения, а, если тот не заплатит – его просто убьют. Тут дело не в евреях и не в любви к деньгам – я еще ни разу не видела, чтобы он что-то себе покупал. Но я видела стопки счетов на имя «Марианна Кросса»… Аллен – просто попал… - Не такие же там долги, чтобы постоянно о них думать, - как-то неуверенно протянул Рональд. - Ну, я насчитала на данный момент – из тех, что при нем – долга на более чем двадцать тысяч гиней… это очень много, сам понимаешь. Если учесть, что кило лучшего китайского чая стоит двадцать гиней… Мужчина споткнулся на ровном месте, с ужасом уставившись на девочку. - Два-два-два-два-двадцать тысяч?!! Так это ж стоимость всей моей фабрики!!! - Вот-вот… - приуныла Чика, - я видела, как Канда забрал часть его счетов – так, чтобы Уолкер не видел. Кажется, он ему помогает. Но видишь, в чем суть: счета-то только прибывают, он гасит тысячу, а Кросс этот – добавляет две. Я читала их. Там одни коньячки – по сто-двести гиней… теперь понимаешь? И за меньшие деньги голову отрывают… - Боги-и-и-и-и-и-и-и-иня!!! – взвыл Рональд, поднимая к небу восторженный взгляд. – Какое благородство, какое самопожертвование!!! Но… - он мигом скис, - жить тебе таким образом всю жизнь в долгах… - Он их погасил. Я видела. Не знаю, откуда деньги взял, но есть что есть… а еще – я слышала, как Канда разговаривал с Ли. Кажется, он собирается скормить Кроссу все его долговые расписки. Только я еще не поняла – выживет он после такого, или нет… Кросс, говорят, сильный очень… - Пусть только попробует тронуть Богиню – угрызу! - Я сама его угрызть хочу – это не по-мужски. Жить за чужой счет, притом еще и на широкую ногу… я ребенок еще, но даже я понимаю, как тяжело зарабатывать деньги. Так нельзя. Знаешь, я ведь воровала не потому, что мне это нравится – просто на работу меня никто не возьмет: во-первых - я девочка, а во-вторых – мелкая еще. Но есть-то охота… - Ну, сейчас-то делать этого больше не будешь? – строго посмотрел на нее Темплтон, погрозив пальцем. – Черный Орден, вроде как, богатая организация… голодной ты больше точно не будешь… - А мне больше и не надо – только, чтобы было, что покушать, то, что надеть, и то, где спать. Мне ведь и самой не нравилось – просто выбора не было. Хорошо, что меня хоть проститутки к себе взяли – я первое время вообще на улице спала… - девочка вздохнула, - хотя, их мысли о домике на побережье – я понимаю. Здорово, наверное, когда нет постоянно надоедливых людей рядом – только солнце, море, природа… когда тихо вокруг и не надо ни перед кем прикидываться… - Сибилла с тоской посмотрела на мостовую, по которой они шли. За разговором время проходило незаметно, и казалось, что не они куда-то двигаются, а сама дорога летит вперед, - я бы тоже хотела так… домик свой, человека, которого я могла бы любить, и покой – глупо, наверное, звучит… - Отнюдь не глупо, - возразил мужчина. – Очень многие хотят именно этого. И я бы хотел именно этого. Но, по ходу, для меня такой путь закрыт… - он невесело усмехнулся. – Титул – это еще и куча идиотских обязанностей, от которых и плащ экзорциста меня надолго не спасет. А вот ты – ты ведь малышка еще совсем. Все у тебя впереди. - Тогда, когда все закончится – давай просто сбежим? Если не получится отбить наших любимых. Ну, ты – от титула, а я – от одиночества. Обустроимся где-то вдвоем, чтоб нескучно было – и будем искать себе пары, таких, которые нам нужны, а? Я знаю, что это наивно с моей стороны звучит, но я буду тебя любить, как братика, и… - она осеклась, - ой, прости. Ты, наверное, не захотел бы так жить. Да и я – никто. Рональд улыбнулся, садясь напротив девочки, так, чтобы быть с ней на одном уровне и, взяв ее за руку, обхватил ее мизинец своим. - Давай. Это будет обещание, - он приподнял их руки чуть выше. – И я тогда оформлю над тобой опеку. Согласна? Тогда у тебя будет семья и кров, а у меня – человек, о котором я смогу заботиться. Честно, смотря