In Spite of Everything, the Stars

Артур широко зевает. Он не спал допоздна прошлой ночью, так как смотрел документальный фильм на BBC, связанный с предстоящим голосованием правительства. Это был в основном отчет о политическом отношении к магии в послевоенной Британии, который сосредоточился главным образом на перспективах партии братства и партии целостности. Утер упрекнул бы его за то, что он смотрел шоу на BBC, новостной канал, по-видимому, капающий с про-магическим уклоном, но Артур нашел это увлекательным. Исторически ни одна из двух основных партий не поддерживала магическое продвижение, но в начале девяностых годов партия Братства выбрала Ровену Аннис в качестве своего нового лидера, и она сразу же изложила политику поддержки и защиты магических граждан в манифесте Братства. Члены ее собственной партии и политические деятели, занимающиеся вопросами честности и неподкупности, выступили с резкой оппозицией, и некоторые утверждали, что именно эта политика не позволила партии Братства выиграть всенародные выборы до 2007 года. Только сейчас, во время второго срока, Аннис, наконец, подтолкнула к идее, которую она впервые предложила почти двадцать лет назад: законопроект о прекращении обязательного микрочипирования магов. Неудивительно, что партия была полностью против. К сожалению для Аннис, несмотря на наличие явного большинства в Палате общин, некоторые из ее собственной партии не желали поддерживать законопроект. Они утверждали, что еще слишком рано, что это может оттолкнуть избирателей, которые предпочитают постепенную интеграцию магов в общество. Незначительное количество других партий в Палате общин разделило традиционные линии — правые, выступающие против законопроекта, и левые, в значительной степени поддерживающие его (за исключением либертарианцев правого крыла, которые утверждали, что микрочипы являются нарушением свободы). Таким образом, и ни одна из сторон не имела большого преимущества. Если голосование пройдет так или иначе успешно, его отец, возможно, перестанет изводить Артура и остальных сотрудников, чтобы они лучше вели дела кампании. На данный момент, обязанности парня — звонить прошлым сторонникам Аркстона, чтобы попросить их проголосовать против законопроекта. Семь лет в компании, и это самая большая работа, которую ему когда-либо доверяли. Он должен быть благодарен за шаг от мальчика на побегушках, но Артур, честно говоря, предпочел бы быть на свежем воздухе, делая поставки, чем взаимодействовать с, возможно, самыми утомительными представителями общественности, с которыми он когда-либо сталкивался. Поэтому, когда его первым делом в понедельник утром вызывают в офис отца, он уверен, что знает, о чем будет собрание. Он делает недостаточно звонков, он не убедителен, его результаты снизились по сравнению со всеми остальными в офисе. Парень предполагает, что ему предстоит еще одна лекция о том, как плохо он все делает. В конце концов, он и прав, и нет. Утер хочет поговорить о голосовании. Но не собирается отчитывать Артура. — Входи, сынок, присаживайся. Это самое теплое приветствие, которое он получил за последнее время. Оуэн, один из парней из отдела наблюдения, уже сел, а Джилли, вечно напуганная помощница Утера, маячит на заднем плане. Отправив Джилли сварить кофе, Утер складывает пальцы под подбородком и поворачивается к Артуру. Тот прекращает возиться с кольцом на пальце и виновато складывает руки на коленях. Кольцо принадлежит его матери, и отец не любит, когда о ней напоминают. — Как дела на четвертом этаже? — Хорошо, хорошо. Я надеюсь сделать сегодня еще около сорока звонков. — Забудь об этом. Я решил, что мы должны играть более активную роль в формировании итогов предстоящего голосования. Артур кивает, стараясь выглядеть заинтересованным. — Магические силы неустанно агитировали за это голосование, и у них есть четыре маленьких шпиона, прочно обосновавшихся в Палате общин. В настоящее время были избраны четыре депутата с магией: Мордред Барретт, Моргауза Принн, Кара Хартли-Крофт и Джулиус Борден. Артур слышал несколько раз и очень подробно конкретное мнение отца по каждому из них. Аннис не скрывала своего желания принять закон, который вводил бы широкие полномочия по защите, чтобы положить конец законодательной дискриминации по отношению к магам во всех областях общества. Артур знает, что это худший кошмар Утера. Этот закон сделает большую часть деятельности Аркстона незаконной. Это, несомненно, будет означать конец компании. — Мы не можем позволить им дойти до этого. Если законопроект о микрочипировании провалится, то они даже не попытаются принять закон о защите. Вот почему нам нужно сделать что-то. Что-то, что покажет, что мы не позволим шантажировать и запугивать страну небольшой группой опасных недовольных. — Окей. Итак… пресс-релиз, или… Артур понимает, что сделал слабое предложение, когда видит проблеск жалости в глазах Оуэйна. Утер раздраженно вздыхает. — Что-то немного больше. Что-то гораздо большее, на самом деле. Он пристально смотрит на Артура. — И я хочу, чтобы ты все уладил за меня. Артур садится немного прямее. — Конечно, — говорит он. — Все, что тебе нужно. Утер слабо улыбается ему. — Рад это слышать, Артур. Потому что мне нужно, чтобы ты кое-кого похитил. Если бы не тот факт, что отец никогда не шутил, Артур решил бы, что его водят за нос. — Что? Утер холодно смотрит на него. — Мне кажется, я выразился предельно ясно. Мне нужно, чтобы ты одолел и обуздал кое-кого, затем отвез его в дом на болотах и держал в заложниках несколько недель. — Зачем? — Чтобы отложить, а еще лучше, остановить