Разорванный круг

Влюбиться не значит любить. Влюбиться можно и ненавидя. — Ф. Достоевский

      Саске не был дураком. Может, именно поэтому, входя в аудиторию Итачи, он видел взгляды брата, направленные на новенького.       Узумаки Наруто, за месяц успевший прославиться как самый добрый, отзывчивый и милейший человек во всём университете, отвечал Итачи такими же взглядами, что раздражало ещё больше.       Саске хотелось блевать от его счастливого лица.       А ещё хотелось врезать. Избить до смерти, чтобы Нии-сан не смел смотреть на этого…       Учиха скривился, толкая плечом выходившего из аудитории Наруто. Последний нахмурился, непонимающе глядя на странного брюнета.       Они с Итачи-саном точно братья? Старший Учиха всегда был добр не только к нему, но и ко всем своим ученикам. Он понятно объяснял материал и делал это так, что даже непоседливый Узумаки слушал его внимательно, запоминая каждое слово. Саске же был абсолютно другим: хмурым, мрачным и вечно огрызающимся. А ещё от него всегда пахло сигаретами и слабым парфюмом Итачи-сана.       Наруто искренне не понимал, чем он так не нравится Саске, в то время как Саске ни разу не упустил возможности толкнуть его или посмотреть так, как умеет только он: с таким холодом и омерзением, будто Наруто — самое ужасное, что он видел в этой жизни, словно он — грязь под ногами всеми любимого Учихи Саске.       А что делают люди, когда пачкаются в грязи?       Мы все знаем ответ.

* * *

      — Наруто, останься.       Саске, выходивший одним из последних, ошалело смотрел на брата. Последний ожидающе смотрел на Саске, будто говоря взглядом: «Проваливай».       — Я подожду тебя, — нагло уставился на старшего брата Саске, садясь обратно на стул.       — Это тебя не касается. Я не имею права разглашать личную информацию учеников.       Зло глянув на Наруто, младший Учиха вышел, на ходу доставая пачку сигарет.       Как же его раздражает этот блондинистый тупица…

* * *

      Наруто грустно смотрел вслед уходящему Саске, вспоминая, с какой улыбкой Итачи рассказывал о младшем брате, о погибшей семье.       Он не мог сказать, кто ему Итачи, но точно не просто преподаватель.       Узумаки точно знал, что может обратиться к Учихе за помощью, и Итачи не откажет, но разница в возрасте ограничивала свободное общение.       Парень повернулся к старшему Учихе, разглядывая его и замечая всё больше отличий братьев.       Длинные волосы, немного светлее, чем у Саске, спадали с плеч и были завязаны в низкий хвост; глаза, смотрящие с некой заботой, такие непохожие на глаза Саске: холодные и отчужденные; залёгшие под глазами тени, которые выделяли болезненный цвет кожи.       — Так о чём Вы хотели поговорить, Итачи-сан?

* * *

      Саске прикрыл глаза, набирая выученный наизусть номер. Итачи нет уже грёбаные полчаса.       «О чём можно говорить наедине с таким идиотом, как Узумаки?», — раздражённо подумал брюнет, вновь закуривая и вдыхая запах рубашки брата. Мелкая дрожь прошла по телу, и скулы вмиг покраснели.       От такого приятного занятия его отвлёк голос Аники:       — Саске? Саске, ты тут? — взволнованно спросил мужчина, прерывая молчание.       — Я… — младший Учиха откашлялся, быстро докуривая и выбрасывая никотиновую палочку. — Да, я тут. А вот тебя нет уже полчаса.       — Ты не уехал домой? — по голосу было слышно, что Итачи хмурится, и Саске позволил себе злорадно улыбнуться.       Но улыбка погасла, когда парень услышал голос Узумаки и какое-то копошение.       — Ты где? — резко спросил младший, сжимая рукой руль. Чёртов Узумаки… Чёртов придурок лезет к его брату!       — Езжай домой, я приеду позже, — и, не дожидаясь ответа Саске, сбросил вызов.       Учиха весь напрягся, стискивая руль до побеления костяшек.       Ненавидел.       Как же сильно он ненавидел придурка.