на то, какие отношения у этой четверки… мне, взрослому мужчине, по-детски завидно. А ты мне очень нравишься, Сибилла. Так давай утрем им нос, а? - Давай!.. – девочка улыбнулась ему, вместо «рукопожатия, крепко обняв мужчину, - Ты мне тоже очень-очень нравишься, Рэн! Ты хороший! Я буду тебя слушаться, чтобы не раздражать, а ты будешь улыбаться! Хорошо? - Тогда, - он чуть отстранился, нажав пальцем на кончик ее носа, - больше слушайся остальных. Они же тебе действительно добра желают. Но, - он подмигнул, - я не против, если ты будешь язвить им и капризничать. Девочки такими быть и должны – озорничать и хулиганить в детстве, чтобы потом иметь возможность без сожалений превратиться в настоящих леди. Сможешь? - Я постараюсь, - улыбнулась ему Сибилла, - сразу, наверное, не получится, но раз я дала обещание, то буду стараться, - она замялась. – Рэн, а можно я около тебя буду спать, пока мы тут? Мне страшно в этой библиотеке – там статуи жуткие под потолком и темно. Только не говори остальным, что я темноты боюсь, ладно? - Хорошо, не с малолетками же тебя класть, в самом деле… - кивнул ей мужчина, поднимаясь, но не отпуская ее руки. – Ну, пойдем дальше? Где там дом той ворожилы? Пора за дело браться! И если повезет – вместо одного домика будет два… - Было бы здорово! – кивнула Чика, заворачивая за угол. Улица свернула в сторону от основной массы построек и, казалось, направлялась к окраине, - но пообещай мне, что если даже не получится – ты не будешь сильно грустить, ладно? Я знаю, что будет звучать глупо, но я буду тебя поддерживать, а ты – меня. Даже, если не выйдет – они останутся нашими друзьями, и мы с тобой тоже не одни будем. Это ведь уже не плохо – намного лучше, чем было до того, как эти двое перекрутили весь наш привычный мир. Согласен, Рэн? - Довольно часто остаться друзьями – намного лучший выход, чем идти на любое. Это я уже понял, - согласно кивнул ей Темплтон. – А ты куда умнее и женственнее, чем кажешься на первый взгляд, Билли. Ничего, если я буду так тебя называть? - Ничего, - хихикнула девочка, - меня еще никто не пытался называть ласково, но мне нравится! А ты тоже не совсем такой, каким сначала показался, Рэн. Ты – лучше намного. И знаешь, что? Я думаю, что Канда в одном точно прав – в том, что это очень здорово, что ты – доктор. Знаешь, мне даже кажется, что в тебе – два Рэна. Один – тот, которому пришлось появиться из-за положения, а второй – тот, который доктор - добрый и умный человек. Второго тебе пришлось спрятать, чтобы его не цепляли, но именно он – твоя суть. Ну, это мне так кажется. Прости, если обидела… - Ты меня вовсе не обидела, Билли. В чем-то ты даже права… - мужчина едва заметно хихикнул. - Видимо, мы все такие странные… кстати, - он внимательно посмотрел на свою спутницу, - а ты… ты не хочешь найти своих родителей? Девочка напряглась, пиная камень, который попался ей на пути: - Мои родители умерли. Я это знаю. Поэтому я и жила так – мне просто некуда пойти… но я не очень сильно скучаю – я их уже плохо помню, если честно. А ты… тебе не страшно уходить от твоих мамы и папы? Они ведь еще не знают про то, что ты стал экзорцистом, верно? - Извини, я не подумал… - Рональд ласково провел рукой по ее волосам. – А о моих не беспокойся – я ведь, в отличие от тебя, далеко не ребенок. Исчезни я на некоторое время – даже не заметят. Так что буду просто отзваниваться им периодически – этого с головой хватит. - Ничего, ведь ты не мог о таком знать, - улыбнулась ему Чика, - да и мне просто грустно от этого, но не больно уже. Но это здорово, если у тебя есть родные, которые любят тебя. Я слышала, что порой их опека кажется навязчивой, но это не потому, что они плохие, а потому, что просто хотят, чтобы ты счастлив был. Так что, если я стану тебя сильно донимать с заботой – не обижайся, братик! - А вот я буду навязчивым, сестренка, - улыбнулся ей Темплтон в