голосование. — Какое отношение заложник имеет к голосованию? — Наша цель — человек с большим влиянием в магическом сообществе. Мы отправим анонимную записку с требованием выкупа, в которой ясно сказано магическому кругу — и всем, кому не все равно, — что их маленький друг умрет, если голосование не будет отменено или, по крайней мере, отложено. Артур знает, что он далеко не самый умный человек в комнате, но даже он понимает, что в этом плане есть несколько дыр. Утер смотрит на него с неприязнью, но парень не может удержаться. — Какая нам будет польза, если голосование будет отложено или отменено? Разве они не перенесут его, когда мы освободим заложника? — К тому времени у нас будет время, чтобы ввести в действие альтернативный план. — Но разве заложник не расскажет правду? Если только… — Артур замолкает, чтобы посмотреть на отца. — Ты же не собираешься приказывать мне убить его. Артур не сможет этого сделать, он не сделает этого. Конечно, его отец никогда не зайдет так далеко, но ради голосования… — Не будь таким сентиментальным, Артур, конечно, я не буду. Мы примем меры, чтобы заложник молчал. — Хорошо. Просто… — Артур колеблется, пытаясь избежать ссоры. — Я не совсем понимаю, как это поможет достичь наших целей? — Мы проработали все детали, поверь мне, — пренебрежительно говорит Утер. — Этот план разрабатывался очень давно. — А что если… — Артур, — перебивает его Утер, и усталый тон мира настолько знаком, что Артур автоматически съеживается. — Почему бы тебе не позволить нам беспокоиться об этом? Твое дело — сосредоточиться на похищении. Взгляд, которым Утер смотрит на парня… Артур раньше часто видел его. «Ты меня разочаровал». «Ты всегда разочаровываешь меня». — Хорошо. — говорит Артур. Технически, он должен быть счастлив. Это шанс Артура искупить свою вину. Наконец-то освободиться от вины и стыда за то, что чуть не случилось столько лет назад. Он кивает и делает вид, что заинтересован. — Так кто же является целью? Оуэн берет конверт и выкладывает несколько фотографий на стол перед Артуром. — Это Мерлин Эмрис, и он лежит в основе всего. Это драматическое заявление, но, глядя на фотографии, Артур не может не чувствовать себя немного разочарованным. Мерлин Эмрис — долговязый, плохо одетый мужчина лет двадцати с гнездом темных волос и острыми чертами лица. Кажется, у него есть только одна пара джинсов (черных) и множество футболок с длинными рукавами в сочетании с яркими шарфами и, как ни странно, перчатками без пальцев. В целом, он больше похож на студента третьего курса драматического факультета, чем на «влиятельного человека». Его сомнения, должно быть, видны на лице, потому что Утер наклоняется, чтобы ударить пальцем по столу. — Не позволяй его внешности одурачить тебя. Он советник практически всех влиятельных магов британского общества. Он был закулисным агитатором по каждой части политики, которая вышла из института за последние полтора года. Институт был официально назван «институтом защиты и поощрения магических лиц», но он стал достаточно заметным, чтобы обозначаться одним словом. Это была организационная площадка для практически всего, что связано с магией в Великобритании, и Артур знал, как долго Утер любит разглагольствования об этом. В попытке остановить очередную лекцию, он быстро спрашивает: — Что насчет его биографии? — Двадцать пять лет. Родился в Брайтоне. Родители — Хунит Эмрис, урожденная Чатсуорт и Балинор Эмрис, волшебник, бросил семью, когда Мерлину было десять, умер. Микрочипирован в пять лет, посещал местную начальную и среднюю школу. Блестящие выпускные экзамены, высокий средний балл, окончил школу в шестнадцать. Это все, что мы знаем. Артур хмурится. — Что ты имеешь в виду? — Мы не знаем, что с ним было дальше. — мрачно говорит Утер. — Микрочип Мерлина Эмриса прекратил передачу через три месяца после того, как он окончил школу. — Как такое возможно? — Это невозможно. Технически нет. Микрочипы не могли отказать. В этом весь смысл. Были и более ранние прототипы, которые давали сбои, но модель, которая использовалась в течение последних тридцати лет, была безупречной. Никогда не было зафиксировано ни одного случая ошибки. Они также были полностью защищены от взлома; любая попытка хирургического удаления вызовет тревогу. Были странные группы вроде коллектива Мерсии, которые пытались использовать магию, чтобы деактивировать их, но, судя по всему, это оказалось невозможным. — Вы могли бы сообщить о нем в полицию. — Могли бы, — соглашается Утер. — Но мы решили, что будет лучше, если он не будет знать, что мы за ним следим. У меня были подозрения, что информация о его чипе может однажды пригодиться. — И ты до сих пор не знаешь, почему он отключен? В этот момент Оуэйн берет на себя повествование. — Не особо. Мы знаем, что его отец был связан с коллективом Мерсии, но они распались до того, как достигли чего-либо. Так что ничего определенного. Мы знаем не так уж много. Только отрывки. Эмрис провел некоторое время в Америке и Ирландии; мы думаем, что также в Японии и Норвегии. Ходят слухи, что он участвовал в беспорядках в Питтсбурге в 2010 году, но это могут быть только слухи. Мы почти уверены, что он был в Вашингтоне примерно в то время, когда был отменен магический акт о наблюдении. Есть видеозапись, на которой кто-то похожий на него участвовал в марше на Капитолий. — Так когда он вернулся на ваши радары? — В июне прошлого года он прибыл в Лондон и был назначен ассистентом по магическому продвижению в Институте. Мы следим там за всеми, так что я сразу же завел на него дело, и тогда мы поняли, что пропали