Великий Я и мой Крестраж

      Обматерив с утра и Поттера и это чёртово кресло, я потёр затёкшую шею. Улечься спать туда было почти самоубийством—всё тело ломило от непривычной позы. Именно поэтому я и выдворил Поттера с кровати, едва поняв, что малец проснулся и сидит скучает. Доспал я уже на кровати.       Ближе к полудню, после того, как я проспал пару часов на удобной постели, мальчишка притащил обед. Опять сэндвичи. Далеко, конечно, на такой сухомятке не уедешь, но Гарри старался не привлекать к себе внимания, не дай Мерлин, ещё заметят соседи и пойдут лишние слухи. А в том, что рядом с Дурслями живут шпионы Дамблдора, лично я даже не сомневался.       После обеда Рита Скиттер уже поджидала нас на нейтральной территории на одной из лавочек лондонского парка. Светить свои личности мы не стали и, как оказалось, сделали правильно, потому что тут же получили по копии утреннего выпуска газеты, где Поттера признали нежелательным лицом номер 2. Ну после меня, разумеется.       Мальчишка разве что не ругался нецензурно, когда читал всё то, что добрый дядюшка Дамблдор рассказал прессе о нём. Оказывается, сиротка Поттер мой самый ярый сторонник, который все последние годы тайно служил мне. А добрый дядя Дамблдор виноват, прошляпил становление юного Поттера на тёмную сторону, прощения просим.       И это Поттер, оказывается, призвал на первом курсе тролля в школу, едва не натравив его на магглорождённую девочку. Но, когда по случайному стечению обстоятельств он также попал в этот злосчастный туалет, где тролль хотел полакомиться грязнокровкой (а вот тут даже я подавился, ибо такое нецензурное слово пустили в печать. Да ещё и со слов самого Великого и Светлого!), то ему пришлось умертвить тролля. Ах да,мальчишка ещё и Философский камень прихватил, уведя его прямо из под носа у цербера. А на втором курсе именно Поттер лично вызвал василиска, потому что, цитирую, "он также как и Волдеморт оказался потомком Слизерина и мог командовать тварью", из-за чего окаменело несколько детей. На третьем курсе именно Поттер помог сбежать и скрыться своему крёстному, который, кстати тоже был ярым поклонником Тёмного лорда. Ну хоть тут почти не соврали.       Про четвёртый курс, Дамблдор обмолвился только то, что по итогам расследования, на соперниках Поттера были найдены следы запрещённых заклятий, а поскольку в финальном испытании Кубка, кроме чемпионов в лабиринте никто не находился, то все палки снова достались мальчишке. Видите ли, он всех покалечил, чтобы добраться до Кубка и переместиться к началу ритуала о котором знал и даже, Мерлиновы яйца, лично планировал вместе с Хвостом и Бартемиусом Краучем —младшим. Он сам принёс им Воскрешающий камень и свою кровь, чтобы возродить своего Повелителя.       Дальше я уже читать не мог, потому что живо представил всё описанное. Мерлин, если бы хоть половина из того, что приписывают Поттеру было бы правдой, я бы лично его на руках носил. Сам же мальчишка явно был шокирован такой "правдой". Странно только что дружков его не упомянули ни в одном из его сомнительных дел. — Том, да что это за пиздец такой?! — Горячо воскликнул мальчишка, едва не вышвырнув газету в сторону. — Они что, действительно поверят в это?! И никого не смущает, что эта аля правда всплыла только семь лет спустя?! — Тише, мелкий. — Пришпорил его я, усаживая обратно на скамейку, ибо недогерой решил наворачивать круги возле неё от волнения. — Внимание привлекаешь. — Затем я повернулся в сторону Риты Скитер, на которую с момента нашей встречи наложил Силенцио и оградил барьером на случай, если барышня решится сбежать. — А вот теперь, мисс Скиттер, вы напишите в завтрашнем выпуске следующее...       Судя по тому, как не только Скиттер, но и сам Поттер нервно вздрогнули, вид у меня был явно впечатляющий.

