Он стал моим Принцем.

      Очередная вечеринка по случаю выхода нового клипа, все празднуют и веселятся. Но лишь один из айдолов сохраняет привычное ему хладнокровие и жёсткость характера. Юнги как всегда во всем чёрном: рубашка, брюки, зауженные книзу, ремень и ботинки, полностью соответствуют его настроению, впрочем как и всегда. Алкоголь уже делает свое дело, особенно после того, как в организм влили очередную порцию эндорфинов.       Напротив него, всегда улыбающийся, милый Чимин. Темно-синий фланелевый пиджак обрамляет его фигуру, блузка без рукавов с v-образным вырезом подчёркивает его брутальность, скрытую от глаз. А этот чокер, надетый на элегантную шею чуть ниже кадыка, просто сносит голову. Какого черта?! Почему ты так прекрасен? — возмущается про себя старший.       Шуга ловит себя на том, что уже с минуту пялится на изгибы шеи и ключицы младшего. Так бы и выебал тебя сейчас! — подумал он, выпивая залпом очередную порцию алкоголя.       Находясь в своём мире, Мин не замечает никого кроме Чимина, сейчас он самый настоящий объект его желаний и вожделения. Больше всего он бы хотел услышать его стоны в номере отеля напротив. — Эй, Юнги-хён, о чем задумался? — нежный голос младшего вырывает его из реальности полной пошлости и разврата, там где они уединились вдвоём. Раздосадованный этим Мин хмурит лоб и вырывает свою руку из-под ладони Чимина. — Ни о чем, мне скучно, вот и сижу… — пробухтел тот фактически себе под нос.       Младший лишь улыбается и что-то говорит в ответ на выпад Шуги. Но тому и дело нет до его слов, ведь мысленно он его уже трахает на этом самом столе, прямо в ресторане. Прервав речь Пака, он резко произносит: — Мне нужно с тобой поговорить, наедине, в номере. — прозвучало это скорее как приказ, нежели предложение. — Конечно, если это что-то срочное. — озадаченно отвечает Чимин.       Его глаза расширенны, видно что он беспокоится за друга. А Юнги не может оторваться от его губ, лёгкий румянец проступает на его лице от пошлых мыслей и алкоголя. Как же я тебя хочу, ты даже не представляешь. — это навязчивая мысль крутится в его голове.       Пак замечает на что смотрит его друг с таким животным взглядом и резко берет хёна за руку, вновь вырывая его из собственных фантазий. — Пойдём, мне кажется, я знаю о чем ты хочешь со мной поговорить. — нежно шепчет Чимин. На его лице вновь расплылась улыбка.       Молча, ничего не говоря своим друзьям, они направились в отель напротив, в номер Мина. Всю дорогу между ними висела напряжённая тишина, ведь любое неловкое движение Юнги могло испугать Пака, но как только они зашли в лифт, у Шуги сорвало крышу, он резко схватил Чимина за шёлковый чекер, просунув под лентой палец, старший натянул его, как удавку, притянул младшего и впился в его такие манящие губы, по телу разлилась волна тепла, брюки жали в самом неприятном месте. Странно, что Чимин не сопротивлялся, а напротив отвечал взаимностью, руки младшего обхватили талию Юнги, а затем начали вытаскивать рубашку из брюк. Их прервал звук лифта, они прибыли на этаж. Время остановилось, на пару секунд парни отпрянули друг от друга. Неловкая пауза, шокированный взгляд, все это не помешало им слиться вновь в поцелуе, уже более интимном, Юнги проникал внутрь Чимина, дразня его своим языком. В ответ рука Пака коснулась паха своего мучителя. — Блять, я хочу тебя! — прорычал Юнги, уперевшись лбом в лицо своего маленького принца.       