годы. Овейн передал документ через стол Артуру. — Мы наблюдаем за ним с тех пор, но, честно говоря, у нас не так много информации. Он передает еще один лист. — Мерлин живет в однокомнатной квартире в Сток-Ньюингтоне, ездит на работу на автобусе 76, три или четыре раза в неделю останавливается выпить кофе в кафе «Белый Дракон» рядом со станцией «Ректори-Роуд» и редко выходит из дома по выходным. Он навещает свою маму в Брайтоне каждые несколько недель, но, кажется, не общается ни с кем другим. О нем нет информации в интернете, его жесткий диск магически защищен, и он тщательно разрывает все документы, прежде чем выбросить. Обычно профессиональный тон Овейна уступил место легкому разочарованию, и это почти заставляет Артура рассмеяться. Этот парень, Эмрис, явно заставил его изрядно попотеть. — Команда Оуэна сделала всю работу за тебя, я предлагаю тебе понаблюдать за этим районом несколько дней, чтобы ты смог выбрать время, — быстро вмешивается Утер, и желание Артура смеяться исчезает. Неужели его отец думает, что он не может понять это сам? — Он, как правило, работает допоздна, и его квартира находится на тихой улице. — добавляет Оуэн услужливо, как будто Артур гребаный идиот, что он может просто подойти к Эмрису средь бела дня и затащить в машину. Артур сдерживает резкую реплику и вместо этого кивает Оуэну. Это не его вина, что все в Аркстоне думают, что Артур невежественный дебил. Он не так уж много сделал, чтобы доказать их неправоту. — Итак, железо, — говорит Оуэн, превращаясь в бизнесмена. — Вот бирка на лодыжку. Стандартные полицейские выпускают магические глушители, но этот с некоторыми модификациями от ребят из лаборатории. Это не только заблокирует его магию, но и сделает его не отслеживаемым магическими средствами. Никакое заклинание не найдет его, когда ты его запрешь. — Удобно. — комментирует Артур. Это похоже на массивный черный браслет. — Но это не самое лучшее. Оуэн какое-то время молчит. — У него есть встроенная очистка памяти. Когда ты снимешь это, все, что произошло с момента, когда ты впервые надел его, будет полностью стерто из сознания «жертвы». Вырубим его, когда закончим, снимем и уйдем. Он не сможет вспомнить, что произошло. Артур бледнеет. — Это… — он замолкает, тщательно подбирая слова. — Это похоже на магию. — Так и есть. — произносит Утер, и Артур в шоке смотрит на него. — Но мы не можем… — Артур, мне нужно вернуться на пятый этаж через десять минут, не возражаешь, если мы закончим? Я был бы рад ответить на любые технические вопросы по электронной почте. Тон Оуэна вежлив, но Артур все равно чувствует упрек. — Я… хорошо. — говорит он. — Но если он увидит меня до того, как я включу устройство? — Как только эта работа будет закончена, ты все равно должен будешь залечь на дно. В том маловероятном случае, если он тебя вспомнит, ты исчезнешь из поля зрения. Затем Утер одаривает Артура странным взглядом. — Я подумал, что ты мог бы поехать и провести некоторое время в Южной Америке. Освежи свой испанский. Когда-то это был твой план, не так ли? Выражение лица Утера почти снисходительное, и сердце Артура слегка подскакивает. Тот факт, что его отец ссылается на его прошлые цели — с полуулыбкой на лице — беспрецедентен. Если он это провернет — все будет забыто. Наконец-то его смогут простить. Не только простить, но освободить его от договора с компанией. Свободный, наконец, попытается сделать что-то для себя, на своих условиях. На этот раз с благословения отца, а не за его спиной. Артур не может поверить, что все так просто. — Разве я тебе здесь не понадоблюсь? — Мы обойдемся без тебя год или два, — лениво говорит Утер. Через год или два. С таким же успехом это может быть целая жизнь с точки зрения Утера. Его отец никогда раньше не делал таких уступок. Артур кивает, внутренне ликуя, и снова обращает внимание на Оуэна. — Прекрасно. Я дам тебе устройство и ключ, который его откроет. Оуэн протягивает вещи через стол. — Сделай его своей главной целью, — предупреждает Оуэн. — У нас нет текущих данных о том, насколько силен этот парень, поэтому мы не хотим рисковать. — Однако, — говорит Утер, — его первоначальная оценка — ниже среднего уровня. Он, возможно, научился нескольким новым трюкам во время своих путешествий, но я не думаю, что он представляет большую угрозу. Оуэн достает маленький серебряный портфель, открывает его и показывает два шприца и несколько бутылочек с лекарствами. — Успокоительное на случай, если тебе понадобится его утихомирить. Мы дадим тебе фургон, чтобы перевезти его, он полностью звукоизолирован. Возьми с собой аптечку, лучше быть в безопасности, чем потом сожалеть. Утер учил Артура всегда иметь под рукой полный медицинский набор, в комплекте с дезинфицирующим средством, обезболивающими различной силы и всеми основами первой помощи — рядом с инструментами для сшивания ножевых ран или удаления пуль. Дом в болотах уже оснащен большинством вещей, которые ему нужны: наручниками, веревкой и другими предметами, необходимыми для операции. Этот Эмрис не первый гость, но это будет первый раз, когда Артур будет за главного. Эта мысль вызывает у него гордость, но и небольшое чувство тошноты тоже. Он ждал семь лет, пока отец доверит ему что-то настоящее, и вот, наконец, это случилось, и он нервничает. Если что-то пойдет не так? Что, если он все испортит? Что, если Эмрис сбежит, или одолеет его? Он решает отложить эти заботы в сторону, и сосредоточиться на следующих нескольких днях. Он знает, что хорош в этом: хорош в наблюдении, планировании и изучении рутины человека. Он даже не беспокоится о самом похищении. Он