Их счастье

Она была вне времени. Всё ушло. Только боль оставалась в её душе в эти мгновения. Брианна Фрейзер, когда-то известная как Рэндалл, что уже представляла себя Маккензи, наблюдала за огнём в камине. Сколь ярким он был. Языки пламени словно танцевали, поднимаясь всё выше. Протяни руку - и сможешь почувствовать их тёплый жар, в желании просто забыться… Прошло около трёх дней, как родители Бри вернулись после долгого путешествия из-за череды ошибок и недоразумений. Она помнила, как сильно стучало её сердце в надежде снова увидеть их и Роджера… Но его не было с ними. Остальное Брианна слушала в пол-уха, как Джейми и мама с Йеном пытались догнать то племя, но внезапно Клэр услышала те самые звуки как на Крейг-на-Дун, и они отправились туда, увидев Роджера, чья ладонь почти коснулась камня. Они не успели. А он оставил её. Большего ей знать не хотелось. Всё, чего она желала, было оставаться в тени, в забытье, чтобы никто не беспокоил её, особенно жалостливыми взглядами, говорящими всё без слов. Надежда… Она подвела Бри во всём. Ей девушка отдалась, когда отправилась в это путешествие; ею почти что молилась в ожидании возвращения родителей… Всё напрасно… Она часто спрашивала: когда именно всё пошло не так? Может, в ту их ссору после обручения? Но Роджер скрыл от неё то, что не имел право, и злость не уходила. Когда она отправилась в прошлое, не осознавая всех опасностей этого пути? Но как бы Брианна смогла жить, зная, что не попыталась спасти их… Она уже не знала. Впрочем, какая разница. Важно то, что она оставалась беременной, незамужней, без возможности вернуться в свою эпоху. Пускай камни были и в Америке, но идти к ним необходимо было месяца два… А ребёнок, по словам матери, должен родиться меньше, чем через три недели. Единственным возможным решением теперь было отправиться во Фрейзер Ридж; там провести остаток беременности… и жизни. Брианна чувствовала хоть какое-то облегчение, что мама теперь находилась рядом, но всё же… Этот путь не столь был приятен ей, но другого не представлялось. Оставалось написать лорду Грею, что надежда подвела её, и поблагодарить за всё, что он сделал для неё, но их помолвка не должна больше мешать ему. Тётушку Джокасту это, конечно, не обрадует. Мысль заставила Бри усмехнуться. Узнав о неудаче в возвращение Роджера, та уже наверняка начала планирование свадьбы, но она не могла состояться. Лорд Джон был временной защитой, но Брианна не могла так использовать его, чтобы заставить жениться на ней. Он стал ей другом, не осуждая, поддерживая во всём. Долгие разговоры с ним давали по-иному взглянуть на мир, историю и даже на её родителей. Лорд Грей многое рассказал об их прошлом… С ним она словно забывала о грусти и боли, за что останется благодарной все последующие годы. Брианна вздохнула, рукой коснувшись выпуклого живота. Ей так и хотелось сказать: «Прости меня, мой маленький. Прости, что обрекла на жизнь в этом суровом мире, страшном веке, где тебя заклеймят бастардом.» Впрочем, даже если бы она и вернулась в двадцатый век, всё равно было бы не легче. Как смогла бы юная девушка без родных закончить университет, найти работу, с маленьким ребёнком, что и так будет расти без отца… Так Бри хотя бы была с матерью и Джейми… Называть его отцом всё ещё давалось с трудом, но она простила его за то, что он сделал с Роджером. Ведь ему казалось, что он защищает её. И его можно было понять. Боль от потери Роджера была сильна. Но она знала, что справится. Её ребёнок был важнее всего. Брианна встала и подошла к столу, желая взять перо, с которым весьма неплохо научилась обращаться за это время, проведённое в Ривер Ране. Вдруг в дверь постучались, и в волнении в комнату вбежала Федра:  — Мисс. Брианна в недоумении взглянула на неё:  — Что-то случилось?  — Приехал лорд Грей и желает Вас видеть. Джон здесь… Но как же… Видев вопрос на лице вопрос на лице Федры, Бри кивнула:  — Скажи, что он может войти. Она тут же вышла, а Брианна стояла в непонимании. Какого чёрта он здесь делал… Ведь… Мысли путались, и она увидела его:  — Мисс Фрейзер. Джон выглядел весьма обеспокоенным, но при этом, как и всегда, придерживался манер:  — Прошу, Джон. Мы же договаривались называть друг друга по имени. Чувствуя себя несколько неловко, он кивнул, собираясь исправить свою ошибку, но Брианна заговорила сама:  — Я удивлена видеть Вас здесь, ведь Вы отправились…  — Дела пришлось изменить, и я подумал, что будет разумно проведать Вас, хотя… Он не договорил, но всё было и так понятно. Брианна усмехнулась. Лорд Грей определённо был удивлён, застав здесь почти всех здешних Фрейзеров. Но это означало…  — Полагаю, Вы знаете, что произошло. Он кивнул:  — В общих чертах, как описали Ваши родители. Мне очень жаль. Бри покачала головой:  — В этом нет Вашей вины. Так сложилась судьба, — она перевела дыхание и продолжала. — Я как раз собиралась написать Вам письмо с благодарностью всего, что Вы сделали для меня, и сожаление о потере Вашего общества. Но надеюсь, что могу называть Вас своим другом? Его лицо тронула улыбка:  — Это станет честью для меня, Брианна. Она улыбнулась и кивнула, но Джон не дал паузе затянуться:  — На самом деле… Он поглядел на Бри, видя её недоумение, и продолжил:  — Наша помолвка остаётся в силе. И, если Вы того захотите, мы можем пожениться.  — Джон… Брианна резко вздохнула, весьма удивлённая решимостью в его голосе, да и самим предложением.  — Я не могу так поступить с Вами. Не после того, что Вы сделали для меня и моей семьи…  — В первый наш разговор на данную тему Вы были весьма решительны, чтобы брак состоялся.  — Тогда всё было иначе… Брианна закрыла глаза. Она оказывалась в тупике. Предложение Джона имело в себе множество преимуществ, но как могла она…  — Я понимаю, что сейчас Вам трудно… Но знаю, что Вас не оставят в покое, как и Вашего ребёнка. Грядут опасные времена, и я могу обещать защиту Вам и ребёнку. Он не будет ни в чём нуждаться, сможет сам выбирать себе будущее. Брианна перевела дыхание. Он говорил так уверенно. И был во многом прав. И всё же…  — Боюсь, я не создана для жизни в высшем обществе. И Вы не должны обрекать себя на такую участь…  — Брианна. Он усмехнулся:  — Поверьте, не Вас одну пытаются привести к ненужному, как нам кажется, браку. Меня вечно зазывают во всякие дома, где живут молодые дочери и сестры лордов, желающих породниться. И это продолжается бесконечно с окончания траура по Изабель… Он вздохнул, продолжая:  — Мне и самому претит высший свет. Он полностью прогнил эгоизмом и интригами. А женитьба сможет спасти меня, дав предлог появляться на арене всё реже и реже, наконец оставшись там лишь формально. Я верю, что этот брак поможет нам обоим. Брианна молчала, обдумывая его слова. Джон был прав; скоро действительно начнётся небезопасное время, а с ним её ребёнок и она смогут иметь защиту. Вот только…  — И Вы готовы растить моё дитя, несмотря на… Джон без промедления кивнул:  — Да. Я ведь уже говорил, что кровное родство не имеет столь важное значение. Брианна слегка прикусила губу, не зная как поступить. Последние события так навалились на неё. Это было так тяжело. Джон видел сомнения на её лице, как сложно ей решиться на такой шаг, и быстро произнёс:  — Я не жду ответа сейчас. Я подожду, когда Вы будете готовы. Надеюсь, Ваша тётушка не откажет мне в возможности воспользоваться вашим гостеприимством. Брианна улыбнулась:  — Думаю, это её весьма обрадует. Скажите… Она неспешно вздохнула:  — Мои родители… уже знают о Вашем намерении? Джон усмехнулся:  — Пока что нет. Решил, что не стоит приносить им столь огромное удивление раньше времени. Брианна кивнула, необычно заворачивая голову, словно уже представляла лица Джейми и Клэр.  — Да… Они будут точно удивлены. Ему нравилось видеть её улыбку: такую живую и настоящую. Джейми с Клэр толком не объяснили, что случилось с её возлюбленным, но он понял суть. И Джон надеялся, что когда-нибудь Брианна сможет открыться ему настолько, чтобы рассказать о произошедшем. Её определённо это мучило. И, быть может, он даст ей попытку отпустить. Они поговорили ещё немного. Иногда они обсуждали творчество, историю, в которой Брианна уж точно была весьма хороша. Джон часто говорил с ней о Вилли, но он не решался рассказать правду о его родителях. Это была не его тайна. Но спустя полчаса он увидел, что ей становилось дурно и покинул, чтобы не смущать своим присутствием, давая её в заботу служанок, хотя ему хотелось помочь. Джокаста оставалась гостеприимна, дав комнату на те ночи, что собирался пробыть в Ривер Ране. Тем вечером он пытался сосредоточиться на книге, когда в комнату, чуть ли не вихрем ворвался Джейми.  — Ты… Ты серьёзно собираешься жениться на моей дочери? Джон, весьма изумлённый появлением Фрейзера в его комнате, по взгляду шотландца не мог понять: хотел ли он избить Грея или просто пригрозить. Хотя что из этого было хуже…  — Тебе Брианна сказала?  — Да. Его голос звучал так сурово:  — Только что. Мне и Клэр, и она попросила выйти, чтобы они сначала обсудили это наедине. Бри похоже действительно рассматривает твоё предложение всерьёз. Он перевёл дыхание. Джон видел, что друг начал успокаиваться, и решил, что им обоим не помешает хоть как-то расслабиться. Он налил в бокалы вина, подавая один из них, севшему напротив него Джейми:  — Это не виски, но… Тот взял и осушил бокал, слегка морщась:  — Сладко. Джон усмехнулся, но тут же принял серьёзное выражение:  — Не знаю, что ты подумал, но… Настала усмехаться очередь Фрейзера:  — О том, что ты хочешь присматривать за всеми моими детьми? Я уже ничего не могу думать. Это путешествие было слишком изматывающим. Он вновь выпил бокал:  — Я просто… Бри многое пережила, я боюсь, что…  — Я знаю, Джейми. Она рассказала мне. И я сделаю всё для её безопасности, поверь. Шотландец смотрел на него:  — И даже… не станешь… Ему явно было тяжело из-за своих мыслей и того, что он пытался произнести. И Джон понял:  — Господи Иисусе! Ты считаешь, что я мог воспользоваться её схожестью с тобой, чтобы… Ты так думаешь обо мне? Джейми выглядел мрачным:  — Прости… Я… С последними событиями в голову лезет многое. Я знаю, что ты слишком благороден… Джон не дал ему договорить. Всё происходящее казалось нелепым.  — Я хочу, чтобы ты понял… Брианна дорога мне. За эти месяцы я обрёл в ней друга, которому могу открыться полностью. Он перевёл дыхание:  — Ты доверил мне сына, но дочь похоже…  — Вилли тебе как сын. И ты воспитал его хорошим мальцом. Но Бри станет женой…  — Я никогда не причиню ей вреда. Я буду защищать её и ребёнка. И не пойду против её воли. Клянусь. Джейми кивнул, закрывая глаза. Ему наверняка было нелегко в эти минуты. Если бы Джон только мог ему помочь.  — Впрочем… Она может и отказаться. Тогда я вернусь в Вирджинию, и мы не увидимся ещё долго…  — А если согласиться? Где она будет жить? Я не вынесу разлуки с ней, Джон… не смогу. Грей кивнул:  — Я пока обдумывал этот вопрос и почти нашёл решение. Но теперь всё зависит от решения Брианны. В следующий день Джон проснулся весьма рано. Время завтрака ещё не наступило, но сон не желал к нему возвращаться. В комнате стояла невыносимая духота, и Джон решил, что прогулка перед наступлением дня будет весьма кстати. Ему было необходимо поразмыслить о происходящем в его жизни, понять, что сделать дальше. Он оставался уверенным в своём предложении Брианне. Это спасёт её и дитя от сурового общества и даст ему самому шанс на новую жизнь. После смерти Изабель он продолжал чувствовать вину, будучи почти что сломленным. Тот разговор с Клэр помог каким-то образом ему обрести надежду вырваться из этого порочного круга интриг, что его окружали. И Джон встретил Брианну, так же сломленную, живущую надеждой. Он хотел помочь ей. И знал, что, женившись на ней, сможет это сделать. А также и обрести хоть какой-то покой в жизни. Неожиданно Джон услышал шаги. Оглянувшись, он увидел Брианну, что будто со скромностью медленно приближалась к нему. Грею оставалось кивнуть:  — Весьма неплохое начало дня. Классическое приветствие с намёком разговором о погоде, но он знал, что они опустят данную деталь, особенно когда в её лице читалась некая уверенность:  — Я много думала… И, скорее всего, готова принять Ваше предложение… Она выдохнула, словно сказанное дало ей облегчение. Джон кивнул, чувствуя неожиданное тепло в груди от такого исхода событий, но Брианну определённо что-то беспокоило. Она вздохнула:  — Но… У меня есть вопросы, которые могут затруднить положение… Джон вновь кивнул, давая понять, что выслушает проблемы, тревожащие её. Они неспешно шли вдоль ручья, когда она начала объясняться:  — Я понимаю, что как Ваша супруга, обязана сопровождать Вас в Вирджинию, но мне не хочется покидать родителей, особенно учитывая моё положение. Конечно…  — На самом деле… Джон улыбнулся, видя недоумение на её лице:  — Я обдумал данный вопрос. Я знаю, как дороги Вам родители. По счастливой случайности, знакомые мне господа решились вернуться в Англию, оставляя здесь вполне неплохой участок земли и дом. Конечно, он не столь огромен как в Ривер Ране, но там весьма уютно; имеет основные нужные комнаты и гостевые, где смогут останавливаться Ваши родные. Есть также маленький сад, и всё находится недалеко от Фрейзер Ридж. Я бы даже сказал, что к нему ближе, чем к Ривер Рану. Он взглянул на неё, полную изумления. Она определённо не ожидала такого.  — Я почти договорился о покупке. Всё теперь зависит от Вашего решения. Брианна кивнула, и тут же спросила:  — Вы и Ваш сын будете жить там со мной?  — В основном я буду с Вами, но мне придется совершать частые поездки. С Вилли же… Джон вздохнул, принимая, что его мальчик уже вырос для столь сильной опеки: — Он хочет поступить на военную учёбу. Мне было почти столько же, когда я решился на такой шаг, и понимаю его чувства. Но он будет посещать нас; ему понравились здешние места.  — Я хотела бы познакомиться с ним. Брианна ответила тёплой улыбкой, останавливаясь, словно чувствуя неловкость. Джон вспомнил, что в этом месте когда-то они впервые заговорили о возможности их брака. Что ж… Весьма иронично.  — Итак… Когда-то мы стояли здесь, и Вы спросили женюсь ли я на Вас. Теперь моя очередь. Джон нежно взял её ладонь, смотря ей в глаза:  — Брианна Фрейзер, окажите Вы мне честь, выйдя за меня? Она улыбнулась, кивая:  — Да, Джон Грей. Я согласна. Он осторожно поцеловал её руку. В некотором молчании они шли к дому, когда Брианна спросила:  — Когда Вы готовы провести саму свадьбу? Джон пожал плечами:  — Для меня не имеет особого значения. Но лучше скорее, ведь ребёнок может… Он взглянул на едва скрытую талию девушки, и она кивнула:  — Моя мать говорит, что роды стоит ожидать в следующие две недели. Полагаю, что вполне приемлемым для Вас станет…  — Не беспокойтесь обо мне. Я не желаю сгонять весь высший свет. Думаю, хватит скромной церемонии с Вашими родными. Брианну это удивило:  — И Вам этого достаточно? Джон кивнул, продолжая:  — Я слышал, что здесь есть небольшая церковь. Мне кажется, Ваша тётушка не будет против дать нам провести бракосочетание там. Брианна усмехнулась:  — Да, но тогда необходимо сделать это как можно скорее, чтобы она не успела созвать целый приём. Джон был согласен:  — Значит… Через три дня Вас устроит? Я как раз успею закончить сделку с покупкой земли, и после церемонии мы сможем отправиться в наш новый дом. Брианна вновь кивнула:  — Звучит прекрасно. Она с тоской посмотрела на особняк, а затем на руку, где коснулась серебряного браслета. Она всегда касалась его, когда речь заходила о Роджере, её возлюбленном. Джон понимал, что этот шаг ей сделать будет нелегко, и произнёс:  — Вам не… Вы можете ещё подумать. Брианна покачала головой:  — Нет… Нет, я уже решила. Здесь неспокойно, а я хочу растить своего малыша в безопасности. Просто… Взгляд вновь опустился к браслету:  — Это был его подарок на обручение… Но теперь придется его оставить. Её глаза заблестели, и она подняла к ним руку, не скрывая свою боль, и Джон проговорил:  — Не нужно… Сохраните память. Она будет дорога спустя время. Ваша мать до сих пор носит кольцо человека, которого любила до Джейми, ведь так? Воспоминания важны. Брианна кивнула, посмотрев в его глаза, с искренностью произнося:  — Спасибо Вам. Она взглянула на дом, и Джон, предлагая ей руку, сказал:  — Пойдёмте. Пора сообщить Вашим родным. Представляю их реакцию. Ответом ему послужила улыбка и тихий смех. Сегодня был важный день. Свадьба должна состояться лишь из формальности, и Брианна чувствовала себя спокойно, ощущая лишь лёгкое волнение, когда Лиззи и Федра помогали ей надеть свадебное платье. Она не хотела тратиться на что-то роскошное, но тётушка Джокаста уже давно приказала перешить собственное платье, в котором сама когда-то вышла за мистера Кэмерона. Оно было действительно прекрасным. Бри смотрела на себя в зеркале, едва замечая в этой девушке ту, какой знала себя. В голове возникал глупый вопрос: И как ей удалось до такого дойти… Что ж… Всё не так уж и плохо как могло быть. В комнату вошла мама и застыла, поражённо глядя на неё:  — Бри… Ты такая красавица. Девушка опустила взгляд, не зная, что сказать. Мысли путались, но она была рада, что мать сейчас находилась рядом с ней. Клэр, видимо, поняла значение задумчивого лица дочери и обняла её.  — О, милая… Она провела рукой по её макушке как в детстве, и поглядела в глаза:  — Знаю, что не о таком ты мечтала…  — Мама, всё хорошо. Так и было. Мыслей о свадьбе у Брианны почти не было в её жизни. Брак представлялся ей таким как у Фрэнка и Клэр. Такого ей не хотелось. А сейчас… не имели значения её когда-то бывшие желания.  — Это не идеал, но ведь и у тебя так было? Клэр улыбнулась:  — Да… Когда я вышла за Фрэнка всё было слишком спонтанно. Но именно со свадьбой с Джейми пришлось пройти все эти брачные процедуры. Они засмеялись. Брианна замечала во взгляде матери одновременно печаль и радость. Девушке казалось, что она понимает причину, ведь её мать переживала, сможет ли попасть на свадьбу дочери, и вот теперь последняя стояла перед ней в свадебном облачении, выходя замуж за человека, что хоть и был бесконечно добр, но не владел её сердцем. Для Бри это уже не казалось важным. Ей хотелось покоя и безопасности для ребёнка и себя самой.  — Ты ведь тоже вышла за Джейми, чтобы защитить себя? Клэр засмеялась:  — Да, милая. До сих пор помню то похмелье перед свадьбой. Но в конце концов мы нашли путь друг к другу. Она похлопала её по плечу. Тут Брианна кое-что вспомнила, начав копаться в своей сумке, наконец доставая маленький мешочек. Она посмотрела на мать:  — Поможешь? Клэр открыла его, находя тот самый шотландский жемчуг Фрейзеров.  — О, Бри…  — Я взяла его с собой, чтобы помнить, что вы рядом. Теперь пригодится иначе. Клэр качнула головой, надевая его на дочь, теперь смотря на неё, гладя по плечу:  — Я горжусь тобой, милая. И Фрэнк тоже бы гордился. Брианна кивнула. Хотела бы она, чтобы он был здесь и обнял её… Со вздохом девушка уверенно произнесла:  — Пора. У церкви их ждал Джейми. Брианна заметила, что он был взволнован также, как и Клэр. Его глаза почти заблестели:  — О, leannan, m’annsachd… Он коснулся её щеки:  — Не думал, что смогу увидеть тебя в такой день. Брианна улыбнулась, вздохнув:  — Ты отведёшь меня к алтарю? Джейми почти задохнулся от удивления. Бри знала, что это многое значит для него. Доверие, чтобы отец передал дочь мужу, доверяя её охранение. Это был важный шаг.  — Конечно, дорогая. Конечно. Он нежно поцеловал Брианну в лоб. Клэр улыбнулась, глядя на них, и произнесла:  — Думаю пора идти. И быстро скрылась в церкви. Джейми взял руку дочери, и они подошли к дверям. На миг Брианна застыла. Всё её спокойствие исчезло, и она чувствовала, как билось её сердце.  — Ты готова? Бри кивнула, зная, что это было действительно так, но её пальцы почти вцепились в отца; она едва могла дышать. В церкви было слишком мало людей для классического проведения свадьбы. Но в их случае всё иначе. На скамьях сидели лишь её мать, Йен младший, Джокаста и Мурта, а также Лиззи, на чьём присутствии Брианна настояла. Впереди стояли священник и Джон. Его взгляд был прикован к ней, отчего её настигало ещё большее волнение. С каждым шагом она была всё ближе и ближе к нему. Наконец, Джейми остановился и передал её руку Джону; тот кивнул ему. Её ладонь оказалась в его, а глаза были напротив. Он словно говорил: «Доверься мне. Я рядом». Брианна крепко сжала его ладони, слыша слова священника. Казалось, что это длилось вечность, но, чувствуя рядом Джона, она понимала, что всё в порядке. Они произнесли клятвы. И завершающие слова прозвучали:  — Можете поцеловать невесту. Брианна замерла, чувствуя его губы на своих в целомудренном поцелуе. Ей показалось, что всё в мире застыло, и остались лишь они. Отстранившись от неё, Джон едва заметно кивнул ей, как бы говоря: «Всё кончилось». Это было так. Теперь она звалась Брианна Эллен Фрейзер Грей. А если коротко — Брианна Грей. И это звучало так странно… Волнение измотало её. И она была рада оказаться в карете, что должна увести их с Джоном в новый дом. Брианна думала, что родители решат поехать с ними, но у них оставались нерешённые дела в Ривере Ране. Они обещали приехать при первой же возможности. Дорога должна была быть не слишком долгой. Она и Джон спокойно ехали в компании друг друга. Но в первые полчаса Бри осознала, насколько устала за последние дни, чувствуя, как начинала проваливаться в сон. Последними её мыслями стало ощущение свадебного кольца на её пальце, соединяющего её с Джоном, но на той же руке находился маленький браслет, который оставался у неё в память о Роджере… Брианну разбудил мягкий голос Джона, сообщавшей, что они прибыли. Это место было весьма приятным. Ей нравился вид трёхэтажного белого особняка, сада со скамьями, где можно попробовать многое нарисовать. Это казалось идеальном местом, чтобы растить ребёнка.  — Здесь прекрасно, Джон. Правда. Сказала она ему, и он улыбнулся с облегчением, наверняка чувствуя радость от её слов. Вечер наступил незаметно. К этому времени Брианна чувствовала очень сильную усталость. Хотелось просто лечь и уснуть. И она была почти близка. После тёплой ванны, её ждала мягкая кровать, на которой девушка устроилась, сидя на одной половине, зная, что не будет спать одна в этой комнате. Дом ей понравился. Он не был столь роскошным как Ривер Ран, где всё напоминало музейные экспонаты. Здесь чувствовалась та самая домашняя атмосфера, чем-то напоминавшая Фрейзер Ридж. В одну из дверей постучались, и после её разрешения в комнату вошёл Джон. Казалось, его одолевала неловкость:  — Надеюсь, я не сильно побеспокоил тебя. Бри покачала головой:  — Конечно нет. Проходи. Он подошёл ближе к ней. В его взгляде словно читалось извинение.  — По правилам приличия, эту ночь мы должны хотя бы провести в одной спальне. Потом я буду жить в той комнате, — он указал на ту дверь, из которой зашёл к ней. — Она ведёт прямо ко мне. Если вдруг что-то понадобится, то не стесняйся. Она вздохнула:  — Спасибо, Джон. Так благородно с его стороны всё предусмотреть и обдумать. Это лишь доказывало, что она не ошиблась, согласившись на его предложение. Джон кивнул в ответ на её слова:  — Сегодня я обустроюсь на диване. И он действительно направился к нему, но это было неправильно:  — Там слишком неудобно. Ложись на кровать. Джон покачал головой:  — Я стану стеснять тебя.  — Джон, я настаиваю. В конце концов ей удалось уговорить его, хоть и с трудом. Лорд Грей оказался весьма упрям, но ему не суждено было побороть в этом Брианну. Ему пришлось согласиться; сопротивляться ей не было возможно. Джон подошёл к кровати, но видимо заметил её задумчивый взгляд вдаль и произнёс:  — Я всё ещё могу… Брианна тут же покачала головой, посмотрев на него:  — Нет. Я просто… Она глубоко вздохнула. Разные мысли окутывали её, окончательно изматывая. Джон аккуратно присел напротив неё:  — Тебя что-то беспокоит. И если хочешь поделиться, я рядом. Бри смотрела в эти полные доброты глаза, чувствуя истинное доверие к этому человеку. Ещё в их первую встречу она ощущала это и теперь точно знала, что могла открыться ему:  — Меня волнует… Это, наверное, трудно понять. Я говорила, что меня вырастил человек, заменивший мне отца. И он был очень хорошим… Но я всегда слышала их ссоры с матерью… Он любил её больше, чем она его… И я… Она вздохнула, прикусив губу, вспомнив как тяжело было слышать их голоса по вечерам, столь громкие и злые. Хотя теперь Брианна многое поняла:  — Таким мне и казался брак. Конечно, увидев маму с Джейми, я осознала, как всё может быть иначе… Я не хочу, чтобы и мой ребёнок…  — Чувствовал тоже что и ты в детстве. Бри качнула головой, показывая, что он прав. Пускай и корила себя за такие мысли, ведь она — не её мать, Джон — не Фрэнк, и Роджер уж точно не был похож на Джейми. Но всё же это беспокоило её.  — Брианна… Мы не твои родители. Пусть между нами нет тех чувств, что обычно связывают супругов, но мы доверяем и понимаем друг друга, принимая во всём. Такое многого стоит. И дитя, — он слегка коснулся её живота. — Будет расти в этом понимании и заботе. Она верила его словам и кивнула. Джон улыбнулся своей, казалось, особенной улыбкой и, нежно положив ладонь на её щёку, произнёс:  — С ним всё будет хорошо. Обещаю. Брианна вновь кивнула, понимая, что готова верить всему сказанному. Джон слегка придвинулся и с осторожностью, будто она состояла из фарфора, поцеловал её в лоб, как будто призывая довериться. Вот только она уже доверяла на сколько уже можно было возможно в их случае. Отстранившись, Джон прошептал:  — Доброй ночи. И отошёл к пустующей половине кровати.  — Доброй ночи, Джон. Брианна устроилась удобнее, тут же погрузившись в сон, ещё ощущая прикосновение его губ. Проходили дни, превращаясь в недели. Их жизнь становилась привычной. Поначалу Джон замечал, что Брианна не сразу замечала происходившее, но теперь всё было иначе. Ему казалось, что она действительно чувствовала себя здесь хорошо. Это место обладало чуть ли не магическим уютом, будто во всём мире забыли о них, и они были свободны. Вскоре к ним присоединились Клэр и Джейми. Йен младший присматривал за Фрейзер Ридж, пока они помогали им обходиться на новом месте. Клэр давала Брианне советы, касающиеся беременности и детей в целом, ведь уже вскоре ребёнок должен был появиться на свет, и Джон чувствовал радость, что миссис Фрейзер будет рядом с дочерью в этот момент. Он помнил страхи Брианны, что она останется совсем одна. Своей жене, что до сих пор звучало непривычно, лорд Грей старался помогать во всём, как только мог. Они проводили свои долгие беседы, уже не боясь, что кто-то прервёт их или будет следить. Как-то раз даже попробовали сыграть в шахматы, и она оказалась ничуть не хуже своего отца, если не лучше. Её настигала крохотная усмешка каждый раз, когда ей удавалось обходить его. Ей было очень интересно узнавать про Уильяма, и он чувствовал вину, что продолжал скрывать от неё правду его рождения, но Джон мог открыть ей это только с разрешения Джейми, но захочет ли он, чтобы его дочь знала правду… Иногда Джону казалось, будто он в каком-то клубке. Всё в его жизни перемешалось; осознание, что его Вилли уже не такой ребёнок как раньше; чёртов высший свет, продвигающей свои порядки. Когда его назначили губернатором Ямайки, он надеялся, что вместе с семьёй сможет вырваться, но Новый свет мало чем отличался от старого. Теперь у него появился шанс не только помочь другу, но и самому обрести весьма веский повод освободиться от этой компании. Он не переставал благодарить судьбу, что ему действительно это удалось. Джокаста успела разослать всем знакомым из благородным семействам радостную новость о свадьбе её внучатой племяннице и лорда Грея. Вот и теперь ему приходилось отвечать на поздравления и откланиваться от предложений посещения каких-либо приёмов, на которых не он, не Бри не имели желания присутствовать. Этот домашний покой невозможно было хотеть променять на праздные элементы светской жизни. Дни шли своей чередой. Вновь Джон сидел с Брианной в гостиной, пока Клэр занималась настойкой, что должна была помочь при болях в животе, пополняя свои лекарственные запасы, а Джейми пришлось срочно уехать. Джон пытался не выведывать, что за дела были у его друга. Лучше будет, чтобы он ничего не знал. Лорд Грей взглянул на Брианну, вновь удивляясь как сильно она переняла черты своих родителей, как внешне, так и характерные. Её взгляд казался весьма задумчивым. Тут она посмотрела на него, произнося:  — Знаешь… Я поняла, что должна поблагодарить тебя. Джон вздохнул:  — Брианна… Её часто одолевал извечный благородный взгляд, но он всё пытался уверить жену, что она не обязана…  — Нет, послушай. Ты так много сделал и продолжаешь делать для меня, моих родителей и ребёнка. Только теперь я понимаю, как много это значит. Он вновь хотел что-то сказать, но она просто не давала ему возможности, продолжая:  — Спасибо тебе. С милой, чисто ангельской улыбкой, которую он любил наблюдать, Брианна встала, укладывая книгу, державшую до этого в руках, на полку. Джон уже собирался сказать, глядя за её рукою, что держала небольшой томик, кажется, автора… Вдруг Бри остановилась. Её лицо исказил ужас, руки прижались к животу. Она едва дышала. Неужели сейчас…  — Брианна. Джон держал её за руку, вспоминая, где чёрт возьми была Клэр, но слава Господу, она как раз проходила в комнату, тут же понимая в что происходит. Начиная раздавать команды, она сказала ему отвезти Брианну в её комнату. Девушка впилась в его руку мёртвой хваткой, морщась от боли:  — Мне страшно… Я боюсь этого… Он держал её, произнося:  — Я рядом. Всё будет хорошо. Просто не отпускай мою руку. В её глазах читался страх, но ей удалось кивнуть. И она крепко держалась за него, крича, едва удерживая силы, чтобы дышать. Джон никогда не был при родах; его определённо не должно было здесь быть в столь интимной обстановке, но он не мог оставить Брианну. Она продолжала крепче сжимать его руку, тужась по указанию Клэр, и какой-то момент её глаза закрылись, будто вот-вот потеряет сознание. Джон тут же прижал ладонь к её щеке, говоря:  — Смотри на меня. Ты сможешь. И она смотрела… Наконец издавши последний вздох окончанием этого испытания… Тут послышался безумный крик, плач ребёнка. Они увидели на руках Клэр младенца… Джон затаил дыхание… В единые минуты Клэр смогла завернуть его, передовая Бри со словами:  — Мальчик. Господи… Он был… Таким волшебным и реальным… Брианна почти плакала со счастливой улыбкой, глядя на сына:  — Он такой большой. Джон прикоснулся к её ладони, помогая придерживать его головку. Он был прекрасен. Удивителен. Едва ли можно оторвать от него взгляд, а Бри… Она сияла. И выглядела так прекрасно… Это был их шанс. На новое начало. На новую жизнь. Прошёл год. И это стало самым прекрасным временем в её жизни. Брианна чувствовала эту огромную и бесконечную любовь к своему малышу, что ей бывало страшно от такой глубины этого чувства. Она назвала его Джемом. Джеремией Александром Фрейзером Греем. Её Джемми. Он был её копией. И своего дедушки. Джейми вернулся уже после его рождения, но с трудом можно было описать тот восторг и счастье, когда он увидел внука. Пускай она никогда не узнает его истинного отца, но ей хотелось, чтобы частичка Роджера была в нём в память об их времени и прошлом. И Бри ещё с самого начала знала, что обязана посвятить его имя отцу… Джейми. И её мальчик был прекрасен. Таким любопытным, весьма активным. А если Брианна уже не могла управиться с этим шалуном, ей всегда приходил на помощь Джон. Он любил её сына; она видела это по его глазам, действиям, когда он с таким трепетом взял его в первый раз… Это был их ребёнок. И они жили семьёй. Почти что настоящей… Несколько раз к ним приезжал Уильям. Джон продолжал звать его втихомолку Вилли, пытаясь смириться с взрослением сына. А сам Уильям был весьма чудесным юношей. Любезный и искренний. Бри знала, что биологически он являлся ей братом; Джон всё-таки рассказал ей после того долгого разговора с отцом… Уильям с радостью познакомился с ней и с Джемом. За вежливостью она видела мальчика, желавшего обрести самостоятельность и гордость родителей, что при этом был несколько потерянным. Брианна и сама когда-то была такой… Может, оттого им так быстро удалось сойтись? Но, к сожалению, ему вскоре пришлось уехать. И Джону также приходилось уезжать, иногда даже на две недели… Он каждый раз надеялся, что это будет в последний раз, но ему вновь и вновь предстояло извиняться перед ней, крепко целуя в лоб, прощаясь с Брианной и Джемми. Они сблизились. Не физически, но духовно, почти ничего не скрывая друг от друга, разделяя эти прекрасные моменты с сыном. Порой ей так хотелось сказать ему правду. Что она из будущего, поделиться всем… Но это было слишком опасно. Ей не хотелось терять эту атмосферу семьи, его доверие, его самого… Правда отдалит их. И потому Бри не откроет её. Джон знал, что Брианна могла недоговаривать, принимая это. За время, проведённое с ним и сыном в их доме, она не разу не пожалела, что согласилась выйти за него. Он стал ей больше, чем другом. Её семьей. И иногда казалось, что это может быть нечто большим… Однажды ей приснился кошмар, и Джон тут разбудил её, оставшись с ней на всю ночь. После делить так кровать вошло в привычку. Ей нравилось слышать его спокойное дыхание за спиной, ощущая себя в безопасности. И часто Брианна замечала себя за мыслями о Джоне уже не в дружеском плане… И она знала, что Джон испытывал тоже… Нельзя сказать, когда точно началось это ощущение, но как же часто ей хотелось, чтобы его губы касались не только её лба… руки обнимали и прижимали к себе крепче… а… Брианна вздохнула. Временами это могло даже начинать сводить с ума. Неизведанное желание, охватывающее, её, пугало. И по взглядам и некоторым действиям она знала, что Джона одолевали те же мысли… Им удавалось игнорировать это. Они старались не замечать. Но с каждым его возвращением это становилось сильнее… Обстановку разбавляли её родители, приезжавшие, как могли. У них началось новое дело, чтобы спасти Мурту, но как бы Бри не был приятен крёстный отец Джейми, ей не хотелось знать подробностей… Однажды Джону пришлось уехать почти на два месяца. Брианне безмерно его не хватало. Когда она укладывала Джемми спать, он часто наблюдал за ними, и как-то даже ему удалось подслушать её колыбельную сыну, который мирно засыпал… Они часто гуляли по саду. Джем рос и любил побегать и исследовать, а Джон пытался угнаться за этим непоседой и вернуть его Бри как можно не испачкавшимся. У Брианны болезненно сжалось сердце… Почему его так долго не было? Чёртово высшее общество… Из-за него Джону приходилось постоянно уезжать, покидая их. Ему и самому было не в радостно от новых поездок… Но их упорно не хотели оставлять в покое. Особенно ей не хватало его по вечерам перед сном. Они всегда разговаривали, обсуждая прожитый день, новости от Вилли и её родителей. Но в такие моменты Брианне приходилось делить их с собой, размышляя. Она читала, заново познавая литературу XVIII века, и рисовала. Брианна вновь и вновь просматривала свои рисунки. Некоторые были посвящены её прошлому в XX веке: Гарвард, аллеи парка, их дом, Рождественскую ёлку, Фрэнка… Их она хранила в другом альбоме, показывая лишь Клэр. Бри казалось, что, рисуя, ей удаётся отпустить. Большая часть её работ представляла собой пейзажи этого времени, портреты Джемми, и не только. У неё даже получилось создать портрет Клэр с Джейми во Фрейзер Ридж. Она очень долго работала над ним, и они казались почти живыми. В последнее же время Брианна рисовала портрет, что считала одним из важных… Как-то она заметила Джона на скамье их сада, держащего на руках Джемми. Это так запомнилось ей, умиляя и вдохновляя… Бри