* * *

      Наруто смотрел на резкие движения преподавателя, приподняв брови:       — Это Саске был? Ты чего так напрягся?       И Итачи прорвало.       Он рассказал всё: и про их странные отношения с братом, и про своё отношение к этому, и про то, как тяжело ему справляться в одиночку.       И что на самом деле ему нравится Наруто тоже рассказал.       И выговаривался он не потому, что Итачи — нытик.       Потому что Итачи доверился, и будь на месте Наруто хоть Саске, Итачи бы промолчал.       Узумаки вдруг застыл, пытаясь осмыслить. Учиха грустно улыбнулся, потрепал его по волосам и ушёл.       Он сделал первые пять шагов. Дальше всё зависит от Наруто.       Дома его ждал Саске. Злой, как чёрт, он набросился на старшего, прижимая к стене.       — Что ты у него забыл? — рычал парень, сильнее сжимая запястья брата. Последний молчал, глядя прямо в глаза, и Саске понял, что его догадки подтвердились. — И чем же я хуже, Итачи? — на имени его голос сорвался, и вместо злых чёрных глаз на старшего смотрели уже глаза побитой дворняги.       Не выдержав, Саске прижался своими сухими губами к тёплым тонким губам брата, уже через две секунды получая ответ. Итачи рыкнул, прижимая уже самого Саске к шкафу, целуя жестоко и кусаясь.       Но Саске не важно.       Аники ответил ему, значит, шансы всё ещё есть, а с придурком Узумаки он ещё разберётся. Потом, а сейчас он, наконец, насладится братом.       Руки Нии-сана оставляли синяки, а из прокусанной губы шла кровь, стекая по подбородку, но Итачи не замечает, чуть ли не срывая одежду с идеального тела.       Саске коротко вскрикивает, когда брат на сухую просунул в него сразу два пальца, зажмурившись и сжав зубы.       Итачи быстро двигает рукой, накрывая другой пока что даже не вставший член младшего брата, но перед его глазами не он. Перед его глазами загорелый блондин с яркими голубыми глазами и громкими стонами.       На глазах Саске выступают слёзы, когда Итачи по-прежнему на сухую входит в него, но уже не пальцами. Половой орган намного больше пальцев, внутри всё жжёт и пылает, и Саске хотел было отодвинуться, но брат держал крепко, вколачиваясь в лежащее под ним тело и быстро двигая рукой по чужому члену, желая доставить удовольствие Наруто.       Саске почувствовал, как в него вливается что-то горячее, уже не пытаясь сдержать слёзы боли. Перед глазами Итачи начал расплываться образ Наруто. Аники быстро вышел из него, застёгивая ширинку и, даже не глядя на собственного брата, ушёл из комнаты.       Младший Учиха согнулся в позе эмбриона, глядя в зеркало. Синяки от пальцев на плечах, руках, и на бёдрах, по которым стекала сперма вместе с кровью.       Мерзко. Противно от себя, от того, что позволил, от того, что возбудился, хотя это была чёртова физиология.       Мерзко от Итачи.       Мерзко и очень, очень обидно.       Тело всё ещё дрожало и не слушалось, но, пересилив себя, черноглазый кое-как встал, пытаясь добраться до ванной комнаты.       По щекам из покрасневших глаз всё ещё текли слёзы, ноги болели. Было такое ощущение, что его поимели ножами. Шипя, Саске по стенке добрался до искомой комнаты, слыша, как входная дверь закрылась, а замок в скважине повернулся.       Слёзы потекли с новой силой.

* * *

      Они не разговаривали уже третий день, и Саске готов был простить брата, если бы тот хотя бы сожалел о содеянном, но глаза Итачи были холодны как никогда прежде.       После пары Аники всё же задержал его в кабинете, выгоняя заинтересованных одногруппников Саске.       — Послушай… — преподаватель вздохнул, растирая лицо ладонями. — Тебе надо прекратить это. Мы братья, Саске, это неправильно.       — А если бы твоим братом был Наруто, ты бы сказал ему то же самое? — вздёрнул подбородок младший Учиха, сузив глаза. Итачи промолчал. — Ясно.       В аудитории было холодно и почему-то страшно. Саске подозревал, что это из-за глаз брата. Холодных, мрачных глаз, взгляд которых придавливал к полу, яд который отравлял его.       — Наруто не мой брат, — услышал он перед тем, как выйти из ужасного помещения.       Да, Саске прекрасно знал. Проблема не в том, что они братья. Проблема в том, что он просто не нужен Итачи.       Учиха-младший чиркнул зажигалкой, садясь на скамейку около детской площадки.       — Эй, тут запрещено курить.       Брюнет повернулся на голос, хмурясь. Тут есть место, где нет этого придурка? Казалось, что Наруто преследует его: и в университете, и в магазине, и на улице, даже их дома находились друг напротив друга!       Он был везде.       — Отвали, — отвернулся от парня Саске, затягиваясь. Внезапно из рук забрали сигарету, бросая на землю и затаптывая. — Ты что творишь, уёбок? — прошипел брюнет, вскакивая со скамейки.       — Тут. Нельзя. Курить, — медленно произнёс голубоглазый, смело глядя на действительно разозлившегося Учиху.       Последний в пару шагов преодолел расстояние между ними настолько, что они стояли на расстоянии полуметра, и мысли из светлой головы вылетели: лишь бы только это мгновенье было вечно.       Но оно не было.       Поэтому уже через секунду Наруто почувствовал резкую боль в губе, а вместе с ней и вспыхнувшую злость.       Их оттащили друг от друга какие-то мужики, говоря, что тут не самое удачное место для драк, буквально пинками выгоняя с детской площадки.       — Не смей лезть ко мне, придурок, — ядовито выплюнул Учиха, засовывая руки в карманы и удаляясь.       — Конченый ублюдок, — прошипел ему вслед Узумаки, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов.