просто должен сосредоточиться, и сделать все шаг за шагом. Когда Утер увольняет его, в прощании с отцом появляется смутная атмосфера «нет времени, я спешу», и поэтому Артур собирает свои вещи и направляется прямо в кафе «Белый Дракон», надеясь, что сегодня вечером будет один из дней, когда Эмрис решит прийти. Он надевает очки для чтения, открывает ноутбук и запоминает информацию, которую ему выдали, наизусть. Это все довольно стандартные вещи: школа Эмриса, его политические пристрастия, любые известные романтические отношения. Артур умеет хранить информацию, и ему не нужно много времени, чтобы почувствовать удовлетворение от того, что он запомнил все детали, поэтому он берет себе кофе с печеньем и ждет. * * * Он так погружен в то, чтобы не привлекать лишнего внимания, только время от времени позволяет себе поднимать взгляд со своего места, обращенного к двери, что почти упускает момент, когда Эмрис действительно входит. Сейчас около половины восьмого, и его глаза устали смотреть на экран. Артур начинает задаваться вопросом, как долго он должен оставаться здесь, когда понимает, что человека, стоящего у стойки, не было минуту назад. Он с любопытством разглядывает фигуру. Затылок не очень помогает, хотя стрижка и цвет волос кажутся правильными. У него пальто, поэтому Артур не может видеть, носит ли он футболку с длинными рукавами или шарф, но черные джинсы кажутся знакомыми. Затем он замечает перчатки без пальцев, и его живот слегка подскакивает. Это он. Как будто Вселенная хочет подтвердить подозрения Артура, человек оборачивается и смотрит в сторону Артура. Первая мысль Артура — что фотографии не передали полного образа: да, одежда все та же, растрепанные волосы те же, но… Здесь он кажется выше, и он не выглядит таким болезненно худым, как на фотографиях: ему идет эта худоба. На самом деле, если бы он не был магом и мишенью, Артур почти бы подумал… Но он волшебник и цель, поэтому Артур изгоняет эти мысли, прежде чем они укоренятся и бросает взгляд обратно на свой ноутбук. Он думает, что Эмрис смотрит на него еще секунду, потом поворачивается к стойке и берет свою чашку на вынос, выходя из кафе. На следующий день Артур придерживается другой тактики и сидит в пабе на углу улицы Мерлина, зная, что Мерлину придется пройти этот путь от автобусной остановки до квартиры. Конечно, он появляется около четверти девятого, и Артур наблюдает, как он идет к своему дому, отмечая, где он держит свои ключи, сколько времени ему нужно, чтобы вытащить их, сколько раз он должен повернуть замок. Артур еще не решил, как его взять, но думает, что поздно ночью за пределами его квартиры — лучший вариант. Если он остановит фургон в нужное время… Это требует больше размышлений. Артур возвращается в кафе на следующий день и рад, что он правильно оценил, когда Эмрис снова появляется около половины седьмого. Только на этот раз он остается. Это маленькое кафе, и там всего несколько свободных мест, одно из которых за соседним столиком с Артуром. Артур быстро закрывает вкладки, которые могут показать любую связь с Аркстон, а затем решает, что весь ноутбук слишком рискованный и выключает его. К счастью, у него в кармане есть книга в мягкой обложке, которую он купил в Оксфаме, и он быстро берет ее и открывает. Конечно, как будто это судьба, Эмрис выбирает столик рядом с ним. Артур пытается наклонить свою книгу так, чтобы он мог наблюдать за парнем поверх нее. Эмрис усаживается на свое место с легкостью человека, который бывал здесь много раз, поставив чашку на стол. Затем добавляет в кофе две ложки сахара, заставляя Артура внутренне вздрогнуть. Артур никогда не добавляет сахар, и твердо верит, что он не нужен в кофе ни при каких обстоятельствах. Следующие десять минут, или около того, довольно тихие — Эмрис потягивает кофе и смотрит в пространство. Но через некоторое время он достает из кармана ручку и блокнот, прежде чем снять перчатки без пальцев. Артур не может не смотреть. На тыльной стороне его рук две татуировки с изображением птиц. Артуру никогда не нравились татуировки. Он всегда считал, что они портили кожу, и многие рисунки были слишком броскими, а люди просто пытались выделиться из толпы. Однако татуировки Эмриса не заставляют его так думать. Его тянет к ним. Птицы выглядят… как-то странно живыми, как будто они могут внезапно улететь. Эмрис поднимает глаза, и Артур торопливо возвращается к своей книге, смущенный тем, что его так поймали. Отец убил бы его, если бы знал, что он совершает такие ошибки. Он качает головой и собирает свои вещи. Сегодня не стоит больше задерживаться — он слишком бросается в глаза. Артур возвращается на следующий день, зная, что время истекает. Утер хочет, чтобы это было сделано к концу недели, а осталось всего два дня. Парень ждет на автобусной остановке через дорогу, пока не видит знакомую фигуру, выходящую из 76-го. Артур решает перейти дорогу и проследить за ним, просто чтобы проверить, каким маршрутом он идет домой. Они на Сток-Ньюингтон-Хай-Стрит, когда Эмрис останавливается, чтобы завязать шнурок. Артур не может остановиться, поэтому он решает идти дальше, надеясь, что Эмрис продолжит, прежде чем он доберется до него. Артур в нескольких метрах от него, когда Эмрис, наконец, выпрямляется. Он едва сдерживает вскрик, когда мужчина внезапно поворачивается к нему лицом. — Ты следишь за мной, — прямо говорит он. — Почему? Черт. Эмрис умнее, чем кажется. Артур открывает рот, чтобы дать слабое оправдание, но вдруг ему в голову приходит идея получше. Он слегка опускает взгляд, как будто ему неловко, а затем застенчиво смотрит