не могла не попытаться отобразить ту искренность и радость в лице Джона… Его улыбку, глаза, светящиеся счастьем, вечно уложенные волосы. Интересно, как он выглядит, когда они распущенны… Она поспешила отвлечься от этих мыслей, боясь, куда они могут её завести. Но не думать о нём было слишком сложно. Брианна пыталась вспоминать ощущала ли она тоже с Роджером, но те моменты не были так ясны. Казалось, он навсегда ушёл в прошлое, оставляя лишь память. И неиспытанное ранее чувство к мужу пугало Бри. Она часто просила мать рассказать подробнее об их отношениях с Джейми. Может Клэр и понимала, что вопросы дочери вызваны не только любопытством, а и чем-то большим, но не спрашивала её об истинной причине. Брианна искала ответы на вопросы о неизвестных ей чувствах, думая, что история родителей даст возможность понять. В начале они не любили друг друга. Как им казалось. Но страсть преследовала их с самой брачной ночи. И шаг за шагом они приближались к пониманию силы этого чувства. У её матери был выбор после суда, где она чуть не оказалась на костре. И Джейми отпустил её. Но Клэр всё же выбрала его, несмотря на опасность этого века. И она определённо не жалела. Наблюдая за родителями, Бри осознавала, что и подумать не могла об истинном существовании такой связи между людьми. Они прошли сквозь время, ложь, кровь, годы разлуки. И теперь были так счастливы. А Брианна пыталась разобраться в себе, в ожидании возвращения Джона… Этим утром пришло письмо. И когда она прочла его, то едва не вскрикнула от радости: Джон был в двух днях пути и скоро вернётся к ним. Он писал, что уж теперь о них долго не вспомнят, как скучал по ней и Джемми, желая скорее вернуться домой. Бри провела кончиком пальца по написанному им слову «домой». Её едва не переполняли эмоции, но она сдержалась, сообщая радостную новость Клэр и Джейми, что приехали к ним на пару недель. Умилительным было видеть их возню с внуком. И Брианна чувствовала себя такой счастливой… Прошли дни, и Брианна, гулявшая у дома, увидела карету, из которой стремительно выпрыгнул Джон, находя её взглядом. Она с трудом могла пошевелиться, не веря, что он действительно здесь. Джон быстрыми движениями приблизился к ней, крепко обнимая.  — Бри… Казалось, он едва мог говорить.  — Джон. Ох, как же она скучала по нему. Его голосу, манерам… по всему. И он вернулся к ней. Наконец, они отпустили друг друга, несказанно радуясь возвращению лорда Грея. Брианна привела его в гостиную, тут же приказав Кэт, их служанке, принести чай и готовиться к обеду. Та поклонилась и вышла из комнаты, оставив супругов наедине. Они просто смотрели друг на друга, ничего не говоря. Ей всё ещё не верилось, что он вернулся. Тут Джон произнёс:  — Как вы всё это время? С Джемми всё хорошо? Брианна кивнула:  — Да, он сейчас с родителями. Уверенна, они будут счастливы тебя увидеть… Она уже хотела бежать в детскую, но он остановил её, держа за руку. От этого касания сердце Бри почти замерло. Джон проговорил:  — Я очень скучал по тебе, Брианна. Каждый день мечтал вернуться. Девушка кивнула, чувствуя странный ритм в груди:  — Как и я. Эти месяцы шли слишком долго. Они вновь обняли друг друга, и Бри прошептала:  — Обещай, что постараешься больше не уезжать так надолго… Ведь вновь она этого не вынесет.  — Обещаю. Брианна собиралась отстраниться, чтобы приступить к бытовым обязанностям супруги при встрече мужа… Но ей было так хорошо в объятиях Джона, так спокойно, чувствуя, как его руки обвивают её талию… Не отпуская, она посмотрела в его глаза. Джон был так близко после долгой разлуки, и даже после стольких размышлений ей не хотелось думать. Хотелось… Бри не помнила кто в тот миг сделал движение вперёд, но через секунды их губы коснулись друг друга. Её накрыла волна неиспытанных ощущений, что она забыла обо о всём. Его губы были нежны, руки прижимали к себе… И это оказалось прекраснее любых грёз и мыслей… Они слегка отклонились, всё ещё не отпуская. Брианна смотрела на Джона, чувствуя неловкую улыбку на лице, что также была и у него. Не выдержав, она потянулась к нему, исчезая в этих чувствах… Весь мир вокруг них растворился; были лишь они. Джейми удивлялся как быстро успевал расти его внук, жалея, что они с Клэр не так часто могли навещать Бри с сыном и Джоном. Им вновь пришлось оказаться в пучине событий истории в попытках снова выбраться из неё, спасая дорогих людей. Всё же то, что Брианна вышла за Джона, помогло ей и ему не попасть в эти интриги. Они жили отдалённо от всей мирской суеты общества. Конечно, Джейми вначале переживал за дочь, решившуюся на брак с человеком, которого не любила, ради безопасности своего ребёнка. Но видя её сейчас, он понимал, что она счастлива. С сыном, который был одним из самых прелестных детей, что знал Джейми, и даже Джоном Греем, ставшим отцом их мальчику. Один раз, когда Джейми и Клэр гостили у них, приехал Вилли для знакомства с мачехой и братом. Как же он был удивлён, увидев здесь мистера и миссис Фрейзер, особенно как членов семьи. И в эти дни они были так счастливы, вместе, как семья. Вилли и Бри сблизились. По вечерам они с Джоном и Джемом сидели у камина, разговаривая и смеясь. Для Джейми это стало такой прекрасной картиной. И он с Клэр были частью этого, что грело душу. Своего внука Джейми обожал. В день его рождения Фрейзер приехал ближе к вечеру, узнав радостную новость. Мальчик оказался так похож на Брианну, которая посвятило одно из имён сына ему. Они были близки. После многих трудностей она видела в нём отца. И Джейми чувствовал себя счастливцем. Спустя много времени, но ему удалось привыкнуть, что Джон Грей являлся его зятем. Хоть и формально, это все равно удивляло. Теперь он был частью семьи. Джон дал Бри эту возможность на тихое и мирное счастье, которое она заслужила. И Джейми был благодарен ему за это. Пусть они не любили друг друга, но доверие и дружба меж ними были крепки, что не могло не радовать его и Клэр. За эти месяцы Брианна тосковала по Джону. Джейми знал это, ему самому не хватало друга. И теперь они ожидали приезда Грея совсем скоро. Фрейзер шёл в гостиную, поскольку Клэр уже собиралась обосноваться там, но тут он увидел… как Джон Грей держал в объятиях Брианну, целуя её. И это не было похожим на тот поцелуй в церкви в день свадьбы… Он видел мужчину, что целовал женщину со всей пылкостью и страстью… А она отвечала ему… Едва приходя в себя, Джейми скрылся в коридоре, оставаясь незамеченным, но увиденное не покидало его. Он не знал, что и думать. Давно ли они испытывали подобное? Как он и Клэр могли не видеть этого? Что именно чувствуют… Всё это привело Джейми к полному непониманию. И пусть Фрейзер улыбался, встречая Джона, наблюдая за радостным воссоединением, но в тоже время он был далёк от происходящего. Мысли запутывали его. И к вечеру Джейми решил, что обязан разобраться, чтобы не сойти с ума. Во время ужина он смотрел за тёплыми, даже слегка смущёнными взглядами Бри и Джона, становясь всё увереннее в своём решении. После окончания трапезы Джейми осторожно попросил Джона поговорить наедине. Они вышли в коридор, оставляя своих дам и Джемми у камина в гостиной. Фрейзер успел заметить непонимающий взгляд Клэр, зная, что необходимо рассказать её о причинах его странного поведения, что он, конечно, сделает, но позже. Джон тоже не понимал, наверняка, взволнованного вида друга, которого давно не видел, ожидая раскрытия:  — Что-то случилось? Необходима моя помощь? Джейми покачал головой:  — Я… Это касается другого. Он вздохнул, твёрдо произнося:  — Какие у тебя намерения насчёт Бри? Джон был в явном недоумении:  — Намерения?.. Джейми, о чём ты говоришь? Она моя жена…  — Но вы не испытывали друг к другу того, что чувствуете сейчас, ведь так? Грей отвёл взгляд, и Фрейзер понял, что его слова были чертовски верны. Но Джон не понимал откуда…  — Я видел вас сегодня. В гостиной. Джон вздохнул:  — Я не знаю… Как это объяснить… Мы просто… В какой-то момент всё начало меняться, и появилось неведомое до того желание и потребность в ней… Чтобы она всегда была рядом. А в этой чёртовой поездке я так тосковал по ней и Джемми… Я не могу это объяснить… Джейми видел замешательство на лице друга и положил ему на плечо руку, произнося:  — Пойми, для меня важно, чтобы Брианна была счастлива. И она чувствует себя так с тобой. Возможно, мне необходимо было убедиться, что ты не разобьёшь ей сердце…  — Я никогда не причиню ей боли. Голос Джона звучал столь уверенно и твёрдо, что Джейми верил ему. Он кивнул другу, предлагая вернуться в гостиную. Остальной вечер прошёл весьма хорошо. Они разговаривали, умиляясь Джемми… Проводили обычный семейный вечер. Сидя здесь, в этой небольшой уютной комнате, Джейми мог забыть обо всех невзгодах, что таились за стенами этого дома. Царящий смех, тепло, счастье в этом месте невольно заставляли желать, чтобы это время не имело конца… Пришло время сна. У них с Клэр с самого начала в этом доме комната для