* * *

      Уже заходя в подъезд, Наруто понял, что корм для Курамы, за которым пошёл, он так и не купил. Подумав, что лучше купит всё сегодня, чем будет после тренировки плестись на ватных ногах завтра в магазин, блондин пошёл обратно, проверяя наличие денег в кармане.       Судьба явно издевалась над ним: на кассе он встретился с Итачи. Неловко поздоровавшись, он внезапно, даже для себя, позвал уже уходящего Учиху:       — Эм… Итачи… Мы же можем просто попробовать? — выпалил блондин, задерживая дыхание. Называть мужчину просто «Итачи» он стал ещё в самом начале обучения в университете, когда они начали сближаться, но сейчас это казалось слишком… неправильным.       Итачи, казалось, выпал из мира сего, рассеянно глядя на своего ученика. Поняв, что выглядит по меньшей мере глупо, мужчина внезапно улыбнулся:       — Конечно. Вообще, это не самое подходящее место для таких разговоров, не считаешь?       Наруто смущённо кивнул, глядя куда-то на нос брюнета. Черноглазый, заметив это, весело хмыкнул.       — Тогда встретимся завтра в десять у площадки, хорошо?       Наруто вновь кивнул, и Итачи, всё же не сдержавшись, усмехнулся, уходя.       Узумаки не знал, с чего он вообще ляпнул это. Не знал, что будет делать. Не знал ничего.       «Что будет, то будет», — обречённо подумал блондин, заходя в подъезд.       Каждый раз, когда он думал об Итачи, его мысли медленно перетекали к Саске. Наруто каждый раз находил их различия и сходства одновременно. Блондин не знал, когда начал наблюдать за Учихами, особенно за младшим, но прекрасно видел, как они друг к другу относятся.       Итачи отталкивал от себя брата.       И Узумаки, вспоминая мини-рассказ преподавателя, понимал, почему он это делал.       Глядя на Саске, какого-то убитого и непривычно безразличного, Наруто понимал, что между братьями что-то произошло. И, видимо, очень серьёзное, потому что вели Учихи себя как абсолютно незнакомые люди.       На самом деле, всё, чего добился Наруто этим походом в магазин, так это отношений с человеком, в которого влюблён Саске. Ни экономии сил, — даже ещё большая их утрата — ни экономии времени. Только ещё больше вопросов к себе же. Действительно, и с каких пор его волнуют проблемы этих странных брюнетов? Чувства младшего Учихи?       Вздохнув, голубоглазый упал без сил на кровать. Курама, мяукнув, прыгнул на его живот, заставив парня подавиться воздухом. Довольно заурчав, животное поудобнее устроилось на хозяине, свернувшись клубком и медленно засыпая.       — И что же мне делать, а, Курама? — протянул Узумаки, беспомощно глядя на рыжий комок шерсти. Кот, дёрнув ухом, мяукнул. Из груди Наруто вырвался смешок, и он, погладив рыжего, спихнул его на кровать. Кот неодобрительно мяукнул, огорчённо-зло глядя на хозяина. Ну в самом-то деле, бесчувственный человек! Помогай таким ещё!       Ещё раз недовольно мяукнув, чтобы показать, что он обиделся, Курама гордо проследовал по кровати и, хитро взглянув своими карими глазками на переодевающегося человека, распластался по всей подушке, деля её ровно на две части.       Заурчав, кот уснул, зная, что на этот раз Наруто вряд ли его выгонит.