на Эмриса. — Извини, я просто… я не очень хорош в этом, но… я бы хотел как-нибудь выпить с тобой кофе. Эмрис выглядит совершенно сбитым с толку. Он открывает рот и снова захлопывает его. — Я не хотел следить за тобой, — серьезно говорит Артур. — Я видел тебя в кафе пару раз и я… я просто пытался набраться смелости поговорить с тобой. — О, э-э, нет, все в порядке. Я просто подумал, что ты… — Мне жаль. Я пытался догнать тебя, но ты быстро идешь. — Да… привычка, — медленно говорит Эмрис, оглядывая Артура сверху вниз. — Итак, раз уж мы заговорили… что тебе нравится? На самом деле он надеется, что это отличный план. Если Эмрис будет доверять ему, как на свидании, похитить его будет гораздо проще. Мерлин все еще выглядит слегка удивленным, глаза пристально оценивают Артура. Затем, неожиданно, на его лице появляется улыбка. — Конечно, почему бы и нет? Артур мысленно выдыхает. — Отлично! Кстати, меня зовут Артур. — Мерлин. — Необычное имя, — говорит Артур, а затем беспокоится, что он может немного переигрывать. Эмрис не выглядит подозрительным, он просто смеется. — Ты не первый, кто говорит мне об этом. Я умолял маму позволить мне поменять его на Джейми или Тома или еще что-нибудь, но… Школа была адом. Артур автоматически улыбается, но в голове уже строит планы. Им придется встретиться на людях, но если он предложит Эмрису подвезти его до дома, он припаркуется на пустынной улице… Парень понимает, что Эмрис ждет, когда он заговорит. -Ну что ж, значит завтра я назначаю тебе свидание, — говорит он, приходя в себя. — Завтра? Очень самонадеянно. Откуда ты знаешь, что у меня нет других планов? — Ты их отменишь, — говорит Артур и улыбается, и Эмрис закатывает глаза. — Хорошо, но лучше бы это того стоило. Я говорю о незабываемом первом свидании. — О, ты даже представить не сможешь, — думает Артур. * * * Он должен перестать быть таким подозрительным. Кара, Фрея, и даже Эдвин — посоветовали ему успокоиться. — Мы больше не в плохих старых временах, Мерлин. Нам не нужно все время оглядываться через плечо. Господи, через месяц мы будем свободнее от слежки, чем когда-либо. Ты можешь перестать вести себя так, будто Штази собирается сломать твою дверь посреди ночи? Мерлин ничего не может поделать. Он так долго был в состоянии боевой готовности. Несмотря на то, что он знает, что направление ветра, наконец, меняется, он чувствует себя уязвимым. Годы за спиной забыть невозможно. И все же, было бы неплохо немного притормозить. Не чувствовать себя постоянно преследуемым. Все шло вперед, он должен продолжать говорить себе это. И следующий месяц станет огромным шагом, если законопроект будет принят. Может быть, он мог бы позволить себе ослабить настороженность. Он имеет это в виду, когда оборачивается, чтобы противостоять горячему красавчику, но… парень заикается о свидании. Это не первый раз, когда он видит этого парня, и инстинкты Мерлина, отточенные до предела после всего этого времени, подсказывают — за ним следят. Он в боевой готовности, тело уже пульсирует адреналином, готовое драться или бежать. В голове все перемешалось: он журналист, который хочет разоблачить меня, он правительственный шпион, ищущий информацию, он магический ненавистник, который хочет похитить меня и запытать до смерти. Парень собирается выплюнуть решительный отказ, но внезапный образ Фреи мелькает в его голове. «О, Мерлин. Я знаю, что на твоих плечах тяжесть всего мира, но постарайся иногда немного повеселиться.» Один из самых красивых мужчин, которых он когда-либо видел, стоит перед ним, краснея, пытаясь приударить за ним, а Мерлин заподозрил в нем какого-то вдохновителя-диверсанта. Может, ему стоит прислушаться ко всем советам, и немного расслабиться. Что плохого может сделать одно маленькое свидание? Если он журналист или шпион, все, что нужно сделать Мерлину — это не говорить ни о чем, что связано с магией. — Конечно, почему бы и нет? — говорит он, и не может не быть польщен тем, как приятно выглядит парень. Он, кажется, становится менее застенчивым, что хорошо, так как Мерлину нравятся уверенные в себе. На самом деле Артур совершенно самоуверен, когда они подтверждают детали даты, и Мерлин ненавидит признавать, но это его заводит. Ему всегда нравились слегка заносчивые парни, главным образом потому, что ему нравилось ставить их на место. Когда Артур передает свой номер телефона, их пальцы соприкасаются и посылают мельчайшее покалывание вниз по руке Мерлина. Это хорошая идея. Он заслуживает того, чтобы хоть раз в жизни освободиться. На следующий день он пребывает в любопытно-взволнованном состоянии, когда идет на работу. Эдвин комментирует, каким веселым он выглядит, а Мерлин просто улыбается. Позже, когда они практикуют целебные заклинания в комнате отдыха, Мерлин обнаруживает, что у него получается гораздо лучше, чем обычно. Он быстро вяжет рану на руке тренировочного манекена, и едва оставляет шрам. Эдвин лишь негромко присвистывает. — Хорошая работа Мерлин, это был глубокий порез. Разве не ты говорил мне на прошлой неделе, что исцеление — твоя самая слабая область? — Да, — широко улыбается Мерлин, — Сегодня это немного… легче. Эдвин секунду изучает его, а потом удовлетворенно кивает. — Это потому, что ты в хорошем настроении. Я знаю, ты думаешь, что это обман, но есть причина, по которой я всегда говорю тебе о важности телесного равновесия, когда дело доходит до магии. Мы все работаем лучше, когда мы счастливы, когда у нас нет стресса, когда мы хорошо едим и заботимся о себе. Он хлопает рукой по плечу Мерлина. — Ты всегда так напряжен, так беспокоишься о том, что