Сказка о том, как Иван женился

Ирен проснулась от ощущения чужого присутствия. Будто кто-то невидимый стоял над  кроватью, изучающе глядя на безмятежно спящих мужчину и женщину. Широко открыв глаза, некоторое время она лежала в темноте. Когда забрезжил первый мутно-серый свет приближающегося нового дня, пошарила по тумбочке и посмотрела на часы. Было 03.50. Утро. В двух шагах на длинном столике рядом с телевизором мирно притулился белый чайничек. Женщина вздохнула и, опустив ноги на прохладный кафельный пол, поняла, что ей больше не суждено заснуть. Остатки медленно испаряющегося лунного света и тёплый солоноватый вкусный морской ветерок умыли, прогнали все страхи и заставили почувствовать себя отдохнувшей. Шуметь, включая чайник, не хотелось, поэтому порывшись в чемодане, Ирен достала купальник и, надев его, смело шагнула в сумрак быстро исчезающей ночи. Небо уже светлело, и звезды быстро гасил пришедший на смену тьме отдохнувший и бодрый день. Призрачно-пустынный ландшафт с серебряной луной, четко прорисованной в небе, исчезал, и она направилась по дорожке в сторону тихо мурчащего огромной велюровой кошкой океана. Спортивная женская фигурка красиво двигалась по мощеной плитами дорожке через линии ещё не отключённых огоньков, к пляжу. Там, бросив на песок вещи, она постояла, остужая тело, и спросила окружающее её пространство: «Для купания как-то рано?». Затем, сделав шаг к прибою и попробовав пальцем ноги воду, ответила: «А мне не спится!» и смело окунулась в тёплые воды... Вынырнув и сделав вдох, она обернулась и увидела стоящую у кромки воды мужскую фигуру: — А я не осуждаю... - сказал мужчина и также смело шагнул в океан. Их переполняли ощущения безвременья и свободы, они превратились в ту бесформенную субстанцию души, которая называется любовью. Они с трудом различали запахи и звуки, кроме ласковых прикосновений и тихой музыки прибоя. Они снова были молоды и счастливы... Наконец, через час мужчина фыркнул, когда маленькая волна ловко швырнула ему в лицо полную горсть капель, и произнёс: — Ну что, вперед, покорим пару пещер! — Конечно, только купим пару верёвок! И они  стремительно повернули к пляжу. *** — Магазины чудесное средство от депрессии для женщин,— с тяжёлым вздохом по-немецки, сообщил мой благоверный, испаноязычной матроне на кассе, извлекая карточку из терминала. — Да, — хихикнула я, — она считает так же, как ты, и одобряет действия. Смотри, как улыбается! — Чертов Родригес, объявись он, не понадобились бы все эти крючки и веревки! — Но он не объявился, а я не хочу ломать ноги, — возразила я и, положив в корзину два фонаря и обойму батареек, внесла свои пятьдесят евро в предстоящий (исключительно ради науки) поход. Для разминки мы решили посетить Рано Рараку и Тонгарики, затем заглянуть в чрево Рано Кау, а ближе к полудню, после ленча, когда схлынет волна любопытствующих, обмотав себя для верности капроновым тросом, попробовать проникнуть на третий уровень и попробовать подземных банановых плодов... Каменоломня Рано Рараку расположена в кратере потухшего вулкана. Именно здесь располагается самая большая коллекция. Истуканы, только появляющиеся из камня, истуканы лежащие, поднятые и... осторожно спускающиеся в сторону океана. Огромное множество разбросанных по склонам горы фигур. Рано Рараку — гора, и истуканы должны быть каменными, но после их осмотра создаётся впечатление, что моаи сделаны из смеси песка, земли и разбитых вулканических камней. Можно предположить, что эта смесь варилась или даже плавилась под высокой температурой, а потом была разлита по формам. Да и вся гора выглядит очень странно. У основания это обычная гора из массива желтой глины, а наверху - как выплавленная под камень заготовка. С какой целью и кто сварил целый холм, из которого рождались истуканы? Но под всеми этими слоями твёрдый камень, и каменотесам приходилось явно нелегко. Ещё один интересный факт. Подобную обожженную смесь можно встретить ещё в Перу в Кахамарке, они  также идентичны, как чрезвычайно похожие между собой стены Куско и Рапа Нуи, разделённые бескрайней гладью океана и тысячами морских миль... Ходили мы долго и очнулись от удивительного дела познавания неведомого во втором часу пополудни. Поэтому, изменив план, махнули в Анакену, где искупались, позагорали и перекусили в маленьком, но очень приятном ресторанчике. Наш путь лежал к кратеру вулкана и в отель. Лабиринты были отложены на утро следующего дня. *** Кратер Рано Кау - маленький кусочек эко системы острова, питающий его пресной водой. Такую красоту почти невозможно передать словами.  