* * *

      Наруто не ожидал, что всё будет довольно неплохо. После пар он сходил домой, отлично успев при этом на тренировку, а уже придя домой у него оставалось ещё два с половиной часа.       Подумав, что у него довольно много времени, блондин быстро сходил в душ и завалился спать.       Проснулся парень от звонка. Глянув сначала на того, кто звонил, а затем глянув на время, Узумаки пулей встал с кровати, отвечая на звонок и выбирая одежду.       — Извини, извини, я бегу! Честно! Кота выгуливал!       — Кота выгуливал? — усмехнулся Итачи. — И сейчас вместе с котом бежишь ко мне?       — Нет! Он… не любит людей, так что я сейчас быстро занесу его домой и приду.       — Ага… Жду, — ещё раз усмехнувшись, брюнет сбросил вызов, слабо качая головой. Наруто всегда мог поднять ему настроение.       Узумаки пришёл довольно быстро и, даже не здороваясь и не извиняясь, спросил, куда они поедут. Итачи пожал плечами: он действительно не знал, что они будут делать и куда поедут. Мужчина лишь хотел прогуляться по городу и, в идеале, разговорить Наруто.       — Тогда пойдём, — весело хмыкнул парень, шагая к остановке.       — Куда мы?       — Не знаю, — копируя учителя, Узумаки пожал плечами. — Сначала до центра, а там посмотрим.       Надо сказать, что Учиха переживал не зря: они потерялись уже через полчаса, доехав до центра, но потерявшись во дворах.       Наруто выглядел спокойно, и Итачи уж подумал, что он знает, куда идёт, однако после очередного вопроса об их местонахождении, Узумаки вновь пожал плечами, широко улыбаясь.       Прохладный ветер трепал золотистые волосы, забирался под расстёгнутую осеннюю куртку, вызывая лёгкие мурашки, гуляющие по загорелому телу. Итачи вздрогнул от пронзившего холода, глядя на это восьмое чудо света, что сейчас так спокойно разгуливало на таком морозе с расстёгнутой курткой.       Смотреть холодно.       — Застегнись, — строго сказал Учиха, засовывая руки в карманы и пытаясь согреться.       Наруто проигнорировал просьбу, чуть прищуренным взглядом наблюдая за учителем.       Последний схватил его за руку, останавливая и становясь напротив парня, чуть хмурясь. Пришлось вынуть руки из тёплых карманов, чтобы застегнуть куртку улыбающегося во весь рот Узумаки.       — Но мне жа-а-арко, — капризно протянул блондин, не переставая улыбаться.       — А мне холодно. И что с того? — Итачи вновь вздрогнул от ветра, выдыхая пар. И вот откуда такой холод в начале ноября-то?       Наруто не дал мужчине отойти, приподнимаясь на носочки и обдавая горячим дыханием обветренные губы.       Ладно, возможно, Итачи уже не так холодно, как казалось сначала.       Узумаки двумя руками ухватился за талию мужчины, чуть впиваясь в чужие бока от удовольствия. Учиха целовал жёстко, постоянно кусаясь и сжимая светлые волосы, ненамеренно причиняя боль.       Итачи был счастлив. Чувство полного удовлетворения от того, что дорогой сердцу человек разделяет твои чувства, заполнило собой всё тело. Тепло разлилось везде, и казалось, что ветер теперь и не холодный вовсе. Его попросту не было.       Но перед голубыми глазами всплыл образ младшего Учихи. И целовал Наруто вовсе не Итачи.

* * *

      Саске злился от собственной безысходности. Итачи ушёл час назад, и сомнений в том, что ушёл он к Наруто, не было.       Саске не хотел думать о брате, честно, но все мысли предательски переходили к Итачи.       Итачи, Итачи, Итачи.       Чёрт возьми.       Резко встав с кровати, из-за чего в глазах потемнело, Учиха-младший направился на кухню. На часах полдвенадцатого ночи. Парень смотрит на заварившийся чёрный кофе и понимает, что даже напиток теплее взгляда его обожаемого братца.       От этого становится ещё хуже, и Саске сжимает зубы, впивается ногтями в ладони, думая, как же всё-таки он ненавидит Итачи. Так же сильно, как и любит.       Раздаётся звук открывающейся двери, сердце падает, разбиваясь о светлый паркет кухни. Саске направляется в коридор вместе с кофе, опираясь на стенку и наблюдая за братом.       — Как прошло свидание? — невзначай спрашивает младший Учиха, понимая, что таких же острых игл, пронзающих тело, как в первый раз, не было. Только странная обречённость и усталость во всём теле.       Итачи хмурится:       — Какое свидание?       — С Наруто, — как само собой разумеющееся выдаёт Саске, делая глоток практически остывшего кофе.       — Откуда ты узнал? — вздыхает Нии-сан, скрещивая руки на груди.       — Я, по-твоему, настолько глуп? — ядовито ухмыляется парень, глядя прямо в глаза напротив. — Ты светишься от счастья, как только что зажжённая лампочка.       И, не дожидаясь ответа, младший уходит в комнату.       Как же он устал.       Особенно от своих же чувств. Хотелось бы, чтобы сейчас дом обвалился, чтобы они умерли вместе, чтобы Итачи уже перестал медленно морально убивать его.       Чтобы не видеть счастливого лица крикливого придурка.       Саске сам не особо понимал, почему злится на Наруто. Узумаки же не заставлял Итачи влюбляться в него.       Учиха упал лицом в подушку, которая тут же медленно начала намокать.       Как же сильно всё это его

з а е б а л о

      Саске заснул под шум собственных мыслей, желая больше не проснуться и увидеть, наконец, мать с отцом.       Всё же Саске тоже человек, и у него тоже есть чувства.