них. Клэр уже сидела на кровати с распустившимися волосами. Джейми отклонил голову к высокому столбу кровати, наблюдая за женой. Несмотря на эти прошедшие годы, она оставалась для него той же прекрасной и дерзкой Сассенах, которую встретил больше двадцати лет назад. Клэр, словно понимая ход его мыслей, покачала головой, уже серьёзно смотрела на него:  — Джейми. Он кивнул, зная, что должен рассказать ей. И, сев напротив неё, произнёс:  — Сегодня я был весьма сбит с толку. Это заставило меня во многом задуматься. Джейми глубоко вздохнул:  — Я видел, как Бри и Джон… Они целовались, Клэр. Как супруги. Она была удивлена. По её лицу он видел, что множество чувств объяли её…  — Потому ты так резко вырвал Джона из семейного круга? Джейми кивнул:  — Он сказал… что они сами ещё не понимают, что чувствуют… Клэр улыбнулась:  — Чем-то напоминают нас, не так ли? Джейми посмотрел на жену, глубоко вздохнув: — Не знаю, Сассенах. Не знаю…  — Послушай, — Клэр подвинулась к нему, по-свойски кладя ладонь на его щёку. — Мы оба хотим, чтобы Бри была счастлива. И чувствую, что она испытывает, будучи матерью Джемми, живя здесь с ним и Джоном. И, если они смогут обрести друг друга, как когда-то мы, разве это не то, о чём могли бы мечтать для Брианны? Джейми кивнул, не зная, что сказать. Всё было так непросто. Отношения с губернатором, попытки защитить Мурту, и, конечно, он хотел счастья для дочери, и попытаться помочь ей, как только сможет. И Клэр вновь удалось прочесть ход его мыслей:  — Просто нужно дать им самим разобраться в этом. Уж кому как не нам известно, сколь трудно понять свои чувства. Они усмехнулись, и Клэр потянулась к нему, встречаясь с ним поцелуем. Он так любил её. Сколько бы не прошло времени, он всегда будет любить её. И как только Джейми едва жил без неё эти годы? Вернувшись, она дала ему причины жить, особенно теперь с ней во Фрейзер Ридж, помня, что рядом Брианна и Джем, вместе с Джоном. Не это ли было истинным счастливым путём в их судьбе? Прошла пара дней с отъезда их родителей. И всё это время Брианна чувствовала эту стену между ней и Джоном. Она так ждала его. И когда он наконец вернулся, не видясь столь долго, они поддались чувствам… Неловкость, которая до сих пор ощущалось, что, вероятно, и заставляла вести их более отстранённо друг от друга. Но это было невыносимо. Всё это время Брианна ночами желала вновь услышать его тихое дыхание рядом… Она надеялась, что всё вернётся, но в первую же ночь он оставался у себя. И следующие тоже. Бри понимала, что происходящее сбивало с толку их обоих, но в её сердце словно возникла дыра. Им нужно было время, чтобы понять и осознать, что с ними случилось. Но в одиночку это слишком трудно сделать. Она осознавала, что… хотела Джона. Это желание было столь сильным, даже пугающим её саму. Опыта в сексе у Брианны почти не было. Лишь та ночь с Роджером, и те ненавистные мгновения с Боннетом… Нет. Она не станет давать тому ужасу снова охватить её. Бри смогла пережить это. Он был мёртв. И она не даст ему мешать ей жить. Был вечер. Брианна уже уложила Джема спать, а Джон находился в своей комнате, отвечая на письма важным людям. От того она просто сидела в спальне, наблюдая за пламенем в камине. Мысли петляли в её голове, и ей хотелось расслабиться. У Брианны не было особенной страсти к алкоголю, но сейчас идея казалась весьма неплохой. Налив себе бокал вина, она пригубила его, вдруг услышав стук. И он доносился из двери, ведущей в его комнату. Бри затаила дыхание:  — Да? Дверь открылась, и в комнату вошёл Джон. Он, казалось, чувствовал сомнения, но, увидев её облегчённую улыбку, становился увереннее:  — Я могу…  — Конечно! Она так скучала по их совместным вечерам и была счастлива, что он наконец-то пришёл к ней. Брианна уже хотела налить ему вина, но он успел быстрее неё это сделать, садясь в кресло рядом с ней. Какое-то время они молчали, просто наслаждаясь тишиной и покоем. Но Бри понимала, что так больше не может продолжаться; хватит бежать от неизбежного.  — Мы должны поговорить. Джон кивнул:  — Да. Они смотрели друг на друга, и Брианна с неуверенностью начала:  — Не знаю, что происходит между нами, но мы чувствуем это. Весьма сильно. И ничего такого раньше я не испытывала. Она прикусила губу, взволнованная, зная, что этот разговор многое изменит. Джон отвёл взгляд, смотря на огонь:  — Как и я. Бри вздохнула, уже пытаясь не думать, понимая, как она устала от этой осторожности. Она же знала, что они могут быть откровенны друг с другом:  — У тебя… Были отношения с женщинами? Кроме твоей жены… В какой-то момент ей стало страшно, что она затронула слишком болезненную тему для него, но он ответил:  — Скажем так… У меня было нечто такое. Для меня в человеке были важны прежде всего душа и сердце, а лишь потом плотская потребность. А то, что я чувствую к тебе… Это сложно объяснить. Они молча смотрели на огонь, и, вздохнув, Бри произнесла весьма тяжёлую, хоть и разумную мысль:  — Может… Возможно ли, что это из-за моей схожести с отцом? Джон взглянул на неё с непониманием, а она продолжала, словно теряясь в этой мгле вариантов и вопросов:  — Ты хотел его. А я похожа на него, и мы так часто вместе…  — Брианна! Он резко подвинул кресло ближе к ней, находясь напротив неё, и, проводя ладонью по её щеке, сказал:  — Мои чувства к тебе не имеют отношения к Джейми. То, что между нами… Я всегда хотел покоя, свой дом от общей суеты, где смогу быть собой. Иногда это начинало казаться невозможным, но ты… Ты подарила мне этот шанс. И здесь, с тобой и Джемом — мой дом. Настоящий дом. Она невольно улыбнулась его искренности, кивая, но проговорив:  — И всё же мы оба хотим большего. Они сидели, смотря в глаза друг друга. Чувства и желание внутри них почти взяли вверх. Шли секунды. Их лица становились ближе и ближе…  — Бри… Поцелуй был короток, но он стал катализатором; разум утих… Не замечая, они встали, вновь касаясь губами, не торопясь, словно изучая друг друга, нежно, трепетно. Брианне казалось, будто она сейчас растворится в этом желании… Ничего уже не было важным. Лишь они… На мгновение Джон слегка отстранился, произнося:  — Мы можем…  — Джон. Её руки поднялись к его лицу:  — Нам нужно это Сомнений не оставалось. Всё остальное исчезло. Брианна видела лишь его, Джон — её. Поцелуи становились более глубокие, с большей страстью. Они понимали, что остановиться уже не смогут. Его руки касались её волос, распуская, нежно приглаживая. Их мягкость могла свести с ума. Брианна смелела, решаясь избавить его от той ленточки, что всегда изящно держала его волосы. В распущенными ими в Джоне было нечто мистическое, гипнотизирующее, что едва она могла отвести взгляд. Время словно остановилось. Они смотрели друг на друга, едва дыша. Желание захватило их, и в словах не было нужды. С волнением Брианна начала снимать с него платок, слегка касаясь его шеи. Джон, учащённо дыша, следил за ней, захватывая её взгляд. Руки следовали дальше, расстёгивая жилет, оставляя его лишь в рубашке и штанах. Тут его руки обвили её талию, прижимая к себе ближе, находя шнуровку платья. Деталь за деталью оказывались на полу, пока наконец они не предстали друг пред другом в одних рубашках, невольно изучая и поглощая взглядом. Мгновения, и уже ничего не скрывало наготы и их желания. Бри начинало казаться это сном, но, коснувшись его губ, ощутила эту реальность. Джон мягко опустил её на кровать, шепча:  — Ты прекрасна. Его руки были везде, исследуя тело по миллиметрам. Она едва могла дышать, когда они проникли в друг друга, достигая высшего блаженства, не думая ни о чём кроме них. Их жизнь никак не могла стать спокойной. Каждый раз что-то случалось, и им приходилось придумывать, решать, даже убегать, пользуясь той же ложью. Судьба не давала им тихо пожить во Фрейзер Ридж, вновь загадывая задачу, заставляя попадать в жестокие игры. Но они были вместе. Хотя Клэр порядком уставала от губернатора, желающим подчинить всю власть себе, от регуляторов, пытающихся ему противостоять, а Мурта, чёртов упрямец, так и не понимал, что ошибись они хоть на шаг, он окажется на виселице, когда она с Джейми ничего не смогут сделать. Даже Джокаста едва могла его образумить, что не мешало ему иногда скрываться в Ривер Ране. Клэр удавалось чувствовать себя спокойно рядом с семьёй особенно, когда была с дочерью и внуком. Она любила время, которое они посещали их. Брианне удалось получить тихий семейный уют в доме. И этому Клэр была счастлива. Их дочь заслужила это. И спустя около шести недель им с Джейми удалось вырваться и приехать к ним. Бри и Джон были рады их приезду, а малыш Джемми тут же побежал к ним навстречу, попадая сразу в руки к дедушке, что закружил мальчика, смеясь. Это было одно из самых прелестнейших, что видела Клэр. В этот ужин и последующий вечер она заметила, что между Джоном и Бри что-то изменилось. Они открыто шептались, невольно касались и с теплотой долго смотрели друг на друга, напоминая людей, что только поженились, наслаждаясь моментами друг с другом. Похоже, Клэр оказалась права: им удалось найти путь друг к другу. И от этой картины у неё в душе становилось теплей. Следующим днём Клэр была с Брианной, пока их мужчины решили взять с собой на прогулку Джемми. Сейчас они сидели на скамье в саду, мирно переговариваясь. Внезапно, Бри судорожно задышала и сглотнула, будто подавляя что-то. Клэр тут же насторожилась:  — Милая, всё хорошо? Она кивнула, касаясь ладонями живота. Господи…  — Это то, о чём я думаю? Брианна кивнула:  — Я думаю, да. Она улыбнулась:  — Подозревала уже две недели и теперь почти уверена. Клэр была шокирована. Брианна вновь беременна. И эта счастливая улыбка на её лице так отличалась от того печального выражения лица…  — Он от Джона? Бри смущённо кивнула:  — Да. Мы…  — Я понимаю. Клэр улыбнулась, вспоминая себя, когда осознала любовь к Джейми. Это невозможно было описать.  — Ты любишь его? Бри слегка прикусила губу:  — Я не знаю, мам… Не знаю. Джон дорог мне. Очень. Но то, что я чувствую… Можно ли назвать это любовью? Клэр кивнула:  — Это придёт со времени. Ты поймёшь. Она кивнула, вновь касаясь живота.  — Джон знает? Брианна покачала головой:  — Я не решалась сказать ему. Но сейчас… Думаю, что сделаю это. Возможно, я боюсь его реакции, мы ведь не подозревали, что… Неужели Бри боялась, что… Господи… Клэр коснулась её плеча:  — Милая, я уверенна, что Джон будет счастлив, узнав о ребёнке. Её дочь усмехнулась:  — Я тоже на это надеюсь, — она вздохнула. — Я могу попросить тебя об одном? Клэр кивнула.  — Можешь сказать об этом Джейми? Я не знаю, как он отреагируют… Клэр выдохнула, уже подозревая реакцию мужа:  — Он будет безумно рад, хоть и удивлён тому, как быстро вы… сблизились. Брианна улыбнулась, будто вспоминая что-то:  — Мы и сами того не ожидали. Теперь Клэр жаждала услышать, как молодые родители смогли прийти к этому. Брианна смущённо улыбалась, рассказывая матери, пускай всё и было слегка сумбурно. Женщина видела, что дочь действительно чувствовала себя счастливой, живя с Джоном, растив с ним Джема, доверяя ему:  — Ты расскажешь ему? О том, что мы из будущего? Бри пожала плечами:  — Я часто думала об этом… У тебя не было выбора, когда ты рассказала Джейми, а у меня он есть. Я знаю, что Джон наверняка поймёт, но это столько изменит… Я не лгу ему, когда рассказываю о своём прошлом, просто не говорю всего. И ему достаточно этого. Может, когда придёт время, но не сейчас. Клэр кивнула, обнимая дочь:  — Чтобы ты не решила, я помогу как смогу и поддержу тебя.  — Спасибо, мама. Она прижималась к ней, как в детстве перед самыми важными моментами, укладывая голову на плечо матери, пока та лёгонько поглаживала её.  — Я люблю тебя, милая. Шли месяцы, и она вновь становилась больше. Но теперь у Брианны уже был опыт, зная, чего ждать в процессе беременности. Когда она сказала Джону, он, меньшее, что можно сказать о его состояниии, шокированно стоял напротив неё. Тогда Бри почти испугалась, что опасения, казавшиеся до этого столь глупыми, были реальностью... Но в то же мгновение Джон схватил её в объятия, невольно закружа. На его лице была такая искренняя и счастливая улыбка, что она никогда не забудет её. В тот момент она выражала то, что чувствовали они оба. Радость чуть ли не пьянила их, особенно, когда тем же вечером Джейми встретил их громкими поздравлениями. Всё же её мама оказалась права во всём: они оба были счастливы услышать новость о ребёнке, что и для неё самой стала так нежданна. Брианна ведь и не думала о возможности, что у неё мог появиться второй ребёнок. Она старалась быть хорошей матерью Джему и даже Уильяму, но мысли о таком не возникали. И всё же чувствовать вновь, как живое существо начинает расцветать в ней… Это было невероятным. И теперь с ней всегда находился Джон. Он почти не отходил от неё, обращаясь и беспокоясь за ней, словно она была из фарфора. В тайне Брианна умилялась этому, но почти всё время просила не беспокоиться настолько сильно за неё. И это было чудесное время. Родители приезжали к ним как могли, чтобы теперь не только пообщаться и побыть с семьей, но и проведать Брианну, будто она была больной. Клэр тщательно следила, чтобы беременность шла нормально. Сейчас живот Брианны был округлен и уже немного рос вперёд. Раньше её с трудом одевали, пытаясь скрыть такое положение, теперь же в том не было нужды. И как же это было прекрасно… Вот только она замечала тревожные взгляды родителей, словно они не говорили о чём-то важном, что происходило сейчас, делая вид что всё в порядке. Бри пыталась скинуть эту тревогу на беременность, но что-то беспокоило её в эти дни. Будто что-то должно произойти… Нечто пугающее и страшное… Уже наступил вечер. Брианна и Джон укладывали Джемми, но вдруг она вспомнила, что забыла книжку, которую они часто читали сыну читали, в гостиной. Девушка быстро спустилась туда, почувствовав прохладному воздуха на своей коже. Но почему здесь могло быть холодно, если они всегда закрывали окна к этому времени… Дискомфорт объял Брианну, словно в комнате находился кто-то ещё. Она медленно подходила к шторе, за которой так и дуло сквозняком, и вдруг почувствовала, как что-то утыкается ей в лоб. Это было ружьё, и его дуло прижималось к её голове. Она инстинктивно хотела отойти, закричать, но услышала:  — Тебе лучше молчать, милая. Брианна едва сдерживалась, чтобы не впасть в панику. Нет… Это было невозможно…  — Ты мёртв… Но эта усмешка принадлежала Стивену Боннету:  — Как видишь, это не так. Я смог сбежать. Опять. От его выражения лица ей становилось тошно, но её голова была поднята, и не уклоняла взгляд. Она сильная и не даст страху захватить её:  — Что тебе нужно? Он улыбнулся во все зубы, отчего в её душе всё поледенело:  — Это весьма долгая история. Припоминаешь тот камешек, что я отдал тебе тогда в темнице? Брианна не сдержала смешка, даже ощущая касание холодного оружия:  — Так ты пришёл за ним? Да пожалуйста, мне от тебя ничего не было нужно. Он засмеялся, но, заметив, как она пытается сделать шаг назад, сильнее прижал к её голове, предостерегающее свистнув:  — Лучше не двигайся. Конечно же, я пришёл не за ним. Он принадлежит нашему ребёнку. Хотя вижу, вы и без него хорошо устроились. Он обвёл комнату взглядом, продолжая:  — Как, кстати, малыш? Я слышал у нас родился…  — Не смей называть его своим! От ярости Брианны его спасало лишь оружие в его руке:  — Он мой. И ты не получишь его. Боннет рассмеялся:  — Я и не собираюсь претендовать на него. Зачем мне таскать с собой младенца, что будет вечно реветь и звать мамочку? Брианна едва дышала, но держалась, не собираясь сдаваться на милость страху:  — Тогда зачем ты здесь? Извечная усмешка не сходила с его лица:  — Как-то в пути мне встретился интересный шотландец, что многое поведал мне о сокровищах, которые достались мне от твоих родителей, да и о них самих немало. У них весьма богатая история. Да, дочь Рыжего Джейми? Так называли отца, когда он был в якобитской армии, но при чём здесь…  — Оказалось, что эти сокровища были отправлены в Шотландию для помощи мятежниками. Не знаю, как с этими, но уж точно существовали другие, которые перехватил муж тётки твоего отца… Значит ли это, что этот убийца побывал в Ривер Ране? А Джокаста, Федра, что с ними…  — Слепая старуха утверждала, что почти всё в Шотландии. Но я не настолько глуп. И понимаю, что частенько таким упрямцам нужен стимул. Он слегка покрутил оружие, прижимая его сильнее, словно напоминая Бри о нём. Она вздрогнула:  — К счастью, многие слуги оказались сговорчивее, рассказав о твоём браке с одним из английских лордов. Как же великодушно было с его стороны взять брюхатую девку в жёны. Впрочем, ты, определённо, хорошенько его отблагодарила. Он взглянул на живот Брианны, и ей так хотелось ударить его, но она сдержалась. Нельзя было злить его. Но всё же она вымолвила:  — И он в тысячу раз лучше тебя. Ухмылка Боннета словно стала шире: — Как мило. Тогда, думаю, он не будет против одолжить мне тебя и мальца на время, пока старуха не скажет всю правду. Нет…  — Я не дам тебе прикоснуться к моему сыну, — ей едва удавалось дышать и мыслить. — Возьми только меня. Этого хватит, только не трогай его. Он вновь засмеялся:  — Это очень трогательно. Но я знаю, что так будет надёжнее. Не бойся, если она всё расскажет, я верну вас твоему муженьку и на этом всё. Ты знаешь, что я держу свои обещания. Его улыбка напомнила тот вечер, когда он…  — Ублюдок… Смех Боннета прервали шаги. И зовущий её голос:  — Брианна. Всё хорошо? Нет… Только не он… Нет, пожалуйста… И, когда Джон вошёл в комнату, Боннет грубо развернул её к нему лицом. Она видела, как Джон напрягся:  — Сэр. Попрошу отпустить мою жену, и мы с Вами разберёмся наедине. Но Боннет лишь громко рассмеялся:  — А я советую Вам стоять на месте и не мешать мне. Время замедлилось, идя бесконечностью в, воцарившейся напряженном молчании, комнате. Внезапно туда вбежали её