произойдет. Приятно видеть, что ты выглядишь более расслабленно. Мерлин добродушно закатывает глаза. — Да, хорошо, заткнись, я понял, — говорит Эдвин. — Думаешь, ты готов попробовать сломанную кость? Мерлин кивает. Сегодня он чувствует себя готовым ко всему. На этот раз он уходит с работы пораньше, к большому удивлению Фреи на стойке регистрации, которая утверждает, что не видела, чтобы Мерлин покидал здание до шести. Мерлин просто целует ее в щеку, и обещает позвонить ей в выходные. — Да, и ты сможешь рассказать мне все о том, кто заставляет тебя так улыбаться! — она радостно кричит ему вслед. — Не думай, что я не понимаю, Эмрис! Он улыбается всю дорогу домой, а там направляется прямо в душ. Мерлин встречается с Артуром в половине седьмого, во вьетнамском ресторане в Шордиче; он никогда там не был, но погуглил его, и это место не казалось слишком причудливым или вычурным. По словам Артура — ресторан довольно шикарный, и парень боялся, что окажется в каком-нибудь мишленовском ресторане, где официанты дадут ему три отдельные вилки и будут насмехаться над его татуировками. Он просто хочет приятно провести вечер. Когда он выходит из душа, то использует немного одеколона, который Гвейн дал ему в качестве прощального подарка, и который он, как правило, никогда не использует, потому что это заставляет его погружаться в пучину воспоминаний. Но сегодня острый цитрусовый аромат заставляет его думать только о предстоящем вечере, и он чувствует легкое трепетание в животе. Волнение не только из-за Артура. Да, Артур очень привлекателен, и Мерлин определенно с нетерпением ждет знакомства с ним, но дело не в этом. Мерлину двадцать пять лет, и он ни разу в жизни не был на свидании. У него были интрижки с людьми, короткие интрижки в путешествиях, большинство из которых длились всего одну или две ночи, пока он оставался в определенном городе. Его встречи часто были интенсивными, заряженные осознанием того, что завтра он снова уйдет, и риском, который он принимал, позволяя кому-то приблизиться к нему. Не было возможности просто провести время с кем-то, познакомиться с ним, не спеша узнавать. До недавнего времени он не обращал внимания на возможность того, что у него могут быть отношения с кем-то. Цена казалась слишком большой, риск того, что правда о его чипе будет обнаружена, о его силах… Только в прошлом году в институте — где он, наконец, почувствовал себя достаточно устойчивым, чтобы исследовать свою магию, и изгнать некоторых демонов, которых он носил, можно было даже рассмотреть возможность любви. И Мерлин понял, что хочет этого. Более того, он жаждал этого. Но остаточные страхи не уходили, и он обнаружил, что тянет время, оправдываясь, почему он не может пока выйти на улицу. Возможно, он сможет жить нормальной жизнью. Достаточно нормальной, чтобы пойти на свидание с симпатичным парнем и не беспокоиться ни о чем, кроме как о том, не застрянет ли у него еда в зубах. Внезапно у него закружилась голова, и он высунул язык перед зеркалом. Он притворится обычным человеком сегодня вечером, притворится, что у него нет забот в мире, и, возможно, когда-нибудь это действительно сбудется. Он заходит в спальню и рассматривает содержимое шкафа, пытаясь решить, что надеть. Несколько месяцев назад он купил несколько новых джинсов, но до сих пор не носил их, они были немного туже, чем обычно. Фрея вытащила его в магазин и настояла, чтобы он купил их, утверждая, что они идеально подойдут, когда он выйдет на улицу. Она прекрасно знала, что он никогда этого не делал, но, возможно, могла предвидеть будущее лучше, чем он; джинсы выглядели идеально для сегодняшнего вечера. Парень кладет их на кровать и выбирает голубую рубашку с закатанными рукавами. Это похоже на правильное сочетание между деловым и повседневным стилем, и ему нравится, как он показывает свои татуировки. Мерлин почти уверен, что Артур на днях пялился на его руки. Он не хочет признаваться себе, что поднимает больше шума, чем обычно, по поводу одежды, пока не открывает ящик с нижним бельем. Тот факт, что он делает паузу, прежде чем вытащить пару темно-синих боксерских трусов, является признаком того, что он не может игнорировать. Ему интересно, увидит ли Артур его раздетым сегодня вечером. Даже мысль об этом вызывает у него легкое покалывание, и он сразу смущается. Он не малолетний школьник, а Артур не будет первым, кто увидит его голым, если дойдет до этого сегодня. И все же… Он хочет жить, как другие люди. Быть небрежным в сексе, ходить на танцы и покупать выпивку, приводить людей домой, когда ему захочется. Он никогда не позволял себе жить настоящим. Мерлин решает, что если Артур захочет пригласить его домой сегодня вечером, он позволит ему. Он надевает красивое нижнее белье, узкие джинсы, отглаженную рубашку и выходит из дома. Артур уже там, когда Мерлин приходит, и встает настолько официально, что Мерлин задается вопросом, не собирается ли тот отодвинуть стул для него. Он так же хорошо выглядит, одетый в черную рубашку с искусно растрепанными волосами. Они обмениваются немного неловким приветствием, и на мгновение Мерлин задается вопросом, действительно ли им есть что сказать друг другу. Но затем Артур внезапно выдыхает. — Что? — Ничего, просто… мне нравятся твои татуировки. Он говорит это не просто из вежливости, Мерлин видит, что он действительно так думает. Его глаза устремлены на листья, которые вьются по предплечьям Мерлина, как будто он ими очарован. Мерлин польщен, он всегда воспринимает это как комплимент мастерству Елены и делает мысленную заметку, чтобы отправить ей по электронной почте и