* * *

      Дни текли с нереальной скоростью, затягиваясь в рутину жизни Узумаки Наруто. Они с Итачи встречаются уже два месяца, за которые состояние Саске ухудшилось. Наруто не мог не волноваться, иногда даже пытался поговорить с брюнетом, но тот просто игнорировал его. Даже не огрызался, не злился, мог только тихо кинуть «Отвали», и это на самом деле работало. Узумаки затыкался, молча наблюдая за парнем, а Саске и не смотрел в его сторону, по большей части глядя в окно и думая о своём.       Наруто уже действительно начал волноваться о состоянии Саске и хотел поговорить на эту тему с Итачи, но в этот день преподаватель сам попросил младшего брата задержаться, и блондин решил подождать Учих. Узумаки прекрасно понимал, что это не его дело, но ноги будто приросли к полу. В коридоре, то ли к счастью, то ли наоборот, никого не было, поэтому каждое слово, сказанное в аудитории, было прекрасно слышно.       — Что с тобой? — резко спросил Итачи, хотя в его голосе были слышны взволнованные нотки.       — Ты как-то поздно начал беспокоиться, — привычно огрызнулся младший Учиха, намереваясь уйти, но Итачи дёрнул его на себя, из-за чего брюнет впечатался в грудь брата, шипя.       Раздражало.       — Я спросил…       — Мне плевать, что ты спросил! Лучше бы беспокоился после смерти родителей, а не когда выебал меня и бросил! — рявкнул Саске, с силой отталкивая мужчину. В глазах плескалась ярость вперемешку с отчаянием.       — Будто ты сопротивлялся, — зашипел Итачи, вновь хватая младшего за запястья и сжимая их до синяков. — Сам же лез, так чего сейчас выставляешь виноватым меня?       — Пошёл к чёрту, ублюдок, — рыкнул Саске, ударяя брата по коленной чашечке. Старший отпустил запястья, исподлобья глядя на черноглазого. — Хватит играть из себя любящего брата.       Выскочив из аудитории, чтобы брат не увидел его слёз, Саске застыл на пару секунд, глядя на Наруто. Последний и не думал искать отговорки, грустно глядя на однокурсника.       Учиха едко усмехнулся, быстро вытирая непрошеные слёзы и ускоряя шаг. Наруто смотрел ему в след, понимая, что сейчас или никогда.       Узумаки быстро догнал его, толкая в стенку и прижимаясь своими губами к губам Саске — покусанным и сухим. Учиха застыл, чувствуя, как язык блондина медленно проводит по его нижней губе, мягко проскальзывая внутрь.       В груди защемило от той нежности, с которой действовал Узумаки. В отличии от Итачи, Наруто не кусался, не причинял намеренную боль, наоборот — парень делал всё аккуратно, будто успокаивая.       Блондин отстранился, глядя своими синими затуманенными глазами в непроницаемые чёрные.       — Что это значит, Узумаки? — тихо спросил Саске, скулы которого покрылись лёгким румянцем, которого и не было бы видно, если бы они стояли не так близко.       — А на что это похоже? — так же тихо спросил Наруто, всё ещё держа одну руку на талии однокурсника, а другой перебирая жёсткие пряди чёрных волос. — Ты мне нравишься, — вздохнул он, медленно отодвигаясь от брюнета.       Саске нахмурился, скулы продолжали набирать алый цвет. Наруто закрыл глаза, опуская голову и улыбаясь.       Что же, он хотя бы признался.       Учиха ушёл. Честно говоря, Узумаки даже не понял когда, потому что ушёл Саске довольно тихо и наверняка быстро.       «Как глупо получается, — подумал блондин, шагая к аудитории Итачи. — Гоняемся друг за другом. И ведь никто не разорвёт этот круг непрерывных идиотских страданий».       Ни то чтобы Наруто каждую секунду думал о Саске, носил его фотографию с собой и считал, что Саске белый и пушистый, нет. Наруто просто чувствовал к этому человеку самые светлые чувства, на которые вообще способен. И он понимал, что с Учихой будет сложно, но, честно говоря, было плевать.       Хотелось просто быть рядом. Однако Саске, очевидно, нахрен не нужно это. Наруто усмехнулся, ускоряя шаг и без стука открывая дверь.

