Алкионины дни

      Хакс продал парочку таблеток, от которых Рей должна свалиться, как убитая. Да, пришлось распрощаться с сотней баксов, но оно того стоило. Бену нужна уверенность, что она не проснется, пока он будет… занят. Рей совсем не нужно об этом знать.       Но он внутренне поклялся, что не сделает ничего такого. Ему всего лишь хочется посмотреть, полюбоваться на нее спящую. Он не поведет себя мерзко. Ни за что.       И вот наконец, в один из вечеров, родители уехали на ужин — который по устоявшейся традиции неизменно заканчивался попойкой и возвращением домой не раньше трех ночи. Рей, примерная девочка, явилась в отчий дом, когда часы еще не пробили девять. И Бен немного посмотрел футбол, перед тем как пойти наверх — к ней. Сердце колотилось от волнения. Да, почти наверняка она уже спит. Вдруг можно…       В мятой белой майке и трениках Бен крался по коридору, пока не достиг заветной двери. Подтолкнув ее плечом, заглянул внутрь.       На столе жужжал вентилятор, окно было открыто, а Рей лежала на боку, закинув ногу на одеяло. Ее мини-шортики и топик скрывали так мало, что едва оставляли простор воображению — даже в полумраке, где трудно было разглядеть. Бен прищурился, неуверенно застыв на пороге.       Ведь он просто попробует. Если тем самым случайно разбудит ее, то притворится лунатиком.       Оставив дверь приоткрытой, Бен подошел к постели и потыкал пальцем в мятую простыню. Рей не шелохнулась, и тогда он, осторожно забравшись в постель позади нее, стал подбираться ближе — пока не оказался в паре дюймов от сестры. От нее пахло шампунем.       Накинув на себя угол простыни, Бен поджался как мог — кровать была узкой, — а затем прижался носом к виску Рей, вдыхая аромат духов и лосьона. Пахло сладко, по-летнему, как он и представлял. Пахло, как от ее трусиков. А вдруг сегодня она тоже нацепила что-то не менее очаровательное?..       Предельно аккуратно он погладил кончиками пальцев ее обнаженное бедро, проверяя реакцию. Рей только чуть-чуть шевельнулась во сне.       Ладно. Все в норме.       Бен потерся носом о ее волосы и прихватил пятерней за ягодицу, пытаясь прощупать упругие мышцы. Большой палец ненароком пролез под шорты, пробуя коснуться шелковистых трусиков. В паху все напряглось, когда она тихо вздохнула во сне, и Бен с трудом удержал позыв подрочить о ее попку — как поступают только мерзкие похотливые ублюдки! Но поцеловал ее волосы, вытянув на подушку свою нелепо длинную руку.       Было совсем тихо, не считая этого сраного вентилятора. Чудно.       Продолжая принюхиваться, Бен засунул руку в треники и принялся поглаживать член. Было не слишком удобно, тесно, но вытаскивать его казалось не слишком хорошей идеей — вдруг Рей проснется? Бен сглотнул, мягким движением проводя от яиц до влажной головки.       — Черт… — вырвалось у него, и, в отчаянии сдернув штаны, он усердно заработал рукой, часто дыша прямо в волосы Рей. — Срань господня…       Крышесносно! Сводная сестренка знать не знала, что происходит, и была мягенькой, теплой и податливой в постели рядом с ним. Бен взял ртом прядь ее волос, пытаясь различить вкус шампуня, и перекатил бедрами. Блять, да он же обкончается прямо тут! Нет, это слишком быстро, слишком!.. Блять! Блять!..       В преддверии скорой разрядки член задергался, и Бену оставалось только изумленно хрюкать, забрызгивая спермой ее розовые шортики. По телу прошла судорога, он зажмурился от омывавшего его удовольствия, рефлекторно толкаясь в собственный кулак. Твою мать, как же скрипит это чертова кровать…       — Дерьмо, — прошипел Бен, все еще задыхаясь. Он методично выдавливал последние капли спермы на ее откляченную задницу. — Вот дерьмо…       Однако случилось то, что случилось. Бен перевел дыхание — от кайфа кружилась голова — и вытерся футболкой. Затем подцепил край шортиков и аккуратно спустил их со стройных бедер. Рей всхлипнула и вытянула носочки, пока Бен сумбурно комкал следы своего преступления.       Бесшумно выскользнув из кровати, он вернулся к себе, стараясь не улыбаться. Ему удалось захватить трофей.

***

      — Бен! Ты не видел мои розовые шорты?!       Следующим утром Рей носилась по дому в одном топике и зеленых трусиках. Было трудно не пялиться на нее, но лгать оказалось куда проще. Нет, конечно же, он понятия не имел, где они.       Она выглядела ужасно раздосадованной из-за этой пары. Бен с улыбкой наблюдал, как она рыскает по гостиной, пока Хан не велел ей надеть, наконец, штаны, бога ради! Она недовольно потопала наверх и хлопнула дверью.       Вечером предки снова собирались на гулянку. Наступала долгожданная ночь.