сказать ей, что она помогла ему произвести впечатление на какого-то парня на свидании. Артур встречает его глаза и улыбается, и Мерлин понимает, что он хочет произвести впечатление на своего спутника. К счастью, татуировки помогают ему сломать лед. Он рассказывает (отредактированную) историю о том, как он их получил. Артур слушает с неподдельным интересом. Разговор плавно переходит на другие вещи; фильмы ужасов, мода 80-х годов, трудность еды палочками. Мерлин старается не упоминать о работе или касаться чего-либо связанного с политикой или магией, но Артур, похоже, счастлив позволить ему вести разговор. Он не задает Мерлину никаких личных вопросов, и Мерлин ценит это больше, чем может сказать. Они в основном придерживаются легких тем, и это веселее, чем Мерлин мог представить. В какой-то момент Артур протягивает руку, чтобы коснуться его татуировки птиц. Мерлин чувствует, как по нему пробегает небольшая дрожь, когда кожа Артура встречается с его. — Итак, у тебя есть еще? Где-нибудь еще на твоем теле? — тон Артура наводит на размышления, и Мерлин бессознательно понижает голос. — Возможно. — А когда я смогу их увидеть? Мерлин мило улыбается. — Когда я посчитаю нужным. — Ах, вот как? — глаза Артура сверкают. — Я должен это заслужить? — Именно, — говорит Мерлин, небрежно отпивая вино. — И какие у меня шансы? — Мм, неплохие, — говорит Мерлин. — Хороший разговор, хороший выбор ресторана, хорошая рубашка… Артур смеется. — Тебе нравится моя рубашка? — Она довольно хороша. Мне нравится, — бесстыдно говорит Мерлин, и Артур снова смеется. Теперь, когда Мерлин думает об этом — понимает, что он слегка навеселе. Он не склонен сильно напиваться, слишком боится, что могут всплыть секреты, но он выпил три бокала вина, и, по-видимому, это все, что требуется в эти дни. Он извиняется, чтобы пойти в ванную и брызгает холодной водой на лицо, пытаясь протрезветь. До сих пор у него все было хорошо, и сейчас не улыбалось взболтнуть что-нибудь лишнего. Когда он возвращается, Артур забирает счет. — Человек, который приглашает — платит. — говорит Артур, отмахиваясь от попыток Мерлина предложить свой кошелек. — Да, но я не могу просто… — Мерлин, ты можешь заплатить за следующее свидание, хорошо? Мерлин открывает рот, чтобы запротестовать, и тут его осенило. — Следующее свидание? — Да. Если ты не против. Мерлин слегка облизывает губы. — Утвердительный ответ. Я не против. Он чувствует тот же головокружительный порыв, который он чувствовал, стоя перед зеркалом дома, как будто начинается что-то новое, и это страшно, но и интересно. Затем они выходят на улицу, и Мерлин думает, как ему лучше вернуться домой, и должен ли он наклониться и поцеловать Артура, прежде чем они расстанутся, когда Артур говорит: — Могу я подбросить тебя до дома? Свидание проходит хорошо. Возможно, слишком хорошо. Артур потратил день, чтобы все подготовить. Он звонит отцу, чтобы рассказать о новом плане, и испытывает редкое чувство гордости, когда Утер хвалит его быстрое мышление. Он идет в H&M и покупает несколько дешевых футболок размера Мерлина, плюс две пары трусов, носки, и толстовку. Еду он может достать и на болотах, но он не верит, что сможет найти там одежду, а Мерлину понадобится несколько изменений в течение недель. Он также помнит из своего последнего визита, что телевизор не принимает сигнал, но у него есть прикрепленный DVD-плеер, поэтому он загружает бокс-сеты, которые он собирался смотреть. У него будет много свободного времени. На этой ноте он неохотно пакует некоторые книги, которые его отец заставлял его читать, которые имеют такие названия, как «Понимание магической угрозы» и «Волки в овечьей шкуре: Краткая история магических преступлений против человечества». Затем, наконец, он закрепляет портфель с успокоительными в задней части фургона и устанавливает небольшую импровизированную кровать для перевозки Мерлина. Он убирает повязки для рук и ног, полоску ткани, чтобы завязать глаза и заткнуть рот, и запасную пару наручников, когда они доберутся до дома. Самое главное, что у него есть анти-магический браслет во внутреннем кармане пальто, надежно застегнутый на молнию. Он настолько подготовлен ко всему остальному, что забывает подумать о том, каким может быть свидание, и в итоге ему приходится импровизировать. Артур не был на свидании много лет, и он совершенно забыл, как проходит этот танец. Жизненно важно в достаточной мере понравиться Мерлину, чтобы тот принял предложение подвезти его домой, поэтому Артур решает, что его лучший выбор — быть внимательным и заинтересованным в том, что говорит его спутник. Он готов притвориться, но, как ни странно, ему это не нужно. В ту же секунду, когда он замечает татуировки на предплечьях Мерлина, он искренне интересуется, откуда они у Мерлина. История интересная, а затем они переходят к другим вещам, и каким-то образом он находит, что быть внимательным и заинтересованным в том, что говорит Мерлин, не требует никаких усилий. Это слишком просто. Раз или два он обнаруживает, что искренне флиртует, а не просто играет. Ему не нужен маленький голосок в голове, чтобы сказать ему, почему это очень плохая идея; он может понять это сам. Он пытается держать себя в руках, но не может удержаться. Мерлин… хорошая компания. Он берет себя в руки, когда Мерлин идет в ванную и быстро распоряжается о счете. Пора с этим покончить. Мерлин немного суетится, когда возвращается, и Артур говорит первое, что приходит в голову, что Мерлин может заплатить на следующем свидании. Улыбка, которая расплывается на лице Мерлина, немного болезненна. Он старается не