* * *

      Саске лежал на кровати с закрытыми глазами, размышляя о недавнем событии. В голове крутилось лишь одно имя, вытеснившее привычное имя Аники. По телу проходился табун мурашек от воспоминаний прикосновения губ. Было чертовски приятно от осознания, что важен кому-то. Однако Наруто встречается с Итачи, так какого чёрта он признаётся в чувствах ему? Может, Узумаки хотел вызвать ревность Итачи с помощью Саске?       Учиха вздохнул, понимая, как глупо он выглядел, убегая от блондина. В конце концов, почему он не мог просто отказать Наруто? Хотя, Саске сомневался, что Узумаки настолько туп, что не понимает очевидного. Да и оскорблять придурка было слишком привычным делом, таким же привычным, как и видеть его улыбающееся лицо, которое так не вязалось с серьёзным выражением и теми необычными затуманенными синими глазами.       Саске много думал. О Наруто, о его глазах, о губах, и о том, что вообще творит этот белобрысый идиот. О своих чувствах к этому идиоту. И всё же, было очень приятно чувствовать нежность хотя бы от кого-то.       Было приятно ощущать чужие тёплые губы на своих.       Итачи пришёл через час после него. Они встретились на кухне, и Саске хотел было уже уйти, однако застыл, услышав тихое «Прости» от брата. Честно, младший Учиха подумал, что ему послышалось, но Итачи смотрел прямо на него и впервые за долгое время в его глазах были хоть какие-то чувства. В данном случае вина. Саске шокировано смотрел на брата, приподняв бровь:       — С каких пор ты признаёшь свою вину?       Итачи сжал зубы, а взгляд его сменился на более холодный. Саске, в последний раз глянув на Нии-сана, ушёл вместе с горячим кофе. Ему не нужны были фальшивые извинения. Неожиданно в голову пришёл вариант, что это Наруто поговорил с братом, но поняв, что это слишком абсурдно, парень откинул эту идею, забывая о брате.       Итачи пялился на стенку, вспоминая недавний диалог с Наруто. Учиха старший прекрасно видел, что его парень всё время наблюдает за его младшим братом.       Это злило.       Наруто подошёл к нему через десять минут после разговора с Саске и напрямую сказал, что всё слышал. Сказал, что Итачи не прав, что должен извиниться, и что жизнь своему брату портит.       И говорил это он настолько зло и убеждающе, что мужчина поверил. Итачи ничего ему не говорил в ответ, лишь смотрел на сжатые кулаки, потемневшие глаза и сведённые к переносице брови. Смотрел, и у него было такое чувство, что его живого укладывают в гроб.       Учиха замечал все маленькие детали, замечал то, чего не замечали другие. Поэтому он был довольно опасным собеседником. Если ему что-то не нравилось, он менял положение дел в свою сторону. Но даже знание о том, что Узумаки нравится его брат, ничего не давало. Только скорое расставание.       Мужчина положил голову на согнутую в локте руку, лежащую на столе.       Как же он устал.

* * *

      Ни через день, ни через неделю, ни через две, Саске на признание не реагировал. Можно было подумать, что Наруто не признавался в чувствах, не слышал той ссоры, а Итачи не извинялся.       Рутина опять поглощала все три жизни. Изменилось лишь одно: Саске уже не был уверен в своих чувствах к Итачи.       В один из таких дней Узумаки не выдержал: когда аудитория освободилась от однокурсников, а преподаватель ушёл в соседний кабинет, Наруто подлетел к двери, закрывая её и не давая выйти шагающему к выходу Учихе. Блондин опять прижимал его к вертикальной поверхности, изменилась лишь её структура: на этот раз это было дерево.       Голубые глаза опять потемнели, загорелое лицо приняло серьёзное выражение, а губы медленно накрыли чужие.       Саске завороженно наблюдал за этими изменениями, чувствуя разливающееся тепло внутри.       Это было приятно. Настолько, что Саске поддался, сам того не заметив.       Несмотря на всю ту напускную холодность, Саске был и оставался ребёнком, которому никогда не хватало любви, тепла и заботы. Его семья рано погибла, а от брата дождаться объятий или хотя бы тёплых слов было невозможно.       А сейчас всё это ему безвозмездно отдавал Наруто, и Учиха попросту не мог отказаться, цепляясь за рубашку парня, как за спасательный круг.       Им не нужны были слова, понимания возникало на подсознательном уровне. Может, поэтому Наруто знал, что сейчас Саске нужна поддержка.       Теперь они были вместе не только в университете, но и вне него. От брюнета уже не пахло парфюмом Итачи, да и сигаретами тоже — Саске знал, что Наруто терпеть не может запах табака, поэтому стал курить намного реже, постепенно отвыкая от этой вредной привычки.       В доме Наруто практически не осталось рамена, только «запасы на чёрные дни», которые Саске всё ещё не нашёл, а если и нашёл, то благополучно промолчал и оставил их лежать на месте, в чём Наруто сильно сомневался.       Несмотря на это, Узумаки продолжал встречаться с Итачи. Саске с каждым днём, проведённым с блондином, чувствовал нарастающую злость за эти отношения. Может, вида он не подавал, но был крайне раздражён этим фактом.       Саске днями мог не появляться дома, ночуя у Наруто. Это всё длилось два с половиной месяца.       Младший Учиха, как только зашёл в квартиру, резко почувствовал острую боль в затылке. В глазах потемнело, и всё, что он чувствовал — запах брата.       Итачи злился. Очень сильно злился, сжимал его запястья одной рукой и второй держал за подбородок, заставляя смотреть в глаза.       Он долго принюхивался, после чего резко оттолкнул брата, заставляя стукнуться того головой об тумбочку ещё раз.       Ничего не говоря, учитель быстро вышел из квартиры, громко хлопая дверью. Учиха похолодел, набирая номер Наруто, но тот уже был занят.       Саске хотел броситься за братом, но дверь была закрыта с обратной стороны.       Парень ударил ногой многострадальную тумбу, шипя. Идиоту точно сильно достанется.