ответ. – Навязчивым и до безумия баловливым, что возместить тебе те годы, что ты мучалась. Так что тоже не обижайся, Билли. - А я с тобой баловаться буду! – рассмеялась девочка, и, оглядевшись, пошла в сторону небольшого дома, в окнах которого горел свет. - Чтобы ты тоже наверстал годы, в который тебе пришлось быть серьезным! Так будет веселее и интереснее, Рэн! – она приостановилась, - А это он, дом ведьмы… как думаешь, она старая карга в бородавках? - Ага, вся в меня, - с задором кивнул ей мужчина, стучась и толкая дверь внутрь. – Не узнаем, пока не зайдем… - Ага, - Чика уцепилась за его руку и вошла вместе с мужчиной в дом. Дом был на удивление чистым и просторным внутри – несмотря на простоту обстановки, в нем было что-то, что говорило о хорошем вкусе его хозяйки. Ровные дощатые полы были чисто вымыты, большие окна – занавешены светло-песочными шторами, простая, но аккуратная мебель имелась в минимальном количестве, из-за чего было ощущение пространства. Украшениями дому служили подвешенные под потолком букеты сухих цветов и трав, от которых воздух наполнялся слишком изысканным для деревни ароматом и, смешиваясь с запахом горящих в камине дров, приятно щекотал ноздри, успокаивая и бодря одновременно. - Вау. Не так я себе представлял избушку на курьих ножках… - осматриваясь, протянул Темплтон, ступая внутрь. Половицы не скрипели, так что единственным спутником тишины дома являлся потрескивание огня. Хозяйки нигде не наблюдалось. – Кажется, никого… не идти же проверять второй этаж – частные владения, все-таки… - Добро пожаловать, - раздался со стороны лестницы мягкий женский голос. Чика повернулась в сторону, от которой он донесся, и непонимающе моргнула. Женщине, стоящей на лестнице, едва ли можно было дать тридцать лет. Длинные роскошные волосы темно-шоколадного цвета широкими локонами спускались до талии, фарфоровая кожа даже на вид была далеко не по-крестьянски белой и нежной, черты правильного, овальной формы, нежного лица были на удивление добрыми, а огромные, темные, похожие на оленьи, глаза, обрамленные удивительно длинными пушистыми ресницами, мягко смотрели на спутников. Она была средней конституции – не худая и не толстая, одетая в простое льняное белое платье. Словом, вместо «бородавчатой карги», друзей ожидало зрелище диаметрально-противоположного характера. Рональд с трудом подавил в себе желание присвистнуть, вместо этого церемониально чуть поклонившись и подходя к лестнице, подавая даме руку. - Мое почтение, госпожа. Просим прощения за весьма поздний визит. Я Рональд Темплтон, а это моя названая сестра Сибилла. Мы наслышаны о вашем таланте и очень хотели бы воспользоваться вашими услугами. - О, благодарю, - женщина улыбнулась, принимая его руку и осторожно спускаясь с лестницы, - приятно видеть, что есть еще мужчины, придерживающиеся хороших манер. Для этого треклятого села – это просто роскошь… мое имя – Ева Старк, друзья. Чика нахмурилась. «Она что, слепая? Смотрит в никуда…» - Прекрасное имя для прекрасной женщины, мисс Ева, - мужчина накрыл губами ее кисть. – В какую часть дома вас проводить? Хочу заметить, что он у вас просто потрясающий, без лести. Мне редко выпадало попасть в такую атмосферу уюта. Женщина улыбнулась. - Давайте пройдем к камину, надеюсь, вы не откажетесь от небольшого перекуса и чаепития со мной. Увы, гости в моем доме – редкость… - она погладила Чику по плечу, - и спасибо за добрые слова. Кстати, малышка, не бойся меня, я не причиню вам зла, хоть в деревне и многое говорят… - А вы - не видите, да? - Не вижу, - согласилась женщина, осторожно касаясь руки Темплтона и направляясь вместе с ним и Чикой к столу, стоящему около камина, - отрадно поговорить с кем-то, кроме местной быдлоты… после того, как построили стену – я уж и не мечтала о таком. Вы ведь священники, верно? Экзорцисты? - О, так до вас уже дошли слухи? – наследник помог женщине