Одним движением Мин сорвал пиджак с Чимина, замкнув его руки в тиски из плотной ткани. Остановившись на мгновение, он пожирал взглядом каждый сантиметр его тела. — Ты чертовски прекрасен… — фактически простонал старший. Пак дал насладиться ему собой, он и не подозревал, что так нравится Юнги, пошлые взгляды Шуги всегда сопровождали его, но ему и в голову прийти не могло, что тот его вожделеет. — Обещай, что будешь аккуратен со мной… — прошептал младший на ухо Юнги. — Только не говори что… — Ты мой первый… — покраснев пролепетал Пак. — Ох, я постараюсь…сделать все чтобы ты эту ночь не забыл никогда.       Ловким движением он прижал магнитный ключ к замку двери, за спиной Чимина и они провалились в темноту комнаты, не включая свет, фактически спотыкаясь в темноте, они добрели до роскошной двухместной кровати. Замерев на секунду, ещё раз тщательно осмотрев предмет своего обожания и вожделения, Юнги толкнул Чимина на роскошное ложе. Спущенный до предплечья пиджак неудобно сковывал руки, что было Мину на пользу, запустив руку между бёдер Пака, он начал плавно и медленно ласкать его пах, сопровождая весь процесс страстным поцелуями, стоны младшего вырвались наружу, сотрясая их маленькую вселённую, это будоражило кровь, обычно спокойного, Шуги и возбуждало ещё сильнее. — Как ты хочешь чтобы это было? — с ехидной улыбкой спросил старший. — Делай все, что ты захочешь, я знаю… это будет прекрасно… — прошептал Чимин, приоткрыв глаза. В этот момент его длинные ресницы будто разрезали пространство между ними, сократив его до миллиметра. Ну почему ты такой сладкий? — пронеслось в голове у Мина. — Для начала надо покончить с одеждой. Она явно лишняя. — на лице Юнги проступила животная улыбка.       Он всего несколько раз видел его голым и каждый раз был словно сценой из порнофильма. Первым окончательно слетел пиджак, затем рубашка-безрукавка, ремень, брюки, и вот на Чимине только чёрные боксеры и чокер в тон им. Его упругая попа, пресс, выпирающие ключицы, влажные губы от поцелуев старшего — это было выше всякого возможного насилия. — Позволь сделать тебе приятное. — робко попросил Пак.       Шуга не мог отказать ему в этой просьбе. Младший встал на колени перед ним на кровати, как раз на уровне его губ, они вновь сплелись в поцелуи, но это блаженство продлилось не долго, Чимин взял инициативу на себя, его тонкие пальцы проскользили по шелковой рубашке Шуги, пуговицы высвобождались одна за другой, на шее Юнги начали проступать алые следы от страстного желания Пака, спускаясь все дальше, он наконец добрался до брюк. Ремень с широкой бляшкой полетел на кровать, а брюки вместе с трусами упали на пол, Мин от нарастающего возбуждения, скинул одежду с ног, так чтобы она ему не мешала, не дав младшему докоснуться языком до головки напряжённого члена, он повторил манипуляции с его чокером и последний раз поцеловал, а потом, схватив его за волосы, в буквальном смысле, плавно натянул на свое достоинство, комнату окрасили новые звуки — хриплые, сдавленные стоны Юнги, раскатились, как гром среди ясного дня. Чимина это заводило ещё больше, осознавать, что предмет твоей любви так переносит твои прикосновения, кружили голову, язык обволакивал член старшего, гуляя по выпирающим венам, смазка стекала по горлу. Юнги начал наращивать темп, толчки становились все сильнее, он чувствовал как упирается в дальнюю стенку глотки Чимина, от этого невозможно было не кончить. Ощутив внутри своего рта горячую вязкую жидкость, Пак улыбнулся, ему нравилась сама мысль, что всегда невозмутимый и хмурый Шуга кончает и стонет от его ласк. Но на этом все не закончилось, они вновь пересеклись взглядами, Юнги резко схватил ремень лежащий на кровати позади Чимина. — Что ты собираешься делать? — едва слышно сказал Пак. — Руки… Выстави руки перед собой… — хрипя от возбуждения и недавно полученного оргазма, сказал Мин.       