родители, с ужасом на лице. Джейми почти выплюнул:  — Боннет. А он лишь вновь смеялся, держа Бри под прицелом:  — Мистер и миссис Фрейзер. Что ж, почти вся семья в сборе. Теперь позволь… Он отвлёкся на свою самовлюблённую болтовню, и Брианна решилась. Внезапно, она лягнула его в живот, откидывая кисть с оружием. Боннет, не ожидавший такого от смиренной жертвы, громко выругался, особенно когда оружие выскользнуло из его рук, падая, а Бри прижалась к стене, видя как Джон и Джейми тут же бросились в нападении на пирата, вот только он уже тянул руку за пояс, доставая револьвер, пока первое оружие лежало в двух метрах от неё… Брианна инстинктивно бросилась к нему, и раздались выстрелы. Она была в тумане, едва различая стоны и крики, видя перед собой его бездвижное тело. Боннет был мёртв. Она убила его, выстрелив из его же оружия. Её всегда хвалили за меткость, и теперь она пригодилась ей… Брианна не видела его лица и не хотела, без того представляя пустой взгляд этого человека. Всё было кончено. Она не сразу заметила, что её руки дрожали, выронив оружие, Вдруг Бри почувствовала, что чьи-то руки заботливо обнимают её, и голос, что произносил:  — Всё хорошо, leannan. С ним всё кончено. Отец держал её. В этот момент он как никто другой понимал её. И Бри наконец стала приходить в себя, услышав стоны:  — Джон! Она тут же бросилась к мужу, полусидящему у кресла, что был весь в крови. Этот подлец успел его задеть… Клэр тут же скомандовала:  — Положите его на стол. Дальше она продолжала давать указания остальным и пришедшим служанкам, но Бри не слышала их. В эти мгновения её волновал лишь Джон. Крепко держа его за руку, она говорила:  — Не смей покинуть меня… Он лишь едва усмехнулся, произнося:  — Я хочу видеть тебя перед… Джон застонал от боли, Клэр уже приступила к операции, насколько это можно было назвать в здешних условиях. Брианна не отпускала его руку, пока он сжимал её, как и она когда-то во время родов… Нет… Она не может потерять его… Она не вынесет и его потери… Ночь была бессонной. Клэр удалось извлечь пулю, и с Джоном всё должно было быть в порядке. И всё-таки Брианна продолжала сидеть возле него, в ожидании, когда он сможет очнуться. Произошедшее буквально измотало её. Но теперь она понимала, что всё кончено. Как оказалось, губернатор по каким-то причинам приказал распустить ополчение, и родители приехали в Ривер Ран, но там успел побывать Боннет, и каким-то чудом они поняли, что его путь будет следовать к Бри и её дому. Но теперь он был мёртв. Брианна стояла у окна, наблюдая за восходящим солнцем, и следя за Джоном, что лежал в кровати в их комнате. После их первой ночи они почти всегда делили эту комнату вместе. И страх, что она останется одной, без него, ещё чувствовался. Если бы она потеряла его… Нет, ей не хотелось думать сколь сильно бы ей сломало это. Она так нуждалась в нём, так любила… Бри вздохнула, наконец принимая… Она любила Джона. И неудивительно, что так случилось. Он стал для неё другом, мужем, отцом детей… Как долго же ей пришлось это осознавать… Тут Брианна услышала звуки и, подойдя к Джону, увидела его обычную улыбку. Она осторожно присела на край кровати, касаясь его лица:  — Как себя чувствуешь?  — Бывало и хуже. А это… Он указал на перебинтованный бок:  — Лишь царапина. В этот же миг Джон с беспокойством спросил:  — С Джемом всё хорошо? Бри кивнула:  — Да. Он, конечно, проснулся из-за звуков выстрелов, но Джейми удалось его убаюкать.  — А с… Его рука коснулась её живота, где мирно спало их дитя. Ведь действительно… Она могла потерять его из-за вчерашнего. Но Клэр уже успела успокоить её:  — С нашим ребёнком всё хорошо. Мама говорила, что все в этой семье отличаются стрессоустойчивостью. Брианна усмехнулась, видя его недоумевающий взгляд, но казалось, что Джону этого было достаточно. Он коснулся её ладони, и она не смогла сдержать рвущиеся из неё слова:  — Я боялась, что потеряю тебя. Ты кинулся на этого ублюдка без всякой защиты…  — Бри… Он попытался сесть, что удалось с трудом, ведь пулевое ранение не шутки. Рана всё ещё наверняка болела. Но Джон смотрел на неё, поглаживая её ладонь:  — Я бы сделал всё, чтобы защитить вас. Но спасла нас ты. У Брианны не нашлось сил что-то сказать. Она просто прильнула к нему, когда он попытался приблизиться к ней сам. В его объятиях было так хорошо. Бри чувствовала покой и умиротворение. Его руки обвивали её плечи, а губы успокаивающе касались виска. Джон умел без слов понимать. Наверное, это ещё одна из многих причин, почему она полюбила его… Брианна слегка отстранилась, решая, стоит ли сказать ему… Тут послышался стук в дверь. Ей пришлось встать и открыть её, видя стоящую с подносом Кэт. Бри с благодарностью приняла её ношу, ногой прикрывая дверь, и вернулась к Джону, довольно улыбаясь:  — Уверена, ты голоден. А чашка чая и лепёшка всё излечат. На его лице было нескрываемое удивление:  — Изабель так говорила. Про чай… Как странно… Тут же в комнату чуть ли не ворвались Клэр и Джейми, спрашивая про самочувствие Джона, и, к его сожалению, мать Бри объявила, что ещё несколько дней ему придёться восстанавливаться, почти не выходя из постели. Он пытался противостоять, но тщетно. Остальное время они проводили вместе. А Брианна понимала, что пускай и осознала свои чувства к Джону, но признаться ему было ещё не время. Пусть всё оставалось как есть. Следующие месяцы проходили в покое. Джон продолжал следовать за Бри, стараясь выполнять все её просьбы, находясь рядом, как бы ей иногда не надоедала это излишняя забота, но он ничего не мог поделать с собой. После чуть ли не недели простого лежания в постели. После месяца отсутствия Джейми и Клэр, разобравшись с последствиями бунта регуляторов, даже удавшись каким-то образом спасти мистера Фицгибонса, собиравшимся жениться на миссис Кэмерон, оставались у них. По словам Клэр их ребёнок должен был появиться весьма скоро, и это волновало Джона. Он часто думал, что у него не будет детей. Это казалось чем-то слишком нереальным. И когда ему выдалась возможность растить Уильяма как своего, то счастье нельзя было чем-то выразить. А после рождения Джема… Джон до сих пор помнил его спящего на руках у Брианны в первый раз. Таким совершенным… Он любил этих мальчиков так сильно. Пускай в них и не было его крови, но они его дети. У которых скоро появится брат или сестра. Джон не мог не улыбаться, думая на кого больше будет похож их ребёнок больше… Будет ли он иметь яркие волосы матери или глаза? Какие черты отца в нём станут видны… На днях пришло письмо от Йена, где он просил Фрейзеров срочно приехать по важному делу. Клэр убедила Джейми ехать без неё, она была нужна Брианне. Но вот предложение, чтобы Джон составил ему компанию, показалось ей хорошим вариантом. Конечно, Джон был против, но у Бри невообразимым способом удалось убедить его помочь отцу и слегка развеяться. Во время поездки Джон иногда был сам не свой. Джейми видел, наверняка, как он волновался, что его не было рядом с Брианной, и пытался поддержать друга:  — С ними всё будет хорошо. В ответ он лишь рассеянно кивал, надеясь как можно скорее вернуться, хоть и вновь насладился видом Фрейзер Ридж, начав мечтать однажды привезти сюда их детей, чтобы они росли, видя эту красоту… Спустя несколько суток они вернулись домой. В саду, где Джон надеялся увидеть жену, было пусто, а ведь Брианна там так любила проводить время, часто рисуя. Чуть ли не бегом он пришёл в гостиную, как Лиззи и Кэт быстро бежали вниз. Последняя увидела его и тут же сказала, что леди Грей только родила. Джон быстро помчался наверх, едва не спотыкаясь, врываясь в их комнату, и увидел… Брианна сияла, держа на руках младенца, обернувшись со счастливой улыбкой:  — Тебе стоит поздороваться с дочерью. Дочь… Джон с каждым шагом подходил ближе к ней, всё различая личико их дочери… Она была такой маленькой… Он присел к Брианне, касаясь головки малютки:  — Она такая красивая. Бри посмотрела на него, такая счастливая и красивая. Он едва мог отвести от неё взгляд. Тут девочка захныкала, и Брианна слегка покачала её:  — Тшш… Это выглядело так завораживающе… Джон просто не мог описать… Он провёл рукой по лицу Бри, шепча:  — Спасибо тебе. Спасибо. И нежно поцеловал её. Она была такой лучезарной… прекрасной… Джон был благодарен ей за эту жизнь, за их дом, Джемми, их дитя… Он так любил её. Джон перевёл дыхание. И он лишь сейчас осознал это… Любил, искренне, по-настоящему… И, Господи, как же он был счастлив. Проходили дни. Они решили назвать дочку Мэри Элизабет Фрейзер Грей. Бри нравилось, как это звучало. И она была счастлива. С детьми, мужем, домом, родителями. Большего и нельзя было желать. Однажды вечером они с Джоном молча баюкали их малышку. И уже шёпотом, чтобы не разбудить, он произнёс:  — Я люблю тебя. Осознание дошло до неё спустя несколько долгих мгновений… Она улыбнулась и потянулась к нему, нежно целуя. Это было их счастьем… Их реальностью. Заслуженным настоящим.