устроиться в уютное кресло. – Конкретно мы – пока еще нет, но скоро ими станем. Вот наши спутники – да, они экзорцисты Черного Ордена. - Это не важно, у вас есть сила, которая может спасти души от зла и боли – это само по себе прекрасно, - женщина неловко улыбнулась и, поднявшись, сняла чайник с крючка в камине, разливая в чашки, стоящие на столе, ароматный отвар из чая и лесных ягод. Сняв белоснежное полотенце с вазы, она указала им на свежее и приятно пахнущее ванилью и шоколадом бисквитное печенье, посыпанное сахарной пудрой, - угощайтесь, и простите, что выбор невелик, - она села в кресло и, повернувшись к Темплтону, нежно улыбнулась. – Так что привело вас ко мне? - Любовь, госпожа Ева, - просто ответил Рональд, подвигая лакомства ближе к девочке. – Мы бы очень хотели просить вашего совета. И помощи, если таковая возможна. Сердца нас обоих томятся от глубоких чувств, но, увы, когда мы встретили наших вожделенных – они уже были связаны нитями чувств. - Понятно, - улыбнулась женщина, - я хорошо понимаю, что вы чувствуете – я ведь тоже прошла через безответную любовь и в результате осталась ни с чем, если не считать этого, – она указала на свои глаза, - увы, я всего лишь врач, а не волшебница или ведьма, как тут говорят. Но, даже если бы и была таковой, то не смогла бы так поступить, хотя бы потому, что не желаю вам зла. Ведь любя кого-то, невозможно хотеть причинить ему вред или оценить его чувства ниже, чем свои, верно? Иначе какая же это любовь? Наследник сглотнул, понимающе кивая. - Вот как. Значит, мы с вами коллеги – я так же являюсь военным хирургом. И мне действительно жаль, что у вас случилась такая история. Я хорошо понимаю, о чем вы, но… сердце пока просто отказывается сдаваться. Но это лишь вопрос времени, не так ли? Ведь вы правы – я уже пробовал идти на те вещи, которые на самом деле мне претили. Из этого ничего хорошего не вышло. И это просто чудо, что моя Богиня простила меня и впустила в круг своих близких… Женщина кивнула: - Это сложно, я понимаю. Но самое разумное, что можно сделать – это понять, что именно вас так сильно привлекло в этой женщине. Я знаю, что говорить такие вещи тому, кто влюблен – жестоко. Но, согласитесь, врач ведь и должен быть жесток, если от этого зависит жизнь пациента. Нет, любовь – это не болезнь, конечно. Но зачастую, она приносит боль куда большую, чем та, которую мы испытываем при ранениях. Вы – добрый и адекватный человек, Рэнди, и я искренне желаю вам найти свое счастье. Но вы, как и я, понимаете, что свое счастье не может быть основано на несчастье другого человека. Примите это, как урок, который преподнесла вам жизнь. Ведь, вполне возможно, что судьбе было угодно просто показать вам то, что было скрыто, дать понимание того, что вам необходимо. Ведь человек – редко понимает то, в чем или в ком он нуждается. Гонясь за яркой оберткой, мы зачастую выбираем самую кислую конфету. Вы не сердитесь на меня за то, что я так разоткровенничалась? - Все в полном порядке, - заверил ее мужчина. – Я и сам давно пришел к такому выводу. Но недавно, - он потрепал девочку по голове, - у меня появился маленький союзник в этом вопросе. У этой малышки очень сильная воля, так что она даже взрослого человека умудряется подстегнуть на, казалось бы, сумасшедшие поступки. Это здорово. Я очень благодарен ей за это. Женщина тихонько рассмеялась. - Вы счастливый, Рэнди. У Вас есть эта малышка и друзья, которые не дадут сдаться. Это, наверное, и есть счастье – избежать одиночества. И, уверена, вы со всем справитесь, ведь хорошие люди – должны быть счастливыми. Не знаю, как там по вере, но так должно быть по совести… - А что насчет вас? Что вы делаете в этой захолустной деревне со странной стеной? – поинтересовался Темплтон. – Конечно же, если это что-то личное – можете не отвечать. - Совсем нет, - улыбнулась Ева, отпивая чай, - я бежала сюда после того, как была