***

       Уже на следующее утро я чуть ли не силой вырывал из рук мальчишки "Ежедневный пророк", в котором Рита Скиттер выложила одну из своих первых статей. Статью в котором, темпераментная барышня раскапывала историю становления Тёмного лорда, начиная с моих детских лет в приюте святого Вула и заканчивая выпуском в Хогвартсе. А поскольку репортёрша писала в своём фирменном стиле, то никто и не заподозрил никакого подвоха. А заканчивалась статья выводом о том, что детство Поттера-младшего очень похоже на детство Тёмного лорда и сомнением в том, что это простая случайность. В самой статье я лишь сделал несколько призрачных намёков на вмешательство Дамблдора, но тем не менее данный контекст прямо-таки улавливался между строк.        Тем же днём мы провели с Поттером кровный ритуал, в котором мне пришлось смешать его кровь с моей, поэтому найти Поттера по заклятью крови теперь не представляется возможным. Поттер официально стал Мраксом. Почему именно Мраксом, не понял даже я сам, ведь мне такой чести не перепало. Хотя гоблины и пытались объяснить что-то про то, что Гарри, будучи сыном магглорождённой колдуньи, изначально был "чище" по крови, чем я, рождённый от обычного маггла. Добавьте к этому целые поколения помешанных на чистоте крови Мраксов и сразу поймёте, что чистокровка приглянулся крови предкам сильнее, пусть и одаренного, но полукровки.       Все документы из гоблинского банка мы изъяли. Зеленокожие с радостью отдали нам все бумаги стоило их припугнуть двум самым нежелательным лицами Британии. Подправив внешность чарами гламура, мы решили пройтись с Поттером по улочкам магической Британии, чтобы посмотреть на реакцию на статью.       Реакция была неоднозначной. Многие, узнав о сложном детстве Тома Реддла, чуть ли не в грудь себя били со словами, что понимают, почему Тёмный лорд вышел таким вот шизанутым. Другие пытались верить Дамблдору несмотря ни на что, но спецвыпуск, который Рита Скиттер обещала пустить в печать уже на следующий день, жаждали получить все.       Спецвыпуск побил рекорды по скупаемости. На каждом углу бурно обсуждалась молодость самого Дамблдора и его интрижка с не менее известным Геллертом Гриндевальдом, который официально значился моим предшественником в рядах Тёмных Лордов. Кто-то предпочитал обсуждать то, как при Дамблдоре упала школьная система образования и как ушли в тень многие предметы, которые изучали основатели всех двадцати восьми чистокровных семейств. Кто-то мусолил тему о том, что, похоже, Дамблдор специально создавал Тёмных лордов. Умница Скиттер туда ещё и Поттера приплела для полноценной картины.       Подумайте только, Дамблдор крутил роман с Геллертом, свёл его с ума артефактами и идеей о бессмертии, в итоге тот стал Тёмным лордом. А потом спокойно схватил и обезоружил своего любовника. Но, увы, всеобщего признания не получил. Поэтому и заполучил бедняжку Тома Реддла, который по стечению обстоятельств, еще и потомком Салазара Слизерина оказался. Лично вырастил, воспитав из бедного сиротки воплощение страха и ужаса, и почти лично победил чуть менее восемнадцати лет назад. Но и тут старика ждало разочарование, ордены и похвалу ему конечно выписали, но вновь ничего толкового. И тут на горизонте нарисовался спаситель всего магического мира Гарри Поттер... Как-то подозрительно, не правда ли? И как так получается, что такой же сиротка вновь проходит почти такой же путь, как в свое время прошёл Том Реддл? Третий Тёмный лорд или очередное творение Дамблдора? Ох, с каким удовольствием я слушал эти пересуды среди толпы, словом не описать.       