***

      Проблем не возникло. Бен размельчил таблетку и растворил порошок в ложке вина, которое подлил Рей в стакан с соком за ужином. Проследил, как она выпила, слегка морщась от привкуса.       — Срок годности, наверное, истек, — предположил он.       — Тьфу. Ну надо же, Бен! Ладно, запью водой! — Она засмеялась и вернулась к макаронам с сыром. — Или это ты пытался отравить меня?       — Как ты узнала?       С усмешкой он продолжал наблюдать — и ждать.       Коктейль подействовал через полчаса. Рей зевнула, поклевала носом пару раз — они сидели перед телевизором, — а затем внезапно отрубилась, завалившись на плечо Бена. Он коснулся губами ее макушки и выключил кино.       Рей была такой легкой. Он без труда отнес ее наверх, включил вентилятор и открыл окно. На улице моросил дождь. Бен положил Рей спиной на кровать и забрался сверху.       Встав на колени между ее раскинутых ног, пригляделся.       — Рей?.. — Он пощелкал пальцами у ее уха. Ее веки не дрогнули. — Хорошо. Хорошо…       От возбуждения кровь кипела. Бен задрал широкую футболку Рей, открывая маленькую стоящую торчком грудь с сосками-бусинками, и задрожал — наверное, от прохладного воздуха из окна. Черт, слишком опасно раздеваться полностью, непонятно, сколько времени у него есть…       Поцеловав Рей в лоб, Бен почесал в затылке и нащупал тюбик смазки в кармане. Расстегнув застежку штанов, он погладил затвердевший ствол — прямо над ее плоским животом. Рей была в отключке. Но дышала. Хорошо. Это то, как ему хотелось смотреть.       Стащив с нее новые шорты — до лодыжек, подрагивая от нетерпения, он выдавил немного смазки на член. Вентилятор размеренно жужжал. Бен медленно коснулся членом ее щели сквозь голубые трусики в оборках, приятные, как все белье, которое она носила… Нет, он просто вздрочнет и прихватит еще один сувенир…       Но шанс был слишком хорош, чтобы его упускать. Рей крепко спала, находясь полностью в его власти. Тишина и покой. Нет, он не должен…       В любом случае, что в этом такого страшного? Они не кровные родственники. Бен повторял это про себя, снимая ее трусики вместе с шортами с лодыжек, впервые увидев ее голую киску. Хм, Рей не брилась, на лобке был опрятный пушок, гармонично смотревшийся на безупречном теле.       Бен провел кончиком пальца по выступающей бедренной косточке. Ведь она даже не вспомнит… но его это вполне устраивает.       Поглаживая член, Бен сменил позу, пытаясь пристроиться к Рей. В нем бушевал заждавшийся девственник, которому недоставало терпения возбудить ее и подготовить. Шумно сглотнув, он потерся набухшей головкой о расслабленные складки, пачкая ее кожу смазкой и наслаждаясь этой фантастической мягкостью. А затем подался вперед.       Рей была теплой. По-настоящему теплой. Бен облизал губы, не сводя с нее глаз, планомерно протискиваясь сквозь плотные мышцы. Он смотрел, как член постепенно погружается в нее, и блаженно закатил глаза, когда ее плоть охватила ствол целиком. Блять… Какая же мокрая… Какая горячая…       Брови Рей на мгновение сдвинулись. Сквозь приоткрытые губы вылетел вздох — Бен вошел до упора, по самые яйца, чувствуя сладкое тепло сестры. Черт, нужен презик… Впрочем, насрать. Все равно у нее в руке эта штука, имплант.       Бен полюбовался умиротворенным лицом Рей и начал толкаться в нее решительнее — безвольное тело заерзало по простыням, но она не проснулась. Происходящее наполнило его нездоровым ощущением собственной власти: он не хотел услышать «нет», но хотел, чтобы у Рей попросту не было выбора.       — В следующий раз я тебе отлижу, — шелестящим голосом пообещал он и, захрипев, опустил голову. — И тебя тоже кончить заставлю.       Кровать качалась и скрипела. Рей не выгибала бедра ему навстречу, не отвечала на поцелуи, и это невъебенно заводило. Иногда она пофыркивала, если он вбивался слишком глубоко, и ее маленькие сиськи подпрыгивали в такт.       В следующий раз он поделится с ней удовольствием. В следующий раз… Ему просто надо больше практики, вот и все!       Он кончил и выматерился одновременно, понимая, что идея чертовски тупая. И все же… все же мысль о ее киске, полной спермы, таила болезненную привлекательность — и вдобавок он мог свободно разглядывать лицо Рей. Делать это с ней было гораздо приятнее, чем рукой или мастурбатором — еле слышные всхлипы возбуждали, растягивая оргазм.       Бен лихорадочно прижимался к Рей — ощущения были божественными — и мечтал, чтобы это никогда не прекращалось. Но, само собой, настал момент, когда пришлось тормознуть, и он ткнулся в ее щеки, сумбурно целуя.       — Спасибо, — просипел он ей на ухо и в висок, вдыхая свежий летний аромат. — От тебя пахнет так приятно, Рей-Рей. Видела бы ты, какая ты миленькая в этих трусиках.       С крайней неохотой он выскользнул из ее тепла и вернул бельишко Рей на место. Конча вытекала из нее, пачкала ткань, и ему до дрожи захотелось немедленно забрать голубые трусики, но это желание уступало другому: пусть проснется и удивляется, что с ней случилось.       Сползая с кровати, Бен целовал длинные ноги Рей. Покидая комнату, он застыл на пороге, почесал подбородок и улыбнулся.       На члене темнела полоска крови. Бен принадлежал Рей, и она принадлежала ему.