опозорена тем, кого любила. Глупо, но так. В этой деревне не было доктора, поэтому я остановилась именно тут. Ну, а потом – застряла. Ведь уехать отсюда, увы, у меня не получится. Да и не смогу уже, - она невесело усмехнулась, - город – плохое место для слепой тридцатилетней женщины. Быть грузом для родных – я просто не хочу, работа мне там, увы, не светит, а замужество – и подавно. - Что за глупости, госпожа Ева? – несколько возмутился Рональд, беря ее за руку. – Нельзя же хоронить себя в столько небольшом возрасте из-за не самого значительного недуга – бывает ведь и намного хуже. Вам ли, доктору, не знать. И если вы не родились такой – весьма вероятно, что это дело можно исправить. Я и сам готов был бы этим заняться! К тому же… то, что я сейчас скажу, так же не будет иметь ни капли лести. Если бы мое сердце не было занято другим человеком – я бы непременно женился на вас. Так что это глупо с вашей стороны – убегать от всех. Ваша доброта с лихвой окупит все остальное. Женщина благодарно посмотрела на него. - Спасибо Вам, но я уже просто ни во что не верю. Моя жизнь – уже много лет пуста, и вряд ли стоит ожидать чуда, вы ведь сами понимаете, Рэнди. Да и… даже если бы я решилась – эту деревню нельзя покинуть, попав в нее. Вам с Вашими друзьями надо бежать. Вы сможете – вы сильны. - Бежать? – переспросил мужчина, вмиг нахмурившись. – Что вы имеете в виду, госпожа Ева? Конечно, наши спутники с самого начала заподозрили здесь неладное, но… вы можете нам сказать, что именно? И мы не можем уйти, пока не найдем людей из Ордена, прибывших раньше нас. А тут еще, как назло, какие-то магнитные бури, из-за чего телефоны не работают… Плечи Евы поникли. - Я… наверное, я должна вам рассказать – остальные не скажут. Некоторые потому, что им это невыгодно, некоторые из-за страха. Наказание за «разглашение» - в лучшем случае смерть… - она вздохнула, - наш мэр – он не слишком хороший человек. Он занимается нелегальным бизнесом, из-за чего тут и стоят стены. Нет никаких магнитных бурь – телефоны просто обрезаны. Деревня изолирована, а все потому… Дверь с грохотом отворилась и на пороге показались два заросших стражника. Ева успела столкнуть Чику под стол, накрытый белой скатертью, доходящей до пола. - Что у вас тут?!! Заговор?!! Отвечай, Старк!!! – зарычал один из мужиков. - О чем вы? – женщина чуть высокомерно посмотрела на них и, встав, подошла к Темплтону, усаживаясь на ручку его кресла и целуя мужчину в губы. - Он мой любовник. Вы так и будете стоять на пороге, или же дадите нам насладиться друг другом? Мужики озадаченно загыгыкали. - Оголодала баба! - Да кроме приезжих – кому она нужна? Она ж ведьмачка! - Точно, - они вышли за дверь, продолжая произносить нелицеприятные вещи и туповато ржать. - Это… это что такое было вообще? – ошалело поинтересовался Темплтон, невольно краснея от близости довольно пышной женской прелести около его лица. Но попыток отстраниться предпринимать не стал. – Билли, ты там в порядке? - Да, - шепнула девочка. - Простите, - Ева виновато посмотрела на него и, неловко отстранившись, попыталась подняться, едва не свалившись обратно, - это охранники. Если… они просто могли донести, а это смерть и для меня и для вас… - Вот оно что… - мужчина серьезно на нее посмотрел, прикидывая что-то в уме. – Госпожа Ева, у вас есть задняя дверь? Билли лучше уйти через нее, на тот случай, если эти амбалы все еще караулят. Я больше не буду ничего спрашивать, раз это угроза вашей безопасности. Нам достаточно того, что вы сказали. Уверен, что остальное мы сможем выяснить и сами. Билли, ты взяла с собой свой кинжал? Сможешь добраться сама? Я задержусь – госпожа явно переволновалась. Да и лучше мне провести здесь некоторое время, чтобы это выглядело правдоподобнее. - Не вопрос! – хмыкнула девочка. – Конечно смогу. - Задняя дверь находится под лестницей. Пройди через подвал – оттуда выход есть во