* * *

      Когда Итачи позвонил ему в одиннадцать ночи, сразу после ухода Саске, и не терпящим возражений тоном заявил, что им надо увидеться, Наруто понял, что старший Учиха узнал. Наверняка он давно догадывался, но нервы сдали только сейчас.       Они встретились на площадке, и Узумаки усмехнулся, вспоминая, что с Саске они дрались на этом же месте.       — Тебе смешно, как я вижу, да, Узумаки? — сверкнул глазами старший Учиха, сжимая кулаки. Желваки на скулах заходили. — Шлюхи. Вы оба. Что ты, что Саске. Один встречается сразу с двумя, а другой готов лечь под меня, как только стоит мне сыграть забот…       Итачи так и не договорил, почувствовав острую боль и металлический вкус во рту. Из-за удара челюсть плотно сомкнулась прямо на языке. Рыкнув, словно зверь, Учиха с разбега ударил ногой в живот блондина. Конечность сразу же схватили, отбрасывая от себя противника. Наруто, стараясь не согнуться и не упасть, следил за разъярённым брюнетом. Итачи быстро встал, нанося ряд ударов по лицу, и конечный по солнечному сплетению. Наруто согнулся, глотая ртом воздух. Тело горело. Учиха сел сверху, сжимая воротник толстовки в руках и приближая лицо Узумаки к своему.       Сказать учитель ничего не успел, так как его сбросили с себя, и теперь прижимали к земле именно его.       Наруто не жалел. Он наносил удары прямо по лицу, и было абсолютно не важно, что сейчас могут вызвать полицию, что его могут исключить за это, могут подать в суд и, в конце концов, мог разозлиться Саске, ведь Наруто не был уверен, что Учиха младший преодолел эти странные извращённые чувства.       — И не смей больше так говорить о нас, понял? — прошипел Наруто, вставая. Итачи рассмеялся, сплёвывая кровь и тоже поднимаясь на ноги. Наверное, брюнет хотел что-то сказать, но Наруто уже был довольно далеко, да и кровь во рту мешала.       Узумаки обрабатывал раны, шипя и думая о Саске. Действительно, может ему просто комфортно рядом с ним, а дома он пытается быть рядом с Итачи. Наруто ведь ни разу не услышал взаимного признания, да хоть угуканья. Саске просто игнорировал это.       На удивление парня, синяки были только на теле. На лице были только покрасневшие царапины от асфальта или ударов. А ещё омерзительные разбитые в кровь костяшки, которые болели больше всего.       Курама тёрся о ноги хозяина, чувствуя его настроение. Наруто слабо улыбнулся, поднимая кота к себе на колени. Парень не знал, сколько он так просидел, но отвлёк его звонок, разбудивший Кураму.       — Наруто? Ты в порядке? — раздался обеспокоенный голос Саске. Блондин удивлённо смотрел на кота, будто это сейчас рыжий заговорил с ним голосом однокурсника.       — Да… Да, всё нормально, — повторил голубоглазый, сгоняя кота с нагретого места и убирая аптечку. Бинты, наложенные на костяшки пальцев, немного покраснели.       — Эм… Идёшь завтра в универ? — неловко спросил Учиха, закусывая губу. Чёрт. Он волновался. Он очень сильно волновался за придурка. Итачи пришёл достаточно побитый, так что он боялся представить, насколько всё плохо с Наруто. Наверное, с его стороны думать так было неправильно, но Итачи был действительно сильным в ярости.       — Ох, да брось, неужели ты волнуешься?       Саске даже вздрогнул от неожиданности, услышав насмехающийся голос Узумаки. Скулы отчего-то покраснели, а сам парень поднял уголки губ.       — Тебе это льстить должно! — гордо фыркнул Учиха. Молчание затягивалось, Саске неуверенно мял в руке ткань одеяла.       — Саске? А… Кхм, ладно, уже поздно, — затараторил Узумаки, видимо, передумав говорить. — Завтра вставать рано, так что… Спокойной ночи.       — Спокойной… — послышались длинные гудки. — Ночи… — в никуда договорил брюнет, хмурясь.       Что это с Наруто? Они с Итачи о чём-то говорили? Почему он вообще так сильно волнуется?       Вздрогнув от холода, витавшего в собственной комнате, парень накрылся одеялом, закрывая глаза. Завтра они поговорят.       Но всё же, что хотел сказать Наруто?