Приближалась буря. Окончательно она должна была грянуть следующим днём, когда "Ежедневный пророк" должен был пустить в свет выпуск с мало примечательной статьей про суд над Сириусом Блеком. Я специально не советовал Скиттер размещать её на главной странице, чтобы избежать подозрений в давлении на прессу, но те, кто постоянно читают Пророк в любом случае её увидят. И вот уже в этой статье, я подкинул Рите парочку дельных вопросов на тему, почему, зная о том, что Сириус Блэк не виновен в гибели четы Поттер, сам Дамблдор, который и возглавлял на тот момент Визенгамот, не удосужился хотя бы стандартную сыворотку правды влить в так называемого преступника?       Поттер после той скандальной статьи вообще стал самой начитанной крысой, которую я когда-либо видел. Он скупал почти все газеты, тихо забирался в кресло в нашей комнате и, истерически хихикая, читал новости. Кажется, он даже уже смирился с тем, что ему негласно пророчили стать третьим Тёмным Лордом. Впрочем возиться с ним у меня времени не было. Пусть себе сидит и читает, главное под ногами не путается и на том спасибо.       В таком подвешенном состоянии мы пребывали примерно неделю. Ночами, когда Поттер засыпал, я подходил к нему и осторожно касался лба, чтобы "подзарядится". Шрам, как я и ожидал, исчез на четвертый день. Но радовать мальчишку тем, что у него резерв силы как у нас с Дамблдором вместе взятых, я пока не решался. Натворит ещё чего лишнего. Особенно в его нынешнем состоянии, когда он почти перестал разговаривать и просто хихикает тихо в сторонке.       Единственный раз, когда он со мной более—менее внятно поговорил, было на тему его так называемых друзей. Он просил узнать, что с ними стало и почему их нигде не упоминают. Скрипя зубами, я пообещал ему разобраться.       Через Драко я узнал, что обоих его приятелей в срочном порядке забрали авроры. То есть, на момент выхода статьи ни Рон Уизли, ни Гермиона Грейнджер не могли как-то повлиять на неё. Похоже, Дамблдор решил устранить из зоны конфликта всех тех, кто мог здорово подмочить ему репутацию. Ибо если память мне не изменяет, то во всех своих приключениях Поттер побеждал именно благодаря их помощи. Если бы они были посланы самим Дамблдором, то он, несомненно, выложил бы и их подтверждающие слова о том, что Поттер стал тёмным и они пытались этому препятствовать. Значит, выходит, эти дети ничего не знали. Очень опрометчивый ход, господин директор.       Уже на следующий день в "Ежедневном пророке" появилась статья на тему того, куда делись лучшие друзья так называемого Поттера-отступника. И вновь общественный резонанс, вызванный интервью родителей пропавших детей.       Маглорождённую девочку оказывается из родного дома забрали, напоследок наградив её родителей Обливиэйтом. Но Рита Скиттер, конечно, раскопала правду и на полосы газеты легла душещипательная история о том, как трое рослых авроров во главе с Аластаром Грюмом заявились в дом магглов и, оглушив отца семейства, забрали Гермиону прямо из рук матери. Рона Уизли забрали во время того, как он прогуливался со своей названной подружкой Лавандой Браун по улицам Косой аллеи. Сама Лаванда очень красочно расписала о том, насколько по–хамски вели себя авроры и даже отпихнули девочку, в результате чего она упала и сильно ударила руку. Так куда так скоропалительно забрали лучших друзей Гарри Поттера и почему это было столь... грубо?       Прочитав эту статью, Поттер психанул. Психанул и разнёс комнату в щепки, чуть не обрушив на нас чердак данного чёртового дома. Пришлось все спешно восстанавливать и заверить идиота, что я найду его приятелей. Его это успокоило, но не надолго.       