внутренний двор. Там они тебя не заметят, - улыбнулась женщина, - и, малышка, возьми печенья с собой – угости друзей, хорошо? - Хорошо! Оно – вкусное очень! – она замялась. - Рэна не обижайте, ладно? - Не буду, - кивнула женщина, слыша, как девочка шустро покидает помещение, - простите меня еще раз, Рэнди. Я никоим образом не хотела вас обидеть… - Все в полном порядке, не беспокойтесь, - заверил ее Рональд, осторожно подхватывая на руки и направляясь к лестнице. – Простите мне мою бестактность - вам нужно лечь, а я принесу чай. Я успел заметить у вас множество успокаивающих трав. Женщина покраснела и, улыбнувшись, кивнула: - Не за что прощать… знаете, Рэнди, а вы ведь первый человек, который несет меня на руках. Спасибо вам. Вы не сочтете за излишнюю настырность, если я попрошу вас составить мне компанию на ближайшие пару часов? Я так давно ни с кем не разговаривала по душам, что… - Почту за честь, - кивнул ей Темплтон. – Я ведь уже сказал, что задержусь, временных рамок же устанавливать не стал. Побуду с вами, пока вы не утомитесь от разговоров. А уж у людей одной профессии тем наверняка найдется огромное количество. Женщина благодарно улыбнулась ему. - Я завидую вашей избраннице. Вы – прекрасный человек, Рэнди. Я еще никогда таких не встречала. - В таком случае, вы просто уже не помните собственное отражение, - хохотнул тот. – Вы позволите осмотреть ваши глаза? И не расскажете ли о происхождении вашего недуга? Я бы очень хотел помочь вам найти решение этой проблемы. И если не я – всегда можно обратиться к Королевским медикам. У меня там много знакомых… «Прекрасный человек, да? Жаль, что я уже не могу так считать… после всех тех глупостей, что я совершил с Богиней… Боги-и-и-и-и-и-и-и-иня!!! Ты – сама святость, раз простила мне это!!! Вот кто самый прекрасный человек в ми-и-и-и-и-и-и-ире!!! Впрочем, мисс Ева так же действительно прекрасный человек. Я рад, что мы решили сюда заглянуть…» - Не помню, - кивнула женщина, - я ослепла, когда мне было без малого пятнадцать лет. Меня толкнули неудачно и я упала с лестницы. Поломала руку, сломала ребра и потеряла зрение. Вот и весь рассказ. Просто последствия той самой «неудачной любви», Рэнди. Но я – гомеопат, а не хирург и не офтальмолог. Мне сложно судить о том, что тут не так. Врачи же, у которых я была, сказали, что тут ничего не поделать. Хотя, учитывая мой небольшой доход – они бы и не стали… - И как обычно, все упирается в деньги… - вздохнул Рональд. – Что ж. Вам повезло наткнуться на человека, у которого никогда с этим проблем не было. А значит – мы вас обязательно вылечим. Это мой долг, ведь вы рисковали жизнью, чтобы спасти нас. К сожалению, я пока еще не воин, так что ваша помощь действительно была неоценимой. - Зачем Вам становиться воином, Рэнди? – она взволнованно посмотрела на Темплтона. - Вы добры, вы – доктор. Ваша стезя не убивать, но защищать и исцелять. Разве это так уж мало? Я благодарна вам за то, что вы позволили мне излить душу, за то, что я могу говорить, не боясь остаться непонятой. Моя помощь – не неоценима, она адекватна. Ведь… даже малая надежда на то, что мои слова могут помочь вам избежать зла этого места – греет душу. - Прошу вас, не беспокойтесь по этому поводу, - успокаивающе улыбнулся ей мужчина и, заприметив открытую дверь с кроватью, зашел внутрь, осторожно укладывая свою ношу. – А воином меня, как говорят будущие коллеги, обяжет стать новая профессия. Но это ничего, правда. И пожалуйста, не говорите больше на эту тему, хорошо? Чтобы не сболтнуть лишнего. Ну, - он поднялся, снова отходя к двери, - я пойду, приготовлю вам успокаивающие травы. Отдыхайте, госпожа Ева. - Благодарю Вас, Рэнди, - она легла, расслабленно опуская голову на подушку, и тихо добавляя: - какое же счастье, хоть на час избавиться от одиночества… «Да… - согласился с ней Темплтон, медленно спускаясь по лестнице. – Действительно счастье…»