* * *

      Блондин хмурился, собираясь в университет. Утро с самого начала не задалось. Узумаки проснулся с головной болью от недосыпа и мыслью о том глупом вопросе. Ну в самом деле, взрослые люди же. Будет ещё как Сакура вести себя при этом ублюдке…       Несмотря на это, Наруто действительно было интересно, хоть он и боялся получить ответ. Наклеив на себя бежевые пластыри, чтобы учителя ничего не заметили, парень выбежал из дома. Ирука-сенсей будет волноваться, если увидит. Хорошо, что он сидит на последней парте, и Умино вряд ли заметит следы драки.       С Саске они встретились на площадке, как и каждое утро. Итачи обычно выходил раньше, так что они не встречались. Привычно обнявшись, они в неуютном молчании дошли до учебного заведения. Учиха сомневался, думая, стоит ли расспрашивать про вчерашнюю драку и последовавший после неё телефонный разговор, но было уже поздно: они зашли в аудиторию. Первая пара у них была у Итачи, который, кстати говоря, сегодня отсутствовал по причине плохого самочувствия.       Наруто был даже рад. Парень не знал, что ему теперь делать: он подрался со своим преподавателем, который узнал, что он изменяет ему с его младшим братом. Тем более, Наруто даже не был уверен, что взаимно нравится Саске. Мыльная опера, ей Богу.       Наруто не дождался окончания пары. Единственный вопрос, терзающий его со вчерашнего дня, не давал сосредоточиться на уроке, так что Узумаки быстро написал записку Учихе, попав прямо в его тетрадь. Парень нахмурился, но потом, прочитав, от кого она, быстро развернул её, пробегаясь по краткому вопросу: «Что ты ко мне чувствуешь?».       Саске застыл, закусывая губу. Начеркав ответ, он постарался как можно незаметней кинуть её обратно в Узумаки. Конечно, с первой парты на предпоследнюю незаметно не удалось, но Какаши, заменявший Итачи, тактично промолчал, лишь слабо улыбнувшись, чего не было заметно под маской.       «Поговорим потом».       Голубой глаз задёргался, а рука смяла бедную бумажку. Конечно, ведь такие незначительные вопросы отвлекают самого Учиху Саске от важного урока. Это была единственная пара, после которой Наруто уйдёт на тренировку, и Саске это знал. Грубо говоря, Учиха просто отмахнулся от него, как от Сакуры.       Наруто понимал, что злиться в такой ситуации глупо, не мог же он подойти к Саске, сказать: «Влюбись в меня» и поцеловать. Это попросту не сработает, да и Учиха наверняка бы ударил.       Всё ещё злой, блондин покинул аудиторию сразу после звонка.       — Наруто! Стой! Да погоди же ты!       Узумаки не понял, что происходит, но в следующую секунду его губы соприкоснулись с чужими, до боли знакомыми: бледными и сухими.       Парень застыл, чувствуя, как Саске обнимает его. Многие просто стояли и смотрели, кто-то, кажется, даже снимал на телефон, но Учихе, видимо, было абсолютно всё равно. Наруто напрягся, неуверенно глядя на прикрывшего глаза брюнета, но всё же ответил, обнимая в ответ и прижимая его к стене.       — Ты всё ещё сомневаешься в моих чувствах? — в полголоса спросил Саске, отстранившись.       — В каких чувствах? — слабо улыбнулся Узумаки, убирая руки в карманы. — Я ничего не слышал.       Учиха вспыхнул, как Хината, увидевшая Наруто в мужской раздевалке.       — Я… Ты… — набрав в лёгкие побольше воздуха, Саске посмотрел куда-то на плечо блондина. — Я тебя люблю, — не сдержавшись, Учиха добавил: — Придурок.       Наруто сам покраснел, прямо как обожаемые Саске помидоры, но широко улыбнулся, обнимая брюнета за плечи.       Сегодня можно пропустить тренировку.       И пусть они оба будут очень долго смущаться, пусть весь университет будет кидать на них неодобрительные взгляды; пусть Итачи завалит им сессию; пусть Джирайя будет рассказывать Наруто об упущенных женских прелестях…       Пусть.       Главное, что они вместе.       Всегда.