Красота непередаваема. Увидев кратер вулкана, я и Хенрик первые полчаса беспорядочно прыгали вокруг с фотоаппаратом, а потом не сговариваясь тихо сидели, всматриваясь в удивительную круглую поверхность  и слушая звуки сказочной природной оперы. За частично разрушенной стеной кратера океан переходит в небо, а небо в бесконечность. Самая красивая картина из всех, когда-либо виденных мной... Под занавес мы подъехали к пещере Ана Кай Тангата. Я уже хотела в город, но Хенрик, прочитавший все, что написано людьми про этот остров, настоял, и мы спустившись к берегу и, рассмотрев шустрых крабов в маленьких лужицах между нагромождением камней, почти на закате зашли под ее своды с целью осмотра петроглифов на сводах гигантского образования. Мы хотели спуститься  в районе пещер Ана о Кеке эт Пойке. Но, рассмотрев петроглифы и довольно большой круглый лаз, вполне широкий и покато-удобный для спуска, решили, что завтра вернёмся именно сюда. *** В шесть часов утра двое одержимых тайнами возились у самой кромки воды, вбивая крючья в скальную породу. Прозрачные воды бездонного синего океана осуждающе взирали на действия двух ничтожных человечков осмеливающихся рисковать своей судьбой ради глупого детского озорства. Женщина сидела на краю выступа у самого входа и смеясь держала рукой толстую нейлоновую верёвку, которую она потихоньку вытаскивала из бобины. Мужчина, забив пару крюков привязывал к ним её конец. Затем они как-то воровато оглянулись и, убедившись в отсутствии свидетелей, собрали разложенные вещи и, прикрепив на смешные красные шапочки фонари, приготовились к спуску. Только каменный истукан на холме, единственный на острове поглядывающий не только вглубь, но и на морские дали, с тысячелетним равнодушием смотрел на копошившихся у пещеры людей. Он давно потерял счёт меняющимся где-то в мире временам года. На его острове редко портилась погода, и даже бушующий рядом океан не интересовал его. Что могли значить маленькие человечки в сравнении с вечным существованием? Но тут женщина достала из сумки ключ и, переложив его к себе в карман, громко произнесла: «Ауф глюк!» Мужчина угукнул и ответил: «Glück: Bier,Würstchen,Leder Hose!» В этот момент под ногами у него зашатался камень и он, поскользнувшись и косо посмотрев на зажатый в руке у женщины предмет, добавил: « Фак!» Истукан просканировал местность и убедился в произнесении части кодовой фразы. Ключ в виде его собственной миниатюрной копии получил сигнал и активировался. Женщина ойкнула, пол пещеры, заскрипев, зашатался и она, успев только схватиться за протянутую руку мужа, стремительно поехала вниз, вместе с мелким гравием и пожитками. Следом за ней, нелепо отставив свободную руку, полетел мужчина. Створки приемной камеры вновь сошлись. На холме перед пещерой сиротливо остался стоять взятый напрокат маленький джип с открытыми дверями. *** Напавший на Ирен ступор медленно проходил. Когда их отправили в полет, она по-детски зажмурилась и, сжав руку Хенрика, просто считала: — Один, два, три, четыре... — гулко звучал голос в тишине тысячелетней горы. На цифре семь ноги коснулись гладкой покатой поверхности и появившийся из ниоткуда встречный воздушный поток  приступил к их торможению. Женщина поежилась. Несмотря на сухой воздух, лёгкая одежда не защитила от озноба. Хенрик придвинулся и обнял её, защищая. Они находились в крошечной камере из вулканического туфа.  Перед ними были только гладкие чёрные стены и тишина. Помещение явно искусственного происхождения было освещено белым светом, льющимся непосредственно из стен. — Ты цела? — разрушил тишину Хенрик, заставив вздрогнуть напряженную, как струна, жену. — Вроде. Где мы? — Вероятно, в какой-то ловушке, но есть надежда... С какой-то целью нам включили свет! — Ты всегда был циником и логиком, — усмехнулась она. — Мы в пещере Аладдина... — Да, только сокровище осталось на высоте километра два и представляет собой наши паспорта и мой лифчик... — Ты без него даже лучше. Посмотри, какая интересная выемка. Они протянули руки и ощупали руками нишу в виде маленькой фигурки истукана. Ирен достала из кармана брелок, а Хенрик ловко вставил его в полость. Раздался щелчок. Люди замерли. *** Ее покой был нарушен лишь единожды. Почти три сотни лет назад в закрытый мир вихрем ворвался примитивный кораблик, быстро уничтоженный патрулем. От него успела отделиться стасис-камера и с тех пор она регулярно наблюдала за процессом умирания существа, лежавшего в нем. Ей было не интересно в этом мире и наблюдения за текущими событиями на планете не доставляли ей больше удовольствия. Как то она провела себе экспертизу и  пришла к выводу  — ей было скучно. Кроме того,  она жалела связанное в стасисе существо. И вот теперь одновременно происходили невероятные события. Стасис был разрушен. Существо обрело хозяина. К ней пришли с ключом переноса и произнесли часть кодовой фразы. Она ждала оставшуюся половину. Но непонятливые существа молчали. И она сама приняла решение. Надо же как-то развлекаться! *** С трудом выкарабкиваясь из смертельного ступора DEX рассмотрел сбившихся в кучу людей, выставивших перед собой палку. Исходящий запах страха наполнил камеру, он сделал шаг в сторону хозяина, шатаясь от слабости, и упал. Люди смотрели с ужасом, но бить непутевую куклу не спешили. — Ребят, да он живой. — И дистрофик.... — Эй, парень, ты как? В этот момент стена напротив стала прозрачной и из неё в пещеру выпали двое. — Маза… твою ж, ты, в коромысло... фака, — громко повторили  вместо Вани  братья Лазаревы. *** Она услышала кодовое слово. «Не ошиблась» подумала она и продолжила наблюдение...