Чимин послушно вытянул руки перед собой, лёгким движением Юнги связал его запястья ремнем и тщательно закрепил. Плотная кожа изделия врезалась в тело младшего, это выглядело настолько сексуально, что сносило крышу.       Обойдя кровать сбоку, Юнги схватил за ремень у основания кистей Пака и потащил его вверх по кровати. В этот момент Чимин испугался, его ошарашенные глаза так и врезались в сознание Шуги. — Что ты хочешь сделать? — Я хочу тебя трахнуть, дорогуша, ты это заслужил. На лице Юнги показалась ухмылка, в глазах плясали черти, его подсознание рисовало прекрасную картину насилия над этим милым созданием. — Но…       Палец Мина прервал его, и нет, он не просто прикрыл его губы в знаке «ш-ш-ш», нет, он в буквальном смысле погрузил большой палец внутрь его рта, такого важного и горячего, что на секунду его веки сомкнулись от возбуждения, а младший смекнул и начал обсасывать его, как недавно член Мина. Тот простонал, но испуг на лице партнёра от этого не угас. — Не переживай, я буду нежен, — с этими словами Юнги поцеловал его в лоб, — насколько это возможно, — добавил он напоследок.       Чёрные боксеры с лёгкостью слетели на пол, из прикроватной тумбочки Мин достал прозрачный лубрикант, смазал им средний палец и начал дразнить Чимина, вырисовывая на сжатом мышечном кольце маленький круг, Пак и не заметил как первая фаланга пальца старшего уже погрузилась в него, но последующие действия он ощущал ярче прежнего, миллиметр за миллиметром Юнги погружался в него, затем другой палец. На глазах младшего проступили слезы. — Расслабься, тогда больно не будет.       Чимин тяжело выдохнул в ответ на его слова. — Просто скажи… Ты меня любишь? — Мне кажется это что-то больше, чем просто любовь…       Младший утвердительно кивнул, это означало лишь одно — он готов, теперь окончательно. Юнги смазал свой член и прикоснулся ко входу Чимина, их губы слились в поцелуи, сладкий вкус младшего проникал внутрь Мина так же постепенно, по клеточке, как и его член внутрь парня.       Когда он вошёл на половину, Пак застонал, ох этот сладкий звук, заставляющий погружаться все глубже. И вот он наконец добрался до заветной точки, Чимин изогнулся от удовольствия, ведь Юнги задел его чувствительную, даже девственную простату. Из глаз полились слезы, но не от боли, а от удовольствия. — Что-то не так? — Шуга явно забеспокоился и вышел из парня так же медленно, чтобы не причинить боли.       Впервые он так сильно переживал за партнёра, до этого лишая девушек девственности, ему не было их жаль, никакой жалости, но тут, эти глаза полные слез, смотрели на него, но не с ненавистью, а с любовью, такой чистой и искренней, что не в его силах было причинять маленькому принцу боль. — Всё хорошо… — с улыбкой счастья на лице прошептал Чимин. — Юнги-хен, я люблю тебя. — его ресницы вновь закрыли глаза и он кивнул.       Шуга вновь погрузился в его узкое и тёплое лоно, стоны заполнили комнату, как ему казалось такого тесного номера. Наращивая темп, постепенно, он приносил удовольствие себе и его любимому принцу. Ноги Чимина скрестились на спине Юнги, давая возможность ему погрузиться ещё глубже и стать ближе к своему сокровищу. Ремень, на руках младшего, впился в кожу настолько, что пальцы начали синеть, но Пак этого не замечал, сейчас ему было очень хорошо, его смазка теперь пачкала пресс Мина, ещё пару минут и он кончит. Эта мысль заставила его улыбнуться. Ускоряясь, Юнги тоже начал постанывать, его сдавленные хрипы были лучшим наслаждением. — Как же мне хорошо с тобой. — нежно произнёс Мин, это было ему совсем не свойственно, от чего он испугался где-то внутри себя.       