Мы по прежнему скрывались в доме Дурслей, странно, но к их дому даже авроры не подходили. Хотя парочку я лично наблюдал у их соседки сквибки Фигг. Палец даю на отсечение, что это заслуга Петунии. Я бы тоже не рискнул входить в этот дом без парочки Непростительных или арсенала зелий, ибо перекричать столь темпераментную даму было почти нереально.       Поттер практически ушёл с головой в газеты. Как я понял, он искал там любую зацепку о своих друзьях. После того случая с чердаком, он вообще перестал со мной разговаривать на какие—либо темы. Видимо решил, что лучше всего действовать в одиночку. Такой расклад дел мне уже не нравился. Поехавший крышей Герой и поехавший крышей Герой с очень огромной силой вещи довольно разные и крайне опасные.       Когда мне уже вконец надоела его молчанка, пришлось вытащить Поттера на разговор. Трёпку словесную я ему задал, поэтому он перестал так себя вести и иногда вежливо интересовался успехами в поисках своих друзей. Успехов в поисках было мало, поэтому предоставить Поттеру ничего нового я не мог. Зато нашёл то, что могло хоть на время, но отвлечь его от данных мыслей.       Прихватив Поттера, я вновь свёл его с Ритой Скиттер и уже через два дня в свет вышло сенсационное интервью Мальчика-Который-Не-Только-Выжил-Но-и-Имел-Наглость-Объявиться. В этом интервью Гарри, по моим скромным советам, предложил аврорам добровольно вернуть ему друзей, иначе "проблем волшебный мир не оберётся и война с Волдемортом покажется игрой в песочнице". Как осуществить данную угрозу не знал даже я сам, учитывая, что большая часть моих последователей сидела в Азкабане, но на всякий случай припугнуть общественность не мешало.       Впрочем, думать о том как действовать в случае отказа авроров, мне не пришлось. Общественность пришла в ужас от одной только мысли, что новый Тёмный Лорд может устроить, если ему не вернуть его союзников. Начались беспорядки и митинги. Здание Аврората ежедневно подвергалось атакам митингующих, которые требовали не будить лихо, пока оно тихо, и просто вернуть Грейнджер и Уизли в их семьи. Под общим накалом страстей политики также не выдержали данного давления и поддержали митингующих, издав соответствующее распоряжение.       Дамблдор пытался что-то противопоставить как глава Визенгамота, но ему очень быстро перекрыли кислород, припомнив все статьи из "Ежедневного пророка" и связь с Геллертом. Орден Феникса был официально упразднён, а всем его членам запрещалось принимать участие в группах и организациях, которые не спонсировались правительством магической Британии.       Едва услышав данные новости я впал в предоргазменное состояние и находился в нём до тех пор, пока Поттер не предложил начать переговоры с магическом миром. Тихо выругавшись, я начал планировать, что же такое предложить магической Британии и потребовать от неё взамен. И опять—таки нужны были средства устрашения. Пожирателей из тюрьмы нельзя было вытаскивать. Иначе поймут, что у прежнего Тёмного лорда, кроме Нового Тёмного Лорда, в прошлом Поттера, ничего кроме этого и нет. Пришлось импровизировать.       Я стал по ночам забирать у Поттера силу. Напивался почти до отвала, а потом шёл к пещере, где по преданиям жили инфери, и вливал в них силу, заставляя подчиняться себе. Хватило меня дней на пять. Поттеру такое ежедневное потягивание силы добавило только сонливости, а мне усталости. Попробуй поноси туда—сюда эту его силу. Зато на шестой день армия инфери стояла у пещеры в полной боевой готовности. По моим подсчетам этих пяти дней хватило на возрождение и создание по крайней мере трехтысячной армии ходячих мертвецов.       Даже сам Поттер охренел, когда увидел с каким войском мы пойдем с ним "договариваться" с правительством.       — Том... Том, да это же.... Офигеть! — Восхищению Поттера не было предела и я удовлетворенно выдохнул. Хоть в этом я преуспел.       Именно с этим войском мы отправились в сторону Министерства магии. Ох, если бы в мои лучшие годы на меня с Пожирателями была такая же реакция, я бы умер от собственного эго. Все, кто видели нас и нашу армию, предпочитали прятаться в домах и лавках с магазинами, а ужас на их лицах грел моё самолюбие. Всё—таки идея с инфери была отличным попаданием в слабое звено магической Британии, ибо уничтожить эту армию можно было только с помощью Адского пламени, а учитывая их численность, сдержать его мощь в пределах города было бы крайне проблематично.       Что касается Поттера, то Новый Тёмный лорд гордо шагал во главе этой армии и едва ли не светился от переполнявшей его радости. А я уныло плёлся следом, уже прикидывая в голове варианты действий на случай, если правительство не впечатлится армией мертвецов и решит спалить их к чёртовой матери.       Однако, как оказалось, без Дамблдора Министерство особо не выступало против наших условий. Едва высокопоставленные министры увидели армию инфери, то перепугались не на шутку. Грейнджер и Уизли освободили чуть ли не мгновенно и вернули в их семьи. Часть моих последователей мне разрешили освободить под условием того, что они дают Непреложный обет, запрещающий им применять магию во вред. Уже маленькая, но победа.       Помилование досталось Малфоям, Снейпу и ещё некоторым не особо важным Пожирателям. Пока я старательно улаживал бумажные вопросы, подписывая с Министерство разного рода документы и соглашения, Поттер попытался связаться с Уизли и его подружкой, но получил осторожный и крайне вежливый отказ от главы семейства, Молли Уизли. Она сослалась на слабое здоровье сына и его подруги и обещала обязательно дать знать, когда им обоим станет лучше.       Поттер расстроился. А расстроенный Поттер это тоже самое, что поехавший крышей Поттер. Как я и думал, не найдя выхода своему скверному настроению этот идиот психанул. Едва отослав инфери обратно в пещеру, я наткнулся на ненавистный взгляд и гнетущую ауру, что начала формироваться у бывшего героя. Чёрт знает, чем бы кончился его заскок, тем более прямо у Министерства Магии, если бы я не решился прервать его начавшуюся истерику. Окружив нас щитом, я быстро подошёл к мальчишке и, наклонившись, впился в его губы жёстким требовательным поцелуем.       С этого моего жеста офигели все. И сам Поттер, и те немногие министры, которые не успели вернутся в Министерство, и репортёры, которые пришли, чтобы запечатлеть нашу встречу с правительством, да и простые зеваки, которые очень не вовремя высунулись из своих укрытий. Эх, жаль здесь нет птицы–гром... Я бы многое отдал за массовый обливиэйт на всех этих свидетелях.       Впрочем моя поцелуетерапия дала свои плоды. Поттер всхлипнул, вздрогнул, а затем схватился за мои плечи, как за спасительную соломинку и принялся неумело отвечать. Чуть погодя я даже ощутил солёный привкус на губах– похоже вместо истерики мне предстоит утешать плаксивого мальчишку.       Простояли мы с ним под этим куполом ещё несколько минут, пока репортёры вовсю и со всех ракурсов принялись фотографировать двух Тёмных Лордов, которых негласно окрестили любовниками. Знали бы они насколько они были близки к истине...       Впрочем, давать им пищу для статей я больше не хотел, поэтому быстро продиктовав послание освобожденным Пожирателям и тем, кому не так сильно повезло, я оперативно аппарировал нас по прежнему маршруту - пару мест в маггловском Лондоне, а затем пригород и такси. В графстве Сюррей, у Петунии Дурсль, снова началась непростая жизнь, когда пришлось силой вливать ей разного рода зелья, а потом тоже самое проделывать с её мужем и сыном. Тёмный Лорд Гарри Поттер, для самых близких- Гарри Мракс, вернулся к себе домой.