думать об этом, когда выводит Мерлина на улицу и произносит свою главную реплику. — Могу я подбросить тебя до дома? Мерлин не сразу отвечает, и Артур чувствует, как пот покалывает затылок. — Если тебе не сложно. Артур вздыхает с облегчением. — Нисколько. Я на фургоне, здесь всего несколько улиц. Мерлин кажется слегка навеселе, и Артур задается вопросом, как часто тот пьет. Парень постоянно натыкается на Артура, и это не кажется случайным. Артур предполагает, что он должен быть благодарен Мерлину за все; было бы адом уговорить его сесть в фургон, если бы свидание прошло плохо. Но благодарность — это не совсем то, что он чувствует. Мерлин болтает о чем-то, и Артур рад позволить ему вести разговор, пока он обдумывает план в своей голове. Пока они не свернут на улицу, где припаркован фургон Артура, этого не произойдет. Мерлин начинает идти не в ту сторону, и Артур тянет его назад, но он слегка балансирует и в конечном итоге почти падает на грудь Артура. Артур протягивает руку, чтобы вернуть того в равновесие, и Мерлин смотрит ему в глаза. Секунду тишины, а затем Мерлин наклоняется, чтобы прижаться губами к губам Артура. После мгновения шока Артур решает, что лучше всего ответить на поцелуй. Нет смысла вызывать подозрения Мерлина, когда он так близко к цели. Он делает шаг вперед, прижимаясь к Эмрису, грудь к груди. Руки Артура опускаются на бедра. Это… странно. Артура давно так не целовали. Он, как правило, заботится о своих сексуальных потребностях довольно поверхностно. Каждые несколько месяцев он ходит в клуб и выбирает кого-нибудь. Встречи только вечером, и он никогда не идет домой с одним и тем же человеком дважды. Утер всегда говорил, что отношения отвлекают от важного. Губы Мерлина мягкие и, как у девушки. Но тело, прижатое к телу Артура, кажется очень мужественным; все твердые плоскости и жилистая сила. Контраст интересен, и Артур обнаруживает, что немного огорчается, когда Мерлин наконец отступает. — Может быть, когда мы вернемся ко мне, — говорит он хрипловатым голосом. — Ты можешь зайти ненадолго. — Мне бы этого хотелось, — говорит Артур, все еще чувствуя тепло на губах. Мерлин протягивает руку Артуру. — Так где же тогда твоя машина? Артур молча кивает на дорогу, где его ждет фургон. Когда они поравнялись с ним, Мерлин подошел к пассажирскому сиденью. — Подожди секунду, — хрипло произносит Артур. — Я хочу показать тебе кое-что сзади. Мерлин играет бровями. — Это эвфемизм? Улыбка Артура слегка напряженная, но Мерлин, кажется, не замечает. — Нет, это что-то классное, иди и посмотри. Мерлин послушно следует за ним к задней части машины. Артур отпирает замок на цепочке, удерживающей обе двери вместе, и распахивает их, тайком сворачивая цепь в руке. — Для чего все эти одеяла? — с любопытством спрашивает Мерлин, указывая на маленькое гнездышко посреди грузовика. Чтобы держать тебя на месте, пока я за рулем. — Никогда не знаешь, когда тебе придется спать в фургоне, — говорит он небрежно, и Мерлин усмехается. — Посмотрите на себя, Мистер я-слишком-хорош-для-подобного. Артур обматывает цепь вокруг кулака, другой рукой похлопывает карман куртки, чтобы убедиться, что устройство готово и ждет. Он знает, что у него есть только небольшой промежуток времени. Он не будет бить Мерлина слишком сильно, чтобы тот потерял сознание — слишком велик риск необратимого повреждения, поэтому ему нужно лишь закрепить браслет вокруг лодыжки, прежде чем Мерлин восстановится достаточно, чтобы использовать свою магию. — Так где же эта штука? Артур указывает на спину, смещаясь, чтобы встать немного позади Мерлина. — Я не вижу. — Правый угол, — говорит Артур. Мерлин наклоняется чуть дальше. Артур опускает цепь на затылок. Мерлин падает вперед, и Артур начинает в действовать. Он опускается на колени и поднимает штанину Мерлина, крепко зажимая устройство вокруг лодыжки. В ту же секунду, когда она заперта, он с облегчением вздыхает и забирается в фургон. Он полностью втягивает лежащего Мерлина, чтобы закрыть за собой двери. Включает верхний свет и хватает серебряный портфель из угла. Затем подползает к парню и поворачивает его на спину, снимая пиджак и держась за левую руку. Мерлин тихо стонет, то ли от удара по голове, то ли от внезапной потери магии, Артур не знает. Он достает из футляра ремешок и крепко привязывает его к плечу Мерлина, ожидая, когда проявится вена. Вблизи кожа на руке Мерлина очень бледная, почти прозрачная. Замысловатые линии татуировки не дают увидеть вены. Парень дергается, пытаясь вырваться из хватки Артура, но явно слишком слаб. Его веки быстро трепещут, и Артур наблюдает за ним, задумываясь, как он себя чувствует. Он слышал, как в различных ток-шоу маги говорили о том, каково это — потерять магию. Они описывали это как потерю конечности или внезапное ослепление. Они сказали, что это ранит каким-то первобытным, инстинктивным способом. — Прекрасно, — сказал тогда Утер. И выключил телевизор. Почему-то Артуру не нравится думать об этом сейчас. Он отвлекается, вытаскивая телефон из кармана Мерлина и разбивает его, так что его нельзя использовать, чтобы отследить их. Он также конфискует бумажник, ключи от дома и снимает обувь. Затем вводит успокоительное. Это должно держать его в покое на протяжении всего путешествия. Но на всякий случай Артур связывает ему руки и ноги, завязывает глаза и затыкает рот кляпом. Он заботится о том, чтобы надежно устроить его на одеялах, дороги будут ухабистыми там, куда они едут, и это не сработает, если Мерлина швырнет в стену фургона и раскроит ему голову. Артур забирается на переднее сиденье и заводит мотор.