Резким движением он перевернул Чимина, так что тот оказался сверху, наездник из него оказался что надо, так ловко скакать на члене даже у девушек не получалось. Руки Юнги буквально вцепились в плоть его ягодиц, одной рукой он сжимал, а другой шлепал, оставляя красные следы на этой девственной коже. Как же Чимин прекрасен во время экстаза, он стонет, что-то бормочет в агонии настоящего кайфа. Юнги по-настоящему счастлив в такие моменты за него, нет ничего лучше искренней улыбки его маленького принца. — Мне так хорошо… Юнги-хен, я сейчас кончу, не могу больше терпеть. — с досадой в голосе произнёс Пак.       Ещё пару толчков и семя Чимина разлилось по его животу, запачкав простыню и Юнги, но Мин не останавливался, он сново перевернул младшего, на этот раз в пожалуй самую откровенную позу, и поставил его раком, набрав нереально быстрый темп, от чего у младшего свело тело в судорожном оргазме, он наконец кончил прямо внутрь и рухнул рядом со свои любимым принцем.       После того, как эйфория от оргазма кончилась, Чимин почувствовал боль в кистях. — Юнги-хен… — Вот черт, я совсем забыл.       Тот ринулся развязывать ремень. — Сильно болит? — Мин явно беспокоился, голос дрожал. Не хотелось бы везти его в больницу посреди ночи, после их первого секса. — Нет, не очень… Не переживай, пройдёт. — Чимин поцеловал его в щеку, от чего тот моментально покраснел и рывком поднялся с постели, молча направившись в ванную. Видимо я сделал что-то не так или же… Конечно… На что я рассчитывал, идиот! Юнги не может меня любить… Такого как я… — эти мысли поглотили Чимина, он даже не заметил, как старший уже вернулся и теперь смотрел на него. — Может тоже сходишь в душ? — грубо прервав молчание сказал Юнги.       Конечно же он не мог переступить через свой характер, Мин всегда будет таким грубым в жизни и ласки от него просить глупо, если он сам этого не захочет. Чимин молча встал и направился в душ. Юнги перестелил постель на чистую, из запасного комплекта, который заранее попросил ещё утром. И затем лёг на свою сторону кровати, ожидая пока его принц вернётся.       Чимин аккуратно вошёл в комнату, погруженную в темноту, и начал искать свои вещи.       Услышав шорох, Юнги поинтересовался: — Что ты делаешь? — Собираюсь к себе в номер, я теперь тебе не нужен. — слеза катилась по его щеке, словно звезда в ночном небе, озаряемая лунным светом.       Шуга не мог не заметить этого, но постарался сохранить спокойствие. — Зачем? С чего ты это взял? — А зачем все это, для чего? — поинтересовался младший.       Этот вопрос поставил Юнги в ступор. — Ты не любишь меня… Ты мне никогда об этом не говорил, и не скажешь. Ты просто трахнул меня и все, добился очередной поставленной цели. — закончил свою мысль Пак.       Юнги остановил его, схватив за запястье. — Глупый, глупый маленький Чимин, мой маленький принц. Я всегда любил тебя, с первого дня нашего знакомства, я просто боялся, что ты не поймёшь. — ища взаимности в его потерянном взгляде, говорил Мин.       От слов старшего, лицо младшего расцвело улыбкой. — Это правда? — со слезами на глазах поинтересовался он. — Конечно. — поцеловав объект своей любви в лоб, прошептал Юнги. — Не смей сомневаться в моих чувствах. Если я так поступил, значит это все не просто так. — Но ты был так холоден… После нашего… — Прости… Я не должен был так себя вести, побоялся что тебе не понравилось, впредь постараюсь быть наедине с тобой другим, каким бываю очень редко. А теперь давай поспим, ты забрал у меня слишком  много сил. — с улыбкой пролепетал он.       Вернувшись в постель они ещё долго целовались